Автор Тема: СЪЕЗД ГРАЖДАН СССР (Движение граждан СССР)  (Прочитано 70537 раз)

0 Пользователей и 3 Гостей просматривают эту тему.

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Член Исполкома
Съезда граждан СССР,
председатель Конституционной комиссии Съезда
Т.ХАБАРОВА

СТРАНА, КОТОРУЮ МЫ НЕ ПОТЕРЯЛИ

Вступительное слово
и Доклад о проекте новой редакции Конституции СССР
на Расширенном (декабрьском 1997г.) пленуме
Исполкома Съезда граждан СССР

Москва, 27 декабря 1997г.

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

от имени Рабочей группы Исполкома Съезда граждан СССР приветствую и благодарю всех прибывших для участия в нашем сегодняшнем мероприятии. Надеюсь, по ходу работы Пленума Вы убедитесь, что приглашали Вас не напрасно.

Съезд граждан СССР первого созыва 29 октября 1995г. принял четыре Постановления.

Одно из них наделяло делегатов Съезда статусом уполномоченных по восстановлению Советской власти на местах. Фактически это был призыв к развёртыванию в регионах массового низового советского движения. Как нетрудно было предвидеть, именно данное Постановление оказалось самым сложным для выполнения, – и в огромной мере из-за яростного противодействия со стороны других «оппозиционных», будем так их называть, организаций. Сегодня можно констатировать как непреложный факт, что НОВООБРАЗОВАННЫЕ КОМПАРТИИ ВЕЛИ И ВЕДУТ ОЖЕСТОЧЕННЕЙШУЮ БОРЬБУ ЗА НЕДОПУЩЕНИЕ КОНСОЛИДАЦИИ СОВЕТСКИХ ГРАЖДАН НА ВРЕМЕННО ОККУПИРОВАННОЙ ТЕРРИТОРИИ СССР. Остаётся только надеяться, что в положенный срок им это «зачтётся», в определённом смысле, и зачтётся сполна, как и многое другое.

Вторым Постановлением Съезда граждан СССР из делегатов Съезда был избран Исполком.

В очень сложных условиях, практически без всяких материальных средств Исполком существует и действует, и его присутствие на сегодняшней политической арене безусловно ощущается, и достаточно чётко; хотя имеются, – опять-таки, – элементы, которые не просто замалчивают нашу работу и препятствуют ей, но вопреки очевидности твердят, будто нас вообще нет.

Недостаток материального обеспечения Исполком старается возместить тем, что ему в данный момент по силам, – т.е. интенсивной идейно-пропагандистской деятельностью и обилием ярких, нешаблонных инициатив. Как пример точного идеологического попадания «в яблочко», можно назвать акцию «День возвращения доброго имени 1937 году», вызвавшую заметный общественный резонанс; обращение «В защиту советского гражданства» и проводимую с ним работу; обращение в ООН от имени митинга советских граждан г. Москвы 17 марта 1997г., и др.

Третьим Постановлением Съезда предлагалось коммунистам, считающим себя гражданами СССР, провести Восстановительный съезд КПСС.

Можно по-разному относиться к съезду, который провёл В.И.Анпилов 1-2 ноября 1997г. в Москве. Мы сами отнеслись к этому мероприятию с большой долей насторожённости, и по нашему мнению, всерьёз говорить о нём как о Восстановительном съезде КПСС пока ещё преждевременно. Но вот чего уж точно нельзя отрицать, так это того, что и здесь Съезд граждан СССР выступил как явно инициирующая и стимулирующая сила, как идейный авангард, указывающий ориентиры и прокладывающий пути вперед.

И наконец, четвёртое Постановление Съезда граждан СССР – о подготовке проекта новой, современной редакции Конституции СССР 1977 года – мы с вами выполняем сегодня.

Сразу хочу решительнейшим образом отвести запущенную кем-то в обращение, некоторое время тому назад, версию о том, что мы, будто бы, хотим принять новую Конституцию СССР. Мы такого намерения никогда не выражали, поскольку одной из наших ключевых установок является то, что Конституция СССР 1977 года де-юре продолжает действовать по сей день, что законных оснований для прекращения её действия не было и нет и что этот свой статус она будет неукоснительно сохранять вплоть до полного восстановления Советской власти на всей территории СССР. Свою общеполитическую роль Конституция 1977 года должна сыграть – и, как мы надеемся, сыграет; но надо отдавать себе отчёт, что реально жить в восстановленном союзном социалистическом государстве по этому документу ни минуты будет нельзя.

А поэтому необходимо иметь к тому времени наготове отработанный и уже известный народу конституционный проект нашего будущего общественного и государственного устройства; проект, который полностью сохранял бы преемственность с Советскими Конституциями 1936 и 1977 годов; проект, который новаторски решал бы проблемы, десятилетиями в нашем обществе не решавшиеся и так и оставшиеся нерешёнными, – но в то же время представлял бы нам картину нового развития именно государства под названием Союз Советских Социалистических Республик, и никакого иного.

Мы должны показать самим себе и всему миру, что среди стоявших и стоящих перед нами проблем нет ни одной, решение которой требовало бы шараханья к так называемому рынку, к частной собственности, к парламентской демократии или хотя бы к новому нэпу. Все они прекрасно решаются специфически социалистическими методами и на специфически социалистических путях исторического прогресса.

Работа эта абсолютно необходима и для освобождения страны, и для дальнейшей нормализации положения в ней. Нельзя поддаваться вот на эти сегодняшние подначки, – мол, прежде всего надо скинуть антинародный режим, а потом уж как-нибудь между собой разберемся. Это одна из уловок информационно-психологической войны. При таком подходе «потом» окажется лишь другая разновидность того же самого режима. Относительно того, что планируется «потом», должна быть полная ясность уже сейчас.

Существеннейшая часть работы на сей день выполнена – т.е., подготовлен сам проект. Наш нынешний Пленум и его участники, – как мы рассчитываем, – должны дать толчок следующему, тоже очень важному этапу работы: т.е., ознакомлению с проектом как можно большего числа наших сторонников, возбуждению общественного интереса к нему, его публикации – целиком или хотя бы фрагментарно, и т.д.; с тем чтобы на Съезде граждан СССР второго созыва могла состояться уже не просто презентация этого документа, а его многостороннее содержательное обсуждение нашими людьми.

Вторым пунктом повестки дня Пленума должно быть принято и подписано Обращение к главам ныне существующих социалистических государств с призывом признать или подтвердить факт продолжения существования де-юре Советского Союза как полноправного члена мирового сообщества. [1] Не буду распространяться о принципиальном политическом значении этой акции, поскольку оно очевидно. Рабочая группа Исполкома считает, что поставить свои подписи под этим Обращением следовало бы всем участникам Пленума, имеющим статус делегата Съезда граждан СССР (но, конечно, не против чьего-либо желания).

Вот таков наш конкретный, деловой вклад к 75-летию образования СССР. Мне всегда казалось, что отмечать какие-либо памятные даты в стране, которая на данный момент оккупирована, – это значит говорить не о том, что было и как хорошо всё было, но исключительно лишь о том, что делается для её скорейшего освобождения. Вот мы и делаем то, что в наших силах, – и всё, что в наших силах. А много это или мало – дальнейший ход событий рассудит. В любом случае возблагодарим судьбу за то, что она дала нам счастье хоть чем-то быть полезными своему народу в самый трудный, самый тяжкий час его многовековой истории.

От имени Исполкома Съезда граждан СССР поздравляю вас, дорогие соратники и друзья, с 75-летним юбилеем нашей великой Родины – Союза Советских Социалистических Республик!

Расширенный (декабрьский 1997г.) пленум Исполкома Съезда граждан СССР, посвященный 75-ой годовщине образования Советского Союза, объявляю открытым.

* * *

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

в преобладающей своей части доклад будет представлять собой комментарий, – по главам, – к выносимому на ваше рассмотрение проекту новой редакции Конституции СССР.

Однако, поскольку мы пытаемся наметить пути дальнейшего развития советской социалистической государственности, то очевидно, что для этого нужно иметь достаточно ясное общее представление о природе этой государственности, о её месте в истории, о том, что и как должно с ней, – по логике вещей, – происходить.

Поэтому придётся вначале уделить несколько внимания этим моментам. Это поможет разобраться и в последующем материале.


В каком государстве мы жили
и в каком окажемся по возвращении в СССР?

Сегодняшние коммунисты много претензий предъявляют Н.С.Хрущёву, и среди них одна из главных – это что при нём было провозглашено превращение или перерастание государства диктатуры пролетариата в общенародное государство.

Здесь возникают два вопроса. Первый – это насколько оправданны вообще разговоры о всенародном государстве с марксистской точки зрения. И второй: произошло ли в действительности с нашим государством что-либо заслуживающее внимания, оттого что при Хрущёве постановили именовать его всенародным.

По первому вопросу. Московский центр Большевистской платформы в КПСС в своих теоретических разработках, – в частности, в материалах политклуба, [2] — неоднократно и настойчиво показывал, что Маркс, говоря об отмирании государства, неизменно имел в виду отмирание только той его исторически несовершенной формы, когда оно выступает как аппарат господства, насилия одного класса над другим. Эту исторически несовершенную форму государственности Маркс называет «абстрактным политическим государством».

На смену классовому обществу идёт, – как известно, – общество бесклассовое. Классы исчезнут, но люди-то никуда не денутся; т.е., будет единый, не разобщённый более классовыми перегородками народ. И потом, бесклассовое общество, это вовсе не значит – общество бесструктурное. Бесструктурного общества, тем паче на столь высокой ступени развития, быть не может. И подобно тому как структуру классового общества составляет «абстрактное политическое государство», точно так же структуру бесклассового общества составляет государство, вот именно, ВСЕНАРОДНОЕ – государство как институциональное воплощение целостности и целеустремлённости единого народа, живущего уже при коммунизме. Чтобы убедиться в справедливости всего вышесказанного, достаточно внимательно прочитать хотя бы принципиально важную в теоретическом плане работу Маркса «К критике гегелевской философии права».

Таким образом, в самих по себе утверждениях о том, что государство диктатуры пролетариата должно превратиться или перерасти в общенародное государство, никакой крамолы с марксистской точки зрения не содержится. Тенденцию развития пролетарской государственности такие утверждения рисуют, в общем и целом, правильно.

Другой вопрос, стало ли на самом деле наше Советское государство конца 50-х – начала 60-х годов общенародным, оттого что его в таковое перекрестили? Товарищи, ну конечно же, нет. Ведь при этом ни одна статья в Конституции СССР не подверглась сколь-либо существенным изменениям. Как же могло государство перейти в новое качественное состояние, если в его структурном описании – в Конституции – не изменилось буквально ни фразы? Хрущёвцы сказали стопроцентную глупость, и вот эту глупость чуть не полвека все повторяют и возмущаются тем, что Хрущёв, дескать, ликвидировал пролетарскую диктатуру. Но в действительности государство у нас по своим основным структурным характеристикам как было, так и оставалось ДИКТАТУРОЙ ПРОЛЕТАРИАТА, – вплоть до горбачевских выкрутас, о которых уже отдельный разговор, поскольку они к развитию советской государственности отношения не имеют, а имеют отношение только к её насильственному развалу.

КАКИЕ ЖЕ у диктатуры пролетариата основные структурные параметры?

Август Бебель заметил в своё время, что социалистическое общество организуется не для того, чтобы всем жить по-пролетарски, а для того, чтобы покончить с пролетарским образом жизни большинства человечества. Если бы рабочий класс стремился просто заставить всех жить по-пролетарски, он не получил бы исторического права на приобретение власти в обществе. В этом смысл часто цитируемого высказывания Маркса, что рабочий класс или революционен, или он – ничто. Власть дается пролетариату, лишь поскольку он РЕВОЛЮЦИОНЕН, поскольку он осознал всю противоестественность, античеловечность своего положения в системе эксплуататорских, частнособственнических отношений и задался целью не просто самому вырваться из этих тенёт, но и сделать так, чтобы больше никто, никогда и нигде на земном шаре в подобном положении не находился. Чтобы трудящийся человек из рыночного товара, из торговца самим собой вырос во всесторонне развитую творческую личность, чтобы труд из проклятья стал первой потребностью жизни, «делом доблести и подвигом славы», как пелось в прекрасной песне сталинской эпохи.

Приходя к власти, пролетариат, – если ему суждено эту власть удержать и развить, – стремится с первых же своих шагов стать революционизирующим ядром всего народа, стремится сплотить вокруг себя, организовать и вдохновить народ как целое на достижение тех высочайших, поистине космических идеалов, носителем которых он – пролетариат – объективно является. Т.е., чтобы для всех и каждого в обществе – ПОГОЛОВНО, как В.И.Ленин подчёркивал, – труд перешёл из отчуждённой и исторически ущербной формы «рабочей силы» в форму ТРУДА-ТВОРЧЕСТВА, труда как свободной реализации человеком своего жизненного призвания, – или, что то же самое, правильно понятого общественного долга.

Можно заметить здесь, что в сталинский период, – и по инерции ещё некоторое время спустя, – события у нас в стране как раз по этому сценарию и развивались, и именно это служило глубинным, определяющим источником блистательных побед, одержанных в ту пору Советским народом, как на поприще мирного строительства, так и на фронтах Великой Отечественной войны.

Замечу ещё, что противопоставление пролетариата народу было классикам марксизма-ленинизма всегда глубоко чуждо; такое противопоставление – это исконная, стародавняя черта не марксизма, а троцкизма. В.И.Ленин писал: «…диктатуру осуществляет не весь народ, а только революционный народ, нисколько не боящийся, однако, всего народа, открывающий всему народу причины своих действий и все подробности их, привлекающий охотно весь народ к участию не только в “управлении” государством, но и во власти, и к участию в самом устройстве государства». [3]

О рабочем классе как революционном ядре Советского народа неоднократно говорилось в материалах Большевистской платформы и Исполкома Съезда граждан СССР. [4]

Из всего только что сказанного структурные характеристики диктатуры пролетариата «выложатся» у нас сейчас сами собой; и хотя в наших публикациях вопрос этот рассматривался, я лишний раз это повторю. [5]

У ПРОЛЕТАРИАТА как господствующего класса есть осмысленно формулируемая долговременная ЦЕЛЬ – построение коммунистического общества. Государство, у которого есть цель, неизбежно и непременно окажется однопартийным, причём партия будет сохранять статус правящей постоянно, а не в зависимости от результата выборов, и она будет участвовать во властно-управленческих процессах не только через своих представителей в соответствующих органах, но и непосредственно как таковая.

Таким образом, рассуждения о многопартийности при социализме – они не свидетельствуют о понимании сути и природы социалистического строя. (Или, наоборот, слишком хорошо свидетельствуют, т.е. ведутся именно ради того, чтобы вызвать, а затем увековечить развал.) Социалистическая, пролетарская однопартийность – это не какой-то казус или вывих, от которого нужно избавиться, а это закономерный, причём на сей день высший этап всемирноисторического развития процессов власти и управления в человеческом обществе.

Другое дело, что эта система функционировала у нас далеко не в самом совершенном своём виде и что над ней надо ещё очень много и упорно работать. Но работать, исходя полностью из заложенных в ней самой тенденций к прогрессу, и ни в коем случае не тянуть назад, к тем схемам, которые реализуются в буржуазно-демократическом государстве.

При буржуазном строе мельтешение партий у власти – это показатель не какой-то сугубой его демократичности, но только и исключительно неразвитости в этом обществе ЦЕЛЕПОЛАГАНИЯ КАК СОЦИАЛЬНОЙ ФУНКЦИИ, как высокоорганизованной способности правящего класса. Ну, в самом деле, – какая у буржуазии глобальная, всемирноисторическая цель, которую хотя бы отдалённо можно было сравнить с тем, что называют всемирноисторической миссией пролетариата? Да никакой у неё цели нет. Ещё на заре становления буржуазной цивилизации один из её крупнейших и ярчайших теоретиков, Джон Локк, писал: «…политическое общество учреждено только для одной цели – чтобы обеспечить каждому человеку владение вещами в этой жизни». «…мирские блага и внешнее процветание общества – вот единственная причина вступления людей в общество и единственное, чего они ищут и к чему стремятся в нём». [6]

Но погоня за мирскими благами, возведённая в абсолют, – это не очень подходящий лозунг, чтобы его открыто начертать на идеологическом знамени государства. Вот поэтому буржуазия и не может подняться до открытого институционального утверждения в обществе своего идеологического господства, – именно потому, что её исторические права на идейное верховенство весьма и весьма скудны и спорны.

Всем понятно, например, что при развитой двухпартийной буржуазно-демократической системе у власти фактически всё время находится одна и та же партия – партия буржуазии как класса, осуществляющего диктатуру. Но открыто этого признать класс частных собственников не может: вот, дескать, мы хапаем, – а вот наш идеологический орган бессменно и бессовестно это наше хапужничество сторожит. Поэтому его партия вынуждена маневрировать, поворачиваясь к народу то одной, то другой своей личиной. Да, такая система в какой-то мере позволяет своевременно корректировать политический курс, – и то, как нетрудно убедиться из истории, отнюдь не всегда. Однако, в конечном итоге она служит институциональным выражением и закреплением не какого-то небывалого расцвета демократии, но, – как и говорилось уже, – всего лишь убожества и исторической обречённости глобальных целей буржуазии как последнего в истории человечества эксплуататорского класса.

Я говорю всё это сейчас для того, чтобы в последующем изложении не возвращаться к доказательствам, почему и зачем в тексте новой редакции Конституции однопартийная модель целиком сохранена и получила определённое дополнительное развитие.

Пойдём дальше.

В однопартийном государстве, где идеологический орган находится уже не за кулисами, так сказать, политической жизни, а вышел на её поверхность и обладает непосредственными властно-управленческими полномочиями, – тут не может быть и речи ни о каком «разделении властей». Ведь механизм «разделения властей» в буржуазном общественном устройстве необходим в основном для обслуживания идеологического, концептуального маневрирования, идеологической балансировки. А коль скоро концептуальная власть, – как её иногда называют, – больше не маскируется и не виляет, все прочие «власти» тут же естественно сольются в одну, в порядке соподчинения, а не взаимоуравновешивания.

Стало быть, диктатура пролетариата – это ПРЕДСТАВИТЕЛЬНО-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЕ ГОСУДАРСТВО, РЕСПУБЛИКА СОВЕТСКОГО ТИПА (Т.Е., С СОПОДЧИНЕНИЕМ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ, ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ И СУДЕБНОЙ ВЛАСТЕЙ, В ПРОТИВОПОЛОЖНОСТЬ ПАРЛАМЕНТАРНОЙ РЕСПУБЛИКЕ, ГДЕ ЭТИ «ВЛАСТИ» РАЗДЕЛЕНЫ); ОДНОПАРТИЙНАЯ; С ГОСУДАРСТВЕННОЙ СОБСТВЕННОСТЬЮ НА ВСЕ ОСНОВНЫЕ СРЕДСТВА ПРОИЗВОДСТВА.

Но мы именно в таком государстве и жили до самой «перестройки», и снова в нём окажемся, если нам удастся вернуться в СССР, не слишком выбившись из русла Конституции 1977 года. Государственность эта исторически ещё очень молода, и в ней, безусловно, имелась масса недостатков, мелких и покрупнее; но по своим решающим структурным определениям это была и ещё какое-то время будет самая что ни на есть диктатура пролетариата, и в данном вопросе надо навести, наконец, необходимую ясность.

А если мы посмотрим, – для сравнения, – на диктатуру буржуазии, то что увидим?

Мы увидим ПРЕДСТАВИТЕЛЬНО-ДЕМОКРАТИЧЕСКОЕ ГОСУДАРСТВО, РЕСПУБЛИКУ ПАРЛАМЕНТАРНОГО ТИПА (Т.Е., С РАЗДЕЛЕНИЕМ, А НЕ СОПОДЧИНЕНИЕМ «ВЛАСТЕЙ»); МНОГОПАРТИЙНУЮ; С ЧАСТНОЙ СОБСТВЕННОСТЬЮ НА ОСНОВНЫЕ СРЕДСТВА ПРОИЗВОДСТВА.

Буржуазное государство всегда по сути своей республиканское, даже если номинально оно числится как монархия. Монарх в таком государстве или исполняет функции чисто символическое, или же, если он пользуется реальной властью, то должен работать с правительством, которое формируется парламентским большинством.

Так называемые президентские республики, они тоже представляют собой разновидность парламентарной государственности. Президент или работает с правительством парламентского большинства, или же, если ему предоставляется право сформировать свою «команду», то в этих случаях резко повышается роль парламента как такового.

ПРЕЖДЕ ЧЕМ ЗАКОНЧИТЬ теоретическую часть доклада, скажу два слова о принципиальном значении для диктатуры пролетариата государственной собственности на средства производства.

Трудящийся в собственности самой по себе, вообще говоря, не заинтересован. Жизненно важное отношение для него – это не собственность, а ПРАВО НА ТРУД, со всем шлейфом сопутствующих ему социально-экономических гарантий. Если государство диктатуры пролетариата функционирует нормально, как ему положено, то трудящийся будет заинтересован ещё и в том, чтобы право на труд перерастало в право на реализацию его творческой способности, его жизненного призвания.

Но обеспечить каждому полноценное, да ещё прогрессивно эволюционирующее право на труд можно только при одном условии – что подавляющая часть имеющихся в общественном производстве рабочих мест находится в руках государства. То же самое относится к бесплатной медицине, образованию и прочим социальным благам. Чтобы каждый всё это имел, государство должно не просто стать собственником-распорядителем всего производительного аппарата, но аппарат этот должен «завязаться» в единый народнохозяйственный комплекс, в котором все товарно-материальные и стоимостные потоки находились бы, опять-таки, под полным государственным контролем.

Поэтому не слушайте, когда вам будут говорить про социализм негосударственный, или «неэтатистский». При любом варианте «неэтатистского социализма» вы намучаетесь и от безработицы, и от беспрерывных попыток заставить вас за всё платить, не увеличивая при этом ваших заработков. Государство, которое не концентрирует в своих руках общественный продукт, т.е. собственность на основной массив средств производства, никакого социализма в надлежащем смысле этого слова вам обеспечить не сможет.

ИТАК, природа государства, с которым нам предстоит иметь дело по нашем возвращении в СССР, – это ДИКТАТУРА ПРОЛЕТАРИАТА, НАХОДЯЩАЯСЯ В ПРОЦЕССЕ АКТИВНОГО ПОИСКОВОГО ПЕРЕРАСТАНИЯ В ГОСУДАРСТВО ВСЕГО НАРОДА. Это значит, что ищутся пути к утверждению творческого характера труда, к расширению прав и свобод личности, к вовлечению – в перспективе – всех сознательных граждан поголовно в управление производством и всем ходом дел в стране.

Подчеркну ещё раз, что под диктатурой пролетариата вообще надлежит разуметь только диктатуру РЕВОЛЮЦИОННОГО пролетариата, когда он активно и осознанно стремится перевести, поднять самого себя и всё общество на некую качественно высшую историческую ступень. Утрата рабочим классом этого революционного импульса приводит к оттоку жизненных сил от его государственности и к тому, что она может потерпеть поражение в борьбе как с внутренними трудностями, так и с внешним врагом, – что, собственно, у нас и произошло.

Переходим к анализу проекта новой редакции Конституции СССР по главам.


Глава первая:
социалистический общественный строй

Здесь одно предварительное замечание: предлагается снять преамбулу Конституции. Во-первых, Конституция – это не партийная программа, это правовой документ, а таким документам развернутый исторический очерк вообще не свойственен. Во-вторых, та преамбула, которая имеется, безнадёжно устарела, а новую пока что ещё не написала сама жизнь. Можно, конечно, попытаться бросить вызов времени и начать Конституцию со своеобразных «воспоминаний о будущем»: с описания событий, которые еще не свершились. Но, думаю, лучше от этого всё-таки воздержаться, поскольку далеко не всеми это будет правильно понято.

Ценные моменты преамбулы – констатация факта возникновения Советского народа как новой исторической общности людей, а также утверждение о наличии у Советского государства высшей цели, каковою является построение бесклассового коммунистического общества, – они взяты непосредственно в текст Конституции.

По предложению одного из наших товарищей, П.Г.Лабинского, подготовленный материал дан в сравнительном разрезе, и в него, – кроме нашего проекта как такового, – полностью включены тексты не только Конституции СССР 1977 года, но также и Конституции 1936 года («Сталинской»). Некоторые восприняли это так, что надо из трёх вариантов выбрать наилучший. Однако, это сделано не для выбирания, а исключительно для того, чтобы чётко была видна преемственность конституционного развития нашей страны.

Основные нововведения первой главы.

В соответствии со всем, что говорилось ранее, СССР определён как социалистическое государство Советского народа, имеющее своей задачей построение коммунистического общества.

Советский народ определён как безраздельный носитель власти в СССР, и сюда же, в ст.2, вынесена развёрнутая формулировка сути Советского народа как новой исторической общности людей, сложившейся на базе сближения рабочего класса, колхозного крестьянства и трудовой интеллигенции, при ведущей роли в этом единстве рабочего класса.

Уточнены формы, в которых Советский народ осуществляет принадлежащую ему власть: это Советы, Коммунистическая партия Советского Союза и различные виды непосредственной, низовой демократии, в том числе право граждан на критику и на проявление творческой инициативы.

В этой статье (ст.3), – как мне представляется, – удалось, наконец-то, рационально объяснить, что такое Коммунистическая партия в социалистическом обществе: это ОДНА ИЗ ФОРМ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ ВЛАСТИ НАРОДОМ. Такой подход впервые ставит всю проблему на правовые рельсы и открывает возможности разумного правового регулирования в этой сфере общественных отношений. А сфера эта для нас, – как вы сами понимаете, – имеет поистине ключевое значение, и в то же время здесь столько всего наслоилось, что поначалу и не знаешь, как подступиться. И тем не менее, подступы найдены. Требовалось попросту четко сформулировать, что КПСС не «для народа», не «служит народу», а это есть один из способов, наряду с Советами, каким сам народ осуществляет свою власть,

Вот всё и встало на свои места, потому что осуществление власти регулируется правом. А такие определения, как «руководящая и направляющая сила», они проблему загоняли в тупик, поскольку действие руководящей и направляющей силы регулируется неизвестно и непонятно чем.

Ст.ст.3-9 Конституции 1977 года сняты. Конституция 1977 года вообще страдает излишним многословием, сентенциозностью, часть её статей никакого правового содержания в себе, по сути, не несёт. Ну, зачем выписывать отдельной статьёй, что Советское государство действует на основе социалистической законности? Что, – это само по себе не ясно, или оно может действовать как-то иначе?

Упоминание о профсоюзах, комсомоле и прочих общественных организациях в главе, где речь идёт, по существу, о субъектах власти, неуместно, – поскольку общественные организации субъектами власти не являются. Не является субъектом власти при социализме и трудовой коллектив, выдернутый из реального жизненного контекста и противопоставленный, с одной стороны, государственной администрации, а с другой – партийной и профсоюзной структурам. Ст.8, где трудовой коллектив подается именно вот в таком искусственном противопоставлении, – одна из ошибок Конституции 1977 года. Она нам хорошо «аукнулась» во время «перестройки».

Ст. 4 проекта подтверждает, что экономическую основу СССР составляют социалистическая система хозяйствования и социалистическая собственность на средства производства в двух её формах: государственной (всенародное достояние) и кооперативно-колхозной.

Возвращены в текст этой статьи снятые в 1977г. формулировки Сталинской Конституции о том, что социалистическая собственность священна и неприкосновенна, и что лица, на неё покушающиеся, являются врагами народа.

Ужесточён, – если можно так выразиться, – перечень объектов, находящихся в государственной собственности. Сюда включены, в числе прочего, продукция государственных предприятий, а также материальная база электронных средств массовой информации и массовотиражных печатных изданий. Отсутствие указания на то, что государство является собственником-распорядителем не только основных средств производства, но и продукции, вырабатываемой при помощи этих фондов, – это было существенное упущение обеих предыдущих Конституций. Что касается государственной собственности на материальную базу электронных СМИ, это означает, что негосударственного телевидения и радио в несвихнувшейся социалистической стране быть не может и не будет.

