Автор Тема: Попытка критического анализа причин развала Советского Союза  (Прочитано 28632 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Онлайн малик3000

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 3060

Онлайн малик3000

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 3060

Онлайн малик3000

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 3060

Говорящий график о советской экономике времен Брежнева
burckina_new14 декабря, 18:58
Распределение полученной предприятиями прибыли до и после реформы Косыгина:


Автор: Михайличенко Д.Ю. - Михайличенко Д.Ю. (данные: Народное хозяйство СССР в 1975 г. - М., 1976. - С. 704,), Общественное достояние, https://ru.wikipedia.org/w/index.php?curid=638150

Резко выросшая после реформы Косыгина доля экономического стимулирования обеспечила тот самый рост денежной массы на руках у населения, которая в условиях сдерживания низкого уровня цен на базовые продукты и товары и привели к тому самому дефициту, который сделал из населения антисоветчиков, радостно согласившихся на развал СССР и демонтаж социализма.

Онлайн малик3000

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 3060




В чём принципиальная слабость социального государства на примере из истории.
 


Оказывается, первое социальное государство был не СССР. А за столетия до него. И даже до Маркса с его марксизмом. Эти интересные факты я и сам узнал недавно отсюда:
El Supremo.
Интересно, Маркс знал о парагвайском социализме?
Или изобрёл социализм самостоятельно?
Поэтому идеологической основой парагвайского социализма был не марксизм, а христианство в его трактовке орденом иезуитов.
Эксперимент был успешным и продолжался несколько столетий. Но закончился закономерно - уничтожением.
Об этом чуть ниже.


«Примерно 200 лет назад на пылающем континенте, как называют Южную Америку, на месте сегодняшнего Парагвая в несколько больших чем сейчас границах находился Парагвай Эль Супремо. El Supremo (Верховный) - так называли бывшего адвоката Хосе Франсию жители страны.

Почти двухсотлетний эксперимент, который проводили перед этим в Парагвае отцы-иезуиты, привел к тому, что дикари и каннибалы из племени гуарани, жившие в сельве, с помощью Ордена Иисуса построили некий фьюжн из первобытнообщинного родоплеменного уклада, иерархичности Инкской империи и идеологии Города Солнца Томазо Кампанеллы. Это было первое социалистическое государство в мире, первый опыт построения общества, основанного на отказе от личной собствености, общественном благе, примате коллектива над личностью. Отцы-иезуиты весьма основательно изучили опыт управления в Империи инков и очень творчески подошли к его внедрению.

Эксперимент отцов в конечном итоге привёл к тому, что нечеловеческими усилиями извне они были изгнаны, а Город Солнца - разрушен. Но психология индейцев уже преодолела точку невозврата, и на месте разрушенного возродилось новое - такое же, а в чем-то и лучше - государство Парагвай.

Оно образовалось на обломках испанской империи, которую трудолюбиво добивали новые молодые и хищные колонизаторы - англичане. Созданная их руками аргентинская хунта попыталась подмять под себя парагвайских индейцев и метисов (Парагвай был самой забытой дырой во всем букете испанских колоний, поэтому с белой расой там было тяжело - более 2/3 жителей составляли гуарани, а из оставшихся ещё 2/3 были метисами). Однако парагвайцы уже в четвертьфинале всухую наклепали аргентинским кудесникам полные ворота безответных голов, после чего хунта даже не рискнула предлагать переигровку.

В этой войне и появился как признанный и безальтернативный лидер народа адвокат Хосе Франсия. Он был безоговорочным сторонником независимости Парагвая и был признан народом, а Конгресс присвоил ему звание пожизненного диктатора и поименовал его Эль Супремо - Верховным.

Супремо не был вегетарианцем - заговоры против республики пресекались нещадно, диверсанты, шпионы и предатели беспощадно бросались в тюрьму, а особо упоротые расстреливались. Надо отметить, что за все время правления Франсии таковых набралось около 1000 человек, из которых к стенке поставили всего 70.

Введя на революционной волне чрезвычайное положение, Франсия предельно жёстко обошёлся с преступными шайками, терроризировавшими страну. Буквально за несколько лет страна забыла, что такое преступность. Верховный стремительно восстанавливал идеологию отцов-иезуитов, хотя вполне разумно не устраивал полпотовские коммуны. В Парагвае возникла специфическая экономика, основанная на частном мелком предпринимательстве и общественном труде. Бесплатное образование (на дворе между прочим было начало 19 века!), бесплатная медицина, общественные продовольственные фонды, чрезвычайно низкие налоги вкупе с приличной по тем временам государственной промышленностью и мануфактурами создали экономическую независимость Парагвая и перевели его на самообеспечение.

Смерть Франсии в 74 года стала шоком для нации, но на смену ему пришёл такой же жёсткий и последовательный Карлос Лопес.

Лопес весьма свирепо лупил по рукам желающим поживиться на халяву. Таковые были в основном среди иностранцев. Скажем, Лопес безо всяких церемоний вышвырнул американского консула Гопкинса, который попытался развернуть незаконный вывоз парагвайских товаров. Во внешней политике Лопес тоже был не робкого десятка и без малейшего почтения чуть не утопил американскую канонерку, которая заблукала в его территориальных водах, ведя сугубо разведывательные гидрографические исследования подходов к берегу.

В общем, у окружающих Парагвай соседей, а в особенности у хозяйничавших в Южной Америке англичан и американцев возникло стойкое подозрение, что что-то их стал беспокоить этот Гондурас Парагвай. Дурной пример был заразителен, и уже соседний Уругвай стал как-то внимательно присматриваться к соседям на предмет перенятия опыта. Что неудивительно - к середине 19 века Парагвай стал самой быстрорастущей и наиболее обеспеченной страной Южной Америки. Бедность там отсутствовала как явление, но и богатых в Парагвае хватало, и они были вполне мирно интегрированы в общественную ткань.

Такое терпеть было более невозможно, и была совершена классическая провокация. Бразилия напала на Уругвай и оккупировала единственный порт, через который шла вся торговля Парагвая - Монтевидео. Парагвай был вынужден проводить мобилизацию и вступать в войну. Война началась крайне неудачно, так как подкупленный генерал Эстигаррибия завёл экспедиционный корпус Паргвая в ловушку. Мировое сообщество возопило об агрессии Парагвая, благополучно опустив предшествующие события, и сплотилось в борьбе с гнездом мирового терроризма. 1 мая 1865 года была сколочена коалиция из Бразилии, Аргентины и (!) Уругвая, которая уже в марте 66 начала наступление на Парагвай.

Не стоит даже упоминать, что свободолюбивое мировое сообщество гнало в адрес миротворцев оружие, боеприпасы и советников самыми крупными партиями и безвозмездно. То есть, даром, как говорила мудрая Сова Винни-Пуху.

Нетто-показатели коалиции и Паргвая были несопоставимы. 1,4 миллиона жителей в Парагвае - а только в Бразилии более 10 миллионов жителей. Со всей Южной Америки в армию интервентов хлынул сброд - пограбить самую богатую страну континента желающих почему-то находится сразу и с избытком. Бразильцы вдобавок гнали в армию рабов, обещая им свободу (и даже в отдельных случаях выполняя обещание).

Коалиция раздавала обещания и выражала уверенность, что воздушная фаза операция закончится за три месяца. Оккупанты не сообразили, что они будут иметь дело не с армией, а с вооружённым народом. Поголовно вооружённым - безо всякого преувеличения.
Естественно, коалиция встряла сразу. Ключевой пункт обороны Парагвая - крепость Умайту - стала парагвайским Севастополем и держалась 30 месяцев. Попытка обойти крепость привела к тому, что обходящие её отряды были встречены женским (sic!) ополчением, которое в бою при Корумбе вместе с гарнизоном крепости вынесло оккупантов в болота, где неудачно сманеврировавшие оккупанты благополучно вымерли от крокодилов, дизентирии и прочих прелестей тропической сельвы.

Верблюд с золотом тоже попытался постучать в ворота Парагвайской крепости - верблюда попытался привести американский посол. Заговор раскрыли, посла традиционно на пинках вынесли из страны, после чего тема заговоров и предательства была закрыта. Коалиции пришлось штурмовать Парагвай в лоб.

Коалиция находилась на мировом коште - в её адрес непрерывным потоком шло новейшее вооружение, флот интервентов вкупе с примкнувшими американцами (как без них!) был бронирован и недоступен для парагвайских пушек. Медленно и с невероятными потерями интервенты продавливали оборону парагвайцев. Фактически, тупо перемалывали её, платя невероятным соотношением потерь.

В конечном итоге Умайту в августе 68 года пала, через 4 месяца был взят Асунсьон. Но война на этом не закончилась. Интервентам противостоял весь парагвайский народ, который ушёл с оружием в руках в сельву и вёл партизанскую войну.

Абсолютно враждебный Парагваю бразильский историк Роше Помбу был вынужден признавать массовый героизм парагвайцев и писал: "Множество женщин, одни с пиками и кольями, другие с малыми детьми на руках яростно швыряли в атакующих песок, камни и бутылки. Настоятели приходов Перибебуи и Валенсуэла сражались с ружьями в руках. Мальчики восьми-десяти лет лежали мёртвые, и рядом с ними валялось их оружие, другие раненые проявляли стоическое спокойствие, не издавая ни единого стона".

Последнее сражение этой войны произошло 1 марта 1870 года в ущелье Серро-Кора. В этом бою был уничтожен последний отряд свободного Парагвая и убит президент Лопес.
Итог войны - 90% мужского населения Парагвая было истреблено. Из полутора миллионов человек в живых осталось около 200 тысяч. Парагвай был выбит вчистую и до сих пор является чёрной дырой континента и самой нищей страной.
Добро победило».

Ещё Троцкий с Лениным писали, что капитализму и социализму на одной планете не ужиться. А без революции капитализм не свергнуть. Так что или победит мировая революция, или «нас сомнут». «Либо мы их, либо они нас». В общем-то, так и вышло. Мировая революция пока не победила.

