Автор Тема: Святополк Окаянный  (Прочитано 11295 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

А.Глазунов

  • Гость
Святополк Окаянный
« : 19/06/09 , 18:04:27 »
Анатолий    Глазунов   (Блокадник)

       Первые   погромы   жидов    на   Руси  при   Святополке  Первом   Окаянном  в  1017-1018.                     

                 
                       Новая   экспансия   жидов  на  Русь


   Русский князь Святослав  Храбрый  стёр  «жидовское  царство» на Волге  с политической карты Евразии. Было сделано большое   историческое  и Божие дело.  Это было очень позорное  поражение жидов. Потом князь Владимир Креститель крупно опозорил  жидов ещё раз, презрительно отказавшись  сделать иудаизм  государственной религией Руси и сделав государственной религией Руси ненавистное жидам христианство. С принятием  христианской веры возросло презрение русских к жидам. Жиды теперь оцениваются не только как  вампиры,  но и как «убийцы Иисуса Христа»,  «враги Бога» и  «слуги  Дьявола». Соответственно и отношение жидов к русским стало ещё более враждебным.
   Но ни язычник  Святослав Храбрый, ни христианин  Владимир  Креститель  «не догадались»   полностью  очистить  территорию Руси от жидов, хотя и оснований,  и сил для  осуществления этой акции тогда было вполне достаточно. И никто в  христианской Европе за жидов тогда бы не заступился.  Большинство жидов, которые укоренились на Руси с того времени, когда половина Руси  платила дань жидовским царям, так и остались  здесь  даже после разгрома  их «жидовского  царства»  на Волге. Более того, жиды в конце 10-го века и в начале 11-го века продолжали приезжать  из Польши. Может быть, небольшое число жидов прибыло также  с  территории бывшей  Жидовской  Хазарии (с Волги, Северного Кавказа и Восточного Крыма), но их число было ничтожно. Ведь  немалое число жидов  во время разгрома  их  «жидовского царства»  на Волге  русские воины Святослава Храброго безжалостно истребили.  Столица  «жидовского царства», город Итиль, была полностью сожжена. Сожжены были почти все крупные поселения этого «жидовского царства». Правители   этого «жидовского царства»  бежали на юго-восток и приняли потом мусульманство. Многие жиды бежали на юг.  Ужас перед русскими был столь велик, что и мысли не было  переселяться на  Русь.
   Очень важно: ни в коем случае не надо путать жидов и хазар, как это  иногда делают некоторые русские  националисты, не знающие истории. Большинство хазар, которые переселились или были переселены на территорию Руси, были не иудеи, а  поклонники культа бога  Тенгри. Иудаизм в Хазарии  после  жидовского государственного переворота приняла  большая часть верхушки Хазарии,  (меньшая часть, националистическая,  была уничтожена),  богатая часть населения городов, а не народ.
Русские  люди  в  11-ом  веке  всегда  отличали, где   жиды, а  где  хазары.     В Киеве были, например, и  Жидовский  и  Хазарский (Казарский)  кварталы. Потом хазары растворились  среди  русского населения,  остался один Жидовский  квартал. В 11-ом веке жиды пребывают на Русь  не с востока и юга, а из Польши. Версия о том, что жиды России и  других стран Восточной Европы – это «не настоящие  жиды», не семитские, не палестинские, а хазары-иудеи, была запущена в оборот… жидами.  Главный  популяризатор этой версии – жидовский писатель  Артур Кёстлер, автор  сенсационной  среди  жидов книжки  «13-ое  колено  Израиля», изданной в Лондоне в  1976 году. О ложности этой версии писал ещё Лев Гумилев в своей книге «Древняя  Русь и  Великая степь». Жиды распространяют эту версию среди русских в надежде запутать всё  в  «дурной русской голове» и в надежде, что русские  к российским жидам, которых они будут считать  «жидами  хазарской крови», хазарами, будут относиться более терпимо, чем к «жидам семитской крови».
Прибывали жиды из Польши, естественно, как и раньше, без приглашения, пользуясь прозрачностью границ  и терпимостью к нелегальной жидовской миграции со стороны русских князей, их недомыслием и корыстью.    Жидов привлекали богатые русские торговые города, особенно Киев.  Привлекали важные торговые дороги.  На Руси можно было купить рабов и рабынь по низкой цене. Здесь был и неплохой рынок сбыта товаров.  Князьям и зажиточным горожанам жиды сбывали ювелирные изделия, дорогую  одежду, парфюмерию, редкие лекарства и дорогие   вина.  Жиды  давали русским князьям, чиновникам, купцам и ремесленникам деньги в кредит под проценты.  Почти все жиды на Руси в это время – торговцы и ростовщики, а также   их семьи. Жиды  уже тогда  находились в привилегированном положении по отношению к  русскому народу. Жиды не имели  своего  производительного класса. Большинство русского народа в это время – земледельцы, а среди  жидовского народа – ни одного земледельца. Жиды не  пахали и не сеяли, а питались вкусно и много. Жидовский народ – это класс  вампиров, который питался жизненными силами Русского народа.
   Экспансия  жидов с запада на Русь шла, конечно, медленнее, чем в Западной Европе и в Польше.  Русь была для жидов  «диким Востоком», пугали огромные пространства лесов, болот и степей, кочевники и разбойники. На Западе жизнь  тогда была для жидов слаще, жирнее и безопаснее. Но хотя и медленно, жиды упорно внедрялись на Русь. Инициатором борьбы с жидами должна, естественно, быть Церковь, но Церковь тогда была слаба,  в духовенстве  преобладали  привыкшие к жидам греки из Восточно-Римской империи. Правители, зажиточные слои населения и даже церковные начальники – все пользовались услугами  хитрых жидов.  Нравилось брать подарки  и денежные взятки от жидов. Жид был  «свой  по классу» и более близок, чем простой русский земледелец  или простой русский  ремесленник.
   Способствовало размножению и усилению жидов на Руси и отсутствие национального единства  у русских. Старое племенное деление на  вятичей, полян, радимичей, древлян и т. д.   исчезло, но  твёрдого осознания себя русскими не было.  Русский  народ делился теперь на киевлян, черниговцев, суздальцев, новгородцев и  т. д. Осознание крутой противоположности: «мы – русские, они – жиды»  – тогда не было. Ещё шла борьба между  христианами и язычниками. Ещё слаба была христианская вера.  Народ осознавал вред от жидовского вампиризма, но как  «врагов  Бога»  и  «слуг Дьявола» жидов воспринимала лишь часть христиан.  Да и жидов тогда было  намного меньше, чем в Западной Европе и Польше.
   Но жиды размножаются и усиливаются на  Руси. Жидов уже столько, что их распространение  закрепляется (позор для русских, но факт) и на схемах городов, и  на географических картах Руси. В самом Киеве – это  Жидовская  улица, Жидовский  квартал и  Жидовские  ворота. Местоположение  их точно известно: на северо-западной части Киева, в старой части города, к северо-западу  от Софийского собора.  О Жидовском квартале упоминается в летописях 1124 года, когда большой пожар сжёг его.  Понятно, что появился Жидовский квартал за многие десятилетия до пожара. Квартал  этот находился около  Жидовских ворот.  В летописях Жидовские ворота первый раз упоминаются  под 1164 годом, но, конечно, они получили своё название  много раньше. Через эти ворота  жидовские купцы и везли свои  товары   из Польши в Киев.  Позднее Жидовские ворота, чтобы больше не позорить город, были переименованы в Львовские ворота. Через них проходила  главная торговая  дорога   на  Львов – главный город Галиции. В 1835 Львовские ворота были переименованы   в  Житомирские ворота .
   Были  Жидовские  ворота и в Витебске .  Была  Жидовская  улица во Владимире Волынском.  В Западной Руси до татарского периода было множество речек, сёл, городков и улиц  с жидовскими  названиями: речка  Жидовка,  город  Жидачев,  село  Жидовчик, село  Жидовские  Ставы, Жидовский  остров и  т. п.  Такие  названия были, конечно, и около Волги .
 
