Автор Тема: Современная модель буржуазного глобализма в борьбе с человечеством  (Прочитано 623 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Иван Метелица

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 22
  • 8-904-603-82-14
Современная модель буржуазного глобализма в борьбе с человечеством.
Буржуазный глобализм, порождение транснациональных корпораций и космополитических элит, вызрел в недрах американского империализма и превзошел его по степени своего зверства. Это чудовище, отрицающее любую совесть и мораль, умело оседлало современные информационные технологии, и представляет огромную опасность для человечества.
Глобализм – это предел цинизма, разверзшаяся бездна лицемерия и лжи, квинтэссенция человеческих слабостей и пороков, подчиненная злой, разрушительной, деструктивной воле. Конечно же, глобализм – порождение капитализма, но страшен он именно тем, что способен практически любую идею извратить, вывернуть наизнанку, поставить себе на службу. В нем можно увидеть черты многих исторических явлений, сильно разнящихся между собой и, порой, противоречащих друг другу, но подчиненных единой преступной цели. Цель капитализма, империализма, информационного глобализма одна – застолбить и увековечить господство правящего класса, неравенство и несвободу. При этом внешние проявления этого зла могут принимать самые причудливые формы, борьбы за господство своей нации и расы (фашизм), за мнимые права человека и мнимые «равные возможности» (неолиберализм), мнимую свободу слова и информации, и даже мнимые «свободу, равенство и братство» (информационный глобализм). Для наглядности приведу ряд исторических штрихов.
Завоевывая мировое господство, захватывая колонии, постоянно совершенствуя свои политические модели и формы, капитализм навязал всему миру свою модель экономики, подавив альтернативные экономические системы, заложив основу будущей буржуазной глобализации. Проводить аналогии между ним, и великими империями древности можно только очень условно, поскольку любая империя предусматривала некий культурный, экономический, религиозный синтез, взаимопроникновение и взаимообогащение. Достигнув высших уровней своего развития в виде охватившего весь мир колониального империализма, что было справедливо отмечено В.И. Лениным, буржуазный строй столкнулся с рядом препятствий, которые выглядели непреодолимыми, и должны были привести к смене формации. Однако на деле капитализм сумел надолго продлить свою агонию, сумев, опираясь на достижения научно-технического прогресса, породить новую, глобальную, или социально-информационно-космополитическую стадию своего развития.
Любая формация, будь то рабовладение или феодализм, пыталась бороться за продление своего господства, совершенствоваться и мимикрировать, однако рано или поздно она или рушилась под ударами внешних и внутренних факторов, либо плавно видоизменялась, и, в какой-то момент переходила в другое качество. Иногда для этого требовались действия властей (например – отмена феодальных привилегий), часто революции, как «сверху», так и «снизу», но очень часто новые отношения просто становились преобладающими. То есть новый господствующий класс занимал лидирующие позиции, постепенно вытесняя и изживая пережитки прошлой эпохи, включая в свой состав и «переваривая» предыдущую «элиту». Такой процесс мог затянуться на столетия, притом в ряде случаев так полностью и не завершился. Так, например, даже в практически «эталонной» Европе, не говоря уже про другие регионы мира, где прогресс не был столь поступательным и линейным, до сих пор сохранили пышные титулы и почет короли и аристократы минувшей феодальной эпохи. В иных случаях, как в нашей стране, с ее кратким капиталистическим периодом развития, остатки дворянских почестей и привилегий были сметены окончательно уже социалистической революцией. Заметим, что практически во всех странах, в которых происходили социалистические революции, им предшествовали «буржуазно-демократические», или антиколониальные, «национально-освободительные», хотя век новых режимов мог быть и не долог – самый известный пример – позорное и недееспособное временное правительство в 1917 году, на которое любит равняться «россиянский» отец нации. Впрочем, равнение на политических карликов буржуазной «демократии» не мешает ему
примериваться жадным взором к царской короне. Не удержусь от комментария – почему–то мне сразу вспоминаются слова из трагедии Еврипида – «Коль преступить закон, так только ради царства! А в остальном его ты должен чтить…» Быть может, так рассуждал в пьяном бреду и «царь Борис», когда решился, вдохновленный воплями бесноватых неолибералов, совершить фашистский переворот в 1993 году.
Мудреные теории всех ревизионистов сводятся, по своей сути, к возможности «мирного, эволюционного перерастания» капитализма в социализм. И в качестве примера они часто ссылаются на смены других формаций. Но при этом забывают важнейший момент – основой предыдущих формаций была «священная и неприкосновенная частная собственность» (кстати, ее чтит и нынешняя Конституция РФ), и при любой из формаций во главе нее стоял господствующий класс, владевший собственностью и средствами производства, и при этом составляющий незначительное меньшинство. И, разумеется, не одна из формаций не ставила перед собой задачи ликвидации эксплуатации человека человеком. Этот вопрос подняли только коммунисты (и, кстати сказать, по марксистской теории социализм не самостоятельная формация, а начальный этап коммунизма).
Глубина противоречий между угнетателями и угнетенными огромна, и эти противоречия неразрешимы путем компромиссов. Один из борющихся антагонистических классов должен победить, притом, как вы понимаете, пролетариат может ликвидировать буржуазию как класс, что доказано не только теорией, но и практикой социализма, а вот буржуазия может уничтожить только наиболее передовую и революционную часть пролетариата, да и то на некоторое время, пока ей на смену не придут новые борцы. Эксплуататор не может существовать без объекта эксплуатации и, как правильно заметили марксисты, буржуазия сама вынуждена создавать класс наемных рабочих, которые неизбежно, рано или поздно, станут ее могильщиками. Это же касается и научно-технического прогресса, как бы угнетатели не пытались использовать его во зло.
Можно спорить о степени интернациональности рабочего класса, о необходимом уровне развития производительных сил для наступления «всемирного братства», но пока, на данном этапе, мы должны говорить о социализме с национальной спецификой, которая останавливает глобалистский концлагерь, но может быть обращена и на пользу буржуазии – в буржуазный национализм и даже фашизм. А вот буржуазия, даже воюя между собой за корыстные интересы, под страхом ответственности за свои преступления все больше солидаризируется и образует единую космополитическую псевдо-элиту.
(Продолжение следует)
Иван Метелица, председатель Сталинского комитета Ленинграда.
Сталинский комитет Ленинграда