Какое то время равновесие военных сил между двумя лагерями в мировом масштабе породило такую эфемерную вещь, как международное право. Но, как только с крушением СССР равновесие было сломано, международные отношения опять вернулись к праву сильного
Что мы и наблюдаем.

В чём слабость любого социального государства?

В неизбежном предательстве элиты в конце концов.
Дело в том, что благосостояние масс достигается только за счёт уменьшения потребления элиты. А больше средства взять не откуда. Или элита жиреет за счёт масс, или массы улучшают своё материальное положение за счёт перераспределения части доходов элиты.
Вы знаете, почему элита СССР разваливала СССР?

А она просто сравнивала, как только получила такую возможность, как живут равные им по статусу элитарии при капитализме и как живут они при социализме. И хотели жить и потреблять так же. Захотели для этого тоже стать владельцами заводов, газет, пароходов.
И для этого им надо было сломать социальное государство и увеличить свой доход за счёт своего народа. (А за счёт какого другого народа ещё это можно сделать?)

Что они, в конце концов и осуществили после многих десятилетий саботажа и просто плохой работы на своих высоких постах. Под лозунгом: «они делают вид, что нам платят – мы делаем вид, что работаем».

В других социальных государствах всё в конечном итоге кончилось аналогично. Предательством элиты. Иногда само по себе. А чаще с помощью агрессоров.

А вот как убедить сочетать большую власть с личной аскезой, в массовом порядке пока никто не додумался. Сталин пытался, но у него не очень получилось. А после Сталина и не пытались. Только прикладывали все усилия для маскировки своего реального потребления от масс.
Я думаю, некоторый шанс есть только в религиозном обосновании аскезы на высоком посту.
Ну и полезно будет дополнительно кастрировать всех чиновников по примеру древнего Египта или Китая. Чтобы у них не было ни любовниц, ни жён, ни семей, ни наследников. Только народ, вверенный под его управление.
Чтобы из всех личных интересов остались разве что стремление к личному комфорту и жажда власти.
Ну и интерес к делу, само собой.
Может, поможет?
Надо предложить…
Ну, или подождать мировой социалистической революции. Чтобы везде было одинаково.

Онлайн малик3000

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 3060




Ошибки в планировании реформ в СССР, приведшие к его распаду. Мнение китайского профессора.
 


20мая статья в "Хуаньцю шибао" опубликована статья профессора университета Цинхуа Лю Шулиня под заголовком "Четыре урока распада СССР".
.
Как отмечается в статье, "в 1980-е годы социалистические государства захлестнула волна реформ. Однако, как бег вниз с горы в сравнении с ходьбой увеличивает шансы упасть вниз лицом, так и реформы, проводимые в социалистических странах, делают эти страны более уязвимыми". По мнению автора, уроки, извлечённые из краха, который потерпела КПСС, представляют большую ценность для идущего по пути реформ Китая.
Уроки эти профессор формулирует следующим образом:
.
Во-первых, по его утверждению, "партия не должна отказываться от руководства страной в процессе проведения реформ. Поражённая тяжёлой коррупцией КПСС имела шансы на возрождение. Но в шуме "открытости без границ" КПСС утратила контроль над интеллигенцией, учёными и средствами массовой информации".
.
Во-вторых, отмечает Лю Шулинь, "в процессе реформ нельзя отказываться от принципа общественной собственности как экономической основы общества. Социалистическая общественная собственность на средства производства является основополагающей для социалистической системы и гарантирует людям участие в управлении государством. До тех пор, пока положение об общественной собственности является неколебимым, сохраняется также и фундамент социалистического государства, вне зависимости от хода течения реформ".В начале июля 1991 года Верховный Совет ССР принял Закон о приватизации который гласил, что государственные предприятия могли быть превращены в коллективные или акционерные, проданы или выставлены на конкурс/аукцион. В том же месяце глава СССР Михаил Горбачёв написал участникам лондонского саммита"семёрки", что за первые две года проведения в жизнь плана приватизации 80 проц средних и малых предприятий должны быть проданы физическим лицам, а затем разгосударствлению и приватизации подвергнутся более крупные предприятий. "Приватизация породила привилегированный класс и классовую разницу между гражданами СССР, результатом чего стали во-первых, перестановки в стране в связи с резким разворотом в политике со стороны правящей партии, во вторых, гнев общественности, пытающейся совладать с новой реальностью", -пишет автор статьи.
.
Третьим уроком, по его мнению, "должно стать то, что реформа не равносильна простому отрицанию предыдущих лидеров". "Никита Хрущёв выступил на XX съезде КПСС в 1956 году с секретной речью о "культе Сталина", в котором развенчал заслуги Иосифа Сталина в успехах по построению социалистического общества и упомянул о массовых репрессиях", - пишет Лю Шулинь. С тех пор антисталинское движение продолжалось в СССР в течение нескольких десятилетий и привело к катастрофическим последствиям отрицания истории СССР, системы и целей коммунизма. "Однако простое отрицание прошлого не поможет решить проблемы настоящего. В ходе реформ, проводимых в СССР в 1980-н года, Горбачёв изменил направление развития СССР, опираясь на так называемое "новое мышление". Однако он остался глух к следующим фундаментальным вопросам:Что является конечной целью реформ? Должны ли реформы следовать принципам социализма?", - утверждает китайский профессор.
.
Четвертый урок заключается в том,что "реформы не должны полагаться на внешние силы". Профессор напоминает, что "США никогда не отказывались от своей цели "мирного преобразования" СССР и других социалистических стран. США приняли все меры для того, чтобы оказать идеологическое давление на социалистические страны, в то время как проводящие реформы лидеры ССР не предприняли никаких мер предосторожности для того, чтобы противостоять этому давлению". Лю Шулинь пишет: "Горбачёва заботили оценки и похвалы со стороны США, и его усилия по "содействию открытости" и так называемой "культурной автономии" были направлены на то, чтобы получить поддержку США. Вспомним,что Горбачёв утверждал, что он первый позвонил президенту США после попытки государственного переворота, совершённой сторонниками жёсткой линии,пытавшимися предотвратить развал страны, и покинул место своего домашнего ареста только после того, как получил инструкции от президента США. Понятно желание поддерживать контакт с западными странами в обычной ситуации, но необходимо также сохранять здравый смысл и принимать эффективные меры предосторожности".
.
Как видим, ошибки, по мнению китайского профессора, начались давно и нарастали с тех пор. А всё потому, что в нашей стране правила идеология и идеологи. При несоответствии одной идеологии, они не нашли ничего общего, как тупо перенять чужую. Типа главное усердно молиться новым богам и они нам помогут.
Не прагматики, короче. В отличие от Китайцев.
А ещё профессор не описал классовые интересы российской бюрократии в ходе реформ.


Оффлайн харчиков евгений

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 1694
Ким Чен Ир о причинах гибели СССР
19 января, 14:19

Из статьи Ким Чен Ира 1990 года о причинах поражения социализма в СССР и Восточной Европе. Статья была написана еще до ликвидации СССР.


Основная причина того, что в ряде стран партии рабочего класса переродились под влиянием современного ревизионизма, состоит в том, что они не могли правильно решить вопрос преемственности руководства партии.

В любой стране партия получает здоровое развитие до тех пор, пока у руля партии стоит выдающийся руководитель, который повел революцию к победе в трудной борьбе. В ряде стран с началом смены поколений уже давно назрел вопрос о преемственности партийного руководства, но он не нашел правильного решения. Новые люди, унаследовавшие руководящее положение в партии, начали ревизовать революционную линию и политику, разработанные руководителями, осуществившими социалистическую революцию в трудных условиях, начали клеветать на них, разрушая их авторитет и престиж. Социализм непрерывно развивается, и на пути его продвижения встает немало вопросов, ждущих нового решения. Но социализм совершенствуется во весь период от начала революции до ее окончательной победы путем унаследования, обогащения и развития достижений и опыта предыдущих времен. И тогда, когда партия рабочего класса ведет революцию и строительство нового общества в суровых испытаниях, складываются бесценные революционные традиции, достойные быть вечным образцом, и разрабатываются руководящие установки, которых следует неизменно придерживаться. Само отрицание этого славного прошлого партии уже означает ее перерождение. Те, кто отрицает преемственность партии, созданной и развивавшейся в ходе суровой борьбы, все без исключения были изменниками делу революции.

Настоящие революционеры во всем мире сегодня выражают глубокое уважение и доверие к нашей партии. Это объясняется именно тем, что мы неизменно наследуем и развиваем созданную товарищем Ким Ир Сеном партию и ее дело. В странах Восточной Европы дело социализма терпит поражение, а в нашей стране социализм победоносно идет вперед. Такая противоположность действительных результатов ясно показывает, что преемственность руководства партии есть коренной вопрос, от решения которого зависит судьба дела социализма.

Главная причина перерождения партий рабочего класса современным ревизионизмом заключается и в том, что они не установили принципов чучхе и допускали низкопоклонство в революции и строительстве социализма.

Коммунистическое движение — самостоятельное движение. Утверждение принципов чучхе — это его жизнь. Главным идеологическим течением, мешающим установлению принципов чучхе в коммунистическом движении, является низкопоклонство. По сути своей низкопоклонство есть контрреволюционное идеологическое течение, разъедающее самостоятельное сознание народных масс. Поскольку коммунистическое движение является самостоятельным движением, осуществляемым силами самих народных масс для достижения их самостоятельности, в его рядах ни в коем случае не допустима низкопоклонническая психология. Низкопоклонство — проводник идей ревизионизма, капитализма и всякого рода другого контрреволюционного яда. Партии многих стран, погрязшие в болоте низкопоклонства, не смогли разглядеть ревизионизм, приняли его без всякого разбора и, в конечном счете, внедрили даже идеи капитализма. Заразившиеся низкопоклоннической психологией не только не могут отличать правду от кривды, но и не в состоянии отразить напор внешних сил. В прошлом, когда современные ревизионисты вмешивались во внутренние дела других стран, некоторые партии послушно подчинялись им. Причина в том, что они не установили принципов чучхе и допустили низкопоклонство. Раньше многие партии не раз потерпели большой урон, допуская низкопоклонство и безропотно идя по чужим стопам, но они все-таки не стряхнули с себя пыли низкопоклонства и слепо следовали за другими. В последнее время партии некоторых стран, зараженные психологией низкопоклонства, послушно следовали за другими, когда те, разыгрывая фарс с «перестройкой», оказывали нажим. Втянутые в водоворот «перестройки», они потерпели полный крах.

