Автор Тема: Выборы  (Прочитано 217340 раз)

0 Пользователей и 11 Гостей просматривают эту тему.

Онлайн малик3000

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 3076
Re: Выборы
« Ответ #585 : 31/08/19 , 13:53:16 »

Бортко
Бортко снялся с выборов губернатора Петербурга. По всей видимости, на фоне абсолютно блёклого Беглова у него появились шансы создать кремлевскому кандидату проблемы и даже устроить второй тур. Поэтому его могли попросить, а он уважил просьбу. Это всё, что нужно знать о "системной оппозиции" - она комфортно чувствует себя именно в роли "оппозиции", за это получает свои тридцать мелких монет, и её все устраивает. Ничего нового - Зюганов в 96 году победил на президентских выборах, но для него это стало крайне неприятной неожиданностью, вследствие чего он поспешно отказался от борьбы, фактически предав тех, кто ему поверил. Ничего не меняется. Да и не может измениться.

Онлайн малик3000

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 3076
Re: Выборы
« Ответ #586 : 02/09/19 , 17:41:38 »
Конец Путина в устах Навального и Ходорковского
August 29th, 10:02
Путин вполне может прожить еще 20-30 лет при надлежащем уходе за его тушкой. Но путинизм столько вряд ли протянет, потому что политический режим, нуждается не в Путине, как таковом, а в легитимности, то есть признании господства правящего класса со стороны масс. Легитимностью правящий режим пока обладает, однако динамика крайне неприятна для хозяев Кремля – уровень ее поддержки падает. Но страшно даже не это, он уже не раз падал, а то, что никаких резервов для его поддержания не остается. Дошло до того, что Кремль пользует для сохранения своей легитимности… Навального с Ходорковским.


На чем базируется легитимность? Если кто-то скажет, что на насилии и страхе, то попадет пальцем в небо. В политологии легитимность — политико-правовое понятие, означающее положительное отношение жителей страны или государства, больших групп, общественного мнения (в том числе и зарубежного) к действующим в конкретном государстве или стране институтам власти, признание их правомерности. Опираться на насилие, террор власть начинает исключительно тогда, когда утрачивает положительное отношение к себе, то есть теряет легитимность. На голом насилии поддержание господства невозможно сколь-нибудь длительное время. В современном мире нелегитимные режимы способны продержаться от силы несколько месяцев.

Кто-то может возразить: мол, раньше власть столетиями опиралась на насилие, например, в Российской империи, самого понятия «легитимность» не существовало. А всякого рода пугачевщина безжалостно топилась в крови. Точно так же, дескать, действовал сталинский режим, доведя конвейер массового террора до совершенства. Такие суждения в корне неверны. Во-первых, понятие легитимности возникло одновременно с понятием «политическая власть». Политическая власть всегда нуждается в признании. Другое дело, что авторитарные режимы (таковыми ранее были все правящие режимы) опирались на признание со стороны элит. Монарх мог царствовать лишь покуда он устраивал высший слой аристократии. Когда он утрачивал легитимность в их глазах, его просто убивали. Существовал и общепризнанный инструмент легитимации власти – церковь.

Да, мнение масс, народа, населения, податных сословий, подвластных племен элиту не интересовало, но лишь покуда эти самые массы не становились инструментом в борьбе за власть, а позже, уже в эпоху индустриализма, не приобрели политические права. Отныне господствующий класс вынужден заключать с населением общественный договор, который освящает (легитимирует) уже не церковь, а процедура делегирования полномочий снизу вверх. При феодализме полномочия делегировались сверху вниз, а монарх их получал ка бы от самого бога. Поэтому теперь даже самые жестокие диктатуры вынуждены использовать этот часто ненавистный им ритуал выборов для своей легитимации. И массовый террор оправдывается вовсе не необходимостью укрепления власти диктатора, а защитой интересов лоялистского большинства.

Сталинский режим никогда не был демократическим, но опирался он на положительное отношение абсолютного большинства населения. Только поэтому он мог широко использовать террор для подавления инакомыслия и протеста. Ранее я описывал механизм эффективного массового террора, который является таковым лишь в том случае, если вершится большинством против меньшинства. Проще говоря, власть, опирающаяся на поддержку большинства, может десятилетиями терроризировать меньшинство. Но никогда невозможно обратное. Именно поэтому английская колониальная администрация в Индии не прибегала к террору против населения с помощью оккупационных войск, а использовала для этих целей местных царьков, раджей и султанов, легитимных властителей на подконтрольных им территориях. А если кого-то из них и свергали (части при содействии самих англичан), то это не означало утраты контроля над колониями.

Сталинский режим был легитимен, и потому репрессии, какими бы массовыми они ни были, всегда оказывались направленными против меньшинства (пускай даже меньшинства ситуативного). Поэтому насилие оставалось эффективным, а открытая борьба с правящим режимом не имела ни малейших шансов на успех. Кстати, война с Германией убедительно продемонстрировала легитимность советского строя. За редким исключением племенных восстаний (чеченцы, ингуши, калмыки, крымские татары) и коллаборационизма на недавно присоединенных территориях население продемонстрировало единодушную поддержку власти. Восстания против легитимной власти всегда терпят поражения, потому что не могут охватить большинство по определению.