 
   


      Усиление  жидов  при  Святополке  Первом   
             Окаянном  (1015  -  1019)
             
             
   Омерзительны, конечно, недавние правители России Мишка  Пятно-на-голове   (Горбачёв)  и Борис-Пьяница (Ельцин). Предатели, иуды, придурки, оборотни, трусы  и жидовствующие. Навредили России и Русскому народу хуже Гитлера.  Но всё же будем помнить, что омерзительных фигур и раньше было немало среди правителей  нашей страны. Одна из  омерзительных фигур среди правителей древней Руси – Святополк  Первый, прозванный в народе  Окаянным. Откуда  этот злодей появился?
   После гибели Святослава Храброго его сыновья, как часто бывало в те времена, разодрались между собою. Владимир (он правил в Новгороде) решил скинуть  с киевского престола брата Ярополка и начал наступление на столицу.  Когда его войска подошли к Киеву, великий князь Ярополк бежал из города.  Великим князем Руси стал Владимир. Ярополк через некоторое время покорился, решил отдать себя на милость победителя, явился во дворец великого князя, но милости не последовало.  По приказу Владимира два варяга зарубили Ярополка мечами. Убив брата, Владимир жадно  изнасиловал  его беременную жену, а может,  изнасиловал  её   ещё и  раньше.  Когда-то эта юная распрекрасная монахиня-гречанка очень приглянулась князю Святославу, когда он воевал с христианами-болгарами на Дунае. Он взял её в плен и  послал  как подарок своему сыну  Ярополку. Ярополку  «подарок» очень понравился, и он сразу потащил  христианку-монахиню на ложе, а потом сделал её своей постоянной женой. Теперь её, беременную, изнасиловал  ещё и Владимир. Она стала одной из его жён.
   Прошло ещё немного времени, и  она родила Святополка.  Великий князь Владимир  его усыновил и даже дал удел – Туровскую область (900 километров от Киева). Усыновить-то усыновил, «однако же, не любил и, кажется, предвидел в нём будущего злодея» (Карамзин). Психика Святополка  была весьма ущербная. И оттого, что мать его натерпелась страха и унижения от Ярополка, когда он её насиловал, и от Владимира, когда он её, беременную, насиловал. А может, и сам зародыш Святополка сжимался тогда от ужаса и унижения в животе матери, когда её  насиловал Владимир, когда  варяги по приказу Владимира  зарубили мечами его отца. И мог ли он  любить своего приемного отца, который убил его настоящего отца?
   И как полагается злодею, Святополк  начал свои дела на  Руси с измены  Отечеству. Когда подрос, он   (может быть, посредством жидов) сошёлся с врагами русского народа – ляхами, женился на дочери  польского короля   Болеслава Храброго. Об этом факте поведал в своей   «Хронике»  епископ Титмар, в те годы (с 1009 по 1018) служивший на границе немецких и западнославянских  земель, в городе Мерзебурге. С 1012 он постоянно вёл  запись  интересных событий, которые происходили в Германии, Польше и соседних странах. Оригинал его «Хроники», к сожалению, погиб, когда американцы и англичане зверски  бомбили Дрезден в 1945. На родственные связи Святополка и Болеслава  намекал и Галл Аноним в своей  «Хронике  и деяниях князей и  правителей польских». Так вот Титмар  свидетельствует, что Святополк по наущению своего тестя, польского короля,  имел намерение  отложиться  от Руси.  Некоторые историки в этом его сепаратистском намерении сомневаются, ибо Турская область непосредственно не примыкала к Польше, между ними располагалось ещё Волынское княжество. Но иметь раздробленную Русь и куклу-князя в Турове было всё же в интересах Польши. К тому же  Святополк не любил Владимира. Некоторые историки высказали и догадку, что языческая Туровская область сильно  сопротивлялась  христианизации  по-гречески, которую   стал проводить  Владимир Креститель. По наущению  тестя и своей жены Святополк мог вполне впасть и в католичество. 
   Понятно, что  Владимир Креститель, что-то узнав о намерениях  своего приёмного сына (вероятно, в 1013), изолировал  в тюрьму и его, и его жену, и её духовника – немецкого епископа Рейнберна.   Епископ  в тюрьме скоро и умер.
   Понятно, что польский король Болеслав Храбрый весьма разгневался и стал готовиться к карательному походу на Русь. По сообщению Титмара, в 1013 году этот поход и состоялся.  Участвовали в походе также немецкие рыцари и печенеги. Все эти оккупанты  сделали  тогда много зла в пограничных областях, грабили, насиловали, убивали и  жгли, но по неизвестным причинам вспыхнул раздор между  поляками и печенегами, и Болеслав занялся  истреблением  печенегов.   Поход на Киев  сорвался, и Болеслав вернулся со своим войском в Польшу. А в 1015 он вынужден был воевать   с  немцами,  и разборку с  Владимиром пришлось отложить.
А 15 июня  1015  Владимир внезапно умер, и в этот день     из всех наследников Владимира только Святополк  оказался в Киеве. По одной из версий, его освободила та часть горожан,  которые  были не очень довольны Владимиром и не желали, чтобы великим князем стал любимый сын Владимира – Борис. Святополк, естественно, воспользовался благоприятным моментом для захвата власти.  Он собрал граждан Киева,  «раздал множество  сокровищ» из казны Владимира- Крестителя, и граждане Киева, хотя большого энтузиазма не проявили, но и не роптали решительно. Духовенство тоже  не протестовало, и Святополк стал великим князем. Далее – проблема с братьями.  Они должны были согласиться на его великое княжение, или должны быть убиты.  Святополк понимал, что народ его всё же не любит.  Что он, хотя и старший сын князя Владимира, но приемный, а не родной.  К тому же сидел при Владимире  в тюрьме  «за измену». К тому же тесть и жена – католики. На Святополке  Окаянном  висит и подозрение, что его  сторонники  разрубили  на куски труп Владимира   Крестителя,  если, конечно,  версия о глумлении над трупом  подтвердится… 