Выступать против низкопоклонства и установить чучхе — это становится еще более важным, жизненным вопросом при нынешних условиях, когда большая страна, которую раньше возвеличивали партии многих стран, теперь, скатившись в болото современной социал-демократии, в открытую вступает в сговор, сообщничество с империалистами во главе с американскими, идет дорогой измены революции. Та большая страна, которая раньше выдавала себя за оплот социализма, сегодня дошла до того, что целиком продает даже завоевания революции, добытые ценой крови и пота своего народа на протяжении более 70 лет. И понятно, что взяться за руки с врагом и продать своих друзей — для нее пустяковое дело. Люди иных стран, которые с давних пор шли вместе с нами в общей борьбе за социализм и коммунизм, сегодня, сговорившись с империализмом США и сдружившись с марионетками Южной Кореи, из кожи лезут вон, чтобы продать и наш народ. Мы никогда не допускали быть проданными кем бы то ни было и ни в коем случае не допустим этого и впредь. Нынешняя действительность убедительно подтверждает, насколько верным было то, что наша партия последовательно выступала против низкопоклонства и прочно установила принципы чучхе.

Ход перерождения партии рабочего класса, подверженной влиянию современного ревизионизма, был процессом отступления от революционных принципов. По сути своей ревизионизм — контрреволюционное идеологическое течение, выхолащивающее революционные принципы. Защищать революционные принципы или отбросить их — вот каков важнейший критерий, отличающий революционную партию от оппортунистской. Отказаться от революционных принципов и примириться с классовым врагом — такова природа присущая оппортунизму. Если партия поступится революционными принципами одним за другим, то она не сможет сохранить свой исконный облик и, в конце концов, переродится.

Соблюдение революционных принципов партией рабочего класса означает: отстаивать его классовые требования и коренные интересы революции и развертывать на этой основе строительство партии и партийную деятельность. Это — коренное требование, исходящее из миссии партии рабочего класса. Великое дело партии рабочего класса, направленное на осуществление самостоятельности рабочего класса, всех трудящихся масс, совершается в ходе ожесточенной классовой борьбы против врагов всех мастей, попирающих самостоятельность. Чем дальше продвигается революция, тем яростнее пытаются классовые враги сорвать дело революции. Следовательно, партия рабочего класса должна твердо придерживаться революционных принципов вплоть до окончательной победы революции.

Если начнешь отказываться от революционных принципов, то поступаешься ими без конца. Бросишь один из них — на очереди второй, а далее постепенно и все принципы и так, в конце концов, погубишь саму партию и революцию. Об этом наглядно свидетельствуют события, происходившие в партиях ряда стран Восточной Европы. Под давлением империалистов современные ревизионисты уступали один за другим революционные принципы и начали давать «зеленый свет» веяниям буржуазной либерализации. Подобные уступки постепенно расширялись, и дело дошло до того, что они, полностью отказавшись даже от основных принципов революции, целиком продавали империалистам и классовым врагам партию и ее дело. Империалисты и другие реакционеры всячески пытались оторвать и нашу партию от революционных принципов. Однако наша партия ни на йоту не отступила от своих революционных принципов и развернула непримиримую борьбу с любыми малейшими попытками отказаться от них. Когда современные ревизионисты, капитулировавшие под нажимом империалистов, ослабляли партийное руководство и приводили партию к гибели, наша партия всемерно усиливала свою боеспособность и руководящую роль. Такая непреклонная революционная принципиальность позволила ей прославлять себя как великую партию, имеющую непобедимую силу, которую не смеет тронуть любой враг, как славную партию, достойно совершающую великое дело социализма с высоко поднятым знаменем революции.

Процесс систематического перерождения партии, проходивший длительное время под влиянием современного ревизионизма, привел к ее организационному крушению с появлением современной социал-демократии.

Современная социал-демократия открывает путь к реставрации капитализма под вывеской «перестройки». Сами инициаторы политики «перестройки» не скрывают, что путь, по которому они идут, ведет к обществу вроде капиталистических стран, в которых, мол, осуществлена социал-демократия. Учитывая, что современная социал-демократия является проникшей в коммунистическое движение буржуазной идеологией, можно считать ее продолжением современного ревизионизма. Однако современная социал-демократия является не простым продолжением современного ревизионизма. Это есть его самая реакционная разновидность. Ревизионизм — контрреволюционное идеологическое течение, выхолащивающее сущность революционной теории рабочего класса путем ее ревизии. Однако современная социал-демократия не ограничивается ревизией революционной теории рабочего класса, а во всем отрицает ее. Осуществляя стратегию «мирного перехода», проводимую империалистами, современные социал-демократы пытаются приукрашивать ее разноцветными вывесками, такими, как «демократичный социализм», «гуманный и демократичный социализм», «современная демократия», «демократическое гражданское общество».

Cреди буржуазных реставраторов, проповедующих «мирный переход социализма к капитализму», существуют различные политические силы и группировки. Есть среди них и открытые классовые враги, в том числе бывшие крупные помещики, капиталисты и их потомки, есть и идеологические перерожденцы коммунистического движения, которые выступают против социализма, строя наивные иллюзии о некоем «третьем пути». И среди современных социал-демократов, трубящих о «перестройке» как примере «третьего пути», налицо разношерстные группировки, каждая из которых выступает со свойственными ей идейками и утверждениями. Но, какими бы ни были их концепции и утверждения, те, кто мечтает о «третьем пути», крича о «перестройке», все равно являются гнусными изменниками революции, осуществляющими стратегию «мирного перехода», проводимую империалистами. В борьбе против социализма империалисты и другие реакционеры вначале соблазняют слащавыми речами современных социал-демократов, мечтающих о «третьем пути», а по мере нарастания социального хаоса толкают реакционные силы правого крыла на полное отвержение социализма. Первым объектом, на который буржуазные реставраторы направляют острие атаки с целью уничтожения социализма и восстановления капитализма, является партия рабочего класса — направляющая сила социалистического общества. Буржуазные реставраторы прибегали к гнуснейшим попыткам подорвать доверие народа к партии, чтобы разрушить партию рабочего класса. Чтобы атаковать партию рабочего класса, они всячески раздували недостатки, имеющие место внутри партии. Разумеется, партия рабочего класса должна вовремя исправить наблюдаемые в своих рядах недостатки, решительно преодолевая бюрократизм, партчванство, коррупцию и другие нездоровые явления. Однако недостатки внутри партии, какими бы значительными они ни были, должны преодолеваться путем внутрипартийной борьбы. Однако буржуазные реставраторы, когда в партии дали о себе знать недостатки наподобие бюрократизма, партчванства и коррупции, как бы поджидали время для использования их, нападали на партию под вывеской «гласности». Они умышленно приписывали обнаруженные внутри партии недостатки самому руководящему положению партии и даже революционным принципам партийного строительства, подстрекая людей на ослабление руководящего положения и роли партии, а затем и на ее разрушение.

Недостатки, обнаруженные в некоторых партиях рабочего класса, не имеют ничего общего с природой партии. Откровенно говоря, если бы партии рабочего класса последовательно придерживались революционных принципов в партийном строительстве и партийной деятельности в соответствии со своей миссией как авангарда революции, то не допускалось бы разрастание подобных недостатков. Буржуазные реставраторы, преувеличивая допущенные внутри партии недостатки и выдумывая новые, яростно атаковали партию и, не ограничиваясь этим и пользуясь своими руководящими постами в партии, занятыми заговорщическим методом, в организационном порядке навязывали контрреволюционную линию, направленную на полное выхолащивание руководства партии и разрушение ее самой.

Буржуазные реставраторы, разглагольствуя, что партия должна проводить «свою политику в рамках выборного законодательного органа» и что нужно осуществить «отделение политики и экономики», отказались от партийного руководства социалистическим государством и административно-хозяйственными учреждениями. Кроме того, они, ратуя за какое-то «партнерство» партии и общественных организаций, выхолостили партийное руководство последними. Твердя о деполитизации вооруженных сил, учреждений общественной безопасности и других органов диктатуры, они предприняли контрреволюционные меры для запрещения деятельности партийных организаций в указанных структурах. Под вывеской «гласности» они вывели всю идейно-культурную жизнь из-под контроля партии рабочего класса и всесторонне внедряли буржуазную идеологию и культуру. Все это является гнусной контрреволюционной акцией, цель которой — превратить партию рабочего класса в бессильное существо, не имеющее никакого руководящего влияния на общество.

https://prorivists.org/doc_kim_jong-il-1990/ - полностью по ссылке

На заглавной фотографии Ким Чен Ир с семьей.

Оффлайн харчиков евгений

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 1694
Почему самый образованный в мире народ не смог предотвратить развал страны.
7 июня, 15:08[/font][/color]
Константин Сёмин задается вопросом.

Screenshot_8

Нынешнее состояние образования в РФ вынуждает власть стирать память о наших достижениях в этой сфере в недавнем прошлом. Социальные сети стали полем информационной борьбы, и многочисленные тролли (проплаченные и добровольные) старательно дискредитируют советскую систему образования. Один из самых затасканных «аргументов» в этой войне состоит в следующем:


«Вы говорите, что образование в СССР было лучшим в мире? Тогда почему «самый образованный и читающий народ» ничего не сделал для сохранения своей страны?»

Логика этого вопроса лежит в рамках известной формулы: «в огороде — бузина, а в Киеве — дядька», но для многих он представляется содержательным. Поэтому остановимся на нём подробнее, хотя ясно, что для этого придётся выйти за пределы сферы образования.