Исходя из этих совершенно азбучных истин, следует вывод: если ты хочешь добиться свержения диктаторского режима Путина, следует решить стратегическую задачу – лишить его легитимности. Если режим теряет легитимность, способ перехвата власти будет определяться исключительно тактическими соображениями – это может быть вооруженное восстание, как в Румынии, майдан, как в Чехословакии, или Круглый стол, как в Польше (все перечисленные события происходили в 1989 г.). Важно то, что смена режима во всех трех упомянутых случаях стала возможной исключительно потому, что власть утратила легитимность.

Все антипутинские силы, если они реально желают смены политического режима, должны добиваться одного – делегитимации кремлевского карлика и его банды всеми доступными способами. Логично? Но для этого надо понимать механизмы, с помощью которых он добивается легитимности. Характер российского правящего режима строго научно определяется как электоральный авторитаризм гегемонистского типа. Среди политологов существует две точки зрения на то, что есть такое электоральный авторитаризм. Одни предлагают считать его переходным типом от авторитаризма к либеральной демократии, аргументируя это тем, что транзитные (гибридные) режимы обладают как признаками авторитарной диктатуры, так и атрибутами демократии. Это чисто формальный подход. Дело в том, что транзитный режим должен переходить от авторитаризма к демократии, но в случае с РФ, Казахстаном, Венесуэлой и другими странами мы наблюдаем движение в обратном направлении – от зачаточной демократии к авторитарной диктатуре.

Другие же полагают, что электоральный авторитаризм есть не переходная, а завершенная форма авторитарного режима, который использует формально демократический инструментарий для достижения господства. Гражданские права и свободы в тираниях такого типа лишь провозглашаются, однако их реализация на практике либо затруднена, либо совершенно невозможна. Скажем, в РФ формально провозглашается свобода слова, цензура запрещена. Однако ни одного неподконтрольного государству телеканала нет, а свобода высказываний в Интернете преследуется в уголовном порядке. Формально декларируется свобода вероисповедания, но фактически тюрьмы забиты мусульманами, которые «неправильно» молились, а церковь Свидетей Иеговы запрещена. Преференции получает только аффилированная с государством церковь. Про избирательное право можно сказать то же самое: право быть избранным, например, депутатом Мосгордумы есть у каждого, однако для независимых кандидатов попытка воспользоваться этим правом заканчивается кутузкой.

Таким образом граница между разрешением и запретом совершенно стирается. Правда – это ложь. Свобода – это рабство. Война – это мир. Электоральный авторитаризм –диктатура оруэловского типа, опирающаяся на имитацию демократических процедур, массированную пропаганду и манипуляцию массовым сознанием. Даже террор гибридные режимы применяют не открыто, как классические диктатуры, а казуистически. Все знают, по чьему приказу убили Немцова, но заказчик убийства будет мамой клястся, что возмущен этим страшным злодеянием. И вторжения в чужие страны путинский режим совершает не открыто, а посылает туда «ихтамнетов».

Возникает вопрос: а зачем диктаторскому режиму Путина заморачиваться со всеми этими крайне обременительными, дорогостоящими и опасными демократическими процедурами, почему бы ему не стать деспотией классического типа, отбросив все эти условности? Отвечаю: имитационные демократические процедуры крайне важны для Кремля, потому что именно через них он добивается признания своего права на господство, то есть легитимности внутренней и внешней. Ну, не может крысеныш летимировать свою власть с помощью церкви, как, например, в Иране или Афганистане. По крайней мере, пока. Ему жизненно важно получить внешнюю легитимность, поскольку экономически путинская диктатура зависит от сырьевого экспорта, что кстати очень характерно для гибридных режимов.

Что бывает с диктаторами, которые утрачивают внешнюю легитимность, можно во всей красе наблюдать на примере венесуэльского каудильо Мадуро. Выборы 2018 г. настолько внешне не соответствовали общепринятым стандартам, что ведущие страны Запада не признали его законным главой государства. К чему это привело страну, можете посмотреть сами. Впрочем, разделение легитимности на внешнюю и внутреннюю зачастую условно. Чаще всего диктатор теряет внутреннюю легитимность, и одновременно внешние игроки отказывают ему в доверии. Никто не желает иметь дело с банкротом. Достаточно редки случаи, когда правитель утрачивал внешнюю легитимность, сохраняя внутреннюю. Почти всегда это было связано с диктаторами, замешанными в терроризме (Муаммар Каддафи, Башар Асад, Омар аль-Башир). Впрочем, для них это в любом случае заканчивалось печально.

Исходя из вышесказанного следует признать, что демократический антураж имеет для путинского режима колоссальное значение. Стать изгоем для него смерти подобно (хотя именно в этом направлении он и шагает). Следовательно, если вы желаете лишить Путина власти, следует сделать так, чтобы он не мог использовать имитацию выборов для поддержания легитимности своего режима. Кто-то может заявить, что Путину плевать, как мы голосуем, все равно посчитают, как надо. С этим не спорю. Так и есть. Но легитимность власть получает ЧЕРЕЗ ПРОЦЕДУРУ, через участие населения в этой процедуре. А как вы проголосуете, действительно, похер. Точно так же и попам нет никакого дела, верите вы в бога или нет. Главное, чтобы вы соблюдали обряд, следовали предписанным нормам поведения, платили церкви десятину. А на ваш внутренний мир им насрать с высокой колокольни.

В чем тогда смысл внешнего соблюдения обряда? Он заключается в том, что для остальных людей приемлемо лишь то, что делает большинство. Если большинство исполняет обряд, оно таким образом программирует поведенческий паттерн, следовать которому обязательно для члена общества, не желающего идти на конфликт с окружающими. Я не открою секрета, если скажу, что свыше 90% людей – конформисты.