Господствует  мнение, опирающееся на некоторые летописи, что по приказу Святополка сначала были убиты братья  Борис и Глеб, а потом Святослав. Потом Святополк  собирался убить  и Ярослава.  Но Ярослав, хотя и был обеспокоен, но всё же решил посражаться. Новгородцы собрали ему 3 тысячи воинов, оплатили 1 тысячу варягов, и Ярослав   пошёл на Киев.  В битве у Любеча  (вероятно, в 1016) Ярослав разбил войска  Святополка и его союзников-печенегов. Святополк бежал в Польшу, бросив свою жену в Киеве.  Воины Ярослава  в 1017  вошли в Киев.  Теперь Ярослав стал великим князем Руси.
Но потом в ход событий вмешался Болеслав Первый Храбрый.  Он был движим идеей панславизма. Он пытался объединить сначала западных славян (чехов и лютичей), был не против присоединить и русские земли. Он решил посадить на престол в Киеве своего зятя Святополка и сделать из него свою куклу.  Также требовалось освободить  дочку и, воспользовавшись благоприятным моментом,  пограбить  русских и оторвать от Руси её  западные куски  и присоединить к Польше.  Польские войска и немецкие рыцари около реки Буг сильно разгромили и рассеяли  отряды Ярослава. Он сам и ещё несколько воинов в панике ускакали в Новгород. Оттуда, опасаясь тайных убийц от Святополка, Ярослав уже собрался бежать к родственникам в Скандинавию, но новгородцы  разрубили  все его ладьи,  устыдили,  успокоили его и предложили снова финансовую и военную помощь для организации нового похода на Киев.
Меж тем войска Болеслав и немецкие рыцари шли к Киеву. С ними был, естественно, и Святополк.  Русские города сдавались без боя один за другим. Только один город попытался сопротивляться, за это  многие жители были  убиты,  а остальные сделаны  рабами на  продажу.   Высшее духовенство и знать  у стен Киева торжественно, с песнопениями и поклонами, хоругвями и иконами,  встретили короля-католика, немецких рыцарей  и Святополка Окаянного. 14 августа  1018 Болеслав и Святополк Окаянный  въехали в Киев.  Болеслав   сразу же захватил  казну Ярослава, выплатил  жалование немецким рыцарям и отправил их домой, в  Германию.  Польские же отряды распределил по русским городам для прокормления. Они и кормились там вдосталь.  Грабили, убивали и насиловали русских. Болеслав написал и срочное послание Ярославу, приказал немедля возвратить  королевскую дочку, но ответа не получил. Историки так и  не выяснили её судьбу.
Польский король и себя не забывал.  Он увеличил свою казну данью с киевлян и жителей других русских городов. И он не спешил покидать  Киев.  Он  «храбро» изнасиловал (он же Болеслав Храбрый)  беззащитную дочку Владимира Крестителя, сестру Ярослава – красавицу Предславу, к которой когда-то сватался, но получил отказ. Огромный, жирный, уродливый, он был противен русской  княжне. Теперь он отомстил и Владимиру Крестителю, и Ярославу, и Предславе, и всем  «этим презренным русским», изнасиловав   княжну и сделав её своей наложницей. И  Святополк не заступился за свою сестру.
Активно шевелились в это время на оккупированной ляхами территории и  жиды. Правитель омерзительный для русских, всегда приятен для жидов.  Жидовские  историки  симпатизируют   Святополку  по  сей день, жалеют его, пытаются реабилитировать и возвысить.  Жиды, конечно, не могли не приветствовать поход Болеслава на Русь. И, конечно, весьма нажились на этом походе. Скупали у поляков и немецких рыцарей  по низкой цене русских рабов и рабынь и  разное награбленное добро.
Но жидам крупно не повезло.  Их любимый Святополк Окаянный явно терял разум.  Он возмечтал вдруг править на Руси единовластно, отодвинув польского короля.  Он мечтал единовластно распоряжаться казной и всеми доходами.  Униженный Владимиром Крестителем, Ярославом,  да и свои тестем,   он жаждал  жизнеутвердиться, жаждал почувствовать себя сильным и самостоятельным правителем огромной державы.  Но фактическим  правителем оккупированной части  Руси оставался Болеслав Храбрый.  И он упорно не собирался уходить.  Ляхи и жиды усиленно высасывали жизненные силы русского народа.  И Святополк  Окаянный  «сорвался». Он приказал тайно убивать польских солдат в городах, где они были расквартированы, что русские с  большим удовольствием и  стали делать, забирая назад награбленное. Болеслав скоро узнал об этом и сильно разгневался на зятя.  Но он осознавал, что для постоянной оккупации Руси наличных военных сил мало. К тому же в это время возникли проблемы внутри Польши.  Поэтому Болеслав Храбрый, забрав всё награбленное, множество пленных знатных  киевлян, также сестёр Ярослава, вернулся в Польшу.  По дороге он ещё присоединил к Польше  Червенские города.  Ушёл он из Киева осенью 1018, в октябре-ноябре, ибо Титмар Мерзебургский умер в декабре 1018, а у него в «Хронике» уже есть упоминание об уходе Болеслава из Руси. С  польским королём, вероятно, ушли и многие жиды, захватив награбленное.
Поляки ушли, но радоваться Святополку не пришлось.  К Киеву подошли войска Ярослава.  Святополк попытался ещё раз организовать на войну печенегов, но печенеги в 1019 году в битве при Альте были разбиты и рассеяны.  В Киев снова вошли войска Ярослава.  На  почве постоянных неудач у Святополка случилось что-то  со здоровьем, физическим и психическим.  Он уже не мог  сидеть  даже  на коне. Воины  довезли  Святополка   до Бреста, это было уже его  Туровское  княжество, но оставаться  здесь он уже боялся.  Агенты Ярослава найдут и зарежут.  У Святополка началась самая настоящая мания  преследования. Бежать, бежать подальше от Ярослава и его агентов.  Но и бежать в Польшу тоже нельзя:  Болеслав Храбрый тоже не помилует вероломного  зятя, который  не смог сберечь  королевскую дочку. Святополк Окаянный бежит в Чехию и по дороге где-то в пустынной  местности  «между ляхами и Чехией» в 1019, мучимый галлюцинациями, ужасом, болями, почти безумный, он  «бесследно сгинул». Так по описаниям  некоторых русских летописцев.