В ст.6-ую о собственности колхозов и кооперативных организаций также возвращено снятое в 1977г. уточнение относительно их собственности на производимую ими продукцию.

Одновременно в проекте закреплены и существенно расширены права и возможности для граждан самостоятельно заниматься индивидуальной или групповой производительной деятельностью, – при условии, что такая деятельность не связана с эксплуатацией наемной рабочей силы и не носит паразитического (т.е. посреднического) характера. (Ст.7 проекта.)

Важный новый момент в трактовке личной собственности и объектов пользования граждан (ст. 8) – это распространение, в принципе, на объекты пользования права завещательного распоряжения и наследования. Это касается в первую очередь жилья, выделяемого из государственного жилищного фонда. Кому нужна эта околесица, когда внучка прописана у бабушки, бабушка – у сына с невесткой, сын – у тёщи, тёща вообще неизвестно где, и всё это только ради того, чтобы после смерти бабушки честно заработанная ею квартира досталась внучке, а не чужому дяде? Ведь внучка всё равно не мытьем, так катаньем окажется в этой квартире, так почему просто и без всяких мытарств не предоставить бабушке право распорядиться честно заработанной, – повторяю, – квартирой в интересах семьи, ради благополучия которой она всю жизнь и трудилась?

Ст.9 проекта утверждает в качестве высшей цели общественного производства при социализме не только наиболее полное удовлетворение растущих материальных и духовных потребностей трудящихся, но также обеспечение независимости государства, укрепление его обороноспособности, создание необходимых экономических предпосылок для развёртывания коммунистического строительства. Вводится конституционный запрет на попытки протаскивания экономического курса, подобного тому, что мы наблюдаем в стране сегодня, – т.е., служащего интересам не народа, а геополитического противника.

Ст.10 проекта впервые в конституционном порядке определяет, что при социализме трудящийся как совладелец обобществленных средств производства получает свою долю в суммарном чистом доходе общества через регулярное снижение базовых розничных цен, а также через систематическое расширение фондов неоплачиваемого общественного потребления.

Отсутствие такой статьи в предыдущих Конституциях нам страшно навредило. Люди у нас в массе своей совершенно не понимали, что стабильные цены, бесплатное лечение, образование и всё прочее – это не какая-то благотворительность со стороны государства, а это есть именно форма – причём, единственно возможная форма – получения ими своего, так сказать, дивиденда от функционирования общественной собственности. Не будет общественной собственности (т.е. собственности, прежде всего, государственной) – и всё это тут же исчезнет. Если бы эта взаимосвязь между государственной собственностью и привычным советским образом жизни была людям своевременно и хорошо вбита в головы, вряд ли бы так, в общем-то, легко удалась афера с пресловутым «разгосударствлением» и приватизацией.

Ст.11 проекта подтверждает, что экономика СССР является единым народнохозяйственным комплексом; а вот ст.12, опять-таки впервые, вводит в Конституцию то, чего в ней не было, но что непременно должно быть, – развёрнутое описание хозяйственного механизма, в качестве которого фигурирует сталинская противозатратная экономическая модель.

В конституционном порядке закреплены отсутствие в СССР рынков средств производства, так называемых «ценных бумаг» и рабочей силы; директивный характер народнохозяйственного планирования; действие в экономике двухуровневой системы цен (т.е., разделение денежного оборота на наличный и безналичный), аккумуляция преобладающей части чистого дохода общества в ценах на товары народного потребления и снижение государством цен на потребительские товары именно за счёт этой доходообразующей «подушки»; недопущение формирования прибыли сверх минимальных размеров в ценах на общественно промежуточный продукт, т.е. на основную часть продукции производственно-технического назначения.

Указаны критерии экономической эффективности: народнохозяйственный – суммарная годовая величина снижения розничных цен, и локальный – снижение себестоимости продукции массового выпуска, при условии одновременного снижения себестоимости у потребителя данной продукции, или «соседа справа».

Ст.13 возвращает в социалистическое сельское хозяйство машинно-тракторные станции (МТС), а также обязывает государство держать под контролем паритет цен на промышленную и сельскохозяйственную продукцию.

Ст.14 устанавливает государственную монополию внешней торговли и торговли алкогольными напитками; ст.15 возводит в конституционную норму, что рубль функционирует на золотой базе, а не на долларовой или какой-либо еще. Этого в предыдущих Конституциях также не было.

Ст.16 – о системе мер по защите природы – вводит ответственность за хищническую эксплуатацию природных ресурсов, неоправданное нанесение ущерба природной среде, а также за жестокое обращение с животными из хулиганских побуждений.

Далее в Конституции 1977 года в этом разделе идёт глава «Социальное развитие и культура». В проекте она снята полностью, поскольку при внимательном рассмотрении обнаруживается, что статьи этой главы лишь многословно дублируют вторые части статей из раздела о правах и обязанностях граждан.

Внешней политике СССР в нашем проекте посвящена всего одна статья, вместо трёх в Конституции 1977 года, и звучит она несколько более жёстко. В качестве одной из задач советской внешней политики указано достижение и неукоснительное поддержание военно-стратегического паритета с любым потенциальным агрессором. Сняты упоминания о всеобщем и полном разоружении, о мирном сосуществовании государств с различным социальным строем. Эти положения в реально существующих на планете условиях, – как показала практика, – нежизненны.

Сколь это ни покажется неожиданным, но снята норма, запрещавшая пропаганду войны. По нашему убеждению, эта ориентировка сыграла крайне отрицательную роль в истории развязанной Соединёнными Штатами против нас информационно-психологической агрессии. Слишком уж боялись говорить о войне и держать глаза на подобные вещи открытыми, – как бы нас в «пропаганде войны» не обвинили, – и в результате народ оказался идейно и морально-политически абсолютно не готов к отражению нападения смертельно опасного врага. В самих США, кстати, ничего не боялись, вопили во всю глотку о «красной угрозе», хотя и знали превосходно, что военная доктрина СССР носит чисто оборонительный характер и что в действительности нападать на них никто не собирается.

Снята ст.29 Конституции 1977 года, в которой перечислены так называемые десять принципов Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Хельсинки, в качестве основы для построения отношений СССР с другими государствами. Жизнь показала, что по отношению к нам их никто и не думал соблюдать, сегодня эти хвалёные «принципы» применительно к СССР звучат злой насмешкой. Так чего ради мы должны их сохранять у себя в Основном Законе?

В ст.18 подтверждается народный характер советских Вооружённых Сил – т.е., что они продолжают формироваться на основе всеобщей воинской обязанности.


Глава вторая:
гражданство СССР, основные права,
свободы и обязанности граждан СССР

Скажу только о принципиально важных нововведениях этой главы; комментировать каждую статью, – как вы и сами догадываетесь, – нет никакой возможности.

Ст.19 вводит запрет на двойное гражданство с иностранными государствами.

В ст.24 о праве на труд путаная и дезориентирующая, на наш взгляд, формулировка об оплате труда по его количеству и качеству, – которая длительное время служила источником всевозможных недоразумений, – заменена более реалистичной, как нам представляется, формулировкой об оплате труда в зависимости от его общественной значимости и личного трудового вклада работника.

В развитие ст.10 из первой главы, впервые в советской конституционной практике, отдельной статьёй (ст.25) вводится право граждан СССР на долю в чистом доходе общества, т.е. на достижение путём добросовестного труда всей полноты материального и культурного благосостояния, возможного при данном уровне развития общественных производительных сил. Повторены формулировки относительно реализации этого права через регулярное понижение уровня основных розничных цен и посредством непрерывно развивающейся системы фондов бесплатного общественного потребления.

В ст.27, о праве на бесплатную государственную охрану здоровья, особо подчёркивается линия Советского государства на искоренение деструктивных стереотипов поведения, представляющих собой пережитки эксплуататорского общества (это пьянство, употребление наркотических средств и половая распущенность). Подтверждается ответственность за изготовление и сбыт наркотиков, за проституцию и подстрекательство к ней, за распространение порнографии и пропаганду сексуальной вседозволенности.

Ст.28, о праве на материальное обеспечение в старости и прочих случаях, возводит в конституционную норму обеспечение достойного, недискриминационного уровня жизни в учреждениях для престарелых и инвалидов.

В ст.29 подтверждается обязательность всеобщего среднего образования молодёжи, общедоступность и бесплатность всех видов образования, включая высшее.

Две статьи проекта посвящены праву на жилище.

В развитие ст.8 из первой главы, ст.30 проекта закрепляет распространение права завещательного распоряжения и наследования на сферу отношений по поводу жилища, предоставляемого гражданам в их пользование. Ст.31-ой возводится в конституционный принцип неотчуждаемость жилища, приобретенного на законных основаниях. Лишение жилища не может применяться как мера уголовного или какого бы то ни было иного наказания либо воздействия. Право на жилище в полном объёме сохраняется за гражданами, временно или частично утратившими социальную дееспособность либо еще не достигшими таковой (престарелые, инвалиды, несовершеннолетние сироты; лица, находящиеся на длительном излечении в медицинских учреждениях; лица, находящиеся в местах лишения свободы по вступившему в законную силу приговору суда).

К сожалению, слово «бомж» в нашем лексиконе появилось еще в советские времена. Человек отбыл срок заключения, а вернуться в семью, в свою квартиру практически не может, – как раз тогда, когда она ему больше всего нужна. И пошло-поехало по замкнутому порочному кругу: нет прописки – нет работы, нет работы – нет прописки; результат – рецидивное преступление или опускание ещё, в общем-то, не потерянного гражданина на самое горькое жизненное дно. Предлагаемое конституционное решение на всей этой позорной проблеме, отнюдь не украшавшей наше общество, ставит жирный красный крест.

В развитие ст.7 из первой главы, ст.33 предоставляет гражданам СССР право на создание автономных трудовых (или творческих) коллективов и самостоятельно функционирующих производственных ячеек неэксплуататорского, непаразитического характера.

Из текста статьи видно, что возможности перед такими ячейками открываются достаточно обширные; однако, хочу всячески подчеркнуть, что они, – по нашему замыслу, – не составляют никакого особого уклада, и при нарушении оговорённых в государственной лицензии условий функционирования подобная ячейка может быть государством буквально растворена, так сказать, без остатка в окружающей экономической среде. Но гражданам, желающим честно попробовать свои силы в самостоятельной производительной деятельности, основанной на их личном труде, такая возможность в социалистическом обществе должна быть предоставлена, и мы предлагаем её предоставить.

В целом, – как вы видите, – социально-экономические гарантии советских граждан в проекте, по сравнению с Конституцией СССР 1977 года, не только полностью сохранены, но существенно приумножены, расширены и углублены. В ещё большей мере это относится к политическим правам.

Ст.34 проекта, о праве граждан СССР на участие во власти, развивает положения ст.3 из первой главы. Здесь важный новый момент, что как одна из форм участия во власти трактуется реализация гражданином права на критику и на проявление творческой инициативы. О праве на критику и на проявление творческой инициативы речь во всех подробностях идёт в 35-ой статье.

Но что значит, вообще говоря, участвовать во власти? Участвовать во власти – это значит иметь реальную возможность влияния на принятие властно-управленческих решений. Каким образом может отдельный гражданин, взятый сам по себе, такое влияние оказать? Соответствующий механизм предлагается в ст.36, которая, – по моему убеждению, – являет собой одну из интереснейших конституционных находок проекта.

Ст.36-ой вводится, в рамках права на критику и на проявление творческой инициативы, право граждан СССР на конструктивный учёт их мнения. Дело в том, что при любом обращении гражданина к властям человек должен быть так или иначе, но удовлетворён реакцией власти на его обращение. Или власть должна доказательно убедить гражданина в его неправоте, или она должна пойти навстречу его претензиям, требованиям, предложениям и т.д. Если власть ведёт себя как истина в последней инстанции и не считает нужным даже поинтересоваться, убедила ли она в чём-то обратившихся к ней граждан, или они остались при своём мнении, – то и происходит, в конечном итоге, РАЗРЫВ ОБРАТНЫХ СВЯЗЕЙ между властью и массами. В обществе начинает накапливаться отрицательный потенциал подавленной личностной неудовлетворённости; со временем он может принять гигантские размеры и сыграть с властью ту трагическую шутку, которой мы были свидетелями у нас в стране. Т.е., в критический момент народ не поднимется на защиту строя, который объективно по всем своим параметрам является ЕГО строем, самым подходящим для данного народа.

Чтобы этого не происходило, предлагается закрепить как конституционную норму, что в любом диалоге гражданина с властью последнее слово должно принадлежать всегда не власти, а гражданину. Соответственно, в ст.36, среди прочего, записано:

«…согласие или аргументированное несогласие гражданина с принятым по его обращению решением входит в состав решения как подлежащая обязательному учёту часть, в отсутствие которой решение недействительно.

При выражении гражданином несогласного мнения решение официально квалифицируется как несогласованное. Несогласованное решение может выполняться, путём действия или бездействия, принимавшими его организациями и лицами, но эти последние несут обусловленную законом и не имеющую сроков давности ответственность в случае, если оно в дальнейшем обнаружит свою ошибочность (т.е. правильность несогласного мнения гражданина) и этим будет причинён ущерб каким-либо и чьим-либо охраняемым законом интересам».

Ст.37, о праве граждан на объединение в общественные организации, предлагает своего рода соломоново решение на тему о том, как примирить монопартийный, «идеократический» характер социалистического государства с мощнейшей общественной потребностью иметь, в рамках дозволенного, разные партии для выражения различных политических позиций и подходов.

Конкретно, предлагается наряду с Коммунистической партией страны, как особого рода властной структурой, допустить существование других партий как обычных общественных организаций. Естественно, программные установки этих других партий не должны противоречить Конституции СССР. Об особом статусе КПСС речь у нас пойдёт несколько ниже.

Главное в ст.38, – о свободах слова, печати, собраний, митингов, пикетирования, уличных шествий и демонстраций, – это закрепление за общественными организациями права выпускать и распространять выражающие их позицию печатные издания. Специально оговаривается право доступа для общественных организаций и граждан на радио и телевидение, в массовотиражную прессу. Гражданам предоставляется право издавать за свой счёт малыми тиражами и распространять выражающую их мнение печатную продукцию.

Товарищи, мы с вами на собственном опыте убедились за истекшие годы, что существование неподцензурной малотиражной печати абсолютно никаких устоев наличествующей в стране власти поколебать практически не в состоянии. Это, можно сказать, закон природы, – поскольку воздействие подобной прессы, да ещё в таком огромном государстве, как наше, лежит попросту за порогом чувствительности общественного сознания. Вряд ли следует опасаться, – поэтому, – что выпуск всех этих газет и брошюр тиражами в несколько тысяч экземпляров составит какую-либо угрозу и для социализма. Вреда от этого большого не будет, а вот пользу поимеем колоссальную, поскольку человек, получивший возможность хотя бы крошечным тиражом обнародовать плоды своих размышлений, уже не чувствует себя безнадёжно ущемлённым, а если его и после этого не читают и не признают, то он должен пенять, опять-таки, на самого себя, а не на Советскую власть.

Статья о свободе научного, технического и художественного творчества имеется и в Конституции 1977 года, но в нашем проекте она дополнена указаниями, во-первых, на то, что гражданам предоставляется возможность отстаивать свою творческую инициативу в рамках ст.ст.35 и 36, а во-вторых, – что если у творческого работника найдутся хотя бы несколько почитателей его таланта, они вправе образовать в рамках ст.33 автономный творческий коллектив и помогать реализовать результаты творчества, не дожидаясь официального признания. Такая норма, – думается, – будет по достоинству оценена определённым контингентом творчески мыслящих людей, поскольку ситуация длительного непризнания новаторских работ в самых разных областях науки, техники и искусства, к сожалению, достаточно типична.

Статья о свободе совести в нашей редакции стала статьей о свободе вероисповедания. Как нам представляется, такая формулировка – гораздо более точная; поскольку, извините, совесть вовсе не с одной религией связана, и даже в первую очередь не с религией.

Кроме отделения церкви от государства и школы от церкви, подчёркнуто, что церковь функционирует в рамках Конституции СССР и что ссылка граждан на принципы исповедуемой ими религии не может служить основанием для уклонения от исполнения ими своих конституционных обязанностей, равно как для совершения действий, противоправных с точки зрения Конституции СССР. Вводится ответственность за использование предоставляемых церкви возможностей для ведения антисоветской, антисоциалистической агитации и пропаганды.

Ст.41-ой устанавливается возможность защиты любого из конституционных прав и любой из конституционных свобод граждан СССР через суд.

Ст.42 существенно уточняет гарантии неприкосновенности личности. Срок задержания до постановления суда или получения санкции прокурора снижен до 48 часов с фактически имевших у нас место семидесяти двух. Да и вообще сюжет с задержанием в предыдущих Конституциях отсутствовал.

Весьма прискорбной формой репрессивного воздействия на граждан являлось в советское время произвольное направление неугодного властям человека на принудительное психиатрическое освидетельствование, – только потому, что человек этот «показался» ненормальным должностному лицу или партийному боссу, к которому пришел на приём. Ст.42 проекта ставит заслон подобному произволу, определяя, что принудительное психиатрическое освидетельствование гражданина возможно лишь при потере им ориентации в окружающей обстановке до такой степени, когда это угрожает его жизни и физическому здоровью или жизни и здоровью других лиц.

Сюда же примыкает ст.44, исключающая из медицинской практики диагнозы, которые позволяют квалифицировать инакомыслие какого бы то ни было рода как душевное заболевание.

Ст.43 запрещает применение правоохранительными органами средств физического воздействия, иначе как в ситуациях обезврежения особо опасных преступников либо при массовых беспорядках, сопровождаемых актами насилия и вандализма. В конституционном порядке запрещается также использование средств и технологий зомбирования – направленного манипулирования поведением людей в обход их сознания.

Ст.45 проекта в развёрнутой форме излагает право граждан СССР на обжалование действий или бездействия должностных лиц, любых официальных органов и учреждений, общественных организаций.

Новелла этой статьи – указание на то, что право на жалобу подлежит судебной защите наряду с другими конституционными правами советских граждан; т.е., что злостное нарушение установленного порядка рассмотрения жалоб само по себе, уже вне зависимости от содержания жалобы, может явиться предметом разбирательства в суде.

Трактовка конституционных обязанностей гражданина СССР в проекте достаточно традиционна. Соответствующим статьям, – правда, – придано несколько более торжественное и требовательное звучание. Так, если ст.62 Конституции 1977 года обязывала гражданина «оберегать интересы Советского государства», то аналогичная статья проекта – 47-ая – требует от него, чтобы он ставил интересы Советского государства превыше всего.

И ещё заслуживает упоминания здесь новелла ст.49 – конституционный запрет на аборты без объективно установленных показаний к тому.

Со мной могут в данном пункте не согласиться, но, помимо крайне предосудительного морального смысла этой акции (т.е. аборта), имеется и такое соображение: по восстановлении Советской власти нам понадобятся люди, нам нужно будет срочно возмещать убыль населения в результате оккупационного геноцида, и мы не можем себе позволить уже зачатых и готовых родиться детей спускать в канализацию. Неплохо было бы даже ещё и ответственность установить за подстрекательство – в особенности молодых девушек – к абортам, тем паче к стерилизации и т.п. вещам.


Глава третья:
советское государственное устройство

Ст.50 – первая статья этой главы – даёт определение СССР в свете нашей общей принципиальной ориентации на единый Советский народ:

«Союз Советских Социалистических Республик есть единое союзное государство, образованное на основе принципа социалистического федерализма, в результате суверенного самоопределения Советского народа как новой исторической общности людей разных национальностей, свободно и равноправно объединившихся во имя построения на Земле коммунистического общества».

В этой формулировке, кроме всего прочего, отразилось и наше (т.е., Исполкома Съезда граждан СССР) глубочайшее убеждение в том, что путь восстановления Советской власти в каждой из республик по отдельности и затем объединения республик – этот путь исторически отработан и никогда больше не повторится. Союз, если ему суждено возродиться, будет воссоздан только в результате освободительной борьбы Советского народа – многонационального, но, тем не менее, ощущающего себя единым целым.

В развитие вышеобрисованного подхода, ст.52 проекта гласит:

«Исключительным носителем верховной власти, государственного суверенитета и права на самоопределение в Союзе ССР является Советский народ».

После этого уже нетрудно догадаться, что в проекте отсутствует статья о праве каждой союзной республики на свободный выход из СССР. Такого права проект не предусматривает.

Ст.53, о предметах ведения Союза ССР, достаточно традиционна, и я её комментировать не буду. Статьи о верховенстве законов СССР над законами союзных республик и о распространении суверенитета СССР на всю его территорию перешли в проект из Конституции 1977 года без изменений.

Следующая новелла этой главы – определение союзной республики как советского социалистического государства, суверенитет которого наиболее полно реализуется в государственной форме Союза ССР (ст.56).

«Союз ССР, – говорится далее в 56-ой статье, – охраняет суверенные права союзных республик и выступает гарантом их всестороннего и последовательного осуществления. …

В рамках Конституции СССР и республиканской Конституции союзная республика самостоятельно осуществляет государственную власть на своей территории».

Считаю, что в нашем проекте правильно выявлена тенденция советского конституционного развития к преодолению ограничительной трактовки суверенитета союзной республики.

Вот, взгляните, как эта проблема трактуется в Конституции 1936 года: «Суверенитет союзных республик ограничен /курсив мой, – Т.Х./ лишь в пределах, указанных в статье 14 Конституции СССР. Вне этих пределов /курсив мой, – Т.Х./ каждая Союзная республика осуществляет государственную власть самостоятельно». (Ст.15.)

В Конституции 1977 года (ст.76) об ОГРАНИЧЕНИИ суверенитета речи уже нет, но всё равно сохранилась формулировка: ВНЕ ПРЕДЕЛОВ, указанных в статье такой-то, союзная республика осуществляет государственную власть самостоятельно.

И наконец, наш подход: суверенитет союзной республики не «ограничен» рамками Союза и его конституционного поля, но он именно в этих рамках, в этой государственной форме достигает своего наивысшего расцвета; и именно в этом, союзном конституционно-правовом поле, а не «вне» его пределов, союзная республика наиболее полно, свободно и самостоятельно реализует свою государственность, осуществляет свою государственную власть.

Думаю, что такой подход единственно правилен; и всё происшедшее с республиками после развала Союза служит ярчайшим тому подтверждением. Их существование вне СССР привело лишь к экономическому упадку, к политической деградации и к их закабалению международным империализмом.

Похожие уточнения внесены в ст.60, об автономной республике.

Остальной материал этой главы существенных изменений в проекте не претерпел.

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Глава четвертая: высшие органы
государственной власти и управления СССР

Часть первая – Верховный Совет СССР

Существеннейшие нововведения по Верховному Совету.

Предлагается вторую палату Верховного Совета – Совет Национальностей – заменить Советом Территорий. Союзная Территория включает в себя одну или несколько базовых административно-территориальных единиц и выделяется по признаку выраженной экономико-географической или национально-культурной специфики. Базовыми административно-территориальными единицами являются: область, край, автономный округ, автономная область, автономная республика, город союзного подчинения, союзная республика без областного деления.

Союзная территория как таковая не есть самостоятельное административно-территориальное образование. Она выделяется исключительно с целью лучшего учёта особенностей различных регионов страны и их специфических интересов при формировании высших органов государственной власти.

Предлагается также количество депутатов от Союзных территорий квотировать в зависимости от численности их населения.

Всё это вытекает, опять-таки, из установки на единый Советский народ.

Различные части Советского народа живут в существенно различающихся физико-географических и экономико-географических условиях, у них разное историко-культурное наследие. Эти различия, бесспорно, при формировании властных структур должны быть учтены, но сводить всё дело к дифференциации только по этническому признаку – такая постановка вопроса катастрофически устарела. Должно быть проведено экономическое районирование страны, и во главу угла при выборах во вторую палату Верховного Совета должны быть поставлены именно вот эти экономические зоны, а не национально-территориальные образования.

Впрочем, возможности тут предусматриваются самые обширные, и неволить никто никого не собирается. Если, скажем, Эвенкийский автономный округ не пожелает, ну никак, ни с кем объединяться, он может записаться как Союзная территория Эвенкийский автономный округ, и со своими примерно двадцатью тысячами человек населения быть представленным в Совете Территорий по минимуму — одним депутатом; как, собственно, он и был представлен в Совете Национальностей.

Но вот чего быть не должно и, надеюсь, не будет – это чтобы этническая группа в полтора миллиона человек где-либо и под какими-либо предлогами имела представительство на том же уровне, что и мононациональная общность численностью в сто с лишним миллионов. Ущемление прав национального меньшинства – это, безусловно, недопустимо; но ещё худшая и грубейшая ошибка с воистину непредсказуемыми последствиями – это дискриминация и демонстративное унижение этнического большинства. Мы в этом убедились на собственном драматическом опыте.

Я отнюдь не принадлежу к числу русских националистов, мне это всё претит, но меня всегда, даже и в советские времена, коробило, что 150—миллионная Россия в Совете Национальностей имела втрое меньше голосов, чем Прибалтика, в которой вместе взятой народу проживает меньше, чем в одной Москве. Уже не говоря о том, что сравнительная роль этих регионов в экономическом и прочем потенциале страны – ну, попросту несопоставима.

Да и внутри самой РСФСР соотношения были не лучше. Этнические русские в России составляют примерно 80% населения, но суммарное число депутатских мест в Совете Национальностей от входящих в состав РСФСР автономий в несколько раз превышало численность депутатов от собственно русских областей. Я ничего не хочу сказать плохого, например, о тувинской национальности, но почему Тува должна во второй палате Верховного Совета иметь 11 депутатов, а такие индустриально-аграрные гиганты, как Ростовская, Свердловская области, Краснодарский край, которые по численности населения в десятки раз превышают Туву, не должны иметь ни одного? Какие же разумные цели этим преследовались, какие здесь блюлись и пестовались особые интересы? Совершенно очевидно, что фактически блюлся и пестовался только один интерес – узкоэтнический, бессмысленно преувеличенный и возведенный в некий абсолют. Так что во многом мы сами мастерили ту бомбу, в которую потом чуждые силы вмонтировали нужный детонатор.

Но мы вовсе не предлагаем взять теперь права у тех же тувинцев и передать русским. Наше решение состоит в том, чтобы вообще отойти от этнического принципа дифференциации народа, как не отвечающего современным условиям, и заменить его принципом экономико-географическим в сочетании с историко-культурным (или этнокультурным).

Ст.74 возводит в конституционную норму обязательную публикацию для свободного обсуждения Советским народом проектов всех без исключения законов, проходящих в данный момент стадию подготовки к вынесению на сессию Верховного Совета СССР.

Ст.76 восстанавливает норму Конституции 1936 года о возможности досрочного роспуска Верховного Совета СССР его Президиумом в случае возникновения не поддающихся устранению разногласий между палатами. В Конституции 1977 года эта норма отсутствует.

В проекте значительно расширены права депутата Верховного Совета.

Право запроса депутата к руководителям исполнительных и распорядительных органов, образуемых Верховным Советом СССР и непосредственно ему подотчётных, в Конституции 1977 года фактически ограничивалось рамками сессии Верховного Совета. В нашем проекте, в ст.78, чётко оговорено, что право депутатского запроса действует как во время сессии, так и в промежутках между сессиями.

Ст.79 проекта предоставляет депутату Верховного Совета СССР право, аналогичное тому, которым пользовались народные трибуны в Древнем Риме. Как вы помните из школьных учебников истории: народный трибун, т.е. выборный защитник интересов плебеев, мог одним словом «veto» (т.е, «запрещаю») остановить исполнение любого акта любого должностного лица в Риме, вплоть до консула. Согласно нашей 79-ой статье, депутат Верховного Совета СССР имеет право приостанавливать действие актов исполнительных и распорядительных органов любого уровня на территории СССР, с изложением своей мотивировки приостановления и принятием на себя персональной ответственности за возможные негативные последствия такового.