Выборы в РФ – это именно обряд, ритуал, лишенный какого-либо практического смысла. И Кремль от населения требует одного – исполнения ритуала, а вовсе не веры в демократию и знания программы той партии, за которую вы голосуете. Работает этот ритуал примерно так. Человек идет на выборы и голосует против Путина. А на следующий день ему зомбоящик радостно объявляет, что фюрер получил поддержку 77% избирателей. Человек думает: «Плешивый, конечно, конченый мудак, но раз большинство за него, я свое мнение буду держать при себе».

В том, что большинство за него, гражданин не сомневается, потому что он сам видел толпы на избирательном участке. На работе в курилке заходит разговор о том, кто за кого голосовал. И тут люди либо молчат, либо говорят, что голосовали за Путина. И если нашего обывателя спросят прямо, кому он отдал свой голос, тот, не моргнув глазом, отрапортует, что голосовал за дорогого Владимира Владимировича. А зачем ему нарываться на конфликт, вдруг донесут директору? Начальник, конечно, не оштрафует за нелюбовь к фюреру. Но скоро в этом славном бюджетном учреждении грядет оптимизация, то есть сокращение штата, и ходят слухи, что начальство велело составить списки политически неблагонадежных людей, которых и будут выбрасывать на улицу. Раз уж кого-то надо уволить, то пусть это будут «непатриоты», то есть лица, не любящие власть. Быть непатриотом сейчас чревато, надо быть как все…

Выше я описал психологический процесс признания власти, происходящий в сознании отдельного индивида, который на самом деле эту власть не любит и даже голосовал против нее. Но как он голосовал, никто не узнает. Точно так же он сам не узнает, как голосовали его коллеги по работе. Но он уверен, что его окружение испытывает теплые чувства к вождю, потому что большинство публично демонстрируют лоялистские паттерны. И раз большинство признает эту власть, он признает волю большинства, то есть опосредованно признает власть. Вот какое колоссальное значение имеет ритуал участия в выборах!

Часто я в ходе избирательных кампаний сталкивался с таким любопытным феноменом. В ходе соцопроса задаетсяя вопрос: «За кого вы голосовали на прошлых выборах мэра?». При достаточно большой выборке теоретически должен получиться ответ, близкий к реальному электоральному результату действующего главы города. Известно, что он победил, набрав, скажем, 42%. Однако то, что свой голос на прошлых выборах они отдали победителю, отвечают 60-80% респондентов, то есть в 1,5-2 раза больше, чем это было на самом деле. Это и есть тот эффект легитимации власти, который обеспечивает участие в ритуале. То есть победивший кандидат получает признание даже тех, кто голосовал за другого.

Что случится с властью, если люди перестанут ходить на выборы? Произойдет то же самое, что с церковью, лишившейся паствы, театром, в котором нет зрителей, кинозвездой, на чьи фильмы никто не ходит. Эти институты просто утрачивают свою общественно значимую роль и умирают. Власть утрачивает легитимность и обанкротившийся правящий режим уступает место другому, пользующемуся большей поддержкой.

Вы хотите сказать, что невозможно добиться того, чтобы никто не пришел на выборы Путина? Так этого и не надо. Напоминаю, что легитимность имеет власть, опирающаяся на положительное отношение БОЛЬШИНСТВА населения. Если же на выборы придет меньше людей, чем на протестный митинг, это сформирует новый поведенческий паттерн. Для общества, внешнего мира, да и для самой власти станет очевидно, что БОЛЬШИНСТВО считает правящий режим нелегитимным, относится к нему враждебно, и именно этой линии начинает придерживаться то самое конформисткое большинство, которое всегда и везде поступает «как все».

Поэтому утрата легитимности чаще происходит обвально, когда случается некое знаковое событие, демонстрирующее наступление новой реальности. После утраты легитимности правящий режим способен поддерживать свое господство открытым террором, но в современных условиях это может длиться максимум несколько месяцев. Тунисский диктатор Бен Али накануне Жасминовой революции, баллотируясь на пятый президентский срок, получил свыше 90% голосов. Однако стоило выйти на улицы с протестом примерно 1% населения, и его легитимность рассыпалась в прах в течении нескольких дней.

Теперь давайте поглядим, какую стратегию действий нам предлагает россиянская «оппозиция»? Я имею в виду, конечно, внесистемную оппозицию, потому что системной не существует в принципе. Навальный говорит: идите на выборы и голосуйте за того, на кого я укажу пальцем – так мы победим «Единую Россию». Ходорковский наущает: идите на выборы и портите бюллетени – так мы покажем власти свое к ней отношение. Какой из этих подходов более разумен? Они оба антипродуктивны. Обычно власть нанимает на выборах скоморохов типа Грудинина и прочих собчачек, единственная задача которых – форсировать явку, привести протестных баранов на участки для голосования заставить их участвовать в ритуале, через который диктаторский режим продляет свою лицензию на господство. А тут сами оппы добровольно и искренне во всю глотку призывают свою паству принять участие в ритуале, через который режим получает легитимность, обосновавая это тем, что они таким образом приближают конец путинизма. Давайте коротко рассмотрим, почему навальновское Умное голосование принципиально не сработает:

1.Навальный не в состоянии донести свой призыв до широких электоральных масс. Да просто потому, что он может использовать для этого лишь Интернет, но те, кто сидят в фейсбуках и ютубах, практически не ходят на выборы, а дисциплинированно отбывающее этот номер совковое старичье программируются с помощью зомбоящика. То есть целевой аудитории (электорально активные группы) навальновская пропаганда не накрывает.