Победа 1945 года и создание ракетно-ядерного щита сделали СССР неуязвимым для внешних врагов. Пропал фактор угрозы извне, который объективно сплачивал власть и народ. Возникли предпосылки для формирования «новой власти», которой стало тесно в рамках коммунистической идеологии, ибо она хотела хорошо жить «здесь и сейчас». Естественно, такие желания активно поддерживались «западными партнёрами», но это дело второе. Перестройку 1985 года начало Политбюро ЦК КПСС, где образовалась критическая масса проходимцев и престарелых догматиков. Под перестройкой мы понимаем смену общественного строя, а не демагогическое содержание этого термина тех времён. Цель перестройки состояла в присвоении национального достояния страны группой модераторов процесса. Тем самым как бы разрешалось «диалектическое противоречие» позднего социализма в СССР: «элита» бесконтрольно всем управляла, а взять и положить в карман ей было нельзя, не позволяла идеология.

Какие у власти были ресурсы для осуществления намеченной цели, и что им можно было противопоставить?

Вся «выходящая за рамки» общественная жизнь страны контролировалась Комитетом госбезопасности (КГБ). И это была не «кровавая гэбня», а высокопрофессиональная структура, даже весьма интеллигентная. В подтверждение можно ознакомиться с мемуарами Леонида Бородина (автобиоргафическая повесть «Без выбора»). Этот убеждённый антисоветчик (и при этом блестящий русский писатель), получивший два срока и отсидевший в общей сложности 9 лет, имел дело с «органами» на протяжении трёх десятилетий. Он заведомо не приукрашивает реальность в оценке КГБ и описании многочисленных собственных контактов с сотрудниками «конторы». И главный его вывод (выстраданный личным опытом) был таков: бороться с властью, имеющей эту охранительную структуру, бессмысленно. Там всё под контролем.

Вся мощь Комитета госбезопасности была брошена на осуществление перестройки. КГБ (а не ЦРУ) сыграл ключевую роль в активизации националистических движений в союзных и автономных республиках СССР, свержении коммунистических режимов в странах Восточной Европы, развале Варшавского Договора. В органах были на учёте все активисты, проявившиеся в доперестроечный период, которые после проведённой с ними работы сидели по углам как мышки. Их пригласили и сказали: «всё, что раньше было нельзя, теперь — можно». И «процесс пошёл».

Упомянутый Бородин вспоминает, что после освобождения по перестроечной амнистии ему сразу помогли опубликоваться в ведущих литературных журналах те же ребята, что прежде упрятали его за решётку (до того у этого автора публикаций в СССР не было вообще). Все бывшие диссиденты оказались востребованными, их активно подключили к работе.

Кроме КГБ, у горбачёвской клики были в подчинении и всеохватывающие партийные структуры, но в силу относительной открытости их нельзя было использовать для деструкции столь беспардонно, как «контору», ибо коммунистическая идеология в то время ещё не была отменена.

Развал страны не являлся целью перестройки. Это её сопутствующий результат, связанный с методами решения главной задачи. Однако перспективы грядущего развала стали просматриваться довольно быстро. И тут можно задать вопрос: почему структура, которой было положено отвечать за безопасность государства, вела строго противоположную работу? Или её сотрудники не понимали, что делают?

В основном понимали. И это вопрос не к ним: идеальная силовая структура обязана выполнять любые приказы сверху. Без обсуждений и сомнений. Так что спрашивать надо с председателя КГБ Крючкова.

Судьба этого члена партии с 1944 года в чём-то даже трагична. Как известно, в августе 1991 состоялся «путч», который разом обрушил страну. Сегодня очевидно, что в том и было предназначение этого фиктивного «мятежа». Организатором ГКЧП считается Крючков, и нет оснований сомневаться в этом.

Та часть народа, что осознавала суть идущих в стране процессов, встретила первое обращение ГКЧП с ликованием. Но эйфория быстро сменилась недоумением, сомнениями и, наконец, пониманием того, что идёт масштабная провокация. Основной ресурс пропаганды — центральные телеканалы — часами крутили «Лебединое озеро». Была показана пресс-конференция Янаева (главы ГКЧП), у которого тряслись руки. Мрачные бессмысленные танки на улицах Москвы. И рядом с ними — беснующиеся на свободе лидеры «новой демократии».

Воспоминания очевидца:

«19 августа (первый день путча) к концу рабочего дня пошёл к зданию областного отделения КГБ. В 18:00 из дверей посыпались офицеры госбезопасности — по домам, отдыхать. Понял — это конец. И не только социализма (его на тот момент уже фактически не было), но и страны. В тот же вечер вывесил на балконе государственный флаг СССР с траурной лентой».

Никаких спецзаданий в дни путча «органы» не получили, шла «обычная работа в штатном режиме». Структура, непосредственно подчинённая организатору ГКЧП, на которую должна была лечь огромная черновая работа, без которой немыслим успех переворота, бездействовала, «не получила приказа». И Крючков («мальчик маленький», с опытом работы в КГБ в 24 года и потрясающим послужным списком) не понимал, чем это кончится?

Для него (вместе с товарищами по путчу) кончилось тюрьмой. И нельзя сказать, что Крючкова предали. Просто кого-то надо было назначить крайним.

Но всё-таки: умный человек, профессионал. Почему позволил так себя использовать, нарушив присягу, долг, забыв о чести?

Пожалуй, здесь проявился феномен власти позднего СССР, боязнь быть выброшенным из обоймы. На глазах всей страны по два раза были заменены секретари практически всех обкомов (фактические руководители областей и автономных республик). На момент ГКЧП дееспособных кадров там не осталось. Только один секретарь обкома поддержал «переворот» практическими делами (и, разумеется, поплатился за это). Прочие в дни путча просто не появлялись на работе.
Сами догадались, или по подсказке?
В дальнейшем их всех "трудоустроили". Директорами банков и т. п.

Ещё штрих в ту же строку. За все годы перестройки никто из высших эшелонов власти не выступил против откровенного (и очевидного!) демонтажа социализма. Два лидера антиперестроечных сил известны: Нина Андреева и Сажи Умалатова. Но это не члены Полтбюро, ЦК или Правительства.

Все представители «руководящей элиты» оказались не в состоянии выйти за установленные рамки. Там просто некому было дать по рукам А.Н.Яковлеву и его марионеткам во главе с Горбачёвым.

А что же наш образованный народ, в том числе настоящие рядовые коммунисты, фронтовики, поднимавшие страну из разрухи?

Народ в массе своей верил власти, верил партии. Перестройка начиналась как карнавал. Массовики-затейники от КПСС увлекли людей в хоровод, который по мере разрастания всесоюзной пляски становился всё более сомнительным. Но даже тогда большинство не пыталось и не могло понять, что главные коммунисты страны реставрируют капитализм. Люди просто не смотрели в эту сторону, подобная мысль показалась бы им дикой и невозможной. Народ был готов отражать угрозу извне, а получил удар в спину.

Здесь уместно провести аналогию с супружеской изменой. Когда в благополучную семью (к родителям и детям) приходит эта чума, там часто её не видят в упор, хотя со стороны всё давно предельно очевидно. Настаёт момент, когда факты уже кричат, и тогда начинают задавать вопросы. На них отвечают, как бы подтверждая формат прежних отношений. И хотя эти ответы несовместимы с фактами, им верят.
«Обмануть не сложно, коль сам обманываться рад».
Потому что происходит немыслимое, если угодно — несовместимое с жизнью. И люди, спасая себя от боли, готовы принять любую успокоительную ложь.

Но всему бывает конец. И приходят чёрные дни полного осознания предательства. Разумеется, народ можно упрекнуть в том, что ко многим это осознание пришло слишком поздно. Но те, кто прожил перестроечные годы в состоянии понимания и борьбы, в череде непрерывных поражений, таких упрёков делать не будут. (Как и не будут завидовать огромной части людской толпы, что прошла через рубежные годы в житейской суете без осознания катастрофы.)

Поэтесса Юлия Друнина — «одна из тех». Вот её последние строки:

Ухожу, нету сил.
Лишь издали
(Все ж крещеная!)
Помолюсь
За таких вот, как вы,-
За избранных
Удержать над обрывом Русь.

Но боюсь, что и вы бессильны.
Потому выбираю смерть.
Как летит под откос Россия,
Не могу, не хочу смотреть!

«Избранные» активно занимались разъяснением идущих процессов. Люди их слушали. Как правило, с огромным интересом. Разумеется, возможности активистов были несопоставимы с мощью пропагандистской машины официальных СМИ, в которой перестройщики владели практически абсолютной монополией. Но результат был. В народе росло понимание того, что происходит и кто виноват.

Но за этим шёл главный вопрос: «что делать?» Как остановить машину разрушения?

В прошлое не вернуться. Но даже сейчас, из нынешнего будущего, с учётом всего накопленного опыта можно однозначно сказать, что решения снизу у этой проблемы не было. Остановить перестройку могла только смена власти, то есть речь должна была идти о революции. Но для этого не было идеологии, партии, лидеров. Все оппозиционные движения были наполнены сексотами, которые не только информировали «органы», но и во многих случаях возглавляли эти движения. Да и какая могла быть революция, если «революционные преобразования» проводила сама власть? («Сбылась мечта» писателя Бородина и прочих антисоветчиков.) К тому же недовольных грамотно развели. В союзных и автономных республиках виновниками всех бед объявили русских, в коренной России — евреев. В подтверждение была найдена и сфабрикована масса «секретных документов», распространение которых (в первую очередь) шло по линии КГБ.

Чтобы осознать всю безнадёжность той эпохи, стоит провести параллель с днём нынешним. Сегодня несопоставимо бОльшая часть народа не верит власти и понимает, что в стране «всё не так». Есть интернет, социальные сети, которые каждому дают возможности для пропаганды, немыслимые в СССР. У правящего олигархата и близко нет тех ресурсов для тотального контроля и управления обществом, которыми обладали Горбачёв и его кукловод Яковлев. Разговоры о необходимости революции сегодня — чуть ли не главная диванная тема. Но кто-нибудь ставит этот вопрос в практической плоскости?

Увы. Почему-то все понимают, что здесь на данный момент полная безнадёга...