В.И.Ленин учил, что слияние законодательной и исполнительной властей при советском государственном строе должно выражаться, в том числе, через предоставление депутатам непосредственных оперативно-управленческих полномочий. Депутаты, – читаем в «Государстве и революции», – должны сами работать, сами исполнять свои законы, сами проверять то, что получается в жизни, сами отвечать непосредственно перед своими избирателями. [7]

Долгое время у нас эти ленинские положения истолковывали, к сожалению, буквально шиворот-навыворот. А именно, не депутатов наделяли определёнными управленческими полномочиями, но наоборот – управленцев-профессионалов, администраторов разного ранга тянули в депутаты. Пусть он плюс к своему должностному статусу получит ещё и депутатский мандат, и выйдет вроде как «по Ленину»: вот, пожалуйста, депутаты у нас «сами исполняют свои законы», они же и депутаты, они же и исполнительная власть. Но в действительности получалась всецело обратная вещь: не «депутаты сами исполняют законы», а профессионалы-управленцы «сами» законодательствуют, в общем-то, вместо депутатов. Ленин же вовсе не имел в виду насажать администраторов в представительные органы; он имел в виду депутатам представительных органов – рабочим, крестьянам – придать, плюс к их депутатскому мандату, ещё и известные оперативные функции.

Вот эту гениальную ленинскую идею, – за годы Советской власти, увы, так и не осуществлённую, – мы стремимся в проекте, наконец, реализовать. Нетрудно убедиться, что депутат, наделённый тем правом, которое мы предлагаем ввести, окажется для всевозможной госхозноменклатуры чем-то вроде Зевса-громовержца, народ же хлынет к нему, как к подлинному выразителю и защитнику массовых, низовых чаяний и интересов.

С другой стороны, можно поручиться, что трусливый и нерешительный депутат, боящийся и не умеющий пользоваться огромной властью, которая ему дана, при такой системе долго в Верховном Совете не удержится. Избиратели увидят, что он мямля и трус, и наверняка его отзовут.

Несомненным дефектом обеих предшествующих Конституций СССР являлось отсутствие в них чёткого определения номинального главы государства. Понятно, что этот туман напускался умышленно, – так сказать, «под Генерального секретаря ЦК КПСС», которому фактически и принадлежала увесистая часть верховной власти в стране. Но совершенно понятно также и то, что дальше в подобном тумане блуждать никоим образом нельзя.

Поэтому ст.83 проекта со всей определённостью указывает на Председателя Президиума Верховного Совета СССР как на главу государства Союз Советских Социалистических Республик. Председатель Президиума Верховного Совета, хотя и избирается на свой пост Верховным Советом данного созыва, но до окончания срока полномочий не может быть им переизбран. Чехарды в этом вопросе нам не надо. В конституционном порядке закреплены случаи возможного досрочного прекращения полномочий главы государства, – перечислять не буду, вы сможете их прочитать.

Установлено, что в случае досрочного прекращения полномочий главы государства его пост последовательно занимают Первый и Второй заместители, которые по ст.82 избираются в состав Президиума Верховного Совета СССР одновременно с Председателем.

Ст.84-ой устанавливается, что Президиум Верховного Совета СССР принимает решения по принципу единогласия (консенсуса). В случае возникновения стойкого расхождения мнений между членами Президиума Верховного Совета окончательное решение выносит единолично глава государства, с принятием на себя персональной ответственности за возможные негативные последствия такового.

Предметы ведения Президиума Верховного Совета СССР трактуются в проекте достаточно традиционно; хотя есть и нововведения.

Что здесь заслуживает упоминания; во-первых, введено указание на то, что Президиум Верховного Совета СССР обеспечивает единство, целостность и системность всех направлений внешней и внутренней политики страны в пределах стратегической линии Советского государства на данном историческом этапе.

Во-вторых, подчёркнуто, что именно Президиум Верховного Совета СССР выступает гарантом беспрепятственного осуществления советскими гражданами их конституционных прав и свобод, держит под контролем всю работу с заявлениями, письмами и жалобами граждан, а также осуществляет высший надзор за соблюдением Конституции и законов СССР. Мы здесь идём навстречу давнишней – ещё со времён «всесоюзного старосты» М.И.Калинина – и очень отчетливо выраженной тенденции советских людей видеть своего главного заступника именно в Верховном Совете.


Глава четвёртая, часть вторая –
Совет Министров СССР

Выше мы уже затрагивали вопрос о том, что соединять законодательную власть с исполнительной – это вовсе не значит всю администрацию, весь, как его называют, директорский корпус тянуть в представительные органы. Это значит, наоборот, – избранников народа из всех слоёв населения наделять (в известных рамках, конечно) оперативно-управленческими полномочиями.

В развитие этих соображений, ст.93-ей предлагается, чтобы Председатель Совета Министров и члены Правительства СССР депутатами не являлись, – ни Верховного Совета, ни какого-либо иного Совета народных депутатов.

Ведь посмотрите, что у нас получалось.

Управленца-профессионала высокого ранга делают депутатом, – в сущности, только для того, чтобы затем его обратным ходом из депутатов назначить или утвердить министром. Заведомо известно, что другой, более подходящей кандидатуры на пост руководителя данной отрасли в настоящий момент не имеется. Стало быть, ситуация фактически такая, что этого товарища нужно буквально протащить в депутаты, любой ценой. Сам по себе депутатский мандат ему, собственно, ни к чему. Серьёзно заниматься законотворчеством в Верховном Совете он не может, потому что он до отказа загружен на основной работе. На всё остальное, что связано с депутатской деятельностью, у него времени тоже, в общем и целом, нет. Короче говоря, человек сидит на мандате депутата Верховного Совета, как собака на сене, да мало того, ещё весь порядок деятельности Верховного Совета надо подгонять под таких, как он.

Отсюда боязнь альтернативных выборов – не дай бог, он на выборах провалится, кого тогда министром назначать будем? Отсюда коротенькие сессии, на которых толком ничего обсудить нельзя, – потому что министрам, директорам и прочим занятым людям на более длинных сессиях сидеть некогда. И т.д., и т.п.

Спрашивается, – чего ради ломать всю эту комедию, если всё равно нет того, что при этом подразумевается; т.е. нет назначения народного избранника министром, а есть нечто прямо противоположное – назначение министра народным избранником?

Словом, предлагается, чтобы министры депутатами не были. Следом за ними и высокоранжированный директорат наверняка сам почувствует, без лишних напоминаний, что ему лучше сосредоточиться на исполнении своих непосредственных должностных обязанностей. Состав Верховного Совета существенно демократизируется, отпадёт одно из главных препятствий, мешающих сделать выборы альтернативными. Но безальтернативных выборов народ сегодня попросту не примет, в этом надо отдавать себе самый ясный отчёт.

Что касается министров и прочей высокопоставленной администрации, то что им действительно нужно – это возможность присутствовать на сессиях Верховного Совета и на заседаниях различных его комиссий с правом совещательного голоса. И такая возможность для них в проекте предусмотрена.


Глава пятая: основы построения
органов государственной власти
и управления в союзных республиках,
автономных республиках и на местах

Остановлюсь только на основной проблеме, которая решается в этой главе.

Проблема эта называется: РАЗЖАТИЕ ИСПОЛНИТЕЛЬНОЙ ВЕРТИКАЛИ.

Посмотрим ст. 141 Конституции 1977 года. Она гласит, что Совет Министров союзной республики имеет право отменять решения и распоряжения исполкомов краевых, областных, городских республиканского подчинения и т.д. Советов народных депутатов.

Эта норма практически выключает Совет как таковой из повседневной управленческой работы в регионе. Да, Совет поручил текущую управленческую работу исполкому, но это же не значит и не может означать, что он перестал быть хозяином исполкома. А при такой схеме, которая узаконена 141-ой статьёй Конституции 1977 года, именно это и получается, что Совет своему исполкому не хозяин.

Ну, в самом деле: Совет дал исполкому определенное указание, а кто-то сверху, без всякой консультации с Советом, это указание отменил. Спрашивается, кто же действительный хозяин данного исполнительного органа, и зачем писать в Конституции, что Совет осуществляет государственную власть в регионе, если он над собственным исполкомом фактически не властен?

Конечно, Совет может дать исполкому ошибочное указание, да и сам по себе исполком может что-нибудь напортачить. Вышестоящая инстанция должна иметь право вмешаться. Но как? Она должна адресоваться не к исполкому как таковому, но именно к Совету; т.е., грубо говоря, к хозяину, а не к работнику. Иными словами, уже на юридическом языке, вышестоящий исполнительный орган может иметь право только ПРИОСТАНАВЛИВАТЬ действие актов нижестоящего органа, а окончательное решение должно принадлежать исключительно лишь Совету, которым этот нижестоящий орган образован.

Могут сказать: это ж какая заварится канитель? Исполком на территории будет куролесить, а ты его, видите ли, не тронь, «доставай» его через Совет! Ну что и говорить, проще всего командовать сверху вниз по административной вертикали; но тогда получится не соединение представительной власти с исполнительной, а получится выпихивание Советов как представительных органов на обочину реальной государственной работы и превращение их в декорацию при административной структуре. И что греха таить, этот прискорбный феномен имел место в нашей действительности; люди это чувствовали, замечали, и это вызывало у них разочарование, выражением которого служат хорошо известные разговоры такого рода, что, – мол, – никакой Советской власти у нас никогда и не было.

Стоящая тут перед нами проблема, если её излагать языком партийной программы, звучит масштабно и пафосно: вернуть Советы во власть. Но мы последовательно, упорно стремимся показать, – в этом случае так же, как и во множестве ему подобных, – что конституционные предпосылки для спокойного, грамотного решения данной проблемы имелись налицо, что для этого не требовалось и впредь не потребуется никаких переворотов в советском государственном строе. Всё, что здесь нужно, – это на конституционном уровне лишить вышестоящий исполнительный орган права отменять распоряжения нижестоящего через голову соответствующего Совета. И больше ничего не надо. Советы сразу и естественно встроятся в управленческую вертикаль, и она из жестко спрессованного, негнущегося стержня станет гибким, дышащим и в то же время мощным позвоночным столбом нашего государственного организма.

Такая работа в проекте проведена, и соответствующие нормы прописаны в статьях 110, 115 и 120.

Чтобы к Совету как таковому можно было в любой момент обратиться, он должен иметь постоянно действующий орган, помимо исполкома. Создание таких постоянно действующих органов – президиумов Советов – предусматривается ст.119 проекта.


Глава шестая:
Коммунистическая партия Советского Союза
в системе органов государственной власти
и управления СССР

Выше мы определили уже КПСС как специфическую властную структуру, одну из властных структур СССР. Тем самым вся проблема функций и полномочий Коммунистической партии в жизни советского общества и Советского государств вошла в рациональное правовое русло. А именно, раз имеем какую-то новую властную структуру, то чтобы она хорошо вписалась в структуры уже существующие, нужно установить КОНСТИТУЦИОННУЮ ФОРМУ ИЗДАВАЕМЫХ ЕЮ АКТОВ. Т.е., чётко зафиксировать в Конституции, какие из актов, издаваемых этой структурой, для кого и в какой мере обязательны.

Например, министр по Конституции издаёт приказы и инструкции. Это конституционная форма актов министра. Если министр издаст воззвание, декларацию или ещё что-нибудь в этом роде, то его подчинённые, вообще говоря, могут со спокойной совестью этот плод его творчества пропустить мимо ушей, поскольку по Конституции он для них не имеет обязательной силы.

Вот в отношении партии такой ясности никогда не было. В какой мере, в каком аспекте обязательно то, что генсек сказал в своей очередной зарубежной поездке, на встрече с рабочими или даже на Пленуме ЦК? Вроде бы, – по логике вещей, – всё это вообще не должно иметь обязывающей силы; и тем не менее, все суетятся, прорабатывают, поди не выполни – не обрадуешься. Образовывалась некая рационально не контролируемая зона, в которой жизненно важные для страны вопросы фактически можно было решать какими-то недомолвками. Сюда и ударил, в конце концов, враг. Вспомните, как виртуозно воспользовался возможностями этих недо-молвочных решений тот же Горбачёв.

В проекте предлагается решения руководящих органов партии – съездов, конференций, собраний – считать обязательными только для членов КПСС, а в качестве конституционной формы участия партии во властно-управленческой деятельности определить СОВМЕСТНОЕ РАССМОТРЕНИЕ вопросов исполнительными органами партии и Советов, с принятием СОВМЕСТНЫХ ПОСТАНОВЛЕНИЙ.

Совместные постановления партийных и советских органов обязательны к исполнению в пределах ведения данного советского органа. Инициатива проведения совместного рассмотрения вопроса принадлежит в равной мере как партийной, так и советской стороне.

Таким образом, допустим, перед сессией Верховного Совета, которая должна утвердить пятилетний план развития народного хозяйства, ЦК КПСС обращается к Совмину с предложением о проведении совместного рассмотрения проекта пятилетки. Совмин, по Конституции, не вправе отказаться. В ходе совместного рассмотрения ЦК проводит концепцию, выработанную съездом партии. В основном эту концепцию и докладывает на сессии Председатель Совета Министров. После утверждения пятилетки Верховным Советом ЦК и Совмин могут принять по любому её аспекту совместное постановление, обязательное к исполнению на всей территории СССР.

Совместное постановление с исполнительными и распорядительными органами Советов – это и есть искомая КОНСТИТУЦИОННАЯ ФОРМА АКТОВ КПСС КАК ВЛАСТНО-УПРАВЛЕНЧЕСКОЙ СТРУКТУРЫ. Хочу подчеркнуть, что абсолютно никаких новых изобретений в этом нашем предложении не содержится. Совместные постановления существовали издавна и упоминаются в любом учебнике советского законодательства. Требуется только затвердить их в конституционном порядке, как единственно рациональную форму непосредственного вмешательства партии в дела государственного управления, и также в конституционном порядке прописать, что акты, издаваемые партией самой по себе, вне взаимодействия с исполнительными органами Советов, имеют обязывающую силу лишь для её членов, но не вообще для всего населения.

На заводе прошло партийное собрание. Для кого обязательны его решения? Исключительно лишь для тех работников завода, которые по своей партийной принадлежности являются коммунистами. Но вот партком обратился к дирекции с предложением провести совместное рассмотрение такого-то вопроса. Дирекция по Конституции не вправе отказаться. Совместное постановление дирекции и парткома обязательно не только для коммунистов, но для всех работающих на заводе, хотя бы они были членами ЛДПР.

Гипотетически возможна ситуация, когда большинство в Верховном Совете приобретут на выборах другие партии, не КПСС, и они сформируют правительство, исходя из своих установок. Но КПСС, даже и проиграв на выборах, всё равно не лишится своего конституционного статуса, в том числе права проводить совместные рассмотрения с Совмином. Так что этот новый Совмин, опять-таки, никаких сколь-либо существенных проблем без ЦК решить не сможет. Вот тут и заработает наша, социалистическая система пресловутых «сдержек и противовесов». Для КПСС проигрыш на выборах послужит тем самым упорядоченным толчком к уточнению и корректировке своей теоретической платформы либо кадровой политики, которого ей хронически недоставало за все почти годы Советской власти. В то же время некоммунистические партии, – дорвавшись, как говорится, до власти, – не смогут резко переложить руль государственного корабля в нежелательном направлении и вынуждены будут ограничиться, практически, коррективами к общему курсу – возможно, даже и полезными. Изменить быстро Конституцию они также не смогут, поскольку для этого потребуется созыв Съезда граждан СССР. Всё это, – надо думать, – достаточно всесторонне гарантирует нас от повторения «перестройки», одновременно предоставив народу очень широкие возможности для выражения политического разномыслия, несогласия, недовольства и т.п.


Глава седьмая:
избирательная система
и основные принципы деятельности
народного депутата

В седьмой главе предлагается решительно двинуться по пути, указанному И.В.Сталиным в 1936г., когда он отбросил всю скопившуюся к тому времени путаницу с выборами депутатов на собраниях и ввёл в стране всеобщее, равное и прямое избирательное право.

Мы предлагаем принцип всеобщего, равного и прямого избирательного права распространить на ВСЕ права, реализуемые в избирательной процедуре.

Дело в том, что избирательное право не сводится к праву подачи голоса на выборах, как таковому, – плюс достаточно абстрактное «право быть избранным», которое ещё нуждается в расшифровке. Избирательное право – это целый комплекс прав, куда входят, например, и право выдвижения кандидатуры, и право отвода выдвинутой кандидатуры, и право отзыва депутата.

Что касается вот этих только что перечисленных прав, то они у нас по Конституции 1977 года ни всеобщими, ни равными, ни прямыми не были.

Скажем, кто мог заявить отвод выдвинутой кандидатуре? Только участник собрания по выдвижению данной кандидатуры. А если ты на это собрание не попал и вообще не знал, где и когда оно проводится, или тебя не пустили? Да и сколько народу может поместиться на собрании, – это же в любом случае ничтожная часть от всех избирателей округа. Вот и получается, что важнейшее право, – а ведь это право очень важное, – на поверку, по Конституции 1977 года ещё не доросло до ПРАВА в собственном смысле слова, оно продолжало оставаться ГРУППОВОЙ ПРИВИЛЕГИЕЙ, привилегией какой-то узкой группы.

Такими же групповыми привилегиями продолжали оставаться и право выдвижения кандидатуры, и право отзыва депутата. Формально можно было, – согласно ст.107 Конституции 1977 года, – в любое время отозвать оскандалившегося депутата по решению большинства избирателей. Но реально запустить в действие этот механизм рядовой избиратель, совершенно однозначно, не мог.

Итак, в проекте предлагается эти бывшие групповые привилегии – право выдвижения, право отвода и право отзыва – сделать действительными ПРАВАМИ, всеобщими, равными и прямыми, т.е. реально доступными каждому избирателю, допущенному вообще к участию в избирательной кампании. Это статьи 138, 140 и 146 проекта.

Однако, в проекте существенно расширены права и самих депутатов, не только избирателей. Подтверждена норма, впервые появившаяся в ст.78 проекта, относительно того, что депутат в любой период и в любой момент действия его депутатских полномочий, – а не только во время сессии, – обладает правом запроса к исполнительным и распорядительным органам Совета, с обязательностью ответа на его запрос в трехдневный срок. Для депутатов всех уровней подтверждено право «вето», – впервые упомянутое в ст.79, – т.е. право приостанавливать действие актов исполнительных и распорядительных органов в пределах ведения данного Совета, включая акты исполнительных и распорядительных органов нижестоящих Советов, с изложением своей мотивировки приостановления и принятием на себя персональной ответственности за возможные негативные последствия такового.

В то же время вводится ст.141-ой ответственность депутата за нарушение предвыборных обещаний, за необоснованный отход от программы, с которой он выступал на выборах и под которую получил голоса избирателей.

Ст.ст.142 и 143 проекта подтверждают традиционный советский принцип НЕПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ХАРАКТЕРА депутатской деятельности, т.е. что исполнение депутатских обязанностей – это долг перед страной и народом, а не способ зарабатывать деньги и извлекать другие материальные блага. Больше того, что он получал на основной работе, гражданин, ставши депутатом, не получит.

Из других новелл этой главы отмечу ещё следующие.

В ст.138 предлагается на конституционном уровне закрепить принцип альтернативности и состязательности кандидатур при выборах.

А вот ст.139 устанавливает, что при выдвижении кандидата в депутаты трудовым коллективом на территории предприятия или учреждения могут быть образованы один или несколько избирательных участков, и члены трудового коллектива получают возможность проголосовать на выборах не по месту жительства, а по месту работы, – т.е. за того кандидата, которого они выдвигали. А то ведь у нас как было: трудовой коллектив выдвинет кандидата в депутаты по тому округу, где территориально находится предприятие, а голосовать все разъезжаются по домам. Это же нонсенс; раз выдвинули кандидата, пусть, – прежде всего, – сами за него и голосуют, а иначе зачем выдвигать?


Глава восьмая:
суд, арбитраж, надзор
за соблюдением законности

В этой главе два крупных нововведения.

Первое – это распространение принципа всеобщего, равного и прямого избирательного права на выборы судей и народных заседателей. Предлагается ВСЕ суды в СССР, а не только районные, сделать, – вот именно, – НАРОДНЫМИ, по-настоящему выборными; т.е., чтобы они избирались непосредственно населением, на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании.

В Конституции 1977 года, в ст.152, сказано: «Все суды в СССР образуются на началах выборности судей и народных заседателей».

А дальше выясняется, что непосредственно гражданами избираются только суды низшей ступени; что же касается вышестоящих судов, то они избираются соответствующими Советами народных депутатов. Т.е., нам тут во всей красе представлена та самая система МНОГОСТЕПЕННЫХ ВЫБОРОВ, с которой – по отношению к Советам – покончила ещё Конституция 1936 года. Раньше у нас и Советы примерно по этой схеме избирались, и именно на этом правовом архаизме, применительно к Советам, Сталинская Конституция поставила крест. Но, – к сожалению, – ни та, ни другая из наших предыдущих Конституций не решились посягнуть на систему многостепенных выборов в судебной сфере.

И все-таки, более прогрессивный принцип, – безусловно, – и в этой сфере должен с течением времени возобладать. Так что мы, – как и во всех прочих случаях, я ещё раз специально это подчеркиваю, – ничего не выдумываем, мы просто открываем естественный выход тому, чем была уже, можно сказать, беременна Конституция 1977 года и что неизбежно должно было в свой черёд явиться на свет.

Ст.149-ой проекта предлагается, в числе прочего, повысить ранг народных заседателей и избирать их не на собраниях, а так же, как и судей, – на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании, на тот же срок.

Ст.150 проекта подтверждает, что при выборах судей и народных заседателей действуют общие принципы избирательной системы СССР: альтернативность и состязательность кандидатур; право каждого избирателя заявить аргументированный отвод любой выдвинутой кандидатуре; право самовыдвижения кандидатов в судьи и народные заседатели; право избирателей на отзыв в любое время судьи либо народного заседателя, не оправдавшего их доверия; и др.

Снята в проекте, как «буржуазная отрыжка», статья, гласящая, что судьи и народные заседатели независимы и подчиняются только закону. В определенном смысле у нас все граждане подчиняются только закону, – произволу не обязан подчиняться никто. А что значит «независимы»? Как они могут быть «независимы» от народа, который их избрал? И от местных органов государственной власти они не могут быть «независимы», они должны работать в тесном контакте. Другое дело, что властные структуры не должны пытаться давать судьям противоправных указаний; но это совсем иначе называется, и «независимость» тут ни при чём.

Ст.156 проекта определяет, что право на получение помощи адвоката в уголовном судопроизводстве наступает для гражданина не с момента окончания предварительного следствия, как это самым нелепейшим образом было у нас раньше, а с момента, – соответственно, – задержания, заключения под стражу до предъявления обвинения, предъявления обвинения.

Ст.157-ой проекта закреплено право граждан СССР на получение квалифицированной юридической помощи, в том числе со стороны любого должностного лица, к которому гражданин обратился в связи с возникшими у него вопросами юридического характера (естественно, в рамках компетенции этого должностного лица). Предусмотрена ответственность должностных лиц и всех вообще официальных адресатов обращений граждан за бюрократическое отфутболивание, – или, выражаясь юридическим языком, за дачу заведомо ложных, запутывающих дело указаний обратившемуся к ним гражданину.

Второе из радикальных нововведений восьмой главы – это предложение ликвидировать прокуратуру как институт и передать функции высшего надзора за соблюдением социалистической законности отделам юстиции президиумов Советов народных депутатов, во главе с Отделом юстиции Президиума Верховного Совета СССР.

Аргументация по этому пункту.

Прокуратура – это организация, по своему внутреннему устройству абсолютно чуждая всем структурным принципам Советской власти. Советская власть строится на началах выборности снизу вверх, а прокуратура – путём голого назначенчества сверху вниз. Советская власть стремится объединить, консолидировать все местные органы, а прокуратура демонстративно себя им противопоставляет. И т.д. В результате совершенно непонятно, почему надзирать за правильностью функционирования Советской власти поручено именно вот такой структуре, – которая сама в системе Советской власти выглядит как инородное тело? Не логичней ли будет, чтобы власть Советов сама надзирала за осуществлением издаваемых ею законов? Какая же цена Советам как органам государственной власти, если мы фактически официально признаём, что они не в состояния сами проконтролировать проведение своих собственных законов в жизнь?

Да и практические итоги существования прокуратуры в СССР ничего в её пользу не говорят. Её мнимая независимость от местных органов на деле только создавала лишние очаги бесконтрольности и безнаказанности, а это служило своего рода рассадником организованной преступности. Люди, обращавшиеся в прокуратуру за защитой от беззакония, сами сплошь и рядом становились жертвами неправосудного преследования уже с её стороны. А наличие у прокуратуры собственного «карманного» следствия, это вообще была, – иначе не скажешь, – правовая чума, которая длительное время вызывала протест всех мыслящих юристов в Советском Союзе.

Итак, предлагается все функции прокуратуры передать президиумам Советов народных депутатов, за исключением функции самостоятельного возбуждения уголовного дела, которой у надзорного органа вообще не должно и быть. Прокуроры останутся только как назначаемые тем же Советом представители государственного обвинения в соответствующем суде. Следственную часть предлагается сосредоточить исключительно лишь в системе органов внутренних дел и государственной безопасности.

Думается, что наделение постоянно действующих органов Советов надзорными полномочиями резко повысит авторитет и роль Совета как такового, – не исполкома, но именно Совета, – во всей местной жизни. Его сразу станет хорошо «видно и слышно». Но как раз этого нам многие годы ощутимо недоставало.


Глава девятая:
герб, флаг, гимн и столица СССР

Здесь никаких изменений не произошло, кроме того, что предлагается конституционно узаконить первоначальный текст (1944г.) Государственного гимна СССР.

В главе десятой речь должна идти о порядке изменения Конституции СССР. По данному вопросу пока ясно одно: менять Конституцию должен НЕ Верховный Совет. Это прерогатива какого-то другого, чрезвычайного органа, с более широкими и общими полномочиями. В роли этого чрезвычайного органа мог бы выступать Съезд граждан СССР.

Но Съезд граждан СССР впервые возник в экстремальных обстоятельствах, как орган чисто инициативный. Как он должен выглядеть и как он должен созываться, когда он станет органом уже не инициативным, а конституционным, – здесь на сей день ясности нет. Видимо, для ответа на этот вопрос сама жизнь не дала ещё достаточного материала. Поэтому десятая глава пока что не присоединена к проекту. Работа над ней будет продолжена.




УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

вот перед вами то государство, в облике которого Советский Союз, будь он своевременно реформирован не на предательский, а на социалистический лад, мог бы встретить третье тысячелетие нашей эры и 75-ую годовщину своего образования:

государство мощно централизованное – и в то же время с самостоятельной и авторитетной властью на местах;

государство глубоко коллективистское – и в то же время в известном смысле более индивидуалистичное, чем любая из хвалёных западных демократий;

государство, заботливо опекающее гражданина во всех его жизненных проявлениях, – и в то же время предоставляющее личности небывалые в истории возможности для её свободного развития и самовыражения;

государство, грозное и неприступное для врагов, – и в то же время миролюбивое; не нуждающееся для своего экономического процветания во внешней экспансии, а потому с открытым сердцем и живейшей симпатией протягивающее руку каждому, кто действительно хочет с нами дружить;

государство с высокоэффективной неэксплуататорской экономикой и способной к саморазвитию политической структурой;

государство – геополитическая опора поистине нового, не американо-фашистского, но подлинно человечного, т.е. коммунистического мирового порядка;

государство романтичное и рыцарственное, устремлённое в будущее, одухотворённое великой целью – и в то же время умеющее вникать в любую малость и горечь земного бытия, не оставляющее своим вниманием и заботой не только молодых и сильных, но и состарившихся, лишившихся сил, потерявших здоровье или никогда его не имевших.