2. Даже если где-то, например, в Москве, у него есть относительно многочисленная социальная база и налаженная система коммуникаций с ней, сформировать тренд на протестное голосование все равно невозможно. Ну, например, за кого следует умно голосовать избирателям на 43-м округе, откуда со скандалом поперли Любу Соболь, чтобы урыть «Единую Россию»? Во-первых, единоросс по этому округу не баллотируется. Во-вторых, за мандат бьются представители трех системных партий, не считая явного аутсайдера яблочника Митрохина, и по идее умно голосовать надо за того, кто в рейтинге на втором месте. Но и на втором месте, и на первом кандидаты, абсолютно лояльные мэрии, и потому никакого протестного голосования не может быть по определению.

3.Даже если где-то баллотируется плохой единоросс, есть альтернативный системный кандидат, не вызывающий особого отторжения, и Навальному удастся мотивировать протестный электорат ставить галочку за последнего, власть может привычно сфальсифицировать итоги голосования. Такое случалось уже тысячи раз. И что этому могут противопоставить навальнята? Разве что в ЕСПЧ заяву накатать, потому что ходить по путинским судам с жалобой на действия путинских избиркомов совершенно бессмысленно. Победа, которую ты не можешь защитить, ничего не стоит, она превращается в поражение.

4.Даже если вдруг случится чудо и на каком-то отдельном округе Навальному удастся пропихнуть в Мосгордуму не единоросса, а, например, коммуняку – что это даст противникам путинского режима? Да ровным счетом ничего. Потому что КПРФ является частью путинского режима и все кандидаты от зюгашей проходят через строгие фильтры администрации президента. Какая разница, получит мандат запутинец-едираст или запутинец-коммуноид? В свое время у КПРФ было довольно много губернаторов. Все они в первой половине нулевых дружно вступили в «Единую Россию» по команде из Кремля. И не одного из них КПРФ публично даже не осудила за измену делу коммунизма.

Я бы на месте мэрии не отказал себе в удовольствии изощренно поглумиться над Навальным, если где-то системный кандидат вдруг победит единоросса – заставил бы его вступить в ЕР. Поверьте, если Собянин выскажет такое пожелание, никто из системных кандидатов не найдет в себе силы отказать. А то ведь рыльце-то у всех в пушку, и в любой момент всякий депутат может стать жертвой «борьбы с коррупцией», которую проводит власть.

4.Но давайте даже представим, что «Умное голосование» стрельнуло в половине округов и в Мосгордуме 23 мандата принадлежит едирастам и 22 – остальным системщикам. Какой от этого профит будет избирателю хотя бы гипотетически? Вот есть в Государственной Думе целых три фракции какбы антиедросовских. И дофига ли от этого пользы? И если столь же беззубые и лояльные Кремлю депутаты появятся в региональном совершенно декоративном парламенте, что это изменит? Вопрос, как вы понимаете, риторический.

Разбирать инфантильную забаву Ходорковского с порчей бюллетеней вообще не вижу смысла. Ну, напишет там кокой-нибудь мишин фанат «Свободу политзаключенным» - и чо? Я еще понимаю, если бы он эту надпись намалевал на своем балконе – это был бы поступок. Или сделай татуху с антифашистским лозунгом у себя на груди и периодически оголяйся – зачотный флешмоб выйдет. Но почеркушку на бюллетени не увидит никто, кроме членов участковой комиссии и, возможно, пары наблюдателей. Повторюсь, правящему режиму насрать на вашу фигу в кармане. Точно так же попам плевать, что на церковной службе вместо молитвы вы тихонько бормочете себе под нос «Бога нет, бога нет, бога нет». Важен сам факт вашего прихода в церковь – это придает вес церкви, а вовсе не то, насколько серьезно вы рассчитываете после смерти вознестись на небеса. Точно так же путинскому режиму достаточно того, что вы придете на выборы, совершив ритуал признания этой процедуры, а через признание процедуры вы наделяете легитимностью власть, получающую полномочия через выборный ритуал.

Кто-то усомнится в том, что все на самом деле так просто и незамысловато. Мол, аффтар гонит, не могут же Навальный и Ходорковский понимать в политике меньше, чем какой-то говноблогер! Почему же не могут? Понимание – это квинтессенция жизненного опыта. А какой электоральный опыт у Ходорковского? Нулевой. В бизнесе он соображает уж точно больше, чем я, но что он может смыслить в политтехнологиях и партстроительстве? Однако я не даю никому советы, как стать миллиардером, а вот Михаил Борисович почему-то уверен что его «политические стратегии» имеют какую-то ценность. Нет, это заблуждение, причем довольно банальное. Флешмобу порчи бюллетеня уже более 10 лет, и ни разу он не дал никакого эффекта, потому что это может произойти только в том случае, если большинство голосующих испортят бюллетени – в этом случае выборы по закону должны быть признаны несостоявшимися.