Так вот, в годы перестройки революционные возможности были несравнимо хуже, просто никаких шансов.
https://vk.com/wall311611549_437767


- Так причём здесь уровень народного образования?, - задается вопросом Константин Сёмин

Так при том, уважаемый Константин! При том, что образование - это комплекс специфических знаний и навыков, позволяющий человеку эффективно функционировать в определенных условиях социальной среды, под которые это образование было заточено. А если эти условия резко изменились - то никакое образование и книжные знания тебе не помогут.

Если университетского профессора с тремя высшими образованиями поместить в камеру с матёрыми уголовниками - никакие ранешние знания ему там выжить не помогут. Даже если охуенного знатока, такого как Онотоле, например, со всей его эрудицией, переместить сейчас в джунгли Амазонки - то никакие его знания не помогут там ему выжить. Там, где неграмотные папуасы не выживают, а преспокойно живут тысячелетиями.

Так и советскому человеку, заточенному на определенные условия и социальную среду, никакие теоретические знания не могли помочь в принципе. Как не помогают они и "нашим", "успешным и эффективным" в "этой тране", таким как Вексельберг, например, выжить в условиях Запада.

Ну, и "мало кто помнит" (с) Игорь Прокопенко, в т.ч. и Константин Сёмин, что Горбачев затеял Перестройку под лозунгом "больше социализма!". И к тому времени предреволюционная ситуация действительно назрела. Производственные силы в СССР, в том числе и по причине своей гипер-образованности, значительно переросли существующие в стране на тот момент производственные отношения. И всем (всем!) понятно было - что так дальше жидь нельзя и надо что-то менять.

Но к сведению ложнозрячего Константина - никакой капитализм "главные коммунисты" и не пытались "реставрировать". Они строили именно Троцкизм. С его теорией Конвергенции. Строили со времен Хрущева. Строили, строили - и наконец построили!

Судить всегда надо по результатам, а не по лозунгам. Ведь что такое Троцкизм, в свете теории Конвергенции, в идеале? Это - бесправные трудовые армии, работающие за еду - снизу. А сверху - жирующие "вожди", патриции партийцы. Которые слились в экстазе с фининтерном и пляшущие под его дудку - за это получающие жирные объедки с барского стола. Результат - за окном.

Оффлайн харчиков евгений

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 1694

https://kommari.livejournal.com/3272748.html

На шажок к приходу к власти Навального и прочих ходорковских стало ближе. Не поздравляю.

Нынешнее говно не лучше.Не моя война.Что менты могли подкинуть наркоту либеральному оппу-журналисту - не сомневаюсь.

Как и то, что либеральный опп-журналист мог иметь с наркотой дело так или иначе.Даже если в отношении одного конкретного человека справедливость и восторжествовала, это все равно шажок к будущей катастрофе, которая коснется всех. Как и в том случае, если бы этого конкретного человека закатали бы.

Такая вот особенность исторического момента.

А коммунистов в этом раскладе нет.
+++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++

Либералы показали силу, сплоченность и бешеный напор и одержали безоговорочную победу. Правящая верхушка явно слабеет и шатается, история с Голуновым - очень сильная заявка на то, что именно либералы сумеют захватить власть в случае любых потрясений. Если так - станет хуже, гораздо хуже, и даже 90-е покажутся раем на этом фоне.

Онлайн Ashar1

  • Политсовет
  • *****
  • Сообщений: 7340
Трагедия и подвиг Всеволода Кочетова http://gazeta-pravda.ru/issue/77-30864-19-22-iyulya-2019-goda/tragediya-i-podvig-vsevoloda-kochetova/ №77 (30864) 19—22 июля 2019 года 3 полоса Автор: Юрий БЕЛОВ.          Редкие писатели обладают даром предсказания. К ним из советских писателей относится, пожалуй, один — Всеволод Анисимович Кочетов. В 1969 году в журнале «Октябрь» он публикует свой роман «Чего же ты хочешь?». В нём автор много раньше других предвидел, к чему приведёт заигрывание партийной верхушки страны с прозападной либеральной интеллигенцией. Можно сказать, он предсказал горбачёвскую перестройку, как говорится, один к одному. Споры вокруг романа «Чего же ты хочешь?» были дотоле невиданной страсти. Его читали по ночам, передавая из рук в руки. В киосках за ним выстраивались очереди. Чем же был вызван столь жгучий интерес к роману Кочетова и актуален ли он сегодня? Попытаемся ответить на данный вопрос.
 
Противостояние на литературном фронте
Прежде чем обратиться к роману «Чего же ты хочешь?», коротко скажем о полемике, которая приобретала всё больший накал начиная с 1960-х годов между главными редакторами двух ведущих журналов — Александром Твардовским («Новый мир») и Всеволодом Кочетовым («Октябрь»). Полемика в основном шла о грозящей опасности для советского строя, по Кочетову, ревизионизма в идеологии и политике. Такой опасности Твардовский не видел и полагал, что ревизионизм — пережиточное явление для советского общества. Такого же мнения придерживались крупные литературные таланты: Симонов, Погодин, Лавренёв. Это были люди, верные Советской власти, и никто из них не подвергал сомнению советский строй и советский образ жизни. Кочетова же они считали догматиком, задубелым консерватором.
 Был также вопрос, по которому они в корне были не согласны с ним, — вопрос об отношении к Сталину и его времени. Никто из названных классиков советской литературы не отрицал выдающейся роли Сталина в советской истории. Твардовский писал о нём: «Мы звали — станем ли лукавить? — Его отцом стране-семье./ Тут ни убавить, ни прибавить, — Так это было на земле». Но они считали Сталина виновным в политике репрессий, в жестоких издержках коллективизации, в трагическом для страны начале войны — в 1941 году.
 Кочетов же видел во всём отмеченном не субъективные причины, как то авторитарный стиль руководства Сталина и т.п., а причины объективного характера. Он был убеждён: Сталин решил главное противоречие середины ХХ века — между не-избежностью войны на истребление СССР — России и неготовностью страны к этой войне. История обязывала решать вопросы так, а не иначе.
 Однако заметим, что к классикам советской литературы, убеждённым в справедливости советского строя, но критически относящимся к партийной элите, под покровом всё той же критики примкнули тогда ещё тайные противники Советской власти (Паперный, Лакшин, Рыбаков и начинавшие свою литературную деятельность Солженицын и Евтушенко). Позже, к началу «перестройки», они открыто встанут на путь антисоветизма, но в начале 1960-х таились и использовали «Новый мир» Твардовского в качестве надёжной крыши.
 
Травля
Твардовский, Симонов и другие истинно советские писатели и не помышляли о том, что либерализм (неприкосновенность собственности и жизни, предполагающая эксплуатацию труда, свобода слова и никакой идеологии!), что западническая тенденция в духовной жизни, что всё это есть торная дорога к ликвидации Советской власти. Что хрущёвская оттепель обернётся лживой перестройкой, леденящим холодом реставрации капитализма. Скажи им тогда об этом, они бы посчитали такие слова мракобесием. Всеволод Кочетов явился именно тем человеком в писательской среде СССР, который об угрозе предательства социализма — говорил и писал неустанно в своих романах, с трибуны партийных и писательских форумов, за что либеральная советская интеллигенция и советологи Запада называли его консерватором, догматиком, мракобесом. Примечательно: в травле, именно в травле, а не в критике, когда были отброшены все этические нормы полемики, поименованные действительно советские литераторы и те, кто долгое время прятал свою антисоветскую личину, выступали единым фронтом.
 Что до высшего партийного руководства, то оно занималось трусливой реабилитацией Сталина (к/ф «Освобождение» и другие смелые работы при многолетнем безмолвии ЦК КПСС) и замалчиванием социальных язв, разлагающих советское общество, — теневой экономики, формирования партийной аристократии, советского мещанства и т.п.
 Но неистовый Кочетов писал о том и прямо, и косвенно, рассчитывая, что на партийном олимпе есть умные люди. Молчаливому сокрытию правды он противопоставлял её беспощадную суровость. Такой она заявлена в романе «Братья Ершовы». Получив всесоюзную известность с выходом в свет романа «Журбины», чему способствовала и его талантливая экранизация (к/ф «Большая семья»), Кочетов не просто продолжает в «Братьях Ершовых» тему рабочего класса, а заостряет её, поднимает на уровень идеологической борьбы между главными героями романа: старшим Ершовым — фронтовиком, рабочим-интеллигентом, и бывшим начальником главка в министерстве металлургической промышленности Орлеанцевым, пониженным в должности за неблаговидные дела и стремившимся вернуться на прежнее место за счёт изощрённого осуждения культа личности Сталина. Ершов-старший разгадывает и разоблачает политическое мошенничество Орлеанцева: за развенчанием «культа личности» протащить ревизионистские взгляды на перспективы развития советского общества. Собственно, для этого и нужна была гиперболизация проблем культа личности Сталина: всё, так сказать, не по Марксу было у нас.
 Образ Ершова вызвал крайнее раздражение у всех противников Кочетова: ещё бы, простой рабочий одерживает победу в интеллектуальной схватке!.. У Кочетова именно рабочие, способные мыслить широко, по-государственному, диалектически, выходят на передний план. В связи с этим на память приходит положение, высказанное Лениным в его работе «Что делать?»: в каждом классе есть люди, способные мыслить, и те, что мыслить не способны. Кочетов представляет нам первых, не забывая о вторых, и потому его произведения не стареют. Он, как никто другой в писательской среде, выполнял роль литератора-коммуниста — силой художественного слова пропагандировал историческую миссию советского рабочего класса.
 Не меньшее возмущение в столичной либеральной литературной и окололитературной среде вызвал роман В. Кочетова «Секретарь обкома».
 Но оно, это возмущение, ни в какое сравнение не идёт с тем злобным ажиотажем, который был вызван новым романом Всеволода Кочетова «Чего же ты хочешь?». Буря негодования и нескрываемой ненависти обрушилась на его автора. Над ним глумились: на роман была написана пародия З. Паперным «Чего же он кочет?». Автор принес её в редакцию «Нового мира», где она была встречена злорадным смехом. Издевательски-пошлому осмеянию подвергся роман и в «самиздате», тираж которого, кстати, превышал тираж «Правды». Не остались в стороне и западные рецензенты романа. «Нью-Йорк таймс» отмечала: «Всеволод А. Кочетов, редактор главного консервативного журнала в Советском Союзе, написал роман, в котором герои с любовью смотрят назад, в сталинское время, а злодеи — это советские либералы…»
 28 марта 1965 года «Правда» обрушилась на Кочетова и его журнал «Октябрь» с жёсткой критикой за уклон в сталинизм (термин, пущенный в ход Троцким), склонность к огульным суждениям в оценке новой прозы (Солженицына, Бакланова, Симонова). И главное — уклон в сталинизм ведёт к «тенденциозности и субъективности».
 Но этим дело не кончилось. Осенью 1969 года публицист Эрнст Генри организовал протест против романа. Он же составил обращение в ЦК КПСС на имя Брежнева с подписями двадцати представителей интеллигенции (подписались академики Арцимович, Сагдеев, Энгельгард, Мигдал, Пантекорво, Алиханов, ряд писателей и старые большевики). В обращении говорилось, что автор романа «Чего же ты хочешь?» «чернит наше общество», возвеличивает Сталина, выступает против нынешней партийной линии».
 Брежнев обошёлся молчанием. Сверху последовала установка: роман не обсуждать в печати и не издавать его отдельной книгой. Лишь первый секретарь ЦК Компартии Белоруссии П. Машеров решился издать роман, но весь его тираж (60 тысяч) был конфискован.
 Назовём имена тех, кто поддерживал Кочетова в условиях бешеной атаки на него со стороны либералов, и не только. Это М. Соколов, М. Алексеев, В. Друзин, Г. Марков, В. Сытин, М. Гус, А. Васильев и великий Шолохов.
 Михаил Шолохов вступился за Кочетова в своём письме Брежневу 11 ноября 1969 года: «По литературным делам мне хотелось бы сказать об одном: сейчас вокруг романа Вс. Кочетова «Чего же ты хочешь?» идут споры. Разногласия. Мне кажется, что не надо ударять по Кочетову. Он попытался сделать важное и нужное дело, приёмом памфлета разоблачал проникновение в наше общество идеологических диверсантов. Не всегда написанное им в романе — на должном уровне, но нападать сегодня на Кочетова вряд ли полезно для нашего дела. Я пишу об этом потому, что уже находятся охотники обвинить Кочетова во всех грехах, а по моему мнению — это будет несправедливо».
 