Завершая первый этап работы над проектом новой редакции Советской Конституции, Движение граждан СССР с полным основанием может сказать, что мы не темним, не отделываемся туманными ссылками на какое-нибудь «народовластие», о котором, на поверку, никто толком не знает, как оно устроено.

Мы ясно представляем себе страну, в которую зовём людей, и на любой принципиальный вопрос об её устройстве можем в принципе дать достаточно обстоятельный ответ.

И мы эту страну не сочинили, это не какой-то неведомый «союз государств советского типа» или ещё что-то в том же роде. Это наш СССР; мы только предельно аккуратно, подолгу примериваясь к каждому штриху, прорисовали в нём те побеги, те направления его естественноисторического развития, которые и без нас, можно сказать, прорастали, продавливались сквозь обветшавшую скорлупу, и не хватало лишь мощной государственной воли, ленинского или сталинского масштаба, чтобы всё это стало реальностью. Причём, реальностью непобедимой, становление которой закончилось бы для американского империализма и его подголосков тем же, чем для Гитлера закончилась Вторая мировая война.

И вот эту страну, товарищи, – страну, естественно и неотвратимо вырастающую из всей нашей 80-летней советской истории, – мы вовсе ещё не потеряли. Нужно лишь понять, что не только её будущее связано с нами, но наше будущее, – коль скоро оно у нас имеется, – и будущее всего разумного, что есть в современном человечестве, однозначно связано с ней. СССР – не прошлое наше, которого всё равно уже не вернуть; нет, он целиком в будущем, в том будущем, которое предопределено титаническим трудом и творческим гением Советского народа и потому объективно принадлежит социализму и коммунизму. Мы обязаны это понять и твердо встать обеими ногами на эту, вроде бы, такую зыбкую, но на самом деле единственно спасительную почву.

А кому принадлежит будущее, тому принадлежит всё. Вот так победим.

_________________________________________

[1] См. «Светоч» №39, февраль 1997г. – май 1998г., стр.1.
[2] См. Московский центр Большевистской платформы в КПСС. Информационный бюллетень №25: Август 1994г. /спецвыпуск/. Материалы политклуба «Многомерность понятия о государстве в марксистской теории».
[3] В.И.Ленин. ПСС, т. 12, стр.321.
[4] См., хотя бы: Т.Хабарова. Стратегия левого крыла коммунистического движения в условиях возможного прихода к власти в России современных правых уклонистов. Выступление на Межпартийной конференции «Текущий политический момент и марксистский анализ программы Г.А.Зюганова» (Москва, 14 апреля 1996г.). «Светоч» №36 (февраль – май 1996г.), стр.8; Т.Хабарова. Диалектика класса и народа. Выступление на международной конференции «Классовый подход в современном коммунистическом движении» (Москва, 9 ноября 1996г.). «Светоч» №39 (февраль 1997г. – май 1998г.), стр.9. /Прим.: оба эти выступления Т.Хабаровой были избирательно «обойдены» при публикации материалов той и другой конференции./
См. также Т.Хабарова. Спасение страны – в советизации рабочего класса. Выступление на научно-практической конференции «В.И.Ленин, рабочее и коммунистическое движение» (Москва, 9 мая 1997г.). «Слово коммуниста» (г. Одесса), №7(46), октябрь 1997г., стр.4.
[5] См. МЦ БП в КПСС. Информбюллетень №25: Август 1994г. /спецвыпуск/.
[6] Д.Локк. Письмо о веротерпимости. Избр. филос. произв. в двух т., т. II. Соцэкгиз, М., 1960, стр.172, 171.
[7] В.И.Ленин. ПСС, т. 33, стр.48.


http://hhh17.narod.ru/KONSTKOM.DOC
http://cccp-kpss.su/meropriyatiya/syezdy-i-plenumy/1997-plenum/1997-12-27-vystupleniya-habarovoi-t-m
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Вышла в свет первая книга сборника работ Т.Хабаровой

Моя война за…
социалистическую модификацию стоимости
(Сталинскую экономическую модель).
[1]



Обществоведческая мысль в стране в предперестроечные десятилетия резко разделилась на официальную (в огромной своей части ЛЖЕмарксистскую) и подлинно-марксистскую "краснодиссидентскую", не имевшую (да и по сей день не имеющую) доступа к официозу. [2]

Официальный псевдомарксизм сочинял дезориентирующие иллюзии, типа "развитого социалистического общества", марксизм "крснодиссидентский" предупреждал о стоящей на пороге контрреволюции. Кто оказался прав – История вынесла свой приговор.

Официальный псевдомарксизм двадцать с лишним лет торил дорогу погромной "перестройке", через вредительскую косыгинскую (точнее, либермановскую) "экономическую реформу".

Марксизм краснодисссидентский в те же годы вёл героическую "неизвестную войну" за (разрушенную "либермановцами") сталинскую двухмасштабную систему цен, как единственно представимый облик нормальной, полнокровной социалистической экономики.

Ключевые (далеко не все) перипетии этой "неизвестной войны",– которая, увы, и по сию пору для широкой общественности продолжает оставаться неизвестной! – освещены в предлагаемом читателю издании.

        Желающие приобрести книгу, обращайтесь по нашим контактным реквизитам:
        E-mail: pochta-sssr@mail.ru.
        Тел.: 8-910-464-73-60 (с 18 до 21 час. моск. вр.).

Иногородним книга может быть выслана наложенным платежом по цене 400 руб. (это её типографская себестоимость, в которой,– кстати,– не учтён труд ни автора, ни компьютерщика-макетировщика).

                                         Информбюро Исполкома СГ СССР
                                         Москва, 30 апреля 2016 г.

_______________________________

[1] Сборник запланирован в двух книгах, вторая книга практически также готова к печати.
[2] Много вы читали, за истекшую четверть века, статей Т.Хабаровой в "коммунистических" "Правде" и "Советской России"?


http://cccp-kpss.narod.ru/2016/2016-04-30-anons.htm



Поскольку весь тираж книги Т.Хабаровой
Моя война за … социалистическую модификацию стоимости
разошёлся, а запросы на неё поступают,
выставляем на сайт её электронную версию в разделе Наша библиотека:

Т.Хабарова
Моя война за …
социалистическую модификацию стоимости
(Сталинскую экономическую модель)

Кн. 1
Москва - 2016

http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Вышел в свет сборник работ Т.Хабаровой

Холодна ли вода в Рубиконе
Руководство по возвращению в "цивилизованный мир" – т.е. в СССР.



Вошедшие в сборник материалы в основном известны нашим сторонникам и единомышленникам: они, почти все, публиковались в микротиражной прессе, а также размещены в Интернете.

Но публикации,– естественно,– шли "вразброс", они отделены одна от другой подчас десятилетиями и появлялись в абсолютно не связанных друг с другом изданиях.

Будучи же сведены воедино, они производят существенно иное впечатление и дают то, чего не получалось достичь раньше: картину мощной, всесторонне проработанной идеологической доктрины, нацеленной на освобождение нашей Родины – СССР от временной оккупации транснациональным капиталом, на восстановление в ней обновлённого социалистического жизнеустройства и на её закономерное продвижение к коммунизму – к обществу, где будут до конца искоренены все проявления эксплуататорского отношения к человеку, где свободное развитие каждого сделается залогом свободного развития всех.

Иногородним книга может быть выслана наложенным платежом, по цене 350 руб. (это её себестоимость, даже несколько заниженная). [1]

Средства от реализации книги пойдут на издание следующего сборника – Социалистическая экономика как система (сталинская модель), комплектование которого уже началось.

                                                                  Информбюро Исполкома СГ СССР
                                                                  Москва, 17 мая 2015г.

____________________________

[1] На сегодняшний день тираж книги распродан. – Адм.сайта.



Читать книгу
Холодна ли вода в Рубиконе


http://cccp-kpss.su/sobytiya-i-kommentarii/2015-05-17-raznoe
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Из нашей почты
Т.Хабарова –
– И.Джугашвили,
соратникам

30 апреля 2020г.

Re:  Почему Платошкин размещает свои темы на сайте Т.М.Хабаровой?
                                                   И.Джугашвили, 27 апреля 2020г.



Дело в том, что упоминаемый Вами сайт – вовсе не наш, и мы Платошкина не приглашали публиковаться на наших ресурсах.

Если Вы возразите: да они же вашими словами изъясняются!,– то И.Губкин ещё несколько лет назад писал в своей книге, что всё наше Советское сопротивление "говорит языком Хабаровой и опирается на её наработки".

И это так оно и есть. Но публика в нашем "левом" (в том числе и псевдо-"советском") движении настолько мелкотравчатая и обывательская, что когда они наталкиваются на высококлассный текст, то первое побуждение, которое ими овладевает, это чтобы под этим текстом стояла ИХ подпись, а не какой-то там Хабаровой.

И так они и действуют: или напрямик хапают, рвут из рук, с трибуны отталкивают, как небезызвестный Козлобаев, или изображают ситуацию таким образом, что-де это всё "все и так знали", это вроде само собой откуда-то свалилось.

Вот так и получается, что великие политико-философские открытия нашей эпохи: СССР де-юре существует, Конституция 1977 года де-юре действует, страна – временно оккупирована, и т.д.,– всё это подаётся как чуть ли не "изначально общепризнанное", без ссылок на первоисточники, где об этом прочитали, и обходя молчанием имя автора, кому все эти "общепризнанности" по праву принадлежат.

И почему-то бесстыжие эти крикуны, размахивающие хабаровскими формулировками как "своими собственными", от самой Хабаровой неизменно требуют, чтобы она, ни-ни, даже и не заикалась о своём, документально подтверждаемом авторстве этих формулировок. Ибо кто она,– дескать,– такая, чтобы на подобное претендовать?..

Вот таково происхождение путаницы с бесчисленными, на сей день, "сайтами Хабаровой", "Движениями граждан СССР" той же Хабаровой и т.п.

К сведению всех не могущих (или не желающих) разобраться в этой плагиаторской путанице:

Движение граждан СССР (Съезд граждан СССР как постоянно действующий орган) – ОДНО, то, которое провело в 1995г. 28–29 октября Съезд граждан СССР первого созыва, с принятием на нём Декларации о единстве Советского народа (автор проекта документа – Хабарова), и затем ещё Съезды граждан СССР второго, третьего, четвёртого и пятого созывов в 2001, 2004, 2007 и 2019 годах.

Руководит Движением Исполком Съезда граждан СССР, председатель Исполкома – Хабарова.

Официальный сайт Движения также ОДИН, это cccp-kpss.narod.ru, его администратор В.Игнатьев, у него есть двойник в Иркутске cccp-kpss.su, администратор А.Быстрицкий. Все остальные, спекулирующие нашими формулировками, никакого отношения к Хабаровой (кроме плагиаторского) не имеют.



В заключение скажу несколько слов о "новом социализме" Платошкина.

Никаких "новых социализмов" и социализма вообще нам во всемирноисторическом плане уже не надо. Как исчерпывающе показано в ряде наработок Съезда граждан СССР, социализм – первая фаза коммунистической формации, это исторически пройденный этап; всё, что из него можно было взять конструктивного, взял сталинский СССР, увенчавшийся созданием сталинской экономической модели. Но СССР с двухмасштабной системой цен, это по существу уже не "просто" социализм, а социализм, действенно самоперерабатывающийся во вторую фазу коммунизма.

Поэтому-то хрущёвско-либермановское разрушение сталинской модели в экономике и поставило крест как на нашем тогдашнем переходе к коммунизму, так – тем паче – и на каких-либо планах "построения социализма заново", уже – естественно! – "не по Сталину".

Так что все эти платошкинские теории – они концептуально позавчерашние, запоздалая отрыжка хрущёво-горбачёвщины, и не более того. Не зря и такое "родство душ" у Платошкина с правотроцкистом Зюгановым.

                                                 Т.Хабарова
                                                           30 апреля 2020г.


P.S. См. об этом Т.Хабарова. Социализм как пройденный этап.

Выступление на заседании Московского отделения РУСО 21 мая 2018г. http://cccp-kpss.narod.ru/drugie/2018/2018-05-08-socializm-kak-proydeniy-etap.htm.

http://cccp-kpss.narod.ru/post/2020/2020-04-30-iz-pochty.htm
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Председатель Исполкома
Съезда граждан СССР,
канд. филос. наук
Т.ХАБАРОВА

Социализм как пройденный этап.
Научная несостоятельность идеологемы
"повторной социалистической революции"


Выступление на заседании Московского отделения РУСО
Москва, 21 мая 2018г.

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

сегодня у нас часто можно слышать и читать броскую фразу: социализм – наше будущее.

И в каком-то смысле это так, поскольку по освобождении от транснациональной империалистической оккупации мы должны будем восстановить разрушенное народное хозяйство; а в более или менее восстановленном виде это окажется не что иное, как социализм.

Но надолго ли возрождённый после Третьей мировой войны социализм,– допустим, что мы его возродим достаточно близко к Конституции СССР 1977 года,– надолго ли он останется нашим будущим и даже настоящим?

Кто-то скажет, может быть: да, останется, если мы сумеем его обновить, устранить имевшиеся в нём недостатки. Но даже при условии устранения недостатков картина не очень-то прояснится.

Почему?


Главный недостаток социализма – это он сам;
то, что он лишь первая фаза коммунистической формации
и что фаза эта была в СССР исторически пройдена.

Потому что главный недостаток социализма – это, если можно так выразиться, он сам.

Это то, что он есть лишь первая фаза коммунистической общественно-экономической формации; причём, классики нас всячески предупреждали, что на этой фазе нельзя застревать.

И второе; это то, что фаза эта нами в СССР (а вместе с нами и в некоторых других государствах социалистического содружества) – фаза эта была исторически, по большому счёту,  пройдена. И мало того, что пройдена, но мы на ней ещё и основательно подзастряли.

Вообще этот сюжет подробнейшим образом исследован в моей работе 1981 года "Свободные профсоюзы" и иные события в ПНР в свете марксистской концепции двух фаз коммунистического революционного процесса. [1]  По своему жанру это письмо тогдашнему главному редактору журнала "Коммунист" Р.И.Косолапову.

Излишне уточнять, что ни в "Коммунисте" тогдашнем и ни в одном из уже постсоветских якобы-коммунистических изданий статья опубликована не была. Её публиковали в микротиражной прессе наши товарищи в Ростове-на-Дону и в Сарове (Арзамас-16).

Что ж, придётся пересказывать материал, который давно бы уже должен быть не просто известен в комдвижении, но мыслителям нашим не грех было бы его и усвоить.


Статус рядового производителя при социализме:
труд–рабочая сила, находящаяся под всеобъемлющим
социальным "патронажем" государства.
Сталинская экономическая модель – способ сделать
госсобственность при социализме подлинно общенародной.

Итак, когда мы говорим об основном производственном отношении какой-либо формации, то, как правило, имеем в виду форму собственности на средства производства. Но ни в коем случае не надо забывать повернуть это отношение под несколько иным углом зрения, где оно выступает как способ соединения со средствами производства непосредственного производителя – трудящегося.

А ведь это очень важное различение. У нас в Конституции (1977 года) сказано: две формы социалистической собственности – государственная и кооперативно-колхозная. В одной средства производства принадлежат государству, в другой – частично или полностью колхозу.

Хорошо, а как там и там соотносится со средствами производства рядовой производитель?

До таких тонкостей советское конституционное право конкретно-исторически не успело ещё развиться. И это, видимо, послужило причиной неутихающих дебатов на ту тему, что,– мол,– государственная собственность у нас, хоть она по Конституции и считалась общенародной, на самом деле никогда таковой не являлась.

А откуда такое неодобрительное мнение в адрес социалистической государственной собственности? Да всё оттуда же: из-за вот этой неопределённости в вопросе о статусе рядового производителя.

Между тем, высказывания классиков наших по данной проблеме дают полную возможность определиться и сформулировать, что социалистическая государственная собственность, если её рассматривать с точки зрения конкретного производителя, это есть

        труд – рабочая сила, находящаяся под всеобъемлющим социальным "патронажем" государства, всесторонне гарантированная государством.

Определение это далеко не первый год используется в материалах Большевистской платформы.

В этом году ко Дню памяти В.И.Ленина мы вывели на наш сайт подборку вот таких высказываний В.И.Ленина и Маркса, где всё растолковано про "рабочую силу" при социализме:

        и что отношение это объективно унаследовано нами от капиталистического прошлого;

        и что труд в рамках этого отношения – не самоцельный, он осуществляется не ради него самого, а ради получения тех жизненных благ, которые за него причитаются;

        что,– стало быть,– здесь неизбежно действие закона стоимости и других реликтов "буржуазного права";

        и что эта отягощённость наследием эксплуататорского прошлого простирается даже до того, что само Советское государство при социализме можно истолковывать, по В.И.Ленину, как "буржуазное государство без буржуазии". [2]

Вроде, какая уж тут общенародная собственность, раз такие дела; да, государство берёт рабочую силу под свою опеку, но само-то оно, видите, что собой представляет,– буржуазное, разве только "без буржуазии"!

И однако, даже в формате "буржуазного государства без буржуазии" государственная собственность вполне может быть поставлена, почти "без остатка", на службу рядовому, массовому труженику.

Это достигается при задействовании сталинской экономической модели (двухмасштабной системы цен), которую я в подробностях описывать здесь не буду,– учитывая, что в наших наработках это на протяжении буквально десятилетий множество раз излагалось и не так давно издан объёмистый сборник по этой проблематике. [3]

Вкратце, в сталинской модели преодолён принцип доходообразования в народном хозяйстве "по капиталу" (по аналогии с законом средней нормы прибыли в буржуазной экономике) и введено доходообразование ПО РУДУ. Это когда стоимость прибавочного продукта (доход) извлекается из экономического процесса пропорционально затратам ЖИВОГО ТРУДА, а не труда овеществлённого ("капитала").

Сталинская модель предоставляет возможность регулярного интенсивного снижения базовых потребительских цен, и через этот канал "оседающая" в розничных ценах стоимость прибавочного продукта "устремляется" прямиком в карманы трудящихся.

Принимая во внимание, что цены потребительского рынка при Сталине снижались ежегодно на 10–15, а то и более процентов, да ещё непрерывно прирастали фонды неоплачиваемого общественного потребления,– согласитесь, что массовый производитель имел очень неплохой "дивиденд" на вкладываемую им в производство рабочую силу.

А ведь критерий, кому принадлежит собственность на средства производства, в конце концов именно этим – и только этим – определяется: кому поступает стоимость прибавочного продукта, "чистый доход". И коль скоро по сталинской модели доход "тёк" в карманы рядовых граждан, народа, то и госсобственность на средства производства в СССР в период действия этой модели была ОБЩЕНАРОДНАЯ, и никакая иная.


Социализм, вооружённый системой
"самоизживания" закона стоимости,–
это есть социализм,
уже начавший "самоперерабатываться"
во вторую фазу коммунистической формации.

Итак, мы разобрались, более или менее, c решающим, фундаментальным "недостатком" социализма – с тем, что труд при нём фигурирует ещё в форме "рабочей силы", а следовательно, в обществе сохраняется целый комплекс, или даже массив товарно-денежных отношений. И отнюдь не все составляющие этого комплекса так уж благоприятствуют социалистическому строительству.

Но мы, однако, тут же видели, что параллельно с возведением самогó социалистического строя, буквально в недрах этого процесса нащупывалось, вырабатывалось и противоядие от этого недостатка: создавалась уникальная система доходообразования (или ценообразования) в народном хозяйстве, при которой, благодаря непрерывному сокращению затрат и цен, сокращался В ЦЕЛОМ ОБЪЁМ МЕНОВОЙ СТОИМОСТИ, циркулирующей в экономике (денежной массы, если хотите).

Т.е., сокращалась сфера действия, сфера присутствия в общественном производстве стоимостных отношений, происходило их естественноисторически предопределённое "самоизживание".

Строго говоря, социализм, вооружённый системой "самоизживания" закона стоимости,– это есть социализм, уже начавший как бы "самоперерабатываться" во вторую фазу коммунистической формации.

Вы скажете,– да что же это так скоро-то, ведь ещё и социализма как такового построить не успели?

А я вам отвечу: не чересчур скоро, а в самый раз. Вспомните наставления – и одновременно предостережения В.И.Ленина, что социалистическое "фабричное равенство", равенство на основе труда как рабочей силы, "никоим образом не является ни идеалом нашим, ни нашей конечной целью, а только ступенькой, необходимой для дальнейшего движения вперёд".

Причём, это дальнейшее движение вперёд должно развернуться не где-то в туманном грядущем, а "тотчас вслед" за осуществлением "фабричного равенства" хотя бы в самом примитивном его облике.


Дезориентирующий характер теории "развитого социализма".
Диалектика процессирования социализма в том,
что он должен ОДНОВРЕМЕННО
и совершенствоваться как таковой, в рамках "фабричного равенства",–
– и тут же разрабатывать пути преодоления
самих этих фабрично-уравнительных ограничений.

Самую разрушительную роль во всей этой, нами рассматриваемой фабуле сыграла идеологическая фальшивка так называемого "развитого социализма", которая у нас была сочинена во второй половине 1970-х годов и под грифом "концепции всемирноисторического значения" с превеликой помпой внедрялась: была подсунута на подпись Л.И.Брежневу (чем поставлена вне всякой, вне какой-либо критики), пролезла в преамбулу Конституции СССР 1977г., была навязана странам социалистического содружества и т.д.

Дескать, должна наступить некая "длительная полоса" в нашей истории, на протяжении которой социализм будет развиваться "на своей собственной основе", не через отслеживание и разрешение объективно неизбежных внутренних диалектических противоречий, а путём зачистки, так сказать, мелких текущих недостатков.

"На своей собственной основе…"

Да хоть бы подумали сочинители этой антидиалектической фальшивки,– а какая у него, у социализма, "собственная основа"?

Собственная основа у него – это труд–рабочая сила, да, "патронируемая" государством диктатуры пролетариата; но ведь всё равно это труд в такой форме, в какой он (сколько его ни патронируй) должен быть, по Марксу, УНИЧТОЖЕН, естественноисторически переведён в форму "фактического равенства", труда–творчества.

И поэтому, вот именно наряду и параллельно с развитием системы государственного "патронажа", сама жизнь толкает к поиску и разработке механизмов освобождения труда от избыточной "опеки" над ним, механизмов его перехода в труд–творчество.

Поэтому и сталинская экономическая модель,– а это искомый механизм такого рода в сфере решения социально-экономических проблем труда – рабочей силы,– она складывается уже в 30-е годы. И не просто складывается, а запускается в действие и начинает приносить самые весомые плоды.

А вот на политическом фланге мы немного (сперва немного, а затем существенно) запаздываем,– хотя и здесь набросок аналогичного механизма появился вообще в 20-х годах. Это программа всемерного развёртывания самокритики и массовой критики снизу. Впоследствии её было предложено называть сталинской демократической моделью.

Чрезвычайно важно понять эту динамику исторического процессирования социализма: что в нём, с одной стороны, совершенствуется система разнообразных гарантий трудящимся в рамках "фабричного равенства", а с другой – должны предприниматься усилия и создаваться механизмы по преодолению, искоренению самого этого "фабричного равенства", по переходу в некий новый, более высокий круг прав, свобод и обязанностей, и надо сделать всё, чтобы этот подъём на новую ступень произошёл максимально органично и "безразрывно".


Социалистическое общество не может считаться развивающимся НОРМАЛЬНО,
если в нём не запущены механизмы,
нацеленные на его скорейший уход с исторической сцены.
Сталинская демократическая модель – способ преобразовать
"абстрактное политическое государство" в "государство всего народа".

И вот смотрите, какой интересный получается расклад: социализм можно считать "нормально развивающимся", только если в нём наряду с его развитием на "собственной" в кавычках – исторически обречённой, подчёркиваю,– основе запускаются процессы, направленные на его скорейший уход с исторической арены, на его естественное перетекание в высшую фазу нашей общественно-экономической формации.

И к середине XX века нам в СССР удалось реально запустить такой процесс в экономике,– это сталинская двухмасштабная модель, работавшая на увод с исторической сцены закона стоимости.

Но вот аналогичный процесс в надстроечной сфере – сталинская демократическая модель, программа институционирования "массовой критики снизу"– он остался, к сожалению, на уровне проекта.

И на что же был потенциально направлен, что должен был увести с исторической сцены этот проект?

Он должен был способствовать уходу с исторической сцены того, что Маркс называл "абстрактным политическим государством",– государства в его исторически весьма несовершенной представительно-демократической форме, заменить его… Нет, не уничтожением всякой государственности, это застарелая ошибка, с которой давно пора кончать.

Абстрактное политическое государство должно быть заменено,– опять-таки по Марксу,– государством как высшей действительностью личности. Можно называть это системой коммунистического общественного самоуправления, но правильное название будет, всё-таки, общенародное, или всенародное государство.

Этот сюжет разобран в нашем материале к 200-летию со Дня рождения Маркса, материал размещён на сайте cccp-kpss.narod.ru. [4]

В последнее время выяснилось, что в наброске Третьей партийной Программы, который составлялся в конце 1940-х годов, ещё при жизни И.В.Сталина и с его участием, там тоже фигурирует этот термин – всенародное государство. И в самом деле,– классы исчезнут, но народ-то никуда не денется. И народ будет жить уже при непредставительной, непосредственной демократии, или при системе, как В.И.Ленин говорил, "поголовного" участия в управлении.

Но "поголовное" управление, это не означает какой-то стадный сумбур, для его осуществления нужна в высшей степени сложноорганизованная структура, и вот этой-то структурой и станет всенародное государство, "государство всего народа".


Демонтаж сталинской модели в экономике
и отказ от реализации аналогичной модели в надстроечной сфере
привели к нашему поражению в психоинформационной войне.
Если уж восстанавливать социализм,
то восстанавливать его с обеими этими моделями
и со всей сопутствующей инфраструктурой.
А это гораздо больше похоже не на революцию, а на Реставрацию,
на социалистическую освободительную войну
.

Судьба обеих упомянутых нами сталинских моделей в послесталинском СССР не сложилась.

Экономическая модель была выведена из строя сначала Хрущёвым, затем окончательно демонтирована Косыгиным – Либерманом. К реализации демократической модели вообще и не приступали.

В результате,– по всему вышесказанному,– социализм развиваться, вот именно, нормально уже не мог. Он ещё порядка двадцати лет пребывал в предкризисном, затем в откровенно кризисном состоянии, и всё это завершилось поражением в психоинформационной войне,– опаснейшими проявлениями которой как раз и выступило снятие с повестки дня двух великих сталинских начинаний.

Социализм не может прогрессивно процессировать, не находясь в состоянии энергичнейшей самопереработки в высшую фазу коммунистической общественно-экономической формации, не располагая инструментами, структурами для такой самопереработки. Вот резюме проделанных нами рассмотрений.

А теперь взглянем на ситуацию с точки зрения предлагаемых выходов из постигшей нас катастрофы.

Идеологема "повторной социалистической революции".

Она о том, что мы выше обозначили как диалектику исторического процессирования социализма, вообще понятия не имеет, никаких сталинских моделей для неё не существует.

Против кого и чего эта революция должна быть направлена, адепты этой идеи тоже ясно себе не представляют. Против капитализма? Но у нас никакого капитализма, в марксистски-научном смысле этого слова, нет. У нас симулякр капитализма, в роли которого подвизается оккупационный режим, сконструированный целиком и полностью американцами, по разным их Хьюстонским и Гарвардским проектам, и с законами эволюционирования общественного устройства в нашей стране абсолютно ничем и никак не связанный.

Страна, как итог поражения в информационно-психологической войне, попала под внешнее управление геополитического противника, и все наши бедствия проистекают именно отсюда – из нахождения под чужеземным управлением, а не оттого, что у нас искусственно нам пристряпанный, не имеющий корней в нашей новейшей истории псевдокапитализм.