У Навального политический багаж чутка побольше, но и тот ни разу в жизни не победил на выборах, и не провел ни одного своего ставленника даже в мундепы. То есть формально он пока обладает опытом неудачника. Потому нисколько не удивительно, что мой тезка не понимает ни электоральной механики, ни социальной психологии. Он никогда даже рядом со властью не стоял, так откуда же он может разбираться в тонкостях механизмов легитимации авторитарных режимов? Разоблачает казнокрадов он лихо, признаю таланты мастера, но даже гениальный пропагандист не обязательно хороший политик.

Конечно, можно предположить, что он все прекрасно понимает и сознательно разводит лохов в интересах путинского режима, но зачем строить сложные конспирологические теории там, где все элементарно объясняется банальным непрофессионализмом и некомпетентностью? Я не с целью приопустить Навального это говорю, ибо не может быть у него успешного опыта публичного политика в условиях электорального авторитаризма, при котором публичная политика отсутствует, как таковая.

Ага, знаю, что сейчас злорадно завопят осокорбленные до глубины души фанаты Ходорковского и Навального: «Ну, давай, иксперд, научи нас, как нужно эффективно убивать легитимность путинского режима, поделись своей мудростью!».

Лет 10 назад я, действительно, разродился бы многабукафными постами, в которых во всех подробностях расписывал технологии и приемы делегитимации власти, анализировал опыт других стран, оценивал действенность тех или иных стратегий, делился личным опытом… Но теперь я обладаю достаточным уровнем здравомыслия, чтобы осознать тщету подобных усилий. Дуракам это не нужно, они хотят получить простой и безотказный способ решения сложной проблемы, все остальное сходу отвергают.

Но дурак – это не приговор. Дураки умнеют, и в этом им помогает жизненный опыт. В конце концов они настолько умнеют, что приобретают способность усваивать не только свой, но и чужой жизненный опыт. Вот тогда я с моими советами вам и пригожусь. А пока, если хотите свергнуть плешивого кощея бессмертного, можете деть все, что считаете нужным, исключив из перечня стратегий все ненужное. Надеюсь, хоть кому-то мне втолковать, почему участие в выборах, проводимых электоральной диктатурой – дело абсолютно ненужное.  Осталось убедиться в этом на практике. Полагаю, провал «Умного голосования» и совсем уж тупого онанизма с порчей бюллетеней подтолкнет вас к пониманию целесообразности стратегии гражданского неповиновения (одной из форм его является бойкот выборов), как эффективной практики уничтожения легитимности диктаторского режима.

Онлайн малик3000

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 3076
Re: Выборы
« Ответ #587 : 04/09/19 , 20:21:37 »

На выборах губернатора Петербурга самый известный ленинградцам кандидат – это В. Бортко. Услужливый опрос общественного мнения, якобы, показал, что за него будут голосовать всего 8% избирателей, а за единоросса аж 40%. Понятно, что эти 40% выковыряны из носа, но вот дальше в числа можно поверить. У остальных кандидатов в губернаторы Петербурга всего по 1-2%, то есть Бортко – это явный лидер, и риск того, что он получит большинство голосов и победит на выборах, велик даже без подключения Навального.
 
Вот Бортко и предал народ, предал даже не колеблясь, разве что сыграл роль такого крутого и принципиального оппозиционера. Вместо того, чтобы исполнить свой долг, пройти выборы и после них оспорить результаты и доказать фальсификацию голосования – вместо того, чтобы драться за голос каждого избирателя, который проголосует за него, Бортко просто отказался от участия в выборах, придумав детские отмазки.
И нет другого объяснения – Бортко этим торпедировал «умное голосование» в Петербурге – исключил массовое голосование избирателей за него не просто сторонников коммунистов, а всех тех, кто против единоросса.
 
Повторю, Бортко предал избирателей! Правда, он же капээрэфовец – что с него возьмешь? Ведь это предательство настолько является в духе КПРФ, что чтобы в очередной раз не показывать гнилость этой партии, Бортко ещё и заявил, что типа с Зюгановым он это предательство не согласовывал.
 
Надо же! Не согласовывал! Герой!
Ю.И. МУХИН

Онлайн малик3000

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 3076
Re: Выборы
« Ответ #588 : 05/09/19 , 20:27:21 »

Онлайн малик3000

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 3076
Re: Выборы
« Ответ #589 : 07/09/19 , 14:47:59 »
Что делать на выборах 8 сентября?



Делайте, что хотите. Или не делайте. На исход итогов голосования в РФ меньше всего влияет именно избиратель. Однако я все же еще раз скажу, почему осмысленным выбором будет забить болт на путинские выборы без выбора. Это называется мудреным словом абсентеизм, но к абсенту отношения не имеет. По латыни absentis – значит отсутствовать. Абсентеизм – политическое поведение, в основе которого лежит полный отказ от электоральной активности.Почему такой выбор я называю осмысленным?



Объясняю. Через ритуал участия в голосовании правящий режим получает легитимность, то есть признание прав господства. Подчеркиваю, что легитимация происходит именно через участие граждан в процедуре, а не через результат голосования. Это в значительно степени верно не только для режима электорального авторитаризма, который мы имеем в РФ, но и для самых свободных и демократических стран мира. Демократия – это хитрая система, при которой власть практически всегда принадлежит меньшинству, и чем более либеральна и демократична система, чем более широко представлена в ней политическая палитра, тем очевиднее, что большинство всегда оказывается в проигрыше.