Сталин как проблема идеологической борьбы
Что довело в романе Кочетова либеральную публику до степени остервенения? В первую очередь прямо высказанное отношение писателя к Сталину и сталинской эпохе. Здесь нам без пространных извлечений из романа не обойтись. Почти что с самого начала и поныне внимание приковывает диалог главных его героев — сына и отца Самариных. Отец — Сергей Антропович Самарин, начальник главка одного из машиностроительных министерств. Ему 60 лет. Сын — Феликс Самарин, инженер промышленного производства, 26 лет.
 Разговор начинает сын:
 « — Отец, ты бы не смог уделить мне некоторое время для серьёзного разговора?
 — Почему же, — отозвался он на вопрос Феликса, снял очки, уложил в кожаный футлярчик, двинулся в кресле. — Давай потолкуем, что у тебя там?
 — Скажи, но только с полной откровенностью: как ты относишься к нашей нынешней молодёжи?
 — По-моему, ты это знаешь.
 — Нет, мне важны точные формулировки, а не общие контуры. Точно — как и почему — так. — Феликс взял стул, сел напротив отца.
 — В общем-то всё, вроде бы и на месте, — подумав, заговорил Сергей Антропович. — Вы образованные, кое-что знаете, развиты, остры. Многие из нас, старших, в вашем возрасте еле ворочали языками, а среди вас уйма Цицеронов, всё, значит, хорошо и вместе с тем тревожно, Феликс, очень тревожно.
 — Отчего? Почему?
 Сергей Антропович шевельнул рукой груду свежих газет у себя на коленях.
 — В мире, дружок, натянуто, как струна, вот-вот загудит. На нас идут таким походом, какой, может быть, пострашнее походов тех четырнадцати государств, которые кинулись на Советскую республику в девятнадцатом году».
 Далее Самарин-старший повёл речь о реальной угрозе новой войны против СССР.
 Сын спросил его:
 « — И ты думаешь?..
 — Я обязан думать. Если бы мы об угрозе со стороны немецкого фашизма не думали, начиная с первой половины тридцатых годов, итог Второй мировой войны мог бы быть совсем иным. Причём думали все — от Политбюро партии, от Сталина до пионерского отряда, до октябрёнка, не уповая на кого-то одного, главного, единолично обо всём думающего. Надо задуматься и сегодня… А вы, ребятки, беспечничаете. Все силёнки свои сосредоточили на удовольствиях, на развлечениях, то есть на потреблении. Пафос потребления! Это, конечно, мило, приятно. Развлекайтесь. Мы тоже не только, как говориться, завинчивали что-то железное. Тоже не были монахами: вас-то вот народили сколько. Но беспечности у нас, Феликс, говорю тебе, не было: и днём, и ночью, и в будни, и в праздники готовились, готовились к тому, что на нас рано или поздно нападут, учились воевать, отстаивать свою власть, свой строй, своё настоящее и ваше будущее.
 — И всё равно напали на нас внезапно, всё равно, как всюду пишется, Сталин не подготовился к войне, растерялся.
 — Я понимаю, что ты сознательно обостряешь разговор и подливаешь масла в огонь спора, Феликс. Ты ведь неглупый, ты умный. И ты не можешь не понимать, что, если бы было действительно так, как вот ты сказал, то есть как ты где-то вычитал, мы бы с тобой не сидели сегодня у окошечка с газетками в руках. Твой отец и твоя мать были бы сожжены в одном из стационарных крематориев, предназначенных для планомерного истребления советских людей. А ты, мой друг, с твоими товарищами, пока бы у вас были силёнки, работали бы на немцев как восточные рабы. Не повторяй, Феликс, сознательной клеветы одних и обывательской пошлости других. Было сделано главнейшее: к выпуску самого современного оружия в массовых масштабах была подготовлена наша промышленность, и необыкновенную прочность приобрело производящее хлеб сельское хозяйство, оттого, что было оно полностью коллективизировано. И не было никакой «пятой колонны», оттого, что был своевременно ликвидирован кулак и разгромлены все виды оппозиции в партии. Вот это было главное, чего никто не прозевал, Феликс.
 — Значит?..
 — Да, значит, так. Ваше дело — действовать в таком направлении, чтобы нам и впредь быть необычайно сильными экономически, необычайно превосходить врага идейно, необычайно быть убеждёнными в правоте, в верности своего дела и быть совершенно бескомпромиссными в борьбе против тех, кто убеждённость нашу пытается поколебать, подорвать, ослабить».
 Признаюсь: я воспринимаю этот разговор Самариных как разговор с моим поколением, со мною лично. Это сегодня политически просвещённому молодому и средних лет коммунисту может показаться, что в сказанном Самариным-старшим нет ничего нового. Об этом он давно успел прочесть у Р. Косолапова, Ю. Емельянова, Ю. Жукова да и у многих ещё авторов.
 Но в 1969 году это было сказано впервые, вот так прямо и открыто!!! Сказано тогда, когда партийное руководство страны не опровергло доклад Хрущёва о культе личности Сталина на ХХ съезде партии и ни слова не произнесло в защиту его имени от клеветы и обмана.
 У Симонова в романе «Живые и мёртвые» художественно сильно представлена трагедия 1941 года, но вывод напрашивается один: не предвидел Сталин коварства Гитлера, не успел подготовить страну к отпору врагу. Кочетов решительно не согласен с этим выводом. Была трагедия 1941-го, но ни безысходности, ни растерянности у Сталина не было и быть не могло. Он знал: страна выдержит войну и победит. Как и он, в Победу верило громадное большинство народа.
 
Квартет «искусствоведов»
Но, увы, моё поколение не выдержало испытаний бескомпромиссной идеологической борьбы против коммунистов, против СССР. Нам, коммунистам, не хватало смелости и воли в отстаивании своей правоты перед вышестоящими, в первичной, заводской, институтской, городской, областной партийных организациях. Мало кто решался бросить вызов начальству в случае его явной несправедливости. Становилось всё меньше и меньше бесстрашных идейных борцов. А вот Всеволод Кочетов был бесстрашен всегда, отстаивал свои убеждения где угодно и перед кем угодно, действовал по принципу «иду на вы». Твардовскому он говорил, что тот социалистические принципы подменяет «общечеловеческими» и тем сдаёт позиции социализма. Руководство Союза писателей СССР обличал за размывание принципа партийности в литературе. Обстреливаемый со всех сторон либералами и русофилами, ностальгирующими по дореволюционной России, он не сворачивал с раз избранного пути советского писателя-коммуниста. Роман «Чего же ты хочешь?» — лучшее тому подтверждение. Это роман-предсказание, роман-подвиг.
 Содержание его определяется действиями его героев — зарубежных агентов влияния, отправленных в СССР формально для составления альбома по русскому искусству. Их четверо, и едут они по Советской России в специально изготовленном автофургоне. В нём есть и фотолаборатория, и записывающие устройства, и «демократическая» литература. Словом, всё необходимое для комфорта и для растления и развращения молодёжи. Этот квартет едет с целью выявления кадров для формирования «пятой колонны». Он представляет собой отряд идейных диверсантов. «Никакого шпионажа, никаких действий, дающих основание для выдворения вас из СССР», — напутствует их «высокое лицо» в Лондоне. «У нас иная программа борьбы с коммунистами — борьбы незримой, рассчитанной на разложение советского общества, на подрыв противника в его же лагере» — такова установка в общем виде для квартета «искусствоведов».
 Поименуем его состав. Умберто Карадонна, бывший русский аристократ Сабуров и бывший эсэсовец, а ныне владелец пансиона в Италии. Был на войне, но не убивал людей, отбирал в завоёванной Польше и оккупированной части России шедевры искусства для музея Гитлера. К концу поездки по СССР осознал, что потерял Родину по собственной вине, проникся уважением к Советской России. Это он задал вопрос, определивший название романа. Приведём эпизод из него, когда Генка Зародов — молодой «теневик», избитый Клаубергом (о нём речь впереди), пришёл к Карадонне — Сабурову:
 « — Молодой человек, — как-то разом заговорил с ним на ты, — я тебе задам вопрос: чего же ты хочешь? Чего? Ответь!
 — Ты хочешь, — не замечая его протеста, продолжал Сабуров, — чтобы началась новая война, чтобы вы потерпели в ней поражение и к вам наводить порядки ворвались бы какие-нибудь неоэсэсовцы, неогитлеровцы — не важно, какой национальности — снова ли немцы или кто другой».
 И далее: «Ты хочешь, чтобы русских и всех других, из кого состоит советский народ, превратили в пыль для удобрения европейских и американских полей?»
 Бывший русский аристократ прозрел и понял то, что не хотели понимать советские либералы и русофилы, поверившие в добрые намерения Запада с его «общечеловеческими ценностями».
 Следующий член квартета — бывший офицер СС Клауберг, на счету которого не один десяток лично им расстрелянных и замученных. Ныне он выступает в роли профессора неизвестно каких искусствоведческих наук.
 Самый активный член диверсионной группы американка Порция Браун, агент ЦРУ, специалист по литературе и искушённая в древнейшей женской профессии, к которой прибегает, как только появится интересующий её клиент (к примеру, молодой поэт — непризнанный «гений»).
 Замыкает группу Юджин Росс, американец русского происхождения. То ли «зелёный берет», то ли фотограф.
 Все четверо свободно говорят по-русски.
 Удаётся ли этому диверсионному отряду «холодной войны» выявить потенциальные и уже готовые кадры «пятой колонны»? Да, удаётся и довольно быстро. Кадры, правда, немногочисленные, но опасные.
 