Но допустим даже, что фантазийная, реально не осуществимая "вторая социалистическая революция",– допустим, что она удалась.

Что же нас ожидает после её свершения?

Со всей очевидностью,– "переходный период от капитализма к социализму", некий неоНЭП, на протяжении которого в экономике будет царить многоукладность, ещё дополненная разными "народными предприятиями" и прочими формами групповой частной собственности.

Но мы же в кабалу империалистическую угодили не потому, что нам многоукладности нехватало или "народных предприятий". Мы в кабале оказались из-за того, что господствовавшая у нас – и правильно господствовавшая – государственная собственность была насильственно, через вредительские "реформы", лишена "трудового" принципа доходообразования, который в нормально развивающемся социализме должен сопутствовать ей неотрывно. А без него – т.е., без сталинский экономической модели,– даже если мы и придём, после всей возни с неоНЭПом, к приоритету госсобственности, она ведь без сталинской модели всё равно толком работать не будет.

И какой же отсюда вывод?

Вывод отсюда такой, что если восстанавливать социализм, то уже без всяких вопросов по части приоритета в нём государственной собственности на средства производства, это должно восприниматься как аксиома.

Проблема же должна состоять в том, как вкупе с госсобственностью возродить парный к ней,– если речь идёт о нормально развивающемся социализме,– парный к ней принцип формирования и распределения дохода в народном хозяйстве ПО ТРУДУ.

Но тут ведь и Единый народнохозяйственный комплекс надо восстанавливать, поскольку без него двухмасштабная модель не заработает, и Госплан, и Госкомцен, и много ещё чего.

И в сумме всё это вместе взятое гораздо больше будет походить не на революцию, а как мы постоянно подчёркиваем,– скорее на освобождение из-под затянувшейся оккупации транснациональным капиталом нашего Социалистического Отечества, на национально-освободительную войну.

Причём, к этому оккупационному периоду, в каких-то его начальных стадиях, конечно же, нужно причислять не только "перестройку" с её прямыми последствиями, но в значительной мере и хрущёвщину,– ибо откуда же, как не с XX съезда, пошли гонения на сталинские начала и в экономике, и во всей нашей общественной жизни?

А начала сталинские – это и значит марксистско-ленинские, подлинно коммунистические, ибо хрущёвщина лишь заслонялась именем В.И.Ленина, на деле же проводила предательский курс на отсечение Ленина от Сталина, словно бы не понимая (или, наоборот, чересчур хорошо понимая), насколько неотрывно классики наши спаяны между собой.

Суммирую ещё раз, чтобы мне не говорили, что материал слишком сложный, неоправданно "заковыристый". У нас сама ситуация настолько заковыристая, что хуже уже не бывает. Мы проигрываем  информационно-интеллектуальную войну, в которой противник стремится нас запутать, а не разъяснить нам свои планы и действия как можно доходчивей. Здесь, если не кочегарить, как следует, мозгами, то войну наверняка вконец проиграем,– хотя у нас имеются все предпосылки к тому, чтобы её выиграть.

Итак,
социалистическое общество практически нежизнеспособно (доказано на фактах) без встроенных в него инструментов параллельной динамической трансформации во вторую, высшую фазу коммунизма.

Эти инструменты, или механизмы,– названные, пока что, сталинскими моделями, экономической и демократической,– были открыты в СССР и даже частично запущены в ход в сталинскую эпоху, а в "эпоху XX съезда" разрушены или преданы забвению.

Восстанавливать социализм без них – совершеннейшая бессмыслица, ибо без них он функционировал в эпоху Брежнева – Андропова, и это закончилось разгромом в войне.

В заключение скажу только, что вернуть и внедрить их в социалистическое устройство – это вовсе не так непостижимо, как кажется на первый взгляд.

С 2001 года – уже 17 лет – существует Проект новой редакции Конституции СССР, вынесенный на обсуждение общественности Съездом граждан СССР второго созыва. Так вот, там обе сталинские модели преспокойно прописаны, без всякого надрыва и переполоха.

Вот эта книга [5] имеется в ЦК КПРФ, в редакции "Экономической и философской газеты", в Ассоциации политэкономов–марксистов у А.А.Ковалёва и т.д. Уже не говоря, что размещена в Интернете.

Но нашим коммунистам, марксистам, политэкономам и прочим 17 лет недосуг прочитать, как в корректном политико-правовом изложении выглядит обновлённый социализм,– о котором все они дружно, наперебой повествуют, но никто из них никакого его вразумительного изображения представить не может. Преуспели только в бессмысленном, дурацком табуировании всего, что исходит от Съезда граждан СССР и в особенности – от этого исчадия ада – Хабаровой.

Что ж, Хабарова в своё время писала и Брежневу, и Суслову, и Андропову, Кириленко, Зимянину и скольким ещё другим, позабытым,– мол, так и так, будет проповедоваться вот такая блажь – останемся без социализма и без СССР. И ведь остались – против фактов не попрёшь.

Так, может, давайте не дожидаться, пока осуществится ещё что-нибудь в этом роде (Гарвардский проект никто ведь не отменял, и он медленно, но неуклонно движется к своему завершению)? Может, возьмёмся всё-таки за ум? Воистину, лучше поздно, чем никогда.

                                          Т.Хабарова
                                                8 мая 2018г.

_____________________________________

[1] См. в кн.: Т.Хабарова. Холодна ли вода в Рубиконе. М., 2015. Или: http://cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/PNR-81.HTM.
[2] http://cccp-kpss.narod.ru/2018/2018-01-19-ko-dnyu-pamyati-lenina.htm.
[3] См. Т.Хабарова. Моя война за… социалистическую модификацию стоимости (сталинскую экономическую модель), кн.. 1. М. 2016.
[4] http://cccp-kpss.narod.ru/2018/2018-04-26-k-200-letiu-marxa.htm.
[5] Демонстрируется книга Страна, которую мы не потеряли. Проект новой редакции Конституции СССР. М.– Арзамас-16, 2011.


http://cccp-kpss.narod.ru/drugie/2018/2018-05-08-socializm-kak-proydeniy-etap.htm
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Материалы политклуба
Московского центра Большевистской платформы в КПСС
(Заседание тридцать пятое)
Москва, 29 апреля 2009 г.

Из цикла
Современная антикоммунистическая мифология,
в том числе в её псевдо-"коммунистических" версиях

Секретарь-координатор
Большевистской платформы в КПСС,
канд. филос. наук
Т.ХАБАРОВА

ИДЕЙНАЯ  БОРЬБА
В  ДОПЕРЕСТРОЕЧНОМ   СССР
И  ЕЁ  ИМИТАТОРСКАЯ  ФАЛЬСИФИКАЦИЯ

(миф "письма Нины Андреевой")


Выступление
на XXXV заседании политклуба Московского центра БП в КПСС
Москва, 29 апреля 2009 г.

I

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

я не буду долго ходить вокруг и около, поскольку тот вопрос, который мы сегодня снова хотим поднять на попа, мы его множество раз ставили и также много раз формулировали, со всей прямотой, наш на него ответ. Правда, ни разу не слышали, чтобы кто-то пытался аргументированно этот наш ответ опровергнуть. Всё это просто замалчивали, делали вид, будто формулируемой нами проблемы вообще не существует. Но она, конечно, от этого не перестала существовать и только с каждым разом всё больше набухает некоей зловещей актуальностью.

Итак, вопрос состоит в том, почему наше сопротивление откровенно разрушительному для России режиму – режиму, гибельный характер которого никем среди нас, в сущности, не отрицается,– почему наше сопротивление ему, на протяжении (ни много, ни мало!) почти уже двадцати лет, столь вопиюще неэффективно?

Ответ же гласит: сопротивление неэффективно потому, что его как такового у нас все эти два десятилетия не было и нет, а была и есть лишь его ИМИТАЦИЯ, сконструированная методами современной психотронной войны.

Вывод этот,– повторюсь,– не знаю сколько раз выставлялся на обсуждение, но ни обсуждения, ни опровержения, ничего такого ни разу не последовало. Что уже само по себе служит хотя и косвенным, но весьма и весьма выразительным доказательством его правоты.

Вот,– к примеру,– наше изложение сути дела, датированное, слава тебе господи, 2001-м годом. Это мой доклад на Третьей межрегиональной конференции сторонников Большевистской платформы в КПСС.

"Ведь вся эта наша так называемая коммунистическая многопартийность – это же не какое-то стихийное явление. Это крупнейшая плановая операция информационно-психологической войны. Множество разных коммунистических партий существуют не по чьей-то глупости и не потому, что у кого-то амбиции. Они существуют по воле и по плану ведущего с нами войну геополитического противника …" "… на сей день никакого коммунистического движения, в надлежащем смысле этого слова, в стране практически нет, а есть некое новое поколение пятой колонны …"

"Эта среда не воспринимает, не подхватывает, не впитывает нужные для дела начинания и идеи – нужные для дела освобождения страны. Она их или отторгает, или имитирует. Она так запрограммирована. Создание у нас такой среды – это, надо сказать, крупное политтехнологическое достижение противника. Бороться же с этим мы пока толком не научились." [1]

Это опубликовано, три года назад, в нашей ростовской газете "Советы граждан СССР" и размещено, давно уже, в Интернете.

2004г., Съезд граждан СССР третьего созыва:

"… В  СТРАНЕ  НЕТ  ПО-НАСТОЯЩЕМУ  ОСВОБОДИТЕЛЬНОГО, ПО-НАСТОЯЩЕМУ  КОММУНИСТИЧЕСКОГО  ДВИЖЕНИЯ. Вот главная наша драма на сей день, и она таковой пребывает уже почти два десятилетия. То, что мы этим словом называем,– комдвижение,– это изготовлялось, скажем так, одновременно и параллельно с подготовкой развала КПСС, теми же силами, и входило в эту подготовку в числе важнейших её элементов. Это одна из удавшихся врагу операций информационно-психологической войны." [2]

Цитирование это,– как вы, видимо, и сами чувствуете,– можно продолжать без конца; и заключение отсюда вытекает однозначное: покуда у нас вместо Сопротивления вот эта предательская псевдокоммунистическая клоака, победы над врагом и свободной, процветающей нашей Родины нам не видать.

Впрочем, люди многие наши тут возмутятся: это мы-то клоака?.. Да я ни одного митинга, ни одной демонстрации не пропустил, ни одной избирательной кампании дома не просидел, подписи собирал, липучки клеил, газеты по почтовым ящикам раскладывал и т.д. И после этого я – клоака? Да сами-то вы кто?

Возмущение в какой-то его части справедливое,– и тем не менее…

И тем не менее, ситуация здесь примерно такая же, как была в целом по стране в предперестроечные годы: подавляющее большинство советских людей честно трудились, и люди верили, что своим трудом приближают какие-то лучшие времена и для всей страны, и для самих себя. Между тем, параллельно некие другие силы упорно, ненавистнически, не покладая рук рыли пропасть нашему Социалистическому Отечеству,– и оно в конце концов в эту пропасть съехало, несмотря на весь наш самоотверженный труд и вкупе со всеми плодами этого труда.

Нечто подобное имеет место и в нашем нынешнем частично коммунистическом, частично псевдокоммунистическом сообществе. Кто-то добросовестно бегает по митингам и демонстрациям, клеит липучки и раскладывает газеты, а кто-то сверху замешивает вот эту зловонную жижу интеллектуального предательства и опрокидывает её на головы рядовых участников, и в результате движение барахтается в этой, вот именно, клоаке и не столько борется с режимом, сколько помогает ему держать весь остальной народ в состоянии непролазной психоинформационной одурманенности.



С КОНЦА 1940-х годов геополитический противник – транснациональный капитал вёл с нами необъявленную войну на свержение законной, т.е. Советской власти в нашей стране, на разрушение социалистического общественного строя.

К рубежу 1980-х – 90-х годов мы проиграли – нет, не всю войну целиком, но мы проиграли её дооккупационный, если можно так выразиться, этап.

Транснациональный империализм сумел сокрушить Советскую союзную государственность, расчленить территорию СССР и поставить образовавшийся конгломерат под контроль своих штабных структур, или под своё внешнее управление. Или,– что совершенно то же самое,– мы оказались, фактически, в оккупации.

Однако, так называемая "точка невозврата" далеко ещё не пройдена, и враг про себя прекрасно это знает. Оккупация, она на то и оккупация, чтобы от неё освобождаться и освободиться. Но при том решающем условии, что народ ПОЙМЁТ, ОСМЫСЛИТ факт своего нахождения в оккупации и найдёт в себе силы действовать соответственно, т.е. консолидироваться так, как это нужно для развёртывания справедливой, священной национально-освободительной войны.

Теперь, а какая же задача противника в данной связи?

Задача противника – это воспроизвести в изменившейся обстановке тот политический механизм, который на предыдущем этапе маскировал, камуфлировал необъявленную агрессию в отношении нас. Нынче же новая разновидность этого механизма должна отводить глаза народу от факта нашего разгрома в войне и воспоследовавшей оккупации,– точно так же, как до этого отводили ему глаза от факта собственно войны.

Ну что ж, противник со своей задачей справился, и эта новая модификация, скажем ещё раз напрямик, пятой колонны, она и есть,– в общем и целом,– вот то самое, что мы на сей день именуем оппозицией, коммунистическим или левым движением и т.п. Можно сколько угодно таким резюме возмущаться, но объективно,– увы,– это так.

Да вы только посмотрите, какая идея для них – для всех этих "оппозиционеров", "коммунистов", "левых",– какая идея для них самая ненавистная, самая проклинаемая, зубовным скрежетом встречаемая? Правильно,– идея продолжения существования СССР во временно оккупированном состоянии и его освобождения через новую консолидацию Советского народа. Всё, что хотите, только не оккупация транснациональным капиталом и не освобождение от неё. Какой хотите народ, только не Советский. А больше-то, собственно, от них ничего и не требуется. Для этого их и вытряхнули, в своё время, на политическую арену.

Постойте,– мне скажут,– ведь они все, вроде бы, за восстановление СССР?

Ну, и что тут удивительного и противоречащего моим словам? Имитировать-то идею надо, или как? Вот они и имитируют. И технологии эти имитационные вовсе не столь уж непостижимы, в них нужно уметь разбираться.

Вот,– допустим,– одни говорят: мы хотим набрать грибов, и для этого пойдём в лес. А другие говорят: мы хотим набрать грибов, и для этого пойдём на картофельное поле. И у тех, и у этих цель,– вроде бы,– та же самая: набрать грибов; восстановить СССР. Но одни исходят из объективного сегодняшнего положения СССР как временно оккупированной страны и предлагают единственно реалистичный, традиционный путь избавления от оккупации: ответную освободительную войну. Т.е., зовут за грибами в лес.

Другие же исходят не из объективного анализа ситуации, а из информационной обманки, подсунутой врагом: СССР,– дескать,– развалился сам по себе, мы живём в "новых буржуазных государствах", образовавшихся на его месте, и должны ждать, когда тут созреет очередная "социалистическая революция".

Надо ли дальше растолковывать, что вот это имитаторское выжидание "социалистической революции" на временно оккупированной территории – это и есть то самое хождение за грибами на картофельное поле. И суть здесь не в том, что цель одна, а методы её достижения предлагаются разные. Суть в том, что половина предлагаемых методов заведомо и стопроцентно к достижению обозначенной цели не ведёт. Т.е., это не методология достижения поставленной цели, а имитация того, что поставленная цель нами достигается. Имитация, посредством которой закамуфлировано достижение своих целей противником нашим, а не нами, причём за наш счёт.

Следует ясно себе представлять, что психоинформационная война, она вся держится на обмане, на том, что жертва агрессии путём различных манипуляций вынуждается как бы своими руками осуществлять планы агрессора в отношении себя самой. И это не какие-то побочные хитросплетения, а это новый, притом опаснейший, род боевых действий, и именно так надо подходить к явлениям имитаторства, подмены целей, где бы мы с ними, с этими явлениями ни сталкивались,– именно так, а не как к какому-то поверхностному интриганству.

Эту враждебную Советскому народу и будущему нашей страны деятельность (враждебную не в фигуральном, а в прямом юридическом смысле) надо разоблачать и вести дело к её полному и самому бескомпромиссному пресечению. Поэтому, товарищи, не кричите нам: мы все должны объединиться, а вы склоки разводите. Корень зла не в отсутствии объединения, а в том, что "объединяться" с фактическими прихвостнями оккупантов – это способ не освободиться от оккупации, а превратить её из временной в бессрочную. Не объединяться с имитаторами наша задача, а выявлять перед людьми их двуличную природу, показывать, что не те они, ещё и ещё раз не те, за кого себя выдают.


II

ВАМ, ТОВАРИЩИ, никогда никому в голову такая мысль не приходила: вот режим давно реабилитировал по полной программе всех, кто в советские времена выступал с антисоветских, антикоммунистических позиций. Почему бы нашему комдвижению не сделать то же самое: реабилитировать, хотя бы в рамках нашего левого сообщества, тех, кто выступал не против Советской власти, а в защиту её устоев и принципов,– и подвергался за это гонениям ничуть не меньшим, чем диссиденты антисоциалистического толка?

Таких не было? Извините. Шла информационно-психологическая война, она представляла собой череду диверсий и вредительских актов на самых разных фронтах: и в идеологии, и в экономике, в государственном строительстве и т.д. Что же, абсолютно никто в двухсотсемидесятимиллионной стране не видел и не понимал, что вот такая-то затея чревата вредоносными последствиями для народного хозяйства, для национальных отношений, для здоровья людей и т.п.? Не будем уже из Советского народа делать стадо баранов, которые профукали,– как стало модно выражаться,– Советскую власть. И видели, и понимали, и пытались противостоять,– подчас даже в одиночку,– разному подозрительному, а то и явно угрожающему негативу. Пытались противостоять и оказывались зачастую кто без работы, кто вообще бог знает где. Не все, конечно; какие-то критические выступления удавались. Но в главном и основном,– и это надо трезво констатировать,– "пятая колонна" бдила, и поток народного критического волеизъявления был на протяжении 1960-х – 80-х годов на добрых 90 с лишним процентов наглухо перекрыт. А иначе мы бы войну не проиграли. А иначе мы бы войну не проиграли.

В качестве примера могу привести себя. Моим зав. сектором в Институте международного рабочего движения был Бестужев-Лада, небезызвестный. Во время "перестройки" он себя показал во всей своей люто антисоветской красе. А в конце 60-х годов этот типичнейший идеологический засланец пригрелся на непыльной должности в престижном академическом институте и сочинял одну из тогдашних диверсантских "новых наук" – так называемую "марксистско-ленинскую прогностику".

Мне при первом взгляде на эту его "прогностику" не могло не стать ясно, что "наука" сия нацелена на замену системы директивного планирования в СССР пресловутым "индикативным" планированием, а затем и вовсе разгулом рыночной стихии. Как оно на практике и вышло. Вдобавок он и при устном изложении своих воззрений уже тогда не стеснялся: и революция Октябрьская была-де "не нужна", и марксизм никакая не наука, и Ленин ничего не предвидел и ничем не руководил, сидел в Швейцарии, ел манную кашу, и без него тут всё совершилось, чему суждено было совершиться. И т.д. в том же роде.

Но попробуй тронь его, попробуй покритикуй!.. Весь генералитет академический – президент, вице-президенты, учёный секретарь Президиума Академии, академик-секретарь Отделения философии и права, плюс "кураторы" из Отдела науки ЦК КПСС и пр., и пр.,– все грудью бросились на выручку заведомой антимарксистской швали, которая своё подлинное нутро даже не особо и старалась скрывать. Причём, там – в этом ИМРД – швали этой, как очень быстро выяснилось, полным-полно было и окромя Бестужева-Лады.

Короче, эта схватка на полях сражений информационно-интеллектуальной войны закончилась для меня тем, что мне прочно и надолго,– теперь уже следует говорить, навсегда,– закрыли всякую возможность работать по специальности в любом,  каком угодно официальном научном учреждении, начиная, естественно, с Академии наук. Нет, конечно,– помешать мне быть активно и результативно работающим учёным как таковым никто, никакое ЦРУ, никакие Бестужевы-Лада, Тимофеевы – Федосеевы, Румянцевы, Миллионщиковы, Скрябины, Келдыши, Трапезниковы, Дёмичевы и иже с ними, и т.д., и тогда не могли, и до последнего моего дня и часа не смогут. Но в каких условиях эта моя научная деятельность протекала, да всё ещё и протекает, об этом лучше не спрашивать.

Кстати, распоряжение, позволившее лишить меня работы в попрание всех и всяческих законов, подписал ещё один сочинитель "новой науки прогностики" – Гвишиани, косыгинский зять и тогдашний зам. председателя Госкомитета СССР по науке и технике. Ныне, насколько мне известно, он подвизается где-то в США. Опротестовать гвишианиевскую "юридическую" околесицу, писанную вилами по воде, никто, вплоть до Генеральных прокуроров СССР, не единожды за это время сменившихся, так и не решился. Первым, за двадцать почти лет, партийным руководителем, отреагировавшим на эту эпопею, оказался,– как ни странно,– Ельцин, в бытность его секретарём МГК КПСС (Гришин до него не реагировал). В Генпрокуратуре засуетились, но тут Ельцина самого сняли, и всё осталось, как было.

Избавившись от неожиданного оппонента, вся эта "прогностическая" братия или мафия,– называйте как хотите,– продолжала морочить голову высшим партийно-государственным инстанциям. Недаром любимая присказка у Бестужева-Лады была, что мы,– мол,– "кладём на стол директивным органам" наши рекомендации; а ИМРД вообще в ту пору слыл "придворным" институтом ЦК КПСС. Думаю, что во многом именно эта гоп-компания навязала стране грандиозную псевдонаучную утку, прямо предназначенную дезориентировать партию и народ в обстановке психоинформационной войны,– которая как раз набирала обороты перед решающим рывком. Эта утка – это Комплексная программа научно-технического прогресса и его социальных последствий до 2000 года. Пусть сегодня кто-нибудь из тех, кто руки грел возле этой суперфальшивки,– а таких, я полагаю, немало и в нынешнем нашем РУСО,– пусть они выйдут и честно гражданам расскажут, какие "социальные последствия" они нам прогнозировали и планировали на 2000 год. Ведь все эти Бестужевы-Лада ещё в середине 80-х годов имели бесстыдство похваляться, что прогностика,– дескать,– прекрасно справляется с "перспективными проблемами ближайших двух-трёх десятилетий", предугадывает лежащие впереди "подводные камни" и пути их обхода. [3]

Напредугадывали и наложили на стол директивным органам – в аккурат то, что было нужно ЦРУ.

А теперь мой, марксистский прогноз, который я в течение 70-х годов так же пыталась довести,– но совершенно безуспешно,– до сведения и понимания разных высокопоставленных персон: если не будет незамедлительно прекращена ревизионистская, правотроцкистская вакханалия в идеологии и в общественных науках – рухнет социалистический строй в стране. Это сформулировано открытым текстом в моём письме Андропову, тогдашнему председателю КГБ, от 5 апреля 1979г. Письмо будет опубликовано, без каких-либо изменений, в готовящемся  к выпуску 12-м номере нашей ростовской газеты "Советы граждан СССР". Судите сами, кто лучше справлялся со стратегическими проблемами развития нашего общества – "новая наука прогностика" или ортодоксальный марксизм.

"Марксистско-ленинская прогностика",– увы,– была отнюдь, отнюдь не одинока. Таких "новых наук", "теорий", "концепций" запустили в нашу общественную жизнь целое, можно сказать, сонмище. И редко какая из них не успела или не сумела сыграть своей вредительской роли. Все их обозреть и хотя бы кратко охарактеризовать – для этого минимум ещё такой же доклад потребуется, посему ограничусь беглыми упоминаниями. И имейте в виду, что за каждой из них маячил некий академический или околопартийный мастодонт, с которым свяжешься его критиковать – сам не рад будешь.

Итак, навскидку.

"Теория развитого социализма" – практически вычёркивала из нашего обществоведения всякое представление об объективных противоречиях социалистического развития, а соответственно, и о том, что противоречия необходимо своевременно разрешать. И это в тот момент, когда у нас основные социодиалектические противочлены – производительные силы и производственные отношения – буквально в некий клинч уже вошли, и ситуация поистине вопияла о квалифицированном социоинженерном вмешательстве.

Под "теорией развитого социализма" изловчились заполучить подпись самого Л.И.Брежнева, а конкретным "провайдером" этой антимарксистской глупистики, причинившей неисчислимый вред и нам, и другим социалистическим странам, выступал Косолапов – тогда главный редактор "Коммуниста"; и сегодня с него, как с гуся вода: организовал, по существу, первостатейную идеологическую диверсию против Советского государства (или был, во всяком случае, одним из организаторов) – и без малейшего зазрения совести пялит на себя лавры "выдающегося учёного-ленинца".

"Теория научного управления обществом".

Эту подпирал главный редактор "Правды" Афанасьев. Доказывали, что всяким там кухаркам и свинаркам, монтажникам-высотникам, горнякам и рыбакам делать у государственного кормила нечего, пусть сидят по своим кухням, свинарникам и шахтам, власть же должна быть в руках фактически неподконтрольной народу и несменяемой "интеллектуальной элиты". Ну что ж, разве не воплощено в жизнь один к одному? Вот и любуйтесь на отпетого мерзавца, который то в "РАО ЕЭС", то в каком-то РАО–нано  рушит страну в угоду Дяде Сэму, и поди выкури эту сволочь; а ведь гнездовище для неё как раз вот такие Афанасьевы – и где, в "Правде"!– вон ещё когда сооружали. Причём, если им говорили, что,– мол,– гнездовье для всякой дряни лепите, а никакое не "научное управление", то как ещё на тебя обижались – и в "изгои" зачисляли лет на тридцать вперёд. А с чего бы это в нынешней "Правде" так Хабарову ненавидят? Да всё оттуда же, с 70-х годов, наводка даллесовская тянется. Слава богу, не в 91-м году впервые эту фамилию услышали.

"Марксистско-ленинская теория научно-технической революции".

Ну, тут уж отцов–основателей было столько, что в кого из номенклатурщиков от "науки" пальцем ни ткни, не ошибёшься. Может, помните дурацкий клич: соединить достижения научно-технической революции  с преимуществами социализма? На практике это означало: кончай развивать собственную промышленность, вези технику из-за рубежа. Так что фундамент, так сказать, теоретический под сегодняшнюю деиндустриализацию подводили, и впрямь, всей Академией и задолго до Горбачёва.

"Наука о человеке", или "комплексное изучение человека".

Этих не устраивало Марксово определение сущности человека как совокупности общественных отношений. Призывали переориентироваться на "общечеловеческие ценности", "изжить" советскую систему формирования и воспитания личности. Отрыв человека от его общественных первоначал, безусловно, в огромной мере способствовал выпадению народа из национально-самосознательного состояния и его превращению в тот атомизированный планктон, который мы имеем перед глазами. Здесь усердствовал некто И.Т.Фролов – ну, естественно, академик, и на каких только постах не перебывал, вплоть до главного редактора той же "Правды". Т.е., возможностями для пропаганды всего этого обскурантизма располагал самыми обширными.

Не касаюсь уже того содома, который творился в экономической науке, и многого чего другого.

Словом, что я хочу сказать?

Я хочу сказать – вот она, информационно-интеллектуальная война. Вот где, когда, в какой период и какими, конкретно, силами осуществлялась та её часть, которую можно определить как внутриграничную, в отличие от трансграничной; но ту уже непосредственно ЦРУ обеспечивало. Была создана целая система – причём, система воистину всеобъемлющая – закладки во все поры нашего общественного сознания и общественной практики вот таких информационных мин или бомб замедленного действия, и повторяю: редко какая из них не сработала, нанеся с лихвой весь запланированный ущерб. Само собой, параллельно вырастала и система жесточайшего подавления серьёзной, принципиальной критики в адрес этих измышлений.