Давайте представим ситуацию, при которой на пост мэра города баллотируется 10 кандидатов всевозможных типов и окрасов – олигарх, профсоюзный лидер, хипстер-урбанист, коммунист, анархист, либерал, националист, эколог и гей-активист. Если это будут фигуры примерно равного масштаба, то в среднем все получат примерно по 9%, а лидер победит с большим отрывом, набрав 18% голосов (очень популярного кандидата «против всех» мы в нашей схеме учитывать не будем). Кто бы ни стал мэром, он будет представлять меньшинство, а учитывая, что явка в странах развитой демократии редко превышает 50%, это меньшинство можно назвать даже ничтожным. Второй тур предусмотрен далеко не везде, но даже если он и состоится, там кандидаты меряются уже не рейтингами, а антирейтингами, то есть проигрывает тот, кто вызывает большее отторжение у электората, при том, что победителю это симпатий не добавляет нисколько.

То есть, имея социальную базу в 10% активного электората (при явке в 50% она как раз и превращается в победные 18% голосов) вы можете смело претендовать на высший пост в муниципалитете. Даже если вы всего лишь гей-активист, опираетесь на поддержку только «радужного» актива, вы можете победить на выборах в  городе, где остальные 90% населения придерживаются самых строгих консервативных ценностей. Это демократия, детка! Искать примеры, когда на выборах побеждают геи или эксцентричные фрики, я не стану, можете сами погуглить. В мой практике был случай, когда главой 18-тысячного муниципалитета стал самый настоящий психбольной и алкоголик, который лечился в психушке, но безуспешно. В данном случае за своего в доску парня дружно проголосовали местные забулдыги, благо они составляли значительную часть электората.

На данном примере мы наглядно видим, что даже самый популярный политик при либеральной демократии – это представитель меньшинства, порой меньшинства совершенно маргинального (вообще-то демократия бывает как конкурентного, так и плебисцитарного типов, но не будем сейчас усложнять вопрос). Однако, кто бы ни победил на выборах мэра, он становится легитимным главой города, и в данном случае легитимность базируется вовсе не на поддержке большинства. На чем же?

Легитимность власти в демократическом обществе базируется на процедуре. На самом деле электоральный консенсус заключается не в доверии какому-то конкретному лицу (хотя изредка бывает и так), а на доверии к демократической процедуре, которая должна выявить из всех достойных соискателей выборного поста самого лучшего. Гражданин рассуждает примерно так: «Жаль, что мой кандидат не выиграл. Но я должен уважать мнение большинства, выбор своих соседей. Может, в следующий раз победит мой кандидат, и я уверен, что его победу точно так же признают даже те, кто не хотел видеть его главой города».

Надеюсь, я предельно понятно объяснил механизм легитимации власти при демократии. Но РФ – страна совершенно недемократическая. Значит ли это, что ей не нужна легитимность, получаемая через формальное исполнение демократического ритуала? А вот как раз именно потому, что в Рассиюшке господствует политический режим, идентифицируемый как электорально-авторитарный, избирательная процедура имеет гораздо большее значение, чем даже в самых настоящих демократиях. Вот, скажем, на родине современной демократии – Великобритании – ни главу государства, ни главу правительства население не избирает.

Ну, с королем ладно – он лишь символизирует своей персоной государство, но реальных властных полномочий не имеет. А вот премьер-министром, то есть главой исполнительной власти в стране по традиции, закрепленной в конституционном соглашении, становится лидер победившей на парламентских выборах партии. Кстати, на практике подавляющее большинство законопроектов в стране исходит так же от правительства, что по факту наделяет его очень широкими полномочиями.

И ведь никому не приходит в голову утверждать, что британский избиратель совершенно бесправен, а правительство – нелегитимно. Просто та легитимность, которой наделяется парламент, ретранслируется еще и на исполнительную власть. Это возможно только в том случае, если в обществе высоко доверие к демократической процедуре выборов. А оно в Великобритании, действительно, очень высоко. Кстати, любопытно, что в двух главных партиях страны – Консервативной и Лейбористской – лидер партии избирается по разным схемам. Да-да, там избираются еще и партийные боссы, чего в РФ не происходит в принципе – ни у одной системной партии вождь не менялся ни разу за всю историю  постсоветской России. Так вот, лидера консерваторов избирают члены парламентской фракции, в то время как лидер Лейбористской партии избирается ежегодно собранием представителей профсоюзов, окружных партийных организаций и членов Палаты общин.

Так почему бы Кремлю не заморачиваться с хитрыми планами трансферта власти, а просто взять, да отменить всенародные выборы президента? Ведь если в самых кошерных демократиях так, то никто и Россию не упрекнет. Но в том-то и дело, что в электоральной автократии, где власть фактически узурпирована кучкой элитариев, ЕДИНСТВЕННОЕ, что позволяет этой кучке получать легитимность – та самая избирательная процедура, которая, словно фиговый листочек, маскирует неаппетитную фашистскую елду, которую населению приходится вылизывать. Собственно, участие в выборной процедуре – это и есть акт ритуального целования совершенно безальтернативной елды.
el_murid отлил все многословно мною разжованное в одной чеканной фразе: «Вы пришли [на выборы]и засвидетельствовали свое согласие с процедурой, в конце которой режим получит легитимный статус».

Именно поэтому электорально-авторитарные диктатуры очень агрессивно склоняют подвластное население к участию в орально-генитальной выборной процедуре. Я бы мог сказать совсем уж грубо, что если ты ходишь на выборы – то ты пассивный пидорас, но, думаю, вы и так поняли, что я хотел сказать. Столь брутальную аналогию я применил вовсе не для красного словца, а исключительно для того, чтобы вы лучше меня поняли.