             
   


                    «На!   Вот  тебе   голова,   государь!»

Но есть и  другая версия смерти Святополка  Первого  Окаянного. Основана она на одной исландской – «Эймундовой саге». Историкам давно были известны многие исландские саги, кое-что в них совпадало с русскими летописями, кое-что противоречило им. Но об  «Эймундовой саге»  историки долго ничего не знали. Впервые эта сага была издана с пергаментной рукописи 14-го века в Дании, в Копенгагене,  в 1833  «Королевским  обществом  северных антикваров»  тиражом всего  в 70 экземпляров.  На издание этой саги большим тиражом у «Королевского  общества»  не было денег.  70 изданных  экземпляров члены общества разослали известным историкам и покровителям наук. Один из экземпляров саги попал в руки члена-корреспондента  Академии  Наук Сеньковского  Осипа (Юлия)  Ивановича, поляка по национальности. Он был ещё и писателем, писал повести и рассказы  под псевдонимом – барон Брамбеус. Усилиями Сеньковского  эта  сага  перестала быть  библиографической  редкостью. Он перевёл её  на русский  язык и опубликовал со своими  толкованиями в популярном  журнале  «Библиотека  для  чтения»  (часть  1, 1834 год).
В толковании  поляка  Сеньковского события разворачивались так. Князь Ярослав, чтобы справиться со Святополком Окаянным (в саге Святополк  назван Бурисфлеем), набрал дружину норманнов, 600 воинов, вождём которых был Эймунд. Из Новгорода войско Ярослава двинулось на юг. В  1016  в жестоком бою на берегу Днепра  Святополк был разбит и бежал к печенегам.  Многочисленные  факты этой битвы хорошо совпадали с описанием этой битвы в русских летописях.  Ярослав   после победы  входит в Киев, но скоро у  стен Киева  появляются  печенеги и с ними Святополк  Окаянный.  Печенеги пошли на штурм, но Ярослав с норманнами сумели отбиться. После  битвы Эймунд  предлагает князю Ярославу быстрее покончить со Святополком Окаянным: «Я слышал, что он хотел отступиться от христианской веры… и хочет поделиться с печенегами русскими землями. Пока идёт между вами война, многие князья будут пытаться  отложиться от Киева…». Это были сильные аргументы, и Ярослав не стал возражать против  террористической акции.
Тогда Эймунд и 12 норманнов-боевиков пробираются на территорию, занятую печенегами.  Они узнают, в каком месте печенеги собираются поставить военный лагерь. Боевики предполагают, что шатёр князя Святополка печенеги поставят  под огромным дубом на красивом холме. Они прижимают несколько ветвей дуба к земле и  привязывают их  к кольям, вбитым в землю, потом всё хорошо замаскировывают и  исчезают. Появляются печенеги и ставят шатёр Святополка  на холме  под этим дубом. Потом в лагере появляется под видом нищего Эймунд, проводит разведку, убеждается, что дисциплина  у печенегов плохая, серьёзной охраны нет. Следующей ночью боевики проникают в лагерь,   быстро привязывают шатёр  к согнутым ветвям дуба, затем  перерубают верёвки, которыми ветви дуба привязаны к кольям, ветви дуба быстро распрямляются, и шатёр взлетает  вверх. Одни охранники Святополка, которые спали внутри шатра, даже не успели проснуться, другие успели проснуться, но не успели ничего сообразить,  – все были быстро и бесшумно  убиты. Эймунд  отрубил голову князю Святополку Окаянному, положил её в мешок, и боевики быстро покинули лагерь.
Эймунд со своими норманнами-боевиками  благополучно  вернулся  в Киев и выбросил содержимое мешка к ногам Ярослава:  «На!  Вот тебе  голова,  государь! Можешь ли  её узнать?»
В русских летописях, писал далее Сеньковский, сказано, что Святополк Окаянный погиб  где-то  «между ляхи  и чехией». Но между Польшей и Чехией находились Силезия и Моравия, и обе  тогда находились под управлением польского короля.  И потому бежать туда Святополку Окаянному было очень опасно, агенты короля скоро бы русского князя догнали и убили, или привезли бы к королю на казнь. Русские летописцы не знали также, что выражение  «между ляхи и  чехией» – это известная польская поговорка: «бог-весть  где и как».