А сейчас ответим на поставленный выше вопрос: почему наши "левые" упорно молчат, как рыбы, о тех советских учёных–патриотах, которые за двадцать лет до всяких Андреевых приняли неравный бой с поднимавшимся "девятым валом" психоинформационного нашествия? Почему столько времени держится на плаву и ещё регулярно подмалёвывается надувной пузырь андреевского пресловутого "письма"? Почему не становится предметом масштабного научного и публицистического исследования история не солженицынско-сахаровского, а нашего "красного диссидентства", история идейной борьбы и коммунистического Сопротивления в доперестроечном СССР? Почему культивируется гнусно порочащий марксистскую научную мысль и самоё нашу страну миф об Андреевой как "первой и единственной", кто поднял, якобы, голос против контрреволюционной угрозы Советскому государству?



И ОТВЕТ гласит: всё это происходит потому, что лидеры и идеологи "левопатриотических сил", практически поголовно, за исключением разве одной Хабаровой, если её причислять к "лидерам",– в той борьбе и в той войне участвовали на стороне врага. И ещё небольшая их часть – куда принадлежит, кстати, та же Андреева – просто не знали и не понимали, что творится, в этом плане, в стране.

Что же касается тех, кто хоть как-то был сопричастен к идеологической работе или, тем паче, непосредственно ею занимался, то о них и говорить нечего. Оставим уже Косолапова, но вот Марков В.С. – бывший главный редактор "Московской правды". Славословил "развитой социализм", эту психоинформационную обманку, в 1984г., за считанные несколько лет до открытого вторжения противника, т.е. до беловежского оккупационного расчленения СССР; уверял, будто обманка эта "служит надёжной теоретической основой стратегии и тактики партии на долгие годы вперёд". [4]

Нельзя было разобраться в обманке? Неправда. Вот статья Хабаровой 1981-го года "Свободные профсоюзы" и иные события в ПНР…, опубликована в 2007г., в 7-м номере "Советов граждан СССР":

"Спрашивается,– кому же, в конце концов, вся эта "липа" нужна? Недолго осталось ждать, когда и у нас созреет аналогичная ситуация; /Имеется в виду, как в Польше с "Солидарностью"./ ведь и у нас мифотворчество на тему "развитого социализма" … является тем же, чем оно, наконец, со столь разительной наглядностью выказало себя в Польше,– пустым, умственно беспомощным и политически безнравственным камуфляжем, маскирующим отсутствие внятных представлений о будущем страны там, где без подобных представлений попросту нельзя находиться…" [5]

И этот Марков сегодня не кого иного, как меня (нет, он – меня…) поучает, как надо строить и развивать марксистскую теорию, оценки какие-то выставляет… Откуда только такая бесстыжесть у людей берётся.

Ещё деятель – Пригарин. Апологет косыгинской разрушительной "реформы", ухитрился хвалу "реформе" уже в наши дни затолкать в Программу СКП–КПСС. Чекалин, ныне редактор р-р-революционной "Экономическо-философской газеты" (для таких при любой власти газета найдётся), в доперестроечные времена подвизался в "Правде" и там неусыпно бдил, чтобы ни слова критики по адресу "реформы" к народу не просочилось. Зюганов, вообще зам. при Яковлеве в Идеологическом отделе ЦК; что, они с Яковлевым в том отделе коммунистические идеалы отстаивали в информационной войне? Сколько ещё наш "электорат" коммунистический собирается биографии своих вождей сквозь розовые очки разглядывать?

И вот так все они окучивали – кто "развитой социализм", кто "научно-техническую революцию", кто ещё какую-то антимарксистскую дребедень, теорию "самоуправления трудовых коллективов", "общественно-необходимых затрат труда" и пр. Допустим даже, что не они сами основную массу этой идеологической взрывчатки изготовляли. Но чтобы воевать на вражеской стороне, вовсе не обязательно самому быть закоренелым врагом. Достаточно быть удобным материалом для осуществления замыслов противника. И один из удобнейших для этого материалов – это люди, которым научную и гражданскую добросовестность конъюнктура заменяет.

Вот почему вся эта публика – и именно она – оказалась столь жгуче востребована, когда враг вплотную подошёл к задаче организации имитационного, "невсамделишного" псевдосопротивления коллаборационистскому режиму. Окучивали "развитой социализм", теперь с той же псевдоубеждённостью примутся окучивать "вторую социалистическую революцию", "смену курса" какую-нибудь, "русский вопрос" и т.п.

И вот почему для этих наших псевдооппозиционеров так ненавистна, непереносима подлинно марксистская, по-современному научная трактовка всего происшедшего с нами – и ещё нам предстоящего – в терминах "война – оккупация – ответная народно-освободительная война".

Война?.. Да помилуйте, сразу же вопрос встанет – а они где были и что делали на той войне? Не признаваться же, что в самом лучшем случае смирно помалкивали в  кустах, как подобает благонравному обывателю. А в худшем (и к сожалению, типичном) исполняли роль идеологических власовцев разного пошиба, и крупного, и помельче, и совсем уж мелкопакостных – но всё же гадили, как могли.

Оккупация?.. Господь с вами, какая оккупация. Просто раньше одну конъюнктурщину окучивали, теперь на другую заказ поступил.

Вот и получается, что американцы в 2001г. отпраздновали десятилетие своей победы в Третьей мировой войне и специальной медалью наградили особо на войне отличившихся; причём, таковых набралось изрядное количество. А для нас,– оказывается,– ни самой войны не было и в помине, и абсолютно никто никак себя в боевых действиях не проявил. Приснилась Третья мировая американцам. Непонятно только, почему в результате этих их снов мы своей собственной страны лишились. А остальное всё, вроде, сходится.

Но в действительности-то наши "коммунистические" хитрованы прекрасно знают, что войну янки не во сне видели. И ещё одну вещь они знают дотонка: что народ, даже будучи фактически предан своим руководством, предан сперва неявно, а затем и в открытую,– народ "от себя", снизу отчаянно сопротивлялся психоинформационной агрессии. Как-никак, где сидели-то, дражайшие? В редакциях центральных газет и журналов, в ведущих академических институтах, в аппарате ЦК и МГК КПСС и т.д. А куда письма возмущённые стекались наших дисциплинированных и законопослушных советских граждан – не туда ли? Не по этим ли адресам? Так что трудновато было бы на вашем месте "не знать", какой шквал отторжения и народного неприятия вызывали не только "перестройка", но и более ранние блуждания,– хотя бы тех же "застойных" лет.

С чего бы это,– к примеру,– понадобилось в 1978г. создавать при Политбюро Комиссию специально для работы с  письмами граждан по идеологическим вопросам? Выходит, вон ещё когда припекло… И характерно,– между прочим,– что о результатах деятельности этой комиссии народ так и не оповестили.

В общем и целом, к исходу 1980-х годов оккупация была, по сути, предрешена; и вчерашние аллилуйщики "развитых социализмов" организованно готовились переквалифицироваться в борцов за права рабочего класса – в неизвестно откуда у нас взявшемся "буржуазном государстве".

Ну, а как быть вот с этим напором ДЕЙСТВИТЕЛЬНОГО народного сопротивления антисоциалистическому, антисоветскому мракобесию? Его десятилетиями подавляли, не гнушаясь никакими, самыми омерзительными средствами, никакой ложью в государственном масштабе – о повсеместном внимательном, якобы, рассмотрении заявлений и обращений трудящихся. Но в обстановке растрезвоненной "гласности" запруда могла в любой момент прорваться – с неконтролируемыми последствиями для тех, кто её сооружал.

Значит, всё это нужно было… Правильно,– проимитировать. Всё это нужно было проимитировать.

Вот "письмо Нины Андреевой", это и была та самая, по отмашке "сверху" спущенная и тщательно со всех сторон вылизанная имитация десятки лет копившегося народного несогласия и негодования.

Вы взгляните только, как нянчились с этим "письмом". И с самой Андреевой утрясали несколько раз, и в Ленинград кто-то из членов редколлегии "Советской России" ездил с редакционной правкой, и даже характеристики с места работы запрашивали. [6] Т.е., явно готовили не просто публикацию читательского материала, а некую ответственную акцию. Е.А.Кафырин, тогда сотрудник аппарата то ли ЦК, то ли Московского горкома КПСС, где-то году в 90-м мне сказал: "Т.М., перестаньте вы из вашей Андреевой делать новую Жанну д`Арк. Я-то знаю, как всё это было. Прежде чем её статья пошла в печать, с ней тут у нас недели две возились."

Потом, ведь "Советская Россия" в то время являлась органом ЦК, а в ЦК вопросами идеологии заправлял матёрый политический диверсант Яковлев. Ну, можно поверить, что при таком раскладе в цековской газете пропустили бы материал на целую полосу, расходящийся с линией Горбачёва–Яковлева действительно, а не "понарошку", не имитационно? Уже не говоря, что если бы это и произошло, Чикин слетел бы с должности главного редактора на другой же день после выхода статьи.

И логика, и элементарный здравый смысл не позволяют усомниться, что это была операция-многоходовка, в которой все вовлечённые лица, все эти Яковлевы–Горбачёвы, Чикины–Лигачёвы действовали заодно, а не вопреки друг другу. И прямым агентам психоинформационной войны, и профессиональным имитаторам было позарез необходимо, чтобы ПОДЛИННЫЙ сопротивленческий потенциал в народе оказался придавлен ещё на десятилетия вперёд (а ведь так оно, в итоге, и вышло!). Придавлен сначала всей мощью партийно-государственной пропагандистской машины, а потом бы душила его инерция искусно раскрученной лжи.

И вот – припечатали, вколотили в народное сознание: первая и единственная! Вы только вдумайтесь во всю неисчерпаемую гнусность этого имитаторского "изобретения", насчёт "первой и единственной". Понимаете,– никого и ничего, абсолютно никакого дуновения в народе не было аж с самого 1953г., не протяжении всей информационно-психологической войны. Спал народ, как быдло, до 13 марта 1988г.

Всякая – извините, с языка уже рвётся – шушера коптила небо, вонь разводила по Академиям, по ЦК и МГК, по "Правдам" и "Коммунистам", по Институтам философии, экономики, марксизма–ленинизма и всего на свете, по основным академическим журналам; вязали, можно сказать, по рукам и ногам марксистскую науку, оттирали её от практического, действенного участия в руководстве общественными процессами; терроризировали, за Можай загоняли честных учёных; своим "интеллектуальным" блудом обеспечили международному империализму выигрыш в войне против собственной страны – и здрасте: ничего этого, видите ли, не было!.. Никто не разглядел их двурушничества, никто не пытался Советскую власть предупредить об исходящей от их блуда опасности, никто их не критиковал, не лежали в их институтах, редакциях, в секциях разных наук при разных Президиумах, в отделах ЦК, в горкомах и райкомах кипы марксистских работ, и в этих работах не демонстрировалось досконально, как распутать вставшие перед страной проблемы – и как эта шатия распутать их не даёт.

По существу, при помощи всей этой "нинандреевской" мифологии опустили "железный занавес" над фактом массового идеолого-политического предательства нашей (как они сами себя величают) "интеллектуальной элиты" в период со второй половины 1960-х до конца 80-х годов. Ну, раз никакой критики не было, значит, нечего было и критиковать. Не было предательства, ясно вам?..

Да мало того. Мало того, эти же,– как их поэт заклеймил ещё 180 лет назад,– "жадною толпой стоящие у трона свободы, гения и славы палачи", душители народного гения и погубители народной свободы, они же, цепляясь за ими же надутые мыльные пузыри, в новые Минины и Пожарские лезут,– или, по крайности, в Герцены и Огарёвы.

Вот послушайте Чикина: "Но колокол прозвучал! Нина Андреева взяла на себя мужество сказать о том, о чём другие думали, но молчали. … Мы ударили в колокол – и это начало резонировать!" [7]

Они ударили в колокол, ну и ну…

Давайте взглянем, хотя бы краем глаза, о чём же это другие "молчали", до Чикина с Лигачёвым и с Андреевой. Андреева, будто бы, кого-то там "за руку поймала на крупнейшей идеологической диверсии, рассказала о её механизмах и возможных последствиях". [8] Это в марте 1988 года.

А вот год 1976-й, моё письмо секретарю ЦК КПСС М.А.Суслову, членам ЦК КПСС и Политбюро ЦК КПСС:

"В Советском Союзе партийное руководство права не имеет "пребывать в неведении" относительно поступающих в его адрес материалов, где неопровержимо демонстрируется столь глубокий, столь тревожный разрыв между сутью марксистского учения и проповедуемой в государстве общей идеолого-философской доктриной, что эту последнюю, практически, далее   нельзя рассматривать как марксизм. "Марксистского", по существу, ничего в ней не осталось, кроме поверхностно-"коммунистической" фразеологии, реальная "нагрузка" которой откровенно демагогична."

"Под названием "учения Маркса–Ленина" в действительности проповедуется, в несколько подновлённом виде, практически стопроцентная бухаринщина." [9]

Вон когда,– Чикин,– двурушников в ЦК за руку-то поймали, а не в 88-м году. То-то там и забегали, за десять лет до Андреевой, и принялись комиссии организовывать по идеологическим письмам трудящихся. Я не говорю уже, что по сравнению с вышеприведёнными формулировками так называемые "пророческие размышления" [10] Андреевой,– как их Чикин аттестует,– это же просто детский лепет.

Ноябрь 1978 года, моё письмо председателю КГБ СССР Ю.В.Андропову, причём не первое и не единственное:

"Развёртывание событий и на научном, и на административном, и,– к сожалению,– на партийном "фронтах" убедило меня, исчерпывающе и всесторонне, что все мы … столкнулись здесь не просто с болтунами и "шалунами", но с сознательным, целеустремлённым, на всё готовым и на всё способным политическим вредительством, которое по своей закоренелости, разветвлённости, по глубине растлевающего проникновения в важнейшие сферы нашего общественного функционирования составляет нынче проблему именно безопасности Советского государственного строя как строя социалистического (а не только предмет и причину чьего-то личного жизненного конфликта)." [11]

Сентябрь 1979г., письмо в редакцию "Правды", небезызвестному Д.В.Валовому:

"Марксистский анализ "научных оснований" хозяйственной реформы показывает, что всё это мероприятие представляло собою никакую не "научную", но в точнейшем смысле   антинаучную, классово-порочную "переквалификацию" доходопроизводящего экономического фактора. Соответственно, … произошла тяжелейшая структурная "дефокусировка" общественно-экономического базиса, и последовавшая затем базисная эволюция уже не могла характеризоваться как процесс "коммунистического строительства". С объективной точки зрения … у нас благодаря "реформе" идёт не "построение коммунизма", а реставрация капиталистического устройства – в некоей "новейшей", причём весьма уродливой, его разновидности." [12]

Напоминаю, какой это год,– 1979-й.

Ноябрь 1987г., работа "Сталинизм" ли виноват?, направленная Горбачёву в качестве открытого письма:

"Считаю в корне неприемлемой, грубо ошибочной (если не попросту авантюристичной) … звучащую всё бесцеремонней "линию" на тотальный безосновательный пересмотр итогов социалистического строительства в СССР за период 30-х – 50-х годов: попытки доказать, будто мы построили какой-то "не тот" социализм, … будто развитие коммунистической мысли после В.И.Ленина пошло не через реальное тогдашнее большинство в ЦК ВКП(б), неуклонно осуществлявшее курс на индустриализацию, коллективизацию, культурно-"кадровое" преображение страны, на возведение прочных законодательных устоев социалистической государственности, на подготовку к решающей схватке с фашистским зверем и на победу в этой схватке,– а развитие это пошло... через деятелей правотроцкистской оппозиции, безвинно, дескать, павших "жертвами сталинского террора"."

"Немудрено, что Вы столь заботливо рекомендуете прислушаться к классовому противнику; воистину,– нет у Вас сейчас в мире лучших, более "заинтересованных" друзей, нежели наши классовые противники. Как можно было идейную сферу авторитетнейшей социалистической, марксистской державы за какую-то пару лет разболтать до подобного позора, чтобы на страницах партийных(!) изданий с важной миной, под декламацию о "прорыве на концептуальном фронте", о "новом мышлении" мусолились жёванные-пережёванные "советологические" объедки?" [13]

И сравните, как эти "ударяльщики в колокол", тандем Чикина–Андреевой, полгода спустя всё ещё лебезят перед Горбачёвым, всё ещё боятся этого мерзавца назвать его настоящим именем. В 2008г. Чикин вынужден оправдывать "наивные интонации" в рассуждениях Андреевой: мол, "немногие тогда могли представить, что в высшем руководстве КПСС находятся предатели". [14] Вот то-то и оно, Чикин, что вы-то с Андреевой к этим "немногим" отнюдь не принадлежали.



С СОЖАЛЕНИЕМ я отрываюсь от этого цитирования,– которое вообще-то можно продолжать, продолжать и продолжать.

Что касается "географии" этих обращений, неустанных и неотвязных, она и меня-то сегодня поражает: все сменившиеся за 70-е – 80-е годы Генеральные секретари, секретари ЦК и МГК КПСС, президиумы съездов партии – XXV и XXVI, весь руководящий состав Академии наук СССР – президенты Келдыш, Александров, Марчук, вице-президенты Румянцев, Федосеев, Миллионщиков, академик–секретарь Отделения философии и права Егоров, академик–секретарь Отделения экономики Аганбегян, учёный секретарь Президиума Академии Скрябин, Философское общество СССР, было у нас и такое, во главе с академиком Константиновым, Институт философии, Институт экономики, где директорствовал тогда Абалкин; журналы: "Вопросы философии" – главный редактор Семёнов, перемещённый затем в РУСО (на борьбу, видимо, с "антинародным режимом", пришествию которого он способствовал ничуть не меньше Абалкиных с Аганбегянами); "Вопросы экономики", "Философские науки", "Коммунист" – главный редактор Косолапов, затем откомандированный, опять-таки, в РУСО и вообще в "левое движение", так что не удивляйтесь, когда я это наше "левое движение" клоакой называю. Консультантом же в "Коммунисте" сидел А.Фролов, нынешний член редколлегии "Советской России"; выгораживал всякую ревизиониствующую мразь, которую тогда-то и было самое время схватить, вот именно, за руку.

Но перечень адресатов далеко ещё не исчерпан: "Правда", там с 70-х годов, наверное, целое собрание моих сочинений; не зря они по сей день,– как уже говорилось,– ненавидят меня аж до нервной дрожи. И эта даллесовская "эстафета" прилежно передается у наших "правдистов" из поколения в поколение. Вот почему "Правда" в 1996г. издевательски опубликовала написанную мной Декларацию Съезда граждан СССР первого созыва за подписью Козлобаева. Это была не ошибка, а всё та же сознательная даллесовская подлянка. Сотрудник, готовивший плагиат к печати, прекрасно знал, кто действительный автор документа.

Упомяну ещё некоторые адреса из этого жутковатого списка: "Московская правда", "Известия", Центральное телевидение, Президиум Верховного Совета СССР, КГБ СССР – уже фигурировавший тут у нас Андропов, потом Чебриков, Госплан СССР, Академия общественных наук при ЦК КПСС – Яновский, и т.д.

И это у Чикина – у этого новоявленного бухальщика в лживый колокол – называется "все другие молчали". И надо ещё учесть, что кое-откуда в моём личном архиве имеются весьма выразительные отписки, а в некоторых организациях – у академика Егорова, тогдашнего директора Института марксизма-ленинизма, в Госплане, в Институте философии, в той же "Правде" у С.Г.Родина – состоялись собеседования и даже некое подобие обсуждения моих материалов. Т.е., при желании можно обнаружить вполне весомые фактические свидетельства всех этих "хождений по мукам". Уже не касаясь, что всё это должно бы сохраняться в соответствующих архивах.

Поэтому, если мне Чикин скажет – а я, мол, ничего не знаю и не знал, куда вы там писали, я отвечу: так вы сначала узнайте, а потом уже вешайте людям на уши вашу андреевско-лигачёвскую лапшу. Спросите у  вашего приятеля Лигачёва,– который в бытность свою в ЦК ведал как раз Общим отделом, а в Общем отделе сосредоточивалась работа с обращениями граждан. Спросите у  него, как удалось создать и десятилетиями поддерживать такую "систему" работы с этими самыми обращениями, что честные люди по полжизни бились, как рыбы о бетон гидроплотины, и не могли донести до общественности, до своих соотечественников справедливые, обильно аргументированные и впоследствии сокрушительно подтвердившиеся предостережения о надвигавшейся катастрофе. Предостережения, которые стопроцентно позволили бы эту катастрофу предотвратить, если бы к ним своевременно прислушались.

В отличие от Андреевой, я совершенно убеждена, что ни первой, ни единственной не являлась, и поэтому говорю во множественном числе, хотя опираюсь в основном на свой собственный опыт: ведь мы, авторы критических выступлений предперестроечного периода, не просто и не только обличали, били тревогу. Во всех моих наработках,– к примеру,– плюс к обличениям, содержится пропорционально гораздо более пространная, несравнимо более пространная чисто научная часть, в которой каждый раз демонстрируется, какая реальная проблема сделалась предметом идеологических спекуляций и как она решается при марксистском к ней подходе.

В результате всех этих перипетий и этой борьбы мы имеем то, что составляло их объективную цель и формированию чего никакие враждебные силы, ни внешние, ни внутренние, помешать не могли: мы имеем комплекс или спектр марксистских решений по всем проблемным заторам, обусловившим наше поражение на отыгранном этапе Третьей мировой войны. У нас этих решений лет сорок назад не было, но сейчас они есть – и довольно давно уже есть. Вот объективный смысл того, что произошло.

Интеллектуальный потенциал народа устоял в войне; он принял вызов, вступил в единоборство – и выиграл его. Надо кончать мусолить эти грязные басни, будто народ умственно "спал" с 1953 года по 1988-й. Интеллектуально он не только не "спал", но это была эпоха, когда он,– повторяю,– принял один из тяжелейших и коварнейших вызовов в своей истории, принял – и победил. Потому что на самом деле, в итоге, он уже победил. Только предательский, в корне недобросовестный характер нашего коллаборационистского "комдвижения" препятствует народу осознать факт этой своей интеллектуальной победы и начать в полной мере пользоваться её плодами. Если бы той же КПРФ руководили действительно коммунисты,– не стояла бы последние пятнадцать лет позорная информационная запруда перед идеями СОВЕТСКОГО ПАТРИОТИЗМА, всенародной консолидации ради освобождения нашего Социалистического Отечества. Не то что не глушились бы сегодняшние советско-патриотические выступления, но и все мои,– например,– "диссидентские" работы (мои; а возможно, и даже наверняка, ещё и ещё чьи-то) были бы опубликованы, специально изучались бы и пропагандировались.



УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

мы к этой проблематике будем ещё и ещё возвращаться, но некоторые выводы можно сформулировать и сейчас.

И прежде всего, с истории Народного коммунистического сопротивления в СССР должна быть убрана замшелая глыба андреевско–чикинско–лигачёвского "письма". История эта должна быть представлена общественности в её полном объёме и в истинном свете,– а не в виде такого глумления над Советским народом, как нынче: что американцы тратили триллионы долларов на войну с нами, мы же все тут спали мертвецким сном. Никакое правое дело не может основываться на вранье, и покуда у народа нет перед глазами достоверной картины его сопротивленческого прошлого, он и с будущим своим останется не в ладах, как это имеет место сегодня.

Второе. Сколько это будет продолжаться, что люди, ходившие на той войне по лезвию ножа, тяжело рисковавшие своей карьерой, социальным статусом и едва ли не самой жизнью,– сколько будет продолжаться, что такой человек в нашем "коммунистическом" движении может и поныне пребывать на положении всячески дискриминируемого изгоя? Человек, совершивший не вымышленный, а действительный гражданский подвиг, имеет право на то, чтобы об этом знали его соотечественники,– которым пока что двадцать лет подсовывают разных подсадных уток.

И третье, о чём нельзя хотя бы вкратце не упомянуть.

Это тот болезненнейший вопрос, что КПРФ, взявши на себя миссию служить голосом и рупором для всего нашего левого, прокоммунистического фланга,– и это вообще-то правильно, поскольку у других ни у кого реальных возможностей для этого нет,– но ведь она практикует-то в точности ту же самую, насквозь гнилую сусловско–горбачёвско–лигачёвскую "модель" взаимодействия с народом, из-за которой мы и сидим в оккупационной яме. Не колеблясь, ставлю Лигачёва в одну связку с Горбачёвым, ибо не может второе лицо в партии не нести равную с первым лицом ответственность за катастрофу невиданного военного поражения, происшедшую со страной. Вас же чуть ли не за двадцать лет предупреждали, чёрт вас побери. Ишь, наловчились вылезать сухими из воды. Хватит валить всё на одного Горбачёва, вы все там хороши были. За одну только эту "систему" многолетнего удушения и фальсификации критических выступлений честных рядовых граждан, и то под трибунал надо отдавать при восстановлении Советской власти.

И ведь для них время словно остановилось, и никакой урок не впрок. Окуклились, перезимовали, и опять за своё. С 1996г. Движение граждан СССР пытается получить от Зюганова вразумительный ответ по ситуации с Международным валютным фондом, о его (Зюганова) отношении к проблемам воссоздания СССР, сохранения советского гражданства, консолидации Советского народа и т.д. Бесполезно; как будто к Суслову или к Зимянину какому-нибудь пробуешь достучаться.

Летом прошлого года провели политклуб по проекту Программы КПРФ, вручили наработку руководству Общероссийского штаба протестных действий, заказным письмом с уведомлением послали в Программную комиссию КПРФ. Выходит Иван Мельников с докладом – и пожалуйста: не обращались к ним ни такая организация, как Движение граждан СССР, ни такой учёный, как Хабарова, и не лежит у них в ЦК КПРФ материал, в котором абсолютно неопровержимо (для них) показано, что проект Программы, с марксистской точки зрения, ненаучен и не отражает объективного положения вещей.

Видно, мало истории с "развитым социализмом" и с "социальными последствиями до 2000 года". Ждут, когда по той же схеме, как СССР оккупировали,– и с тем же заботливым их соучастием,– Российскую  Федерацию расчленят.

Как одолеть это зло,– я, откровенно говоря, в данный момент не знаю; но совершенно ясно, что по крайней мере необходимо об этом говорить – говорить непрестанно, во весь голос и без всяких реверансов. Без конца глупить и болванить нацию никто никому права не давал. Тем более недопустимо, преступно заниматься этим в самый разгар войны.

__________________________________________________

[1] См. "Советы граждан СССР" /г. Ростов-на-Дону/ №2, февраль 2006г., стр. 2.
[2] Т.Хабарова. Идеология современного советского патриотизма должна стать преобладающей. Съезд граждан СССР третьего созыва. Москва, 31 октября 2004г. Постановления и другие документы. Ч.1. М., 2005. См. также "Советы граждан СССР" /г. Ростов-на-Дону/ №1, сентябрь 2005г.
[3] См. "Литературная газета" от 7 ноября 1984г., стр. 12.
[4] См. "Правда" от 3 октября 1984г., стр. 3.
[5] "Советы граждан СССР" №7, июль 2007г., стр. 5–6.
[6] См.: Захват. "Советская Россия" от 1 июля 2006г., стр. 10.
[7] Там же.
[8] См.: Поступились судьбой страны. "Советская Россия" от 13 марта 2008г., стр. 3.
[9] Письмо будет опубликовано в "Советах граждан СССР", в одном из ближайших номеров. [http://www.cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/letters/suslovu.htm]
[10] "Советская Россия" от 13 марта 2008г., стр. 3.
[11] Будет опубликовано в одном из ближайших номеров нашей газеты; имеется в Интернете. [http://www.cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/1978/androp-24-11-78.htm]
[12] http://www.cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/eko/Valovomu.htm.
[13] http://www.cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/stali/stalinizm-li.htm.
[14] "Советская Россия" от 13 марта 2008г., стр. 3.


http://cccp-kpss.narod.ru/bpk/poliklub/z35/z35.htm
ПОЛИТКЛУБЫ
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Материалы политклуба
Московского центра Большевистской платформы в КПСС
(Заседание тридцать шестое)
Москва, 14 июля 2009 г.