Противники бойкота выборов из года в год гундосят одно и то же: если ты не придешь на выборы, это ничего не поменяет, просто твой голос украдут и посчитают, за кого надо. Согласен, что неучастием в ритуальном голосовании путинскую диктатуру уничтожить невозможно. Но такая логика работает и в обратную сторону: если участие в этом постыдном действии власть сменить невозможно, зачем тебе участвовать в ней? Украдут голос? Так и ради бога. Но я в отличие от ходящих на выборы хотя бы не пидорас. Пусть избирком записывает в своей внутренней отчетности, что я приложился к вовиной писе. Я все равно знаю, что этого не делал и никакими разводками меня никто не заставит это сделать.

Ольгинские тролли, слившиеся с ними в едином порыве хомячки Навального и просто дебилы орут: «Сука-Кунгуров призывает нас отсидеться на диванах, чтоб едирастам было сподручнее фабриковать итоги голосования. Невозможно победить режим бойкотом, стратегия умного голосования гораздо эффективнее».

Во-первых, насколько эффективно умное голосование, вы сможете лично убедиться 8 сентября. Если хотя бы в 50% случаев победят лица, названные Навальным, можно говорить о рождении эффективной технологии манипуляции электоратом. Но если «умные кандидаты» проиграют в 75% случаев – значит, что принцип не работает вообще, а отдельные случаи успешного протестного голосования происходили, происходят и будут происходить без какого-либо влияния навальнистов.

Во-вторых, ну не будьте вы настолько позорно тупыми! Вы слышали, чтобы я хоть раз употребил слова «выборы» и «политическая стратегия» рядом? Я талдычу вам уже который год подряд: выборы в диктаторских режимах всегда являются для оппозиции (реальной, а не декоративной, конечно) вопросом сугубо тактическим. Ни один диктатор нигде и никогда не расставался со властью на выборах. Если я не прав, приведите в комментах хотя бы пяток примеров обратного. Да, изредка ритуальные выборы совпадали со всплеском протестной активности (причем в подавляющем большинстве случаев этот всплеск происходил ПОСЛЕ объявления об очередной триумфальной победе диктатора), но прямой связи между выборами и протестом нет и быть не может.

Да, сам по себе бойкот выборов совершенно ничего не дает. Например, самый успешный бойкот, объявленный оппозицией (Национальная народная партия), имел место на Ямайке в 1983 г., когда явка в ходе парламентских выборов составила жалкие 2,7 %. В результате правящая Лейбористская партия Ямайки (ЛПЯ) получила все 100% мест в палате. Если протестный электорат станет бойкотировать путинские псевдовыборы в РФ, едирасты будут в восторге – они получат те же самые 100% (вместе с филиалами в лице системных партий, конечно). Уж не этого ли добивается пропалченный Кремлем Кунгуров? Да, примерно этого. Просто надо знать, какие последствия имела триумфальная победа партии проамериканского правого популиста Эдварда Сиага на Ямайке в 1983 г.

 Казалось бы, он одержал просто оглушительную победу. Ведь выборы-то прошли строго по закону, власть он сохранил совершенно легально, и даже до следующих выборов мог работать в очень комфортных условиях полного отсутствия парламентской оппозиции, без малейшей угрозы отставки правительства (Ямайка – парламентская республика). Но вот легитимность (то есть одобрение власти со стороны большинства) правящего режима очень сильно пошатнулась. Получив абсолютную власть, Сиага получил и абсолютную, ни с кем не разделяемую ответственность.

За все, что произошло в стране, он нес полную личную ответственность. А хорошего в период шестилетнего господства ЛПЯ произошло, мягко говоря, негусто, и на очередных выборах 1989 г. ямайские лейбористы пролетели со свистом, получив лишь 25% мандатов. Сиага потерял пост премьер-министра и в последующие 16 лет до самого ухода из политики, довольствовался амплуа оппозиционера. Еще трижды он пытался взять реванш на выборах и всякий раз терпел провал. Так что абсентеистская стратегия противостоящей ЛПЯ Национальной народной партии, выразившаяся в полном отказе от участия в выборах, оказалась не такой уж и глупой. Уж, по-любому, эти было умнее умного навального [size=0px][S1][/size][size=inherit !important]за жуликов и воров из любой другой партии, кроме ЕР.

Что касается авторитарных диктатур, то для них, как ни парадоксально, избирательный ритуал является гораздо более важным, чем для устоявшихся западных демократий. Дело в том, что системы управления в демократических странах носят распределенный характер: большой вес там имеют, скажем, профсоюзы, придающие дополнительную легитимность упомянутой Лейбористской партии Великобритании. Традиции местного самоуправления настолько сильны, что в Швейцарии, например, муниципальные выборы имеют гораздо большее значение, чем процедуры формирования федеральной власти.

Собственно, эта самая федеральная власть там носит почти номинальный характер –правительство состоит всего из семи министров, обязанности которых на общественных началах исполняют депутаты парламента, а должность президента Швейцарии сроком на один год выполняют те же самые депутаты в порядке очередности. Если легитимна сама процедура выборов, если швейцарцы доверяют самой процедуре, то высочайшую легитимность получает власть, сформированная в результате этой процедуры. Она настолько высока, что не нуждается в получении дополнительной легитимности для получения полномочий более высокого уровня именно потому, что объем властных полномочий в Швейцарии распределяется снизу вверх – чем ниже уровень власти, тем их больше.