Ещё одно толкование Эймундовой саги дал в 1957 году Ильин. По его версии,  норманны убили   (24 июля 1017, а не в  1015)  не Святополка, а князя Бориса. То есть убил Бориса не Святополк Окаянный, а Ярослав.  А Святополк Окаянный сбежал  в Польшу.  14 августа 1018 поляки вошли в Киев. А в конце событий Святополк Окаянный  погиб  «бог-весть где и как» .  Книга  Ильина была  издана  тиражом всего в 2 тысячи  экземпляров, и стала известной лишь специалистам.  Но в 1969  популярный тогда журнал  «Знание – сила»  распространил  версию Ильина уже  огромным  тиражом.  В № 3 была опубликована статья  на эту тему   -    «Таинственный  11-ый    век».   Автор статьи  -  русскоязычный  историк Янин В. Л.,    член-корреспондент АН  СССР, профессор московского  государственного университета. В 1990  в Минске  была издана    и  книга  русскоязычного историка и философа, ненавистника христиан и русофоба Филиста Г. М.  «История  “преступлений”  Святополка  Окаянного». Книга написана популярно – для русского народа.  Цель книги – напакостить русским, обелив Святополка  Окаянного   и очернив  Ярослава Мудрого. Автор лишь немного «исправляет» Ильина.  Князь Борис, по его мнению, не был великим князем, он лишь сражался на стороне Святополка, «законного правителя  Руси».  Нехороший Ярослав начал войну против «законного  правителя Руси», потом  по приказу  нехорошего Ярослава  норманны убили князя Бориса, а  бедный  Святополк потом бежал и погиб где-то за границей.
На этом попытки  принизить значение  князя  Ярослава Мудрого в нашей истории не закончились.  В 1992  в журнале  «Знание – сила» (№ 8 ) опубликована  статья писателя-русофоба  И. Данилевского «Святослав Окаянный. Исторический  детектив». Автор и редакция  жидовствующего  журнала  попытались сыграть на жалостливости  русского читателя.  Святополк, настаивают они,  - страдалец, глубоко несчастный человек. С детства он лишён ласок отца. Приёмный отец ненавидит его.  Потом у него отняли княжество,  разделили с любимой женой, и его, и его любимую жену  помещают в тюрьму.  Потом  Святополка, законного правителя Руси,  узурпатор Ярослав лишил власти, богатства и родины. Его жену Ярослав куда-то увёз, она пропала без вести, может быть, Ярослав её даже замучил.  Одинокий, почти безумный от многочисленных несчастий, он гибнет где-то  в безлюдных местах  между Польшей и Чехией.  Имя его замарано князем Ярославом, русской Церковью и русскими летописцами.  Все преступления Ярослава приписаны Святополку. Он сделан Окаянным, омерзительным, «орудием Дьявола». О, бедный, бедный  князь Святополк! 
Конечно, важнее всего истина.  Но подобные исследователи-русофобы не истину пытаются установить, а лишь  желают побольше напакостить русскому народу.  Никаких новых доказательств они, конечно, не приводят. Единственное  «доказательство»  -  всё та же  «Эймундова сага».  Но сага не есть высоконаучный  исторический трактат  или мемуары участников  событий. Сага сочинена в 11 веке, но когда была записана – неизвестно.  В устной передаче она  не могла не изменяться.  И сага – это сага,  это почти   историческая беллетристика. В саге Эймунд  превращён в главную  историческую фигуру на Руси в 11-ом веке.  Он   направляет весь ход русской истории.  Это явное бахвальство скандинавов.  Не надо  и забывать,  что в скандинавском эпосе это не единственная сага.  В саге об Ингваре-путешественнике   норманны Бурислейфу (Святополку  или Борису)  голову не отрубают.  После победы в битве Эймунд взял его в плен и ослепил.  Почему же верят в отрубленную голову Святополка или Бориса, а не  верят в вырванные,  или выжженные, или проколотые глаза  князя Святополка  или Бориса?  И, естественно, в  сочинениях русофобов  ничего нет  о великих делах Ярослава Мудрого.  Нет ничего о связи Святополка   Первого  Окаянного с жидами.  Нет  ни  слова  о первых  погромах  на  Руси. 


         Первые   погромы  против  жидов   на  Руси

Именно в то время, когда  шла борьба за власть  между Ярославом (позднее прозванным – Мудрым)  и Святополком  Окаянным, и произошли первые в истории Руси погромы против  жидов  внутри  страны. Сведения об одном   погроме  приведены  в  «Хронике»  польского историка, краковского каноника  Яна Длугоша (1415 – 1480): в  1018 году  обозлённые  на Святополка  и  поддерживающих  его жидов  «русские   солдаты  напали  на живущих  в  Киеве  жидов  и ограбили  их,  предав  огню  их  дома». Длугош – историк почтенный. Его называют даже  «отцом польской истории». Конечно, он был часто  весьма  субъективен, он – польский шовинист, большой ненавистник  русских, путал иногда хронологию, много в его сочинениях отсебятины, но  с  какой стати ему надо было придумывать  погром  против жидов  в Киеве?  Вероятно, ему были известны какие-то древние летописи, может быть воспоминания  жидовских очевидцев, позднее утерянные. Но погром 1018 года -  это уже, если быть очень точным,  второй погром. Первый погром произошёл в 1017, когда Ярослав первый раз  вошёл в Киев.
Сведения о погроме против жидов в Киеве  приведены также у Цунца, который, вероятно, пользовался  какими-то старинными жидовскими источниками. Жидовский историк Берлин И. в своей книге  «Историческая  судьба  еврейского народа  на территории  русского государства» (Петроград, 1919,  С. 159), выписав сообщение  о погроме против жидов в Киеве в 1018 году из сочинений Длугоша и Цунца, вынужден  был согласиться с ними: действительно  «ЧТО-ТО  ТАМ   БЫЛО». Полагает достоверным  сообщение  Длугоша и Гумилев Л. Н., рассказывая о делах Святополка Окаянного в  книге  «Древняя Русь и  Великая  Степь» (М., 1993, С. 197 – 198).
К сожалению, в  известных русских летописях о погромах в 1017 и  в 1018 – ни слова. Возможно, действовала, как полагает Гумилёв, жидовская цензура.  Первая редакция  «Повести временных лет»  составлялась при Святополке  Втором, который был, как и Святополк Первый   Окаянный, покровителем жидов. А жиды очень не любят, когда русские пишут о погромах. Да и самому Святополку  Второму   рассказы о погромах против жидов  не могли нравиться.
Но упоминание  о  «страшном  пожаре» в Киеве во многих наших летописях есть.  «В лето 1017  года   Ярослав вошёл в Киев, и погорел город Киев», - так в  «Повести временных лет» (ПСРЛ, Т. 1.  Стб. 142). Читаем  и в Никоновском сборнике: «Пошёл Ярослав к Киеву и погорел  город, и церквей множество, около 700». После поражения  Святополка  на  Днепре и его бегства в Польшу, когда  войско Ярослава приближалось к Киеву, народ, конечно, воспользовался благоприятным случаем и начал  громить сторонников Святополка и жидов. А когда  Ярослав вошёл в Киев, масштаб погрома  должен был увеличиться.  Погром жидов был неизбежен. Жиды были сторонниками  Святополка и польского короля Болеслава.  К тому же к жидам была сильная неприязнь как к вампирам. А христианская часть населения, а в Киеве это большинство населения, ненавидела жидов как «врагов Бога» и «слуг Дьявола». К тому же у жидов было что  отобрать.  К тому же приятно было отобрать у жидов  «неправедно нажитое».  Так что жидов киевляне безжалостно убивали и грабили в первую очередь. Появилась благоприятная ситуация расправиться с жидами, у жидов не было никакой защиты  «сверху»,  в Киеве было безвластие, междувластие,  и  русский народ оказался не дурак,  и успешно воспользовался благоприятной ситуацией. Погром против жидов – это часть  общего погрома сторонников Святополка Окаянного. Погром жидов свидетельствует о том, что ещё в начале  11-го  века русский народ начал осознавать, что жиды  -  опасный  «внутренний  враг».
Некоторые историки пытались  свалить пожар  Киева только на печенегов. Титмар Мерзебургский в своей «Хронике писал: «Очень сильный город Киев по наущению Болеслава стал жертвой постоянных набегов печенегов и понёс большие потери от пожаров». Сгорели  400 церквей.  Составитель нашей Архангелогородской летописи также утверждал, что в 1017 был сильный набег печенегов на Киев (ПСРЛ. Т. 5.  С. 132).  А некоторые историки  пытались  свалить пожар в Киеве только на  воинов Ярослава. Ведь сам он в то время был  больше язычником,  чем  христианином.  Почти все  варяги  в его войске были язычники. Да и многие новгородцы были язычники  и враги Киева. Но правильнее – не упрощать события. И печенеги добавляли огня. И варяги, и новгородцы  грабили  и  жгли. И киевляне  грабили и жгли жидов, да и всех сторонников Святополка.  Не надо и завораживать себя цифрой – 700  сгоревших церквей. Подавляющее большинство церквей тогдашнего Киева – это маленькие деревянные часовенки, маленькие семейные молельни при хоромах богатых киевлян. Да и огонь обладает свойством легко выходить из-под контроля и свободно выбирать себе жертвы. Погром сторонников Святослава и жидов  произошёл  также и в конце 1018 года, когда войска польского короля   Болеслава  ушли  из Киева.