«Пятая колонна»
Первое место в их ряду занимает А.М. Зародов — зародыш угрозы советскому социализму. Лучшие умы Запада, работая над проблемами демонтажа социализма в СССР, исключительно важное значение придавали развенчанию Сталина. Они считали, что с очернением Сталина удалось в некоторых умах, пока не в их большинстве, поколебать веру в то дело, которое совершалось под его руководством. Один из разработчиков программы разложения советского общества изнутри так выразился на этот счёт: «Развенчание Сталина — это точка опоры для того, чтобы мы смогли перевернуть коммунистический мир».
 А.М. Зародов, этот махровый карьерист, не думая о том, именно и был предназначен и используем как агент западного влияния. Лет до сорока своей жизни он мало был заметен на учёном горизонте. «Бойкий, подхватистый, всюду успевающий, но всё же не излучающий никакого собственного света, никакими талантами он не отличался, и люди привыкли думать, что их у него и нет. Лет же с десяток назад звезда эта вдруг засияла. В гору Александр Максимович двинулся, учуяв, что может отличиться на фронте разоблачения культа личности». И отличился, да ещё как! «В своих стараниях он был кем-то в учёных кругах замечен, отмечен, повышен». «Вокруг Зародова закружилась неуверенная в своих силах научная братия».
 Зародов опасен тем, что он выступал за чистоту коммунистических идеалов — нашими словами выступая против нас. Именно зародовы, почуяв ветер перемен с восхождением М. Горбачёва на партийный олимп, мгновенно стали записными «демократами» и «общечеловеками». Они, зародовы, увидели себя в М. Горбачёве. Какой прозорливостью надо было обладать писателю, чтобы в 1960-е годы увидеть то, что случилось в годы 1990-е, — предательство «пламенных коммунистов».
 Под стать Зародову-отцу и сын его Генка. Такой же нахрапистый, бойкий и наглый в достижении своей цели. Идеология, духовная жизнь его совсем не интересуют. Его интерес чисто материальный — где что достать и выгодно продать. Можно сказать, что Генка Зародов расставляет вешки к теневому капиталу.
 Пользуясь политической сатирой, Кочетов представляет нам ещё один экземпляр из формируемой «пятой колонны». Это «поэт, мыслитель» Богородицкий. В прошлом сын богатого купца, он ностальгирует по царской России, где всего-де было вдоволь в помещичьем и купеческом хозяйстве. Богородицкий — русофил, но русофил западной ориентации. Он — член КПСС и, между прочим, замечает, что теперь не то что 15—20 лет назад: и на партсобрания можно не ходить и говорить стало свободнее.
 …Я вспоминаю, как в 1990 году в Ленинграде в Михайловском саду митинги демократов сменяли митинги патриотов. И те и другие проклинали КПСС и советскую историю. Либералы и патриоты с западным акцентом дудели в одну дуду.
 Галерею агентов влияния, представленных нам Всеволодом Кочетовым, завершает образ профессиональной антисоветчицы — Жанны Матвеевны, Жанночки, как принято было её называть. Эту старую, грязную, из дома почти никуда не выходящую (только разве что за продуктами) особу часто навещали зарубежные гости, когда возникала нужда оклеветать кого-либо из известных советских людей (писателей, учёных, партийных работников), имеющих большой моральный и интеллектуальный авторитет в обществе. «Жанна Матвеевна владела великим даром так перемешивать факты действительности с её собственными измышлениями», что письменные анонимные «сигналы приобретали полное правдоподобие. От них нелегко было отмахнуться». У неё были секретные материалы, к примеру, «записи некоторых судебных процессов, даже бесед с кем-либо в руководящих партийных сферах».
 От своей «работы» Жанна Матвеевна испытывала удовлетворение — это была месть людям, народу, стране, не оценившим её уникальность. Она была не бесталанна. Окончила университет, защитила кандидатскую диссертацию и часто выступала на собраниях, да так правильно, что даже прож-жённым ортодоксам становилось не по себе. Жанна Матвеевна оставила работу и стала «свободным художником». Достигла высокого профес-сионализма в составлении фальшивок. Её адрес сообщался под большим секретом, как правило, избранным иностранным «гостям».
 Не без помощи таких вот радетелей «свободного мира» был опорочен первый секретарь Ленинградского обкома КПСС Г.В. Романов, якобы (о чём сообщалось в западной прессе) использовавший на свадьбе своей дочери царский сервиз, взятый из Эрмитажа. Комиссия Верховного Совета РСФСР доказала ложность этого сообщения. Но пока она занималась расследованием, Г.В. Романов лишился статуса кандидата №1 на должность Генерального секретаря ЦК КПСС. Этот статус получил М.С. Горбачёв.
 Выведенные Кочетовым типы агентов влияния (никто из них так не думал о себе, разве что Жанна Матвеевна) не бросались в глаза советским людям. Одной из причин тому в 1960-е годы стали последствия войны: она вырвала из жизни самых морально чистых и умных, самоотверженных. Да и жить стало лучше: росли потребности в комфортной, безмятежной жизни. Отсюда стало набирать силу советское мещанство. Немало страниц уделено этой опасности для социализма в романе «Чего же ты хочешь?». Всё это происходило при понижении политической роли рабочего класса после ХХII съезда КПСС, снявшего диктатуру пролетариата с повестки дня жизни советского общества. Вот тогда-то и наступило время «оттепели» для либералов. Разоблачение культа личности Сталина для одних стало благодатной почвой для политической карьеры, для других (их было немало) — возможностью выразить горе, обиду и боль за родственников и близких им людей, ставших невинными жертвами политических репрессий.
 Поставим вопрос жестокий, но неотвратимый при объективном анализе содержания социалистического переустройства страны в условиях неизбежной войны с целью её уничтожения: а возможно ли было обойтись без политических репрессий и невинных их жертв, когда идейная борьба партии с оппозицией была сопряжена с борьбой за овладение карательными органами пролетарской диктатуры (ВЧК — ГПУ, ОГПУ, НКВД) и когда нехватка политически зрелых кадров искажала решения партии по вопросу о политических репрессиях?
 Ни данный вопрос, ни данные обстоятельства (а они не единственные, не оправдывающие, но объясняющие причины жестоких издержек) не были приняты к рассмотрению высшим партийным руководством. Доклад Хрущёва на ХХ съезде был лишён объективного анализа и застал партию врасплох. А именно этот доклад послужил отправной точкой для разработки новой стратегии империалистического Запада — уничтожения СССР не военным путём (это отодвигалось на второй план), а путём разложения советского общества изнутри. Причём не методами лобовой атаки, а методами обволакивания противника идеями добра, гуманности, демократии, общечеловеческими ценностями, побуждением жёсткой критики советской истории — вся она подчинена была-де культу личности Сталина. Готовились одни психологические разработки для духовной деградации старшего поколения, для среднего — другие, для молодёжи — третьи. Программу разложения советского общества Кочетов изложил устами Порции Браун и Клауберга. Своим романом «Чего же ты хочешь?» его автор предупреждал высшее партийное руководство, литераторов и деятелей искусства, всё советское общество: капиталистический Запад готовит новый крестовый поход против нашего социалистического Отечества. Увы, реакции не последовало ни в ЦК КПСС, ни в Союзе писателей СССР, ни в обществе. Споры были жарче не придумаешь. Но гласного, в печати, на общественных дискуссиях, обсуждения романа не состоялось. Так решило высшее партруководство. Стало быть, не состоялось и общественного мнения. Все были уверены: Советский Союз после Победы 1945 года несокрушим. В этом были уверены и Брежнев, и Твардовский. Доклад Хрущёва о «культе личности» побудил главного редактора «Нового мира» к публикации «Одного дня Ивана Денисовича» Солженицына. Советские либералы воспряли духом, и в их среде формировалась антисоветская «пятая колонна». Обличение культа личности Сталина выродилось в обличение всей советской истории, в отвержение социалистических ценностей. Трагедия Всеволода Кочетова состояла в том, что он увидел это много раньше других и был почти одинок в осознании грозящей опасности. Если бы не Шолохов, он подвергся бы беспощадному бичеванию.
 