В РФ же система управления носит гиперконцентрический характер и напоминает перевернутую пирамиду: муниципалитеты практически бесправны, поэтому вопрос прокладки водопровода в селе Каскара решает лично царь в ходе прямой телевизионной линии со своими холопами. Чем дальше от избирателя – тем больше у чиновника власти. При этом стоит отметить и то, что разделения власти на независимые ветви в РФ не практикуется, эта самая власть носит сакральный самодержавный характер. Но если классическое самодержавие легитимировалось с помощью церкви (власть от бога, поэтому всем терпеть!), то нынешняя диктатура имеет единственный и очень хлипкий механизм легитимации – те самые выборы, которые уже совершенно утратили процедурный характер, превратившись в чистой воды ритуал, отказаться от которого правящий режим не может, как бы этого ему ни хотелось.

Если церковь откажется от ритуала богослужений в храме, церковь просто перестанет существовать, как институт. Невозможно заменить этот ритуал онлайн-видеторансляциями. Если население при электорально-авторитарном режиме откажется от легитимации власти жуликов и воров через ритуал, имитирующий выборы, то электорально-авторитарный режим становится чисто авторитарным. А чисто авторитарные режимы нежизнеспособны (для тех дебилов, которые в 100-500-й раз начнут приводить пример КНДР, я 100-500-й раз говорю, что в КНДР диктатура тоталитарного характера, использующая совершенно иные инструменты легитимации).

Поэтому стратегия, к которой я… нет, слово «призываю» тут неуместно. Кого призывать-то – обгашенных пропагандой ватанов и трусливое гламурное хомячье? Не призываю, а всего лишь констатирую, что в нынешних условиях она была бы эффективной – это стратегия гражданского неповиновения, в которой электоральный абсентеизм является лишь ее частью, далеко не главной, и уж точно не единственной. Но бойкот выборов будет способствовать разрушению легитимности власти в глазах того самого пассивного большинства, которое является опорой любого диктаторского режима.

Мало добиться того, чтобы на выборы пришли лишь 2,7% избирателей. Надо сделать так, чтобы к избирательным участкам им пришлось пробираться через бушующие толпы, скандирующие «Путин – хуйло!», уворачиваться от мусорских дубинок, а то и пригибаться, спасаясь от пуль. Легитимность в отличие от легальности – понятие не юридическое, а социально-психологическоекое. И даже самый упоротый ватник-путиноид, попав в такую некомфортную ситуацию, пропитается уверенностью, что он в меньшинстве, а для 95% обывателей находиться в меньшинстве совершенно неприемлемо, они всегда готовы поддерживать большинство и только большинство. В этот момент и произойдет тот самый обвал легитимности, который монархия пережила в феврале 17-го, а советская номенклатура в августе 91-го. Авторитарный режим, лишившийся легитимности, существует лишь в режиме штопора от нескольких дней (Российская империя) до нескольких месяцев (СССР).

Теперь включите мозги, у кого они еще остались, и подумайте: умное навальное голосование через участие в выборном ритуале способствует сохранению легитимности путинского режима, или его разрушает? Про совершенно инфантильную идейку Ходорковского идти на участки и писать на бюллетенях антипутинские лозунги, чтобы твой голос не украли едросы, даже говорить не буду. МБХ совершенно не понимает элементарных технологических вещей: чем выше явка – тем проще воровать голоса. Если в урне для голосования тысяча бюллетеней, то фальсификаторы просто берут и записывают 900 голосов кому надо, а остальные 100 распределяют на всех прочих. И ничего потом уже не докажешь никакими персчетами, ведь бюллетени элементарно просто заменить фальшивыми хоть через день, хоть через неделю, если обманутые кандидаты через суд реализуют процедуру пересчета голосов.

А вот сфальсифицировать явку чисто технически очень трудно и, самое главное, это абсолютно невозможно сделать беспалевно. Ведь избиратель, приходя на участок, расписывается за получение бюллетеня в толстом гроссбухе. Вот эта подпись – и есть акт легитимации власти. Своей подписью избиратель дает ей право на все остальное – фальсифицировать итоги голосования, пиздить недовольных дубинками и сажать за твиты, срать на Конституцию и отнимать у него пенсию. Теперь ответьте мне, дебилы, что легче сделать – сфальсифицировать всего одну бумажку – итоговый протокол, где будут стоять цифры, взятые с пололка (где проставлены галочки собственно в бюллетенях, совершенно пох, никто потом не сможет это проверить в принципе), или поделать десятки миллионов подписей избирателей за получение бюллетеня? И в отличие от использованных бюллетеней ни потерять, ни заменить толстые папки со списком избирателей в УИКакх невозможно. А если она есть, то факт фабрикации сотен подписей – это единственная улика, которая нужна, чтобы отправить на нары всех членов участковой комиссии, если не сейчас, то после краха путинизма.

Поймите уже, бараны, что своим приходом на избирательный участок вы делаете за фальсификаторов 99% их работы![/size]

Онлайн Ashar1

  • Политсовет
  • *****
  • Сообщений: 7340
Re: Выборы
« Ответ #590 : 08/09/19 , 18:13:29 »

Онлайн малик3000

  • Активист Движения "17 марта"
  • **
  • Сообщений: 3076
Re: Выборы
« Ответ #591 : 12/10/19 , 19:53:57 »