Оффлайн Анатолий Глазунов

  • Модератор
  • **
  • Сообщений: 1093
Re: История русских до христианства
« Ответ #1 : 03/07/12 , 14:45:35 »
Анатолий Глазунов (Блокадник)

Где череп   князя Владимира Великого?




Давным-давно как-то я прочитал, что, когда вскрыли гробницу князя Владимира, то обнаружили, что  там лежит скелет без головы и нет правой руки.  И не было никаких объяснений. Вопрос так и остался в голове. А потом  я видел  восстановленные  Михаилом Герасимовым по черепу лица  князя Ярослава Мудрого,  князя Андрея Боголюбского  и Ивана Грозного.  Но почему Герасимов не  восстановил лицо  князя Владимира Великого?  Не по той ли причине, что в гробнице не было черепа? И вот ныне, когда возникла необходимость  написать очерк  «Христианский период в развитии Русского народа. Христианство и  русский космизм», решил собрать  в кучку доступную  мне информацию  и на  тему об останках князя Владимира Великого.


Умер  князь Владимир  в 1015.  И это позор для христиан, что они не сберегли останки князя Владимира Великого.  Его похоронили в Десятинной церкви в усыпальнице,  где похоронены были его жена Анна и  бабка княгиня Ольга. Некоторые особо лживые «неоязычники» ныне утверждают, что в 1240 году было восстание язычников, церковь была разрушена, и останки князя уничтожены.  «Сказать всё можно, но ты   поди докажи!» (Дмитрий Менделеев).  На самом  деле, если  придерживаться  фактов, в 1240  Киев  взяли штурмом   «татаро-монголы»  хана Батыя и устроили страшную резню жителей города за отказ капитулировать. Дальше – две версии. По одной  версии (так в летописях), оставшиеся в живых жители собрались в  каменной Десятинной церкви, заполнили её до верху,  все пять ярусов,  и под тяжестью такого количества людей, церковь рухнула и   все оказались похоронены под камнями.  По второй версии, «татаро-монголы» разбили  стены церкви, разрушили всю церковь  своими ударными, стенобитными   машинами. Много  киевлян  погибли под развалинами, другие были зарублены и зарезаны. 

Не русские язычники подняли восстание в Киеве и поубивали всех христиан, а язычники-азиаты  хана Батыя  кололи,  рубили и  резали русское  христианское население Киева. И надо быть врагами русского народа или дураками, чтобы радоваться  этому событию.

Потом земли с Киевом  были захвачены литовцами и поляками, саркофаг   с останками князя  Владимира   около 600 лет  лежал  под развалинами  Десятинной церкви в чужой стране – Польше.   Но  католики всё же не  смогли  уничтожить православие  по причине сопротивления православных русских людей.  Потом появилась интересная и сильная фигура – Пётр Могила. Он не был русским, он -  представитель румынского боярского рода.  Но он был православным. О нём пишут: «покровитель  православной учености и книгопечатания,  епископ Константинопольский православной церкви, Митрополит Киевский, Галицкий и всея Руси, экзарх Константинопольского трона.  В  1627  Пётр Могила был избран киево-печерским архимандритом, который прямо подчинялся константинопольскому патриарху, но не киевскому митрополиту, и носил титул «великого архимандрита».  Он организовал отъём  от униатов православных  монастырей и церквей, он  восстанавливал церкви.

 В 1635 году были  по его велению раскопаны и очищены от развалин остатки Десятинной церкви. «Средства для упорядочения церквей и монастырей Пётр Могила брал отовсюду: от лавры, из своего личного имущества, из пожертвований благочестивых людей, наконец, обращался за помощью и к московскому царю».