Секретарь-координатор
Большевистской платформы в КПСС,
канд. филос. наук
Т.ХАБАРОВА

МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКАЯ  ТЕОРИЯ
В  ПРЕДПЕРЕСТРОЕЧНЫЙ  ПЕРИОД
И  В  ОККУПИРОВАННОМ  СССР


Выступление
на XXXVI заседании политклуба Московского центра БП в КПСС
Москва, 14 июля 2009 г.

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

сегодняшний наш политклуб – это, по существу, продолжение нашего предыдущего, XXXV заседания от 29 апреля, и я поэтому заранее обусловливаю, что материал, доложенный 29 апреля, мы давайте будем рассматривать как уже известный; и я, с вашего позволения, именно так и собираюсь им оперировать,– т.е., не углубляясь, по ходу дела, в пояснения и подробности.

Напомню также, что у нас идёт как бы цикл теоретических занятий под общей "шапкой" Современная антикоммунистическая мифология, в том числе в её псевдо-"коммунистических" версиях. И вот, один из вреднейших мифов этого сорта – причём, он активно распространяется как раз нынешними нашими "коммунистами" – один из вреднейших здесь мифов, это утверждения, будто информационно-интеллектуальную войну проиграла, в первую очередь, марксистская наука как таковая.

Она "оказалась не в состоянии предвидеть возникающие угрозы, работать на опережение". [1] "… в "холодной войне" проиграли отечественные идеологи, философы, политэкономы, научные коммунисты, т.е. политологи того времени…" "В области социально-теоретического и идеологического противостояния" им "не удалось создать ничего способного помочь нашей стране не то чтобы победить, но и даже устоять в указанном противостоянии". Они "не смогли предложить ничего дельного, адекватного реальностям "холодной войны" и в этом смысле оставили Отечество … беззащитным перед лицом вышедших из-под контроля процессов". [2]

С сюжетом этим,– как большинство из вас хорошо знают,– мы не однажды вплотную разбирались, самым дотошным образом, с фактами, документами и всевозможными доказательствами на руках. Материалы этих наших разборок неукоснительно размещаются в Интернете, многое опубликовано; мы также прилежно рассылаем их по редакциям левопатриотических изданий и прочим, как говорится, заинтересованным организациям и лицам. [3]

Казалось бы, возразить против нашей аргументации уже абсолютно нечего,– её надо принимать; принимать, вводить в научный и политико-пропагандистский оборот. Ведь тезис о концептуальной, якобы, несостоятельности марксизма – один из козырных тузов психоинформационной войны. Так,– спрашивается,– если есть задел, позволяющий этот козырь из рук врага выбить, почему же этим не воспользоваться? И тем не менее, в ответ,– как будто оглохли или мозги паутиной затянуло,– крутится всё та же шарманка: во всём виновата марксистская теория, она не работает на упреждение, не смогла дать ничего адекватного реальности и т.п.

Сейчас кто-нибудь съехидничает: ну, теперь вы нам начнёте рассказывать, как вы тридцать лет назад писали в разные высокие инстанции, какая проницательная и безошибочная была ваша аналитика и как драматически подтвердились ваши прогнозы.

Допустим, я действительно начну, в который уже раз, об этом говорить. А кто-то из вас знает другой способ, как эту ситуацию сдвинуть с мёртвой точки? Почему ваше ехидство на противоположную сторону конфликта никак не обратится? Почему не спросить хотя бы редакторов вот этих газет, где разные ненавистники марксистской социальной философии десятилетиями свою шарманку крутят: у вас, собственно, что заложило-то,– уши, извилины в мозгах или совесть? Если представлены научные тексты, из которых явствует, что беда со страной была за полтора десятка лет предсказуема и многократно настойчиво предсказывалась, если написаны были целые трактаты о том, как её, этой беды, избежать,– то зачем же столько времени обманывать народ, огульно позорить всю советскую марксистскую мысль, что-де советские философы-марксисты не сумели предложить ничего дельного, оставили Отечество беззащитным?

Может, начать всё-таки,– хотя и с опозданием на четверть века,– отделять мух от котлет? Ведь вся разгадка здесь в том, что марксисты у нас разные были,– ну, просто как всё, везде и всегда разное бывает. Одни служили научной истине и делу построения коммунистического общества в нашей стране. Другие служили конъюнктуре, своей карьере и своей маммоне,– а в конечном итоге, классовому противнику, чем такие вещи обычно и завершаются.

Те, которые служили истине, не только видели, но попросту и не могли не видеть все и угрозы, и вызовы психоинформационной войны. Видели и старались по мере сил дать ответ; и в сумме, по результатам этого многолетнего противоборства, надлежащий концептуальный отпор информационной агрессии классового врага марксистской наукой в СССР был дан.

Желающих удостовериться в этом мы,– пожалуйста,– давно уже приглашаем на наш сайт в Интернете, регулярно пополняемый, где в изобилии представлены документальные свидетельства того, что марксизм в СССР как таковой, как явление духовной жизни Советского народа, ни одного сражения в информационной войне никому не проиграл.

И война в целом – по крайней мере, текущий её этап – оказалась проиграна не потому, что у нас идеология и политико-философская доктрина были негодные. А потому, что на этом направлении агентура влияния сосредоточила едва ли не ударные свои силы. Вы посмотрите только,– что ни мракобес, то непременно либо директор какого-нибудь института, либо главный редактор массовотиражного издания, либо партийный босс, либо топ-менеджер из какого-нибудь Госкомитета и т.д. в том же роде. Все командные высоты были в их руках. Вот и борись с ними,– когда им ничего не стоило не то что без работы тебя оставить, а скажи спасибо, если не очутишься в таком месте, откуда дороги назад можешь и не найти. Или попробовали бы вы пробиться в печать через какого-нибудь Косолапова, или Семёнова (я имею в виду того, который был главным редактором "Вопросов философии", а затем, чуть не до сегодняшнего дня, заправлял в "нашем", так сказать, РУСО). Или через Чекалина, Валового, А.Фролова, Кожемяку какого-нибудь,– называю навскидку только те фамилии, которые в моём личном архиве отражены, и в то же время вам достаточно знакомы.

И отнюдь не только со мной не по-человечески поступали: это был, как говорится, "стиль". Вот очень толковый советский экономист А.И.Кац; убедительнейшим образом доказывал вредоносность, антинаучность косыгинской "реформы". В 1972г. журнал "Плановое хозяйство" опубликовал в трёх номерах большую его статью. [4] Так что бы вы думали? Выскочила эта наша "Правда", знаменитая, с заушательской, облаивающей заметкой, и после этого во всех читальных залах Ленинской библиотеки все три номера журнала со статьёй А.И.Каца исчезли, как ветром их сдуло, ни на открытом доступе их не было, ни по заказу не выдавали. А когда они снова появились, то во всех трёх статья Каца оказалась тщательно вырезана, острейшим ножом. Вот тебе и "дискуссия" по государственно-значимой проблеме. А ведь к тому времени "реформа" уже каждодневно и всесторонне демонстрировала, в какой театр абсурда превращалась с её помощью советская экономика.

В 1-м номере за 1988г. "Коммунист" опубликовал, в безобразно искорёженном (причём, не согласованном со мной) виде, и к тому же в сопровождении злобно-ругательной "телеги", мою статью Сначала разобраться с модификацией стоимости, а затем предлагать конкретные схемы экономического (хозяйственного) расчёта. [5] Весь 1988-й год этого номера  "Коммуниста" на полке в зале текущей периодики в Ленинской библиотеке не было; потом мне просто уже надоело следить. Мой ответ автору "телеги" журнал проигнорировал [6]; не помещены были и те читательские отклики, в которых выражалась поддержка отстаиваемой мною позиции (я знаю об этом, поскольку некоторые прислали копии своих писем мне). Добавить к этому можно только то, что этот мой "прорыв" в массовотиражную прессу был единственным за предыдущие восемнадцать лет и таковым – т.е. единственным – остался, как это ни смешно, на последующие двадцать с лишним.

Вот он во всей своей красе, этот "метод",– посредством которого создавалась картина, будто советские учёные-марксисты и сам по себе марксизм ничего не смогли предложить, чтобы воспрепятствовать информационному разгрому 70-х – начала 90-х годов. Да кто их рассматривал-то, эти предложения? Где можно было поставить их на обсуждение, дискуссию нормальную провести? Это же вам не при Сталине, когда какому-то настырному правотроцкисту персонально глава правительства отвечал. А тут – пиши себе хоть десятилетиями, всё отовсюду будет отлетать, как от стены горох. Где эти предложения хотя бы опубликовать можно было, и чтобы через неделю после публикации их бритвой оттуда не повырезали? Или не облили бы всякой грязью, не дав никому толком по ним высказаться?

Моя только что упомянутая статья Сначала разобраться с модификацией стоимости…,– прочитайте её оригинальный, неисковерканный текст в Интернете,– да она вся одно сплошное, причём блестяще аргументированное предложение: предложение перестать слушать карьерных шарлатанов, типа Абалкина, и незамедлительно покончить с вредительским "реформаторством" в экономике, пока она ещё не полностью развалена; вернуться к сталинским принципам организации народного хозяйства в СССР. Другой разговор, что предложений этого плана тогда не то что спокойно обсудить, а и замечать-то в упор не хотели; но вот уж насчёт того, якобы их вообще "не было", якобы не слали их в пакетах заказными письмами во все, какие ни на есть, редакции, институты, академии, секции, отделы и отделения, чуть не по десятку раз в каждый адрес,– вот уж эти сказки дядюшки Римуса давайте, наконец, оставим. Ведь давно уже установлено, что рукописи не горят; они и не сгорят, пусть никто не надеется, и я не сомневаюсь, что рано или поздно это чудовищное вытаптывание реального, причём богатейшего умственного потенциала нации сделается предметом не только суда Истории, но и суда в каком-то более прозаичном смысле.

Опять же, работа "Свободные профсоюзы" и иные события в ПНР…; ссылаюсь на неё потому, что за ней и в Интернет лазить не надо, она обнародована в 7-м номере нашей ростовской газеты "Советы граждан СССР". И она вся сплошь состоит не из чего иного, как из предложений: из предложений политэкономического и конституционно-правового характера, нацеленных на то, чтобы у нас не разверзся гражданский конфликт по сценарию польской катавасии с "Солидарностью". И в 1981г., когда эти предложения выдвигались, когда в Кремле не уселся ещё главный погромщик социализма в Советском Союзе,– там было ещё время и была возможность наступить на лапу инспирируемой контрреволюции: обуздать разрушительные процессы в недрах нашего общества, поскольку они не являлись стихийно-неотвратимыми, их всячески разжигала и подстёгивала "идейная" агентура геополитического противника.

Но до тех, кому надлежало меры принимать, эти здравые предостережения или вовсе не дошли, или их пропустили мимо ушей, и через считанные годы в стране разразился рукотворный, в своей основе, кризис: кризис, по которому существовал детальный марксистски-научный диагноз и прогноз, и которого, таким образом, вполне можно было избежать.



СКАЖУ ещё особо об "упреждении",– что, дескать, на упреждение не работали; это попросту недобросовестные, бесстыдные бредни, сочиняемые или теми же самыми, или – во всяком случае – того же сорта людьми, которые и тогда, в доперестроечную эпоху, душили вот именно упреждающие, остро принципиальные выступления и не давали народу нормально пользоваться этим его ценнейшим достоянием.

В своём 11-м номере "Советы граждан СССР" поместили мой материал 1979г. Способы "очистки" действующих планово-оценочных показателей: краткий базисный анализ. (*) Эта наработка пыталась предотвратить очередную назревавшую в тот момент то ли глупость, то ли вредительскую придумку на правительственном уровне: это введение в действие показателя так называемой "нормативной чистой продукции". Каковая глупость и была сотворена в июле 1979г., но моя докладная записка датирована маем и тогда же отослана в "Правду" и в Госплан СССР.

В записке этой – скрупулёзнейший политэкономический анализ, в чём вы можете убедиться, посмотрев её в газете; вывод же гласит:

"… замена объёма реализации показателем "чистой продукции" абсолютно ни к каким качественным, неконъюнктурным положительным сдвигам в нашем народном хозяйстве не приведёт…"

"Сохранение в структуре цены манипулятивных по своему базисному содержанию компонентов будет означать лишь, что ими неминуемо опять начнут манипулировать, как только разберутся в их новой "дислокации". Мы не взялись бы предугадывать конкретные уловки этой "новой волны" хозяйственного манипуляторства …, но самый факт, что вместо ожидаемого "повышения эффективности производства" мы столкнёмся лишь с очередной "волной" манипуляций технико-экономическими заданиями, очковтирательства и расхитительства, никаким сомнениям не подлежит."

Ну и что, это вам не опережение? Как это "не работали на опережение", сколько можно врать? Десять лет "чистая продукция" дополнительно отравляла атмосферу в нашей и без того замордованной экономике, и наконец та же "Правда" вынуждена была признать, что от этой разрекламированной якобы-панацеи ничего, кроме лишнего разора, не произошло. Но при этом тамошние мудрецы ни словом не обмолвились, что их за десятилетие предупреждали, причём неоднократно, какой у возни с "чистой продукцией" будет финал.

Уже после принятия злополучного постановления, в сентябре 1979г., мною было направлено письмо персонально Д.В.Валовому, и снова с дотошнейшим теоретическим анализом [7]; а резюме анализа такое:

"Вышепроделанные рассмотрения позволяют убедиться, насколько в стороне от объективно-логической "магистрали" развития коммунистического способа производства в СССР лежит недавно опубликованный проект относительно широкого внедрения в хозяйственную практику показателя "чистой продукции". Соответствующие партийно-государственные документы – "исторические", как Вы их аттестуете,– опять, по укоренившейся у нас вредоносной "традиции", принимались без малейшего учёта критических настроений среди "непривилегированных" граждан страны; последовательно-марксистским взглядам в экономической науке опять не предоставили никакой,– по существу,– возможности обнародования и свободного общественного обсуждения…"

"Авторы … постановлений касательно "чистой продукции" предлагают нам не радикальное, политически-оздоровляющее решение проблемы, но попросту ещё один вариант фондового прибылеобразования,– тогда как загвоздка … не в нахождении "лучших" вариантов формирования фондовой прибыли, а в том, что самый этот   принцип  "прибыли к фондам" ненаучен и классово-неприемлем в условиях социализма."

В данном случае мною взят пример вот с этой "чистой продукцией"; но вообще таких примеров массу можно привести: и с "наукой прогностикой", и с "развитым социализмом", и с законом о государственном предприятии 1987г., и т.д. И каждый раз перед нами неопровержимо обрисуется реальная, а не лживо накрученная расстановка сил, как она была в действительности: с одной стороны – марксистский подход во всеоружии своей аргументационной и упреждающей мощи,– ибо все мои предостережения сбылись сокрушающе, стопроцентно, придуманная концептуальная "безрукость" марксизма – это гнусный клеветнический вздор, распускаемый "пятой колонной". И с другой стороны – вот эта самая пятая колонна, реанимированная Хрущёвым, затем Андроповым, обросшая разными приспособленцами, поскольку пятиколонники стремились всюду захватить руководящие должности, на этих должностях они создавали вокруг себя определённую конъюнктуру, а конъюнктура уже засасывала всякую обывательскую мелюзгу, которой,– к сожалению,– везде достаточно. И эти Валовые, Косолаповы, Бестужевы-Лада и прочие, им же несть числа, во-первых, душили в государстве подлинно марксистскую мысль, а во-вторых, сооружали то один, то другой лохотрон якобы "от марксизма": кто "развитой социализм", кто "чистую продукцию", кто "комплексную программу научно-технического прогресса" с "социальными последствиями" до 2000 года. Когда лохотрон навредит стране так, что дальше уже некуда, его организаторы, глазом не моргнув, преспокойно от него отрекаются,– как Косолапов от "развитого социализма": извините, мол, ошибочка вышла, бес нас попутал, нам это навязали, нас втянули, нас втравили и т.п.

На самом же деле никто их никуда не втягивал, а наоборот – это они затаскивали наше общество из одного в другой тупик. И причём, с каким ещё гонором, апломбом, кривляньем. Как мне из "Коммуниста" ответили в конце 70-х годов: мы не будем с вами полемизировать по поводу понятия "развитой социализм", ибо оно вошло в директивные документы. На предыдущем нашем политклубе молодой человек рьяно защищал Косолапова: ведь он же признал свою ошибку! Да, свою ошибку он признал. Но есть одна чрезвычайно важная вещь, которую эти косолаповы никогда не признавали и признавать упорно не желают. И эта вещь, это тот факт, что в любой из этих ситуаций были учёные, которые никаких ошибок не совершали, трезво оценивали объективное положение, безукоризненно предвидели ход событий и давали взвешенные рекомендации, и если бы к этим рекомендациям прислушивались, много чего очень и очень скверного со страной не случилось бы.

Вот это и была марксистско-ленинская наука в её подлинном, настоящем облике,– марксистская наука, практически загнанная в подполье этой, извините, сворой. Сворой, которая вначале всякую дурь в директивные документы заталкивала, потом полемизировать не хотела, потом каялась в ошибках по формуле "я не я, и лошадь не моя". А потом – и вот тут самое интересное – потом норовила на Маркса с Энгельсом и огульно на всех "отечественных философов", без разбора, свалить ответственность за свои собственные выкрутасы и за то, что общество по её милости десятилетиями оказывалось без надлежащего идеологического обеспечения.



УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ, я так неотвязно верчусь, что ли,– как бы это сказать,– вокруг этой  темы, потому что вот эта "коммунистическая" борьба с подлинно-коммунистической теорией и идеологией, борьба с ними не извне, а изнутри реально существующего социализма, она ведь идёт – ну вот сколько я себя помню, как учёного. Идёт, и не только никаких признаков затухания не видно, но ещё новой наглости где-то набирается.

Само собой, кто-то может опять съязвить,– мол, вам бы очень хотелось, чтобы именно ваши труды олицетворяли марксизм-ленинизм второй половины XX – XXI века, вот вы так всё и изображаете, что если вам ходу не давали, значит, боролись с марксизмом как таковым.

Да дело не в том, чего бы мне хотелось, а в том, что так оно в действительности и было, и есть. И сие так же от меня не зависело, от моих пожеланий, как и от вас. Просто Родовое Поле,– о котором речь у нас шла на XXXI политклубе в августе 2006г.,– просто оно мне эту работу "поручило", а когда оно кому-то что-то "поручает", оно никого не спрашивает, хочется ему или не хочется эту работу выполнять. Просто ты понимаешь, что выполнять надо, любой ценой, иначе тебе же хуже будет. Такие,– объективно,– наши взаимоотношения с Родовым Полем (или, что то же самое, с чувством нравственно-гражданского Долга внутри нас.

И вот, работа выполнена, и результат называется – да, он называется марксизм-ленинизм, как он должен быть и как он есть на рубеже XX и XXI столетий. А что работу эту "поручили" мне и выполнена она мной – так моих пожеланий на этот счёт, повторяю, никто не спрашивал, как и ваших, и все претензии по данному поводу адресуйте Родовому Полю.

На политклубе Кто же из нас действительно КПСС?, это декабрь 1998г., один из участников сказал: "Сильнейший теоретик в стране, на сей день,– это Хабарова. Надо всем по-честному это признать, тогда вещи сами встанут на свои места." [8]

И хотя мне по понятным причинам не совсем сподручно обо всём этом говорить и выражать полнейшее своё согласие с вышеприведённой оценкой, как с единственно здравой для создавшейся обстановки,– тем не менее, необходимость заставляет это делать, несмотря ни на какие и ни на чьи ухмылки, ужимки и прыжки. Потому что, при нынешних наших обстоятельствах, неумеренная щепетильность с нашей стороны играет только на руку врагу и используется им как эффективное оружие против нас же.

Сильнейший теоретик?.. Да, и пусть мне кто-нибудь попробует что-то мало-мальски вразумительное возразить.

Вот провозглашается, под литавры и фанфары, от имени партии и Советского государства, открытие "всемирноисторического значения" (как нас сразу же предупреждают): концепция развитого социализма. Записывается в Конституцию страны, штампуется партийными форумами наших союзников по соцлагерю (т.е., чуть ли не в мировом масштабе!). Авторство "концепции" берёт на себя лично Генеральный секретарь ЦК КПСС. Прокатывается лавина публикаций – апологетических, того разряда, с которыми полемизировать и не принято, и совершенно бессмысленно, да и попросту опасно.

Возникает, посреди всей этой аллилуйщины громоподобной, неизвестный широкой общественности кандидат наук и заявляет: ничего всемирноисторического тут нет, а есть – с точки зрения марксистской теории двух фаз коммунистического революционного процесса – сплошная путаница и идейная безграмотность, которая никаких проблем нам не решит, но вот новых добавит, причём весьма увесистых и весьма скоро.

И что бы вы думали? И трёх лет не проходит, как разверзается в сопредельной соцстране – кстати, наиболее безрассудно взявшей на вооружение "концепцию развитого социализма",– разверзается там целый букет этих самых проблем, столь нелицеприятно спрогнозированных. Оглянуться не успели, как всё это и нас неумолимо начинает захлёстывать, причём в гораздо более трагичной и разрушительной форме, нежели у поляков.

Так; а теперь ответим на вопрос: кто же тут из теоретиков сильнейший? Брежнев, Суслов, Пономарёв Б.Н., академик Федосеев с его Отделением философии и права, академик Константинов с его Философским обществом, Косолапов со всем авторским активом "Коммуниста", Афанасьев с "Правдой", Яновский с Академией общественных наук при ЦК КПСС? Или, может, кто-нибудь из тех, кто нынче при КПРФ в теоретических светилах числится,– Зюганов, Юрий Белов, Никитин В.С., Кара-Мурза, Трушков с Плетниковым и Клоцвогом, и т.д.?

Сильнейший теоретик здесь – это тот кандидат наук, который своевременно, твёрдо и в полный голос предостерёг, посреди всеобщего умопомрачения, что "развитой социализм" – не "концепция всемирноисторической значимости", а ревизионистская ловушка, из которой чем скорей мы выберемся, тем меньше бед она сумеет нам причинить.

И второй вопрос, неизбежно из первого вытекающий: а вообще, в этой коллизии с "развитым социализмом", там марксистская философская мысль, марксистский взгляд на вещи как-то присутствовали,– или уж вовсе без них так всё и обошлось?

Господи, да конечно же, присутствовали. Вот тому нашему кандидату и принадлежали, очевидно и неоспоримо, марксистски-научный анализ ситуации и марксистски-научный  прогноз её развёртывания, на практике триумфально подтвердившийся. Ну, а какую фамилию сей кандидат носит, то,– хотя она, фамилия эта, в номенклатурных списках и тогда не значилась, и не значится сегодня,– всё равно придётся к ней привыкать.

Всячески хочу подчеркнуть, что мало где вот этот номенклатурный подход нанёс нам столько вреда, как в идеологической сфере. Может, потому, что здесь профессиональную непригодность легче скрыть; может, из-за её престижности и "статусности" сюда, как мухи на мёд, всякий карьеристский элемент слетается, но только уровень вот именно профессионализма и научной добросовестности в нашем официальном обществоведении в предперестроечные времена упал до такой отметки, что его иначе, как маразмом, нельзя было и назвать.

В статье "Свободные профсоюзы" и иные события в ПНР…, там цитируются примеры "определений", которые этими учёными мужами давались ими же изобретённому "развитому социализму":

"В обобщённой форме особенность общественных отношений в условиях развитого социализма состоит в достижении более высокого уровня общественно-экономических отношений…"

"Главная сущностная характеристика развитого социализма заключается в том, что это целостно, комплексно зрелый и развитой социалистический общественный организм…"

"Это период, когда все стороны и элементы структуры общественной жизни получают оптимальное развитие." "… период, в ходе которого … устраняются имеющиеся недостатки." [9]

Естественно, при помощи подобной халтуры никакие стоявшие перед страной проблемы не решались. Но это был результат совокупного действия вредительства и халтуры в идеологии и в общественных науках. А вовсе не того, что само по себе марксистское учение неспособно было, якобы, с этими проблемами справиться. Марксизм ко всему этому безобразию никакого, можно сказать, касательства не имел. Его оттеснили, вытолкнули за официальные рамки, ну что ж, он и там, за рамками, продолжал делать то, для чего был создан его основоположниками: т.е., находить те стратегические решения, в которых на тот или иной момент нуждалась власть трудящихся. И те, в которых она нуждается на текущий момент.

Самое омерзительное во всей этой истории то, что мы вот тут талдычим о коммунистическом, патриотическом и прочем движении, о возрождении социализма, а между тем, в идеологии у нас – т.е., в сердцевине всего нашего предприятия – по-прежнему хозяйничает тот же симбиоз агентов влияния и прислуживающих им халтурщиков, в огромной мере благодаря которым социализм и был предан  и погублен.

Причём, и люди-то подчас те же самые. Соответственно, и методы у них те же самые. Стоит ли удивляться, что и плоды применения этих методов на нашей нынешней "оппозиционной" ниве, они по своей результативности такие же, какими "развитой социализм" нас угощал.

Вот есть среди наших "оппозиционных", уж простите за откровенность, иллюзионистов некто Чекалин. В эпоху "развитого социализма" – сотрудник "Правды". Где-то под занавес 1980-х годов, когда стала очевидна вся тщета надежд, возлагавшихся на "чистую продукцию", наступила там у них, в этом их манипуляторском "цикле", очередная фаза "покаяния в ошибках" и взваливания вины за эти "ошибки" на кого угодно, кроме самих себя: на некое коллективное потемнение в мозгах, которое всех, дескать, обуяло, куда-то "затянуло", а посему конкретных виноватых нет. В "Правде" статья в этом ключе появилась за подписью Чекалина.

Поскольку в "Правду",– как уже говорилось,– в своё время, в числе всего прочего, ушла не одна моя наработка по проблематике "чистой продукции", мне представилось уместным товарищам об этом напомнить.

И вот отрывок из моего письма этому самому Чекалину, письмо датировано апрелем 1989г.:

"А ведь в действительности-то его, этого коллективного затмения, не было. Не было и в случае с НЧП, и во множестве подобных же коллизий. Было совсем другое: что люди, не обладающие достаточной широтой мышления, оголённо силовыми "методами" принижали до себя общий реальный уровень советской науки, противясь своевременной огласке мнения своих оппонентов. Ведь, перефразируя популярный ныне афоризм,– без меня и без тех, кто думал аналогично, но так же не получил возможности высказаться, без нас наука "не полна". А с нами – с нами, выходит, наука-то наша прекрасно знала, знала с самого начала, что упования, к примеру, на ту же "нормативную чистую" ни к чему толковому не приведут. Как бы, тов. Чекалин, постараться вот эту "зрячую часть" нашей обществоведческой мысли не загонять по-дурацки в подполье, но извлечь из неё всю ту огромную пользу, которую она может, должна и предназначена приносить народу, государству, социалистическому строительству в Советской стране?"

"Вы говорите … о безотлагательной нужде в "хорошей теории", о досадной необходимости принимать решения, не дожидаясь, пока обществоведение преодолеет свой "внутренний" кризис; спрашиваете,– что же делать? Отвечу: по-честному, по-порядочному предать гласности всё то, что хотя бы и в вашей редакции томится по сию пору в архивных "завалах",– к тому же, непрерывно и варварски, день ото дня, пополняемых. С нами со всеми – с авторами не только назойливо навязываемых публике, но и дискриминируемых работ,– если со всеми нами, то "кризиса" в нашем обществоведении нет. Он у Аганбегянов, кризис. А с теми, по чьим трудам Аганбегяны, Федосеевы и прочие год за годом возят паровым катком своего "научного авторитета",– со всеми нами, клянусь, кризиса нет, он создан искусственно."