Тогда диверсия не состоялась
…Едет фургон по городам Советской России, и диверсионный «квартет» совращает молодёжь пропагандой культа денег и вещей, циничного прагматизма и бесстыдства: долой стыд! Раскрепощайтесь! Через 30 лет об этом будет кричать телереклама: оттянись со вкусом! Бери от жизни всё! Всеволод Кочетов предупреждает: ещё не поздно остановить идеологическую, нравственную и духовную диверсию — отказаться от «даров» Запада. От низкопробной кинопродукции с культом грубой силы и приобретательства, «красивой жизни», от музыки без мелодии, от того авторского искусства, которое композитор Гаврилин метко назвал «автофекальным». Ещё не поздно, намекает Кочетов, ещё есть советский патриотизм даже у тех из молодых, кто становится (но не стал окончательно) мещанином на западный манер.
 Показательна в этом отношении сцена встречи Юджина Росса с приятелями Генки Зародова. Все уже были под градусом, когда Юджин Росс предложил спеть пошлую антисоветскую песню о войне. Тогда один из участников встречи прервал его и сказал: «Если хотите песню о войне… Как ребята, знает кто из вас слова «Войны народной»?» «Сначала не в лад, сбиваясь с мелодии, путаясь в словах, к великому удивлению Юджина Росса, эти парни, которые только что глушили виски и джин, которые только что рассказывали о целых системах одурачивания начальства, дальше всё стройнее и стройнее пели грозную песню военных лет, всё воодушевляясь, всё сливаясь в единый поющий организм:
 Пусть ярость благородная
    Вскипает, как волна,
    Идёт война народная,
    Священная война.
 Юджин Росс сидел, посматривал на них исподлобья и недоумевал, в чём же он ошибся, чего не учёл, что сделал не так, почему налаженное было взаимопонимание вдруг разладилось, расстроилось. Ответа он не находил. А песня всё гремела, сотрясая нелепо раскрашенные стены комнатки. Песне было в этих стенах тесно, она рвалась за окна, за двери, на улицу».
 А вот Порция Браун была в одном шаге, как говорится, от осуществления своего порочного замысла — дать молодёжной группе урок бесстыдства, то есть провести «мастер-класс» стриптиза. Получив молчаливое одобрение, она не стала медлить. Лишь появление Феликса Самарина и писателя-фронтовика Василия Булатова — главного героя романа — до окончания порнографического действа остановило Порцию Браун и послужило тревожным сигналом для соответствующих государственных органов. «Квартету» диверсантов пришлось досрочно покинуть СССР. И здесь прочитывается предупреждение В. Кочетова: всё может быть опаснее, чем кажется на первый взгляд. Автофургон с группой диверсантов — не коллективный Запад, но он его символ, его образ.
 Главный герой романа Василий Булатов как активно действующая личность появляется в середине его. Но сразу становится понятным, что именно он олицетворяет главную идею автора — идею об исторической миссии рабочего класса. Против неё направлена система идеологических диверсий имперского Запада и, в частности, обитателей автофургона. Действовали наши противники не прямо, а зигзагообразно. Вели разговоры о свободе слова, о создании условий для инакомыслия, плюрализма мнений; о праве художника служить «чистому» искусству, а не государству и народу; об опасности со стороны советской идеологии и морали для свободного самовыражения личности в авторском — авангардном искусстве. Ну и, конечно же, о парламентаризме, как единственно возможной форме демократии. Словом, настойчиво и последовательно пропагандировалась свободная жизнь западного мира. И ни слова о том, что за парламентаризмом, в расчёте на вечность, стоит диктатура капитала. А вот о том, что марксизм-ленинизм устарел и является философским и идеологическим атавизмом, сказано в романе немало. В частности, одним из его действующих лиц — псевдомарксистом Спадой, представляющим итальянскую компартию, руководство которой сбилось на путь оппортунизма, заболело еврокоммунизмом, то есть отказалось от диктатуры пролетариата, а это «одна из самых замечательных и важнейших идей марксизма» (В.И. Ленин).
 Булатов не уходит ни от одного из упомянутых вопросов, не пытается в чём-либо сделать уступку своим идеологическим противникам, так сказать, соблюсти некую политкорректность. Он говорит прямо и просто, по Марксу и Ленину. Вот фрагмент его беседы с рабочими цеха, в котором он когда-то работал: «Сегодня в цехе… тоже шёл подробный разговор. О судьбах рабочего класса. Неправильной пропагандой можно всё искривить. Предав рабочий класс забвению в литературе, в искусстве, можно добиться того, что люди будут судить о рабочем классе неверно. Начнут теоретизировать в том смысле, что, а не исчезает ли этот класс вообще, превращаясь в класс техников и инженеров, то есть переставая быть классом… Кто виноват? Кто добился этого? Тот, кто боится рабочего класса, зная, что рабочий класс — могильщик капитала. Всей мощью своей пропагандистской машины, изо дня в день влияя на молодые умы, капиталисты долбят, долбят и долбят одно: марксово учение об эксплуататорах и эксплуатируемых устарело, эксплуататоров и эксплуатируемых уже нет, есть партнёры в общем процессе производства. Некоторые хозяева идут даже на то, что известное число акций продают рабочим, и те как бы становятся совладельцами, тоже хозяевами предприятий, следовательно, уже не рабочими. Ловко? В нынешнем мире это один из главнейших вопросов: роль рабочего класса. В повседневной суете, шумя и политиканствуя, о нём начали было позабывать, и в итоге многое оказалось оторванным от почвы, повисло в воздухе, болтая беспомощно ногами. Некоторые революционные партии утратили чувство реальности и перспективы, позабыв, что и создавались-то они как партии рабочего класса, а вот растворившись в обывательских массах, незаметно исподволь превратились в партии мелкобуржуазные, с идеологией мелкой буржуазии. Нет, друзья, без рабочего класса, без ведущей его роли никакие революционные деяния и преобразования невозможны».
 
Главный вопрос современности
«Но это же публицистика», — скажет нам взыскательный читатель и будет прав. Публицистичен роман Всеволода Кочетова. Публицистичен образ Булатова, в котором нетрудно узнать самого автора романа. Но именно его публицистичность делает его чрезвычайно актуальным и захватывающе интересным.
 Подчеркнём: речь идёт не просто о публицистике, а о публицистике политической. Она без каких-либо намёков, без того, что читается между строк, а открыто и прямо звучит в устах Василия Булатова о главном в романе — о марксистско-ленинском учении, об исторической роли рабочего класса, о диктатуре пролетариата. Нет никакой случайности в том, что именно Клауберг — этот отъявленный фашист, олицетворяющий самую страшную форму буржуазной диктатуры, не желая того, читает на фронтоне одного из зданий, что находится рядом с библиотекой имени Ленина, слова пролетарского вождя: «Только диктатура пролетариата в состоянии освободить человечество от гнёта капитала». Они для Клауберга — как выстрел в упор.
 Всеволод Кочетов привёл эту ленинскую революционную формулу именно потому, что знал об оппортунистическом отступлении от неё на XXII съезде КПСС.
 Мы пожинаем плоды этого отступления — живём в обществе реставрированного капитализма. Теория конвергенции, теория информационного общества и вот теперь наспех сколоченная теория цифрового социального развития — все они поочерёдно противопоставлялись марксистско-ленинской теории, объявлялись альтернативой ей и в итоге все поочерёдно уходили в небытие. Буржуазия не выдвинула из своей среды никого, сравнимого по масштабности мышления с Марксом и Лениным.
 Идея диктатуры пролетариата смертельна для диктатуры капитала, и потому он спешит объявить её как отжившую свой век. Так было и так будет, пока она, эта идея, не овладеет большинством масс, потребуются долгие годы и десятилетия для её пропаганды компартией, очищенной от оппортунизма, от всех его разновидностей.
 Роман Всеволода Кочетова и об этом — главном вопросе современности.
 

Онлайн Ashar1

  • Политсовет
  • *****
  • Сообщений: 7340
Очень АКТУАЛЬНАЯ, ГРАМОТНАЯ и ИНТЕРЕСНАЯ статья Юрия Павловича Белова. Помнится, по молодости в начале семидесятых я как - то бегло прочитал в номерах журнала "Октябрь" роман Всеволода Анисимовича Кочетова «Чего же ты хочешь?» и не придал ему большого значения. А спустя годы и особенно после девяностых годов уже прошлого века понял, как всё - таки Кочетов был прав! Ведь не с бухты - барахты наш Союз развалился. Его подтачивали изнутри завуалированные враги и ренегаты, окопавшиеся и в Партии, и в органах Советской Власти... Внутрипартийные идеологические диверсанты... А с другой стороны - я был в очень добрых отношениях с покойным ныне Иваном Михайловичем Шевцовым, автором другого не менее популярного в те годы романа "Тля", в котором было показано, как уничтожается наша Русская, Советская культура. Вспомним наших выдающихся поэтов К. Симонова и А. Твардовского, известных военачальников, смотревших в рот волюнтаристу и троцкисту Хрущёву. Ведь после смерти Сталина они по сути дела первыми и предали Вождя. А вот Михаил Шолохов не предал. И Всеволод Кочетов, и Иван Шевцов и Константин Рокоссовский НЕ ПРЕДАЛИ СОВЕТСКИХ ЛЕНИНСКО - СТАЛИНСКИХ ИДЕАЛОВ. Социалистическая Родина и Партия стали гнить с самого верха усилиями карьеристов и оппортунистов, волков в овечьих шкурах, сумевших оседлать высшую власть в стране. Как они туда пробрались, как их туда пропустили честные коммунисты и патриоты? Неужели сегодня бессовестных больше, чем совестливых ЛЮДЕЙ? Ведь" совесть( по В. Далю) нравственный судия человека". Неужели всем честным ЛЮДЯМ придётся погибнуть от разврата, разбоя и цинизма бесчестных и лживых двуногих скотов? Вопросы требуют немедленного ответа. Время не ждёт. Совесть - Она или есть, или нет Её. А диктатура пролетариата - трудящихся, СОВЕСТЛИВЫХ ЛЮДЕЙ - рождается только в ИХ бескомпромиссной борьбе с капиталистическими паразитами и иудами. АМИНЬ!

Оффлайн харчиков евгений

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 1694
… непонятно, нужно ли было променять «империю зла» на банановую республику зла, ввозящую бананы из Финляндии.
(В. Пелевин.)