Митрополит  Пётр Могила


Далее  пересказываю  и цитирую вкратце   из статьи архиепископа Димитрия  (Рудюка) «Десятинная церковь в Киеве – наступило время её возродить»:
http://www.pelmlapeel.ru/content/view/398/28/index.html

Пётр Могила был весьма огорчён,  что  Десятинная церковь, построенная по велению князя Владимира, - в развалинах, заросших травой.   А  ведь под развалинами -  останки  великого русского князя.  В  1632—36 годы  в Киеве  в  древней усыпальнице Десятинной церкви митрополит  Пётр Могила  начал  раскопки,  и отрыл две древние гробницы. Кости, которые лежали в одной из них,  он признал останками святого князя Владимира Великого, а во второй - за останки его жены Анны. «Подробное  описание нахождения мощей святого Владимира содержится в лаврской рукописи 18 века, которая хранится в Институте рукописи Национальной библиотеки им. Вернадского».

«Главу  (верхнюю часть головы)  князя  Владимира митрополит  Могила отделил от  остального скелета  и передал   в  церковь  Спаса  на Берестове (у стен Киево-Печерской лавры).  Через год их торжественно перенесли в Успенский собор  Печерской Лавры «на воспоминание будущим поколениям».   (Большинство украинских археологов  не считают, что это — останки князя Владимира).

Впоследствии  митрополит  также взял  из гробницы часть правого предплечья князя Владимира  вместе с челюстью. Другие же остатки закопал.


Почему закопал? 


Архиепископ Димитрий:
«На этот вопрос можно дать ответ, допустив, что Киевский митрополит Пётр Могила хорошо был осведомлён с традицией Константинопольской Церкви в составе которой тогда была и Киевская митрополия. Заключалась эта традиция в том, что именно в древней Византии, а затем и в греческих восточных церквях был распространенный обычай уважать честные главы святых, а не все мощи. Особенно это было распространено на Афоне. То же можно сказать и о главе святителя Клименте, которую Владимир привёз из Херсонеса  (Корсуни)   и положил  в церкви Десятинной». Также надо иметь ввиду, что  «глава является символом власти».

«В 1639 году Могила передает челюсть, как подарок, московскому царю Михаилу Федоровичу. В письме, которое сопровождало реликвию, он просит царя пожертвовать на усыпальницу, в которой будут храниться остальные останки святого Владимира и которая будет находиться в Софийском соборе  (Святой Владимир, Петр Могила и город Киев: символика культурного метатекста // Хроника 2000. № 60. – С. 462).

"Планировалось, что перенесение мощей святого Владимира с Десятинной церкви до Софийского собора будет иметь место в пасхальную неделю следующего года, когда посланец Могилы к царю вернется в Киев и привезет с собой гробницу. Судя по всему царь не совершил ни одного  действия. В 1640 году святитель Петр Могила опять повторил просьбу,  на которую  отозвался царь и дал указание изготовить гробницу. Однако нет  ни одной информации об окончании этой истории. Вряд ли церковные круги в Москве были в восторге от нахождения мощей и установления гробницы святого Владимира в “польском” городе Киеве, ведь это противоречило идеологии Московского царства» (Там же. – С. 450–451). 

«Главу же святого благоверного князя Владимира православные киевляне благочестиво уважали. Как писал генерал Патрик Гордон в дневнике 1685 года: “В день памяти большого князя Владимира, первого христианского князя, в России, богослужение было проведено в Нижнем городе, в Братском монастыре. Главу его (то есть великого князя Владимира) раньше, пока нужно было бояться турков с процессией обносили около Верхнего города и замка, но при мирном времени этого не делали  (Киевский дневник Патрика Гордона // Хроника 2000. Киев. № 17–18. – К., 1997. – С. 86..  63). Отсюда можно думать, что существовало особенное почитание главы святого равноапостольного князя Владимира, как защитницы Киева от набегов нечестивых поган».

Святитель Димитрий (Туптало), митрополит, Ростовский в своем труде «Летопись. Синопсис. – М., 1998. – С. 391) отметил, что:  “Глава его  (князя Владимира) покоится ныне в Киевской Печерской великой чудотворной лавре, в великой церкви Успения Пресвятой Богородицы, и предлагается к лобызанию ея (её)  в день памяти его всем и в прочие дни, когда кто пожелает”.

В “Кратком историческом описании Киево-печерской Лавры и вторых святынь и достопримечательностей города Киева”  (Киев, 1911. – С. 51) профессор, протоиерей Федор Титов  рассказал, что  глава  князя Владимира  «отдыхает»  в южной стене главного придела  Большой церкви около иконостаса в серебряного рака.

Историк Е. Голубинский  подытожил,  по каким местам   церковники  растащили останки Владимира Великого: «Глава - в большой церкви Киево-Печерской Лавры, ручная кость - в Софийском соборе, а одна челюсть - в Московском Успенском Соборе». Сюда она была принесена в дар московскому царю Михаилу Романову Петром Могилой в 1640 году».

Известно также, что именно Пётр Могила организовал строительство небольшой церкви на месте,  где стояла Десятинная церковь.  Сделал всё, что мог.  Церковь эта  была освящена в 1654 году.
Но время шло и всё пришло в запустение.  Потом  поляки получили по рогам, Киев  был   возвращён в состав России, но запустение продолжалось. 

Но всё же нашёлся церковник,  Киевский митрополит Евгений   Болховитинов, которого  угнетали развалины и трава на развалинах.  Архиепископ Димитрий писал:  «В начале 19-го века   (1823)  Киевский   митрополит Евгений Болховитинов поручает раскопки священнику  Десятинной церкви Михаилу Кочеровскому и чиновнику 5-го класса археологу-любителю Кондрату Лохвицкому.  Официальной же датой начала археологических исследований Десятинной церкви считается 17 октября 1824 год.  Найдены были во время раскопок  и две каменных гробницы. Под крышкой одной из них обнаружен женский скелет с крестиком на шее и цепочкой из червленого золота, другие золотые украшения.   Предположили, что  эти останки  царевны  Анны. В другой каменной гробнице   7 июня 1826  был найден  скелет без головы и правой руки.  Логично предположили, что   это и был тот скелет, который Пётр Могила  принял за скелет князя и  от которого он изъял  верхнюю часть головы,  челюсти  и  правую руку.  Нашли в 1826 и третью гробницу  - гробницу  княгини Ольги. В 1826  раскопки начал и  Н. Е. Ефимов. В 1908 – 1914    здесь   усердно  стал копать  также  археолог  Д. В. Милеев.

Архиепископ Димитрий: «Такие  щедрые находки   при  раскопках  и исследования вызвали большую заинтересованность в местных киевских и петербуржских правительственных кругах  относительно восстановления Десятинной церкви. Поддержал  эту идею и  митрополит Евгений.

Император Николай 1  принял решение – надо строить.  Конечно, многие в Киеве желали,   чтобы  эта церковь   как можно больше соответствовала  бы Десятинной церкви, которая была построена при князе Владимире.   Но в  Петербурге не желали  возвеличивать  излишне Киев.  Был  уже указ Павла от 1800 года,  который позволял строить  в Российской  империи  лишь церкви в московско-петербуржско-синодном стиле.

«За повелением императора Николая 1  был создан комитет по сооружению храма и 2 августа 1828 года новая Десятинная церковь была заложена митрополитом Евгением Болховитиновым после литургии в Трехсвятительском храме. После богослужения торжественный крестный ход двинулся к месту закладки нового Десятинного храма. В основе престола был положен камень из красного гранита с надписью о дне закладок новой церкви в честь Рождества Пресвятой Богородицы. Храм строили в течение 13-ти лет. Стоимость его составляла 100 тысяч рублей».  Закончено строительство в 1942.  Новая Десятинная церковь, построенная  по проекту петербургского  архитектора В. Стасова, была всё же  заметно поменьше, чем первая Десятинная церковь.



Новая Десятинная церковь, построенная по проекту Стасова.
http://www.janus.ua/Master/Index1&DataID=18804674



В “Описании Киево-софийского собора и Киевской иерархии” митрополит Евгений вспоминает о том, что “в особом ковчеге положены: мощи святого благоверного царя Константина, святого благоверного князя Владимира Святославовича, речь обычно здесь идёт о деснице (десница – правая рука).  А  в “Описании Киево-печерской Лавры” митрополит отмечает: “В правом крыле Великой церкви в пределе святого Архистратига Михаила при южной стороне  - серебряная рака для главы св. равноапостольного князя Владимира Святославича, на  ней  верхняя доска с чеканным изображением во весь рост сего св. князя сделана в 1826 г. (Болховитинов Евгений, митрополит. Выбранные труды из истории Киева. – С. 70, 324)».
 
А что было положено из остатков скелета  князя в новую церковь?  То,  что нашли   в 1826 -   скелет  без правой руки и черепа?   Или часть?

Новая церковь стояла недолго.  В 1240  первую Десятинную церковь уничтожили язычники -  татаро-монголы Батыя.  В 1936  новую церковь уничтожили  атеисты-коммунисты  Сталина.  А если рассматривать события в национальном аспекте  (а это обязательно надо делать), важная роль  в борьбе с  христианской религией принадлежала  на Украине,  и в Киеве в частности – жидам.

Не было  в Киеве кирпича для строительства промышленных и жилых объектов.  Как построить  быстро кирпичные заводы  коммунисты не соображали, и  вот секретарь Киевского горкома партии Салов и глава горсовета Петрушанский 14 марта 1936 года обратились к Политбюро ЦК КП(б)У с просьбам санкционировать снос Владимирского собора и Десятинной церкви. «По генеральному плану реконструкции города Киева, утвержденным ЦК КП(б)У, — писали они, — Владимирский собор и Десятинная церковь намечены к сносу, как объекты, которые не имеют большой исторической ценности, — поэтому горком КП(б)У и горсовет просят разрешить приступить к разбору указанных церковных зданий». Разрешение от руководства компартии Украины было получено. И Десятинная церковь была разобрана на кирпичи. Архивы передали Софийскому архитектурно-историческому музею.

В 1938-1939 гг. фундаменты древнего храма были  исследованы археологической экспедицией под руководством М.К. Каргер.  Каргер за время раскопок обнаружил 8 саркофагов в храме и 2 саркофага вне храма.

Далее не очень ясно.  Туман сгущается.  Вот пишут  «историки»: Перед  Второй мировой войной  (1938 – 1945) «киевские частицы мощей» были отправлены известному советскому скульптору-антропологу Герасимову в Ленинград — для более точного воссоздания исторического образа князя Владимира. Чтобы по черепу он  сделал скульптурный  образ, как  он восстановил  образ Ярослава Мудрого и Ивана Грозного.   Но  какие  «частицы мощей»   были отправлены Герасимову? Череп был отправлен?   Если не череп,  то лицо не восстановить.  Но разве череп -  «частица мощей»? Ну и где  реальный  образ князя Владимира?  Получил ли Герасимов череп? Начал ли работать над черепом Герасимов? И где череп, посланный Герасимову в Ленинград? Ответов нет.

Пишут: «В 1941 году Успенский собор со всеми святынями был взорван то ли солдатами рейха, то ли советскими партизанами. Такими вот неисповедимыми путями именно в Украине не сохранилось останков князя Владимира».

Кисть руки князя Владимира, которая  находилась  в киевском Софийском соборе исчезла, вероятно, во время Второй мировой войны).   http://www.sedmitza.ru/text/410984.html

А какова судьба нижней челюсти,  которую отослал Могила  царю Михаилу Романову. Она  хранилась в Успенском соборе Московского Кремля. Пишут: Мощи Владимира Святославича упоминаются в описи Успенского собора за 1701 год   и в описи Образной палаты Московского Кремля за 1669 год.   В настоящее время  о нижней челюсти  святого князя Владимира ничего не известно.
http://www.sedmitza.ru/text/410984.html

Но вернёмся в наше время. В печати появилось сообщение:   Мощи св. Владимира  (из собора Рождества) в соответствующем сосуде («мощевик») установлены в Успенском соборе Киево-Печерской лавры (там, где находится мемориальная доска с иконой князя).  Но что представляют собой эти мощи в «мощевике»?  Кости  ноги, руки, ребра?  Ответа нет.

Пишут  жидовствующие хохлы-журналисты или жиды-журналисты: На церемонии торжественной встречи «мощей»   присутствовал  президент  Ющенко».   Надо бы написать поправдивее, господа. Надо было бы написать так: На церемонии торжественной встречи «мощей»   присутствовал  президент-ЖИДОВИН   Ющенко».   

Кто дополнит?