"Не теорий "хороших" нам не хватает, а здравой, честной и непредвзятой мерки, позволяющей отделить "хорошие" теории – т.е. такие, которые не боятся сопоставления с реальной жизнью,– от тех, что подобного сопоставления явно и безнадёжно не выдерживают. Если теория предупреждает, что вот из этого неизбежно получится вот то-то, и на деле именно так и получается,– это и есть "хорошая" теория. А если теория сулит одно, на деле же выходит нечто прямо противоположное,– нужно перестать за эту теорию цепляться. Давайте применим этот единственно цивилизованный критерий, и мы убедимся,– кажущийся "дефицит" на идейно-теоретическом поприще, как и повсюду, существует только потому, что он кому-то выгоден, что кто-то чувствует себя в этих условиях "хозяином положения"." [10]

Ну конечно же, г-н Чекалин, как за десятилетие до него Валовой, как другие "экономисты"-иллюзионисты того же пошиба, на письмо не ответил.

Он пылал благородным негодованием по поводу "кризиса" в советском обществоведении и взывал к небесам о даровании "хорошей" политэкономической теории. Между тем как теория даже не то что хорошая, но поистине экстра-класса, если оценивать по её прогностической непогрешимости,– такая теория далеко, далеко не первый год лежала в архиве и "Правды", и бессчётного количества всяких иных организаций, не буду их снова перечислять.

Итак, двадцать лет назад было сформулировано: этот "идейно-теоретический" иллюзион творится потому, что он кому-то очень выгоден, что под его прикрытием кто-то чувствует себя "хозяином положения". Надо ли уточнять, что при таком бардаке в идейно-теоретической сфере "хозяином положения" чувствовал и чувствует себя ведущий с нами психоинформационную войну транснациональный капитал. Причём, хозяином положения не где-то там в частности, а во всей нашей стране.

Естественно, и прилипалам разным конъюнктурным,– чьими руками, в конечном счёте, всё это вытворяется,– им тоже и тогда перепадало по первому разряду, и в наши дни перепадает неплохо: кому газета, кому "партия", кому кресло в "Госдуме", в целом все устроены.

Среди многочисленных – к сожалению – удач нашего противника в  информационно-психологической войне одна из счастливейших для него, это то, что он изловчился весь этот "идейный" балаган переместить, почти в нетронутом виде, в нашу "постсоветскую", оккупационную действительность, под названием "коммунистического движения".

И здесь они, иллюзионисты эти "коммунистические",– или имитаторы, используя более традиционное наименование,– занимаются совершенно тем же самым, что и при "развитом социализме". Т.е., всеми способами зажимают, шельмуют, "прессуют" те – и именно те! – идеи, которые нужнее всего Советскому народу как находящемуся на временно оккупированной территории своего Отечества, полнее всего выражают его объективно-исторический классовый интерес. Это с одной стороны. А с другой – также всеми способами стремятся посеять в умах, внедрить в массовое сознание впечатление о марксизме как о какой-то "провальной" идеологии: из кожи вон лезут, доказывая, будто по-настоящему работающей, практически рекомендативной марксистской теории у нас и на сегодняшний день нет, нет и ещё раз нет,– и при Советской власти, там опять, видите ли, один сплошной "застой", ничего предложить не могли, "холодную войну" проиграли,– и вообще неизвестно, имели ли мы такую теорию когда-нибудь.

Вернёмся ненадолго к Чекалину.

Мы немало материалов посылали и в его нынешнюю "Экономическую и философскую газету". А куда от них денешься, от этих Чекалиных, Чикиных? Ведь по-прежнему всеми крупнотиражными изданиями, теперь уже в рамках "левого движения",– по-прежнему они распоряжаются. Вот и приходится делать вид, будто мы их принимаем не за тех, кто они есть по своей сути.

Короче, ушли в эту самую "Экономическую газету" и документы Съездов граждан СССР первого, затем второго созывов, в том числе воистину эксклюзивное по своему смыслу и значимости Постановление 2001г. О статусе СССР как временно оккупированной страны. Его даже дважды туда отправляли: и по почте, и потом ещё "вручную" носили. В редакции вертели-крутили, попросили комментарий на 10 тыс. знаков к Постановлению написать. Ладно, написали и комментарий [11], хотя ясно было, что это просто увёртка. Как и следовало ожидать, ни комментарий, ни само Постановление в газете не появились. Но зато появилась, спустя некоторое время, статья, до отказа набитая каким-то патологическим уже, по своей наглости, враньём на ту тему, что,– мол,– в стране нет абсолютно никаких теоретических разработок по вопросам восстановления СССР, что никто, кроме автора этой оголтелой брехни, некоего Гуревича, не осмеливается "даже и приблизиться" к этим проблемам, что все "глухо молчат" и сия брехня является, ни более ни менее, "первой попыткой" разобраться в СССРной проблематике. И вот это изрыгается в 2005г., через десять лет после проведения Съезда граждан СССР первого созыва, с публикацией его материалов, через четыре года после Съезда второго созыва и через год после Съезда третьего созыва. Через пять лет после того, как опубликован подготовленный Съездом проект новой редакции Конституции СССР. После того, как в результате упорнейшей многолетней борьбы Движения граждан СССР,– о которой, к слову, систематически оповещало Радио "Резонанс",– люди наши получили возможность оставить себе "на хранение" советские паспорта. В Москве, где обитают Гуревич с Чекалиным, с 1996г. регулярно проводятся митинги в годовщину Мартовского референдума, в День Конституции СССР 7 октября и даже в День Сталинской Конституции 5 декабря. И пр., и пр.

Ну хорошо, Гуревич; с этим всё понятно,– как ни жаль, но такого … добра достаточно в нашей "оппозиции" плавает. Но Чекалин? Это уже вещь гораздо худшая и более серьёзная, чем что-то где-то плавает. По существу, это осмысленное, целенаправленное, много лет практикуемое, причём какой-то слаженной командой, вытравливание из идеолого-информационного пространства нашего общества как раз тех взглядов, подходов, знаний, теоретических конструкций, которые объективно нужны, которые адекватно оценивают обстановку, могут и предупредить об опасностях, и вывести на верный путь.

Вспомните наш апрельский политклуб и посмотрите, как у них с Чикиным всё перекликается.

Там выкопали Андрееву и провозгласили, якобы до неё, до 1988 года, "все молчали", Советский народ спал, как быдло,– тогда как в действительности марксистская наука в СССР уже минимум с середины 1970-х годов формулировала убедительнейшие, многоаспектные "штормовые предупреждения" о назревавшей в стране контрреволюции. Но кому-то было позарез выгодно объявить все эти предостережения "не существовавшими". Как говорится: догадайтесь,– кому? А ведь они не по наитию делались, за ними стояла гигантская, кропотливая научно-аналитическая работа.

В точности то же и сегодня: страна оккупирована, на какой идеологический фундамент должен опереться в этой ситуации народ, здоровые силы в нём? Однозначно,– на идеологию современного советского патриотизма. На идеологию возвращения Советского народа в национально-самосознательное состояние и развёртывания им борьбы за освобождение от империалистической оккупации, за независимость и территориальную целостность Союза ССР, де-юре продолжающего своё существование. А вы много об этом читали в нашей так называемой "левопатриотической" прессе за последние 18 лет? Нет,– там опять заезженная пластинка гундосит, якобы "все молчат", никаких наработок не имеется, никто ничего подобного не говорил, да и людей-то таких днём с огнём не видать. Если раньше одну Хабарову изображали чем-то вроде призрака или наваждения, то теперь целую организацию замечать не желают. Им несут Постановления Съезда граждан СССР, они в ответ гугнят: никто проблемами СССР не занимается, наработок таких не существует.

Ну, и это не под заказ геополитического противника делается? Это только зависть, глупость и т.п.? Вряд ли, ой, вряд ли. Куда логичней предположить, что советнички из Международного валютного фонда и прочих богоугодных заведений, они не только бюджет за нас пишут. Но и оппозиция наша "системная", она тоже без надлежащего присмотра и контроля отнюдь не оставлена.



УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ, в заключение я коротко подытожу, почему мы вновь и вновь возвращаемся к этому кругу проблем.

Мы все хотим, чтобы Родина наша снова стала социалистической, чтобы социализм в ней преодолел и изжил всё то, что требовало именно преодоления и искоренения, чтобы страна заняла подобающее ей на планете место могущественной самодостаточной сверхдержавы, а не чужих колониальных задворков, управляемых откуда-то из-за рубежа.

Это всё прекрасные, благие и справедливые цели; хотя тут есть одно большое "но". И это "но" – это то, что достижение этих целей не может до бесконечности строиться на разного рода вранье, и на вранье они никогда не будут достигнуты. Это нужно яснейшим образом себе представлять.

А мы, между тем, в этом нашем коммунистическом, с позволения сказать, движении – которое, мы вот здесь с вами разбираем, что такое оно есть на самом деле,– мы в нём буквально утопаем во всевозможном вранье. Причём, люди уже свыклись с этим, вжились в этот виртуальный мирок, лживый, и похоже, даже не очень-то и хотят его покидать.

Но покинуть его всё же придётся; и вот эти наши экскурсы под общим заголовком "Современная антикоммунистическая мифология…", они как раз на это и направлены, как раз этого мы и добиваемся.

Ну, давайте "на прощанье" бросим ещё взгляд,– для пущей убедительности,– на враньё это застарелое вокруг марксизма. Вы глазам своим не поверите, какой чушью вы дали себя заморочить.

Итак, до перестройки лет двадцать, а то и тридцать не развивалась марксистская, коммунистическая идеология у нас в СССР, в ней царил "тяжелейший застой", это и в новой Программе КПРФ записано. Причём, пишут-то,– как ни смешно,– люди, которые из разных идеологических отделов, из редакторских и прочих указующих кресел не вылезали, т.е. мы им,– получается,– и обязаны этим самым застоем.

Проходит после перестройки ещё двадцать лет, и всё это время от наших "левых" визгунов мы только и слышим, что опять ничего не развивается, нет теорий, концепций, разработок и т.д.

Ну, и как же это может быть, позвольте вас спросить? Если доктрина добрых полвека не развивается изнутри самой себя, значит, она попросту мертва. Значит, надо поклониться идеологическому противнику и идти смиренно к нему на выучку. А не пыжиться, что мы, мол, на основе марксистско-ленинской теории повторно поведём народ к коммунизму. Куда кого вы поведёте, если теория ваша,– с ваших же слов,– полвека, как почила в бозе? Ах, вы поднатужитесь и всё-таки поведёте. А где же вы эти-то полвека, тридцать, двадцать лет были? Вы же всю жизнь зарплату получали не за что иное, как за это самое "развитие марксизма". И теперь,– выходит,– только ещё собираетесь его "развивать"; а чем до сих пор занимались, неизвестно.

И вот, если мы с этой анекдотической и абсурдной, и позорной картиной соглашаться не намерены,– а мы не намерены,– то нужно, наконец, из всего происшедшего сделать единственно разумный вывод.

А именно; никаких полувековых "пауз" в развитии марксистского учения не было и быть не могло, поскольку само предположение о подобной "паузе" есть не заслуживающая обсуждения глупость. Имело же место явление, нередко в истории встречающееся, когда социально-философская доктрина, будучи в реакционный период вытеснена с поверхности политической жизни, уходит куда-то вглубь народного сознания и продолжает развиваться там. Причём, как правило, даже в более интенсивной и радикальной форме, словно компенсируя своё временное вынужденное отсутствие "наверху".

Вспомните, как В.И.Ленин говорил о "революционной роли реакционных периодов" и приводил в пример период после революций 1848г. в Европе, ознаменовавшийся появлением Марксова "Капитала". В свою очередь, самим Владимиром Ильичём в период столыпинской реакции было создано одно из крупнейших произведений марксистской философской мысли – "Материализм и эмпириокритицизм".

В точности так же и у нас, в период ползучей психоинформационной агрессии и воспоследовавшей оккупации страны, марксизм оказался фактически изгнан из официального употребления, усилиями разных Сусловых – Андроповых, плюс целая армия высокопоставленных коллаборантов от "науки", а затем ещё манипуляторов от "комдвижения". Но никакой его полувековой "спячки", а тем паче "смерти" не произошло: по исторически отработанной схеме он "ушёл в народ", и там продолжилось его развитие, закономерное и необходимое для людей труда. Для людей труда не только в нашей стране, но и по всему земному шару.

И хотя нынешний "крестовый поход" против марксизма – или, что то же самое, против современного ленинско-сталинского большевизма,– он по своей протяжённости и озверелости несопоставим с европейской реакцией середины XIX в., не говоря уже о нескольких годах столыпинского мракобесия,– всё равно кончится это так же, как кончалось всегда. В свой срок доктрина заново утвердится на политической арене, причём в ещё более победоносном концептуальном великолепии, чем когда-либо ранее. И названия вот этих работ, которые сегодня упоминаются в основном лишь на наших мероприятиях и среди ближайших наших сторонников, они будут произноситься повсюду как пример творческой несгибаемости и жизненности коммунистической идеологии, так же, как мы с вами нынче произносим названия тех же "Капитала" или "Материализма и эмпириокритицизма".



УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ, мне осталось сказать ещё о том, с чего,– наверное,– следовало бы начать сегодняшнее заседание: с пояснения, что оно посвящено 18-й годовщине образования Большевистской платформы в КПСС, которая была учреждена на Всесоюзной конференции в Минске 13–14 июля 1991г.

Но я думаю, что прослушав доложенный текст, вы уже поняли, почему об этом говорится не вначале, а под занавес. Потому что создание Большевистской платформы, это и была попытка здорового, творческого заряда или ядра в советском марксизме вырваться из тисков двадцатилетнего (по меньшей мере) замалчивания и удушения, дать знать о себе мыслящей общественности. О чём и шёл здесь у нас разговор.

Правда, шансы на успех были минимальны, поскольку,– к сожалению,– на очереди стояло отнюдь не общее оздоровление обстановки в стране, на очереди стояла оккупация. Одной из задач оккупантов как раз и было – выманить отовсюду подавлявшиеся при Брежневе – Андропове прокоммунистические элементы, учесть их, поставить под контроль и проимитировать. Кадры же имитаторов уже были наготове. Та же Андреева – с единственной статьёй в газете, сравните это с моим двадцатилетним "революционным подпольем" и с тем необозримым научным заделом, который в этом подполье был наработан.

И всё же упускать этот шанс тоже было категорически нельзя. Поэтому к имевшемуся заделу мной был добавлен ещё и превосходный документ Большевистская платформа в КПСС,– под который, собственно, и созывалась летом 1991г. Минская конференция.

Кстати, довольно-таки комично: Андреева ныне ссылается на этот документ как на доказательство того, что её (Андрееву) не удалось, дескать, "морально сломать и уничтожить" и она "положила начало возрождению большевизма" в СССР. [12] Да это кого сломать-то не удалось, Нина Александровна? Человека, написавшего цитируемый вами документ, от первой до последней строчки, т.е. меня. А вас, простите, никто и не ломал, вас только рекламировали. И с возрождением большевизма, тоже надо ближе к объективной истине пришвартовываться. Никакой Чикин, никакой Лигачёв не помогут вам, в конечном счёте, на чужом месте в истории удержаться.

Короче, все решения по Большевистской платформе выглядят, в ретроспективе, правильными,– несмотря ни на какие накладки и подвохи. Она сумела закрепиться на политической сцене, обозначив собою местопребывание, в нашей оккупационной действительности, подлинно возрождённого – аутентичного, если можно так выразиться, большевизма, он же марксизм эпохи империалистических войн и пролетарских революций (увы, не устарело это классическое определение). И она ведь не просто служила неким поплавком или даже маяком: все эти годы мы вели энергичнейшую идейно-информационную деятельность, и если нас могут ещё попрекнуть малочисленностью, то вот уж о плодах нашей информационной активности никак не скажешь, что их мало или чего-то нехватает. Между тем, война с нами идёт,– и по сию ещё пору,– информационно-интеллектуальная, так что прикиньте сами, от какого фактора зависит, в последнем итоге, её исход.

Поэтому поздравляю всех нас, товарищи, с тем, что такое явление, как Большевистская платформа, в нашей теперешней жизни существует и неутомимо действует. И напоминаю, лишний раз, что мы полностью открыты для присоединения к нашей работе. А работы, её много, и занятие, как мне кажется, найдётся для всех.

__________________________________________

[1] А.В.Воронцов, Ф.З.Ходячий. Социальная база КПРФ. "Советская Россия" от 20 мая 2004г., стр. 5.
[2] "Отечественные записки" №141 от 18 сентября 2007г., стр. 6.
[3] Так, наработка предыдущего политклуба ушла в "Правду", "Советскую Россию", "Экономическую и философскую газету" и Г.А.Зюганову персонально – заказными письмами с уведомлением.
[4] См. А.И.Кац. Запоздалые признания и бесплодные заимствования. "Плановое хозяйство", 1972 №№7, 9, 10.
[5] [ http://cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/snachala.htm]
[6] См. Т.Хабарова. Возврат неизбежен – и плодотворен. [ http://cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/vozvrat.htm]
(*) http://cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/eko/sposob.htm.
[7] [ http://cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/eko/Valovomu.htm]
[8] См. "Советы граждан СССР" /г. Ростов-на-Дону/ №6, март 2007г., стр. 6.
[9] "Советы граждан СССР" №7, июль 2007г., стр. 2.
[10] http://cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/1989/chekalin.htm
[11] См. "Советы граждан СССР" №5, декабрь 2006г.
[12] См. Возрождение большевизма. К 20-летию публикации статьи Н.А.Андреевой "Не могу поступаться принципами".


http://cccp-kpss.narod.ru/bpk/poliklub/z36/z36.htm
ПОЛИТКЛУБЫ
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Граждане СССР, объединяйтесь!



СЪЕЗД ГРАЖДАН СССР
ИСПОЛНИТЕЛЬНЫЙ  КОМИТЕТ

127322, Москва, а/я 82. Телефон (495) 610-56-83; моб. 8.926.846.28.67
http://www.cccp-kpss.narod.ru; E-mail: pochta-sssr@mail.ru


За нашу новую Победу,
но она возможна только под знаменем
СОВРЕМЕННОГО СОВЕТСКОГО ПАТРИОТИЗМА!


Дорогие сограждане,
                     советские люди!


Поздравляя сегодня друг друга, всех своих родных и близких, товарищей по борьбе, всех,– как встарь говорилось,– соплеменников с 75-летием Победы Советского народа в Великой Отечественной войне,–
        – мы, конечно же, преисполняемся гордости и самых светлых чувств от сознания того, что это Деяние, одно из грандиознейших в истории человечества,– Победа Сорок пятого года,– что она есть свершение нашего, Советского народа, нашей страны и нашего государства – Союза Советских Социалистических Республик, того общественного строя – социализма, под знаком которого страна наша в то время существовала и развивалась.

Мы,– во всяком случае, сознательнейшие из нас,– полны решимости не допустить, чтобы слава и честь великой Победы переадресовывались каким-то другим нациям и странам, другим общественным силам.

Мы готовы отстаивать Победу как явление и символ мощи и торжества нашего, Советского духа, Советского взгляда на мир, Советского державного жизнеустройства.



Да, всё это так, но у этой лучезарной, блистательной победной медали есть, к сожалению, и обратная сторона. Ни один подлинный советский патриот не должен ни на минуту забывать, что названия страны – победительницы гитлеризма вот уже почти три десятилетия нет на политической карте мира, что наша Социалистическая Родина оказалась предательски повержена в результате Третьей мировой войны, которая разразилась практически сразу по окончании Второй мировой, и что нынче Отчизна наша изнывает под ярмом неофашистской оккупации, гораздо более изощрённой и опасной, чем предыдущая гитлеровская.

Нас так же целенаправленно и методично истребляют как Народ, так же стремятся стереть с лица Земли всякие следы существования Советской цивилизации, созданной нами по заветам и под руководством наших великих Вождей Ленина и Сталина. Наши недра нам фактически уже не принадлежат; десятками тысяч(!) уничтожаются не то что вполне конкурентоспособные, но подчас и попросту уникальные по своему технологическому уровню промышленные предприятия самых разных профилей, составлявшие основу советских производительных сил. Современные троглодиты, разрушители промышленного потенциала своей страны, с людоедской похвальбой демонстрируют газоны и прогулочные эспланады на месте всемирно известных в своё время заводов, продукция которых пользовалась неизменным спросом и у себя в Отечестве, и в какие только уголки планеты не уходила по экспорту,– и также с неослабевающим спросом. Вандалам из коллаборационистского так называемого "правительства" предателей и изменников Родины нет дела до того, что превращаемые ими в "газоны" и собачьи выгулы, а чаще всего и вовсе в руины индустриальные гиганты давали работу, достойный уровень жизни и уверенность в будущем десяткам миллионов квалифицированных тружеников,– которые в итоге издевательских "банкротств" и прочих "реформ" по рецептам Международного валютного фонда вынуждены искать себе заработка на лакейских, холопских "должностях" типа охранника в супермаркете, или вообще лишаются средств к существованию, становятся добычей криминальных структур.

Страна по существу полностью утратила суверенитет и государственность; люди с изумлением узнают из Интернета, что ими с начала 90-х годов "правит", под биркой "Российской Федерации", торговая компания, зарегистрированная в соответствующем реестре для заведений такого рода где-то в Великобритании. Если сию "Российскую Федерацию" и почитают за самостоятельное государство на мировой арене, то в основном потому, что творящийся в ней, извините, бардак устраивает воротил транснационального капитала, способствует варварскому разграблению наших природных и иных богатств, позволяет "управлять" нами, как подмандатной территорией,– по псевдоюридическим фальшивкам, не имеющим законной силы: по пресловутому американскому "Гарвардскому проекту" (который ведь по сию пору не дезавуирован, не отменён!) и по "Письму о намерениях" ("намерениях" Ельцина с Гайдаром!),– каковой лже-договор эти предатели без нашего ведома и согласия заключили с Международным валютным фондом в 1992 году.



Спросим себя теперь,– можем ли мы, празднуя День Победы, не высвечивать одновременно перед мысленным взором вот эту ужасающую картину оккупационного беспредела, который в течение без малого тридцати лет чуть ли не ежечасно разворачивается перед нами, словно какой-то бесконечный фильм "чёрного юмора" или театр абсурда на нашей Советской земле?

Существует ли выход из смертоносного "порочного круга"?

Существует, конечно; только претензии здесь должны быть предъявлены уже не к режиму и не к тем нашим заблудшим соотечественникам, которых режиму удалось подкупить, запугать или безнадёжно оболванить.

С этими всё более или менее ясно; претензии должны быть адресованы нашему, прости господи, "левому движению", т.е. людям, которые те же самые почти тридцать лет неумолчно твердят о своей приверженности социализму, Советской власти и т.п., о необходимости всё это вернуть, но…

Но что же им четверть века мешало – и по сей ещё день упорно мешает – практически ступить на эту благую стезю?

Видите ли, нет "общей для всего народа Идеи".

Но это же, элементарно, вздор.

"Общая для всего народа Идея", это идея СОВРЕМЕННОГО СОВЕТСКОГО ПАТРИОТИЗМА: она регулярно формулируется, под разными углами зрения, в материалах Съезда граждан СССР (Т.Хабаровой), начиная с 1995 года. [1]

СССР есть страна, временно оккупированная силами и структурами транснационального капитала. Де-юре он продолжает существовать, Конституция СССР 1977 года продолжает де-юре действовать на всей оккупированной территории. По освобождении от оккупации её действие будет на какое-то время восстановлено де-факто. Освободить страну может только заново консолидированный Советский народ, возвращённый в национально-самосознательное состояние. И т.д., см. сайт cccp-kpss.narod.ru.

Вот национальная идея нашего народа на текущем этапе и на ближайшее обозримое будущее. За тридцать лет никто ничего другого, хоть отдалённо могущего с ней соперничать, предложить не сумел. Но вот перехваты, бессылочные "пересказы", имитации, компиляции и всё прочее, вплоть до прямого и наглого плагиата,– это всё шло (и продолжает идти) нескончаемым потоком.

Спрашивается,– если вы, друзья дорогие, за четверть века не сподобились сочинить ничего противостоящего, но только компилировали, имитировали и плагиировали, то не разумней ли эту вашу "деятельность" прекратить,– как ЗЛОСТНО ПРЕПЯТСТВОВАВШУЮ, длительное время, РАЗВЁРТЫВАНИЮ НАЦИОНАЛЬНО-ОСВОБОДИТЕЛЬНОЙ БОРЬБЫ СОВЕТСКОГО НАРОДА И ВОССОЗДАНИЮ СССР.

Съезд граждан СССР пятого созыва, прошедший в Москве в июне 2019г., обратился к руководству КПРФ с призывом стать, в оценке нынешнего геополитического положения страны, на твёрдую марксистскую почву СОВЕТСКОГО ПАТРИОТИЗМА,– учитывающего реалии отнюдь не закончившейся психоинформационной войны и временной оккупации СССР. [2]

Но ведь этот призыв относится, в равной мере, и ко всему нашему, погрязшему в имитаторстве и лжекоммунистической "многопартийнсти" комдвижению.

Товарищи псевдокоммунисты, попробуйте трезво себе представить, какими глазами взглянул бы на ваше шараханье от Советского патриотизма И.В.Сталин – Вождь Советского народа и Советского государства в победоносной Великой Отечественной войне.

За нашу новую, неизбежную Победу в затянувшейся "информационно-психологической" передряге,– но давайте помнить, что под другим знаменем, кроме ленинско-сталинского СОВЕТСКО-ПАТРИОТИЧЕСКОГО, она одержана быть не может!

                                         Рабочая группа Исполкома СГ СССР
                                         Москва, 7 мая 2020г.

______________________________________

[1] См. Декларация о единстве Советского народа, его праве на воссоединение и на осуществление всей полноты власти и государственного суверенитета на территории СССР. Принята Съездом граждан СССР первого созыва 29 октября 1995г. http://cccp-kpss.narod.ru/arhiv/zagrazhd/sjezd-1/dekl1995.htm.
[2] См. КПРФ должна стать партией Советского патриотизма. Постановление
Съезда граждан СССР пятого созыва, Москва, 9 июня 2019г. http://cccp-kpss.narod.ru/sjezdy/2019/2019-06-09-postanovlenie-1.htm.


http://cccp-kpss.narod.ru/2020/2020-05-07-za-nashu-novoyu-pobedu.htm
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Материалы политклуба
Московского центра Большевистской платформы в КПСС
(Заседание тридцатое)
Москва, 14 августа 2003 г.

Секретарь-координатор
Большевистской платформы в КПСС,
канд. филос. наук.
Т.ХАБАРОВА

БОЛЬШЕВИЗМ СЕГОДНЯ:
УРОКИ, ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ

(К 100-летию II съезда РСДРП)

Выступление на XXX заседании политклуба
Московского центра БП в КПСС
Москва, 14 августа 2003г.

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

в эти дни мы отмечаем столетнюю годовщину события, смысл которого заключался в том, что на российской, а вскоре и на мировой политической сцене появилась первая в новейшей истории человечества подлинно КОММУНИСТИЧЕСКАЯ партия. Т.е. партия, нацеленная не на "улучшение" капитализма, не на приведение его в некий "цивилизованный" вид, не на исторический компромисс с ним, а партия, которая прямо выдвигала своей практической целью установление диктатуры пролетариата, искоренение частной собственности, уничтожение всех форм эксплуатации человека человеком, построение бесклассового общества, воплощение в жизнь идеалов социальной справедливости, равенства и братства. Причём, это была именно ПАРТИЯ, а не кружок, не группа единомышленников,- иными словами, политическая сила, политическая структура, способная бороться за власть.

Вот что скрывалось за тем, происшедшим на II съезде РСДРП размежеванием, которое мы до сих пор ещё обозначаем через прозаическое и не отражающее сути дела словосочетание "большевики - меньшевики". Вызов был брошен не просто российскому самодержавию, вызов был брошен и самой капиталистической общественно-экономической формации, которая не только в России, но и повсюду на планете в то время далеко ещё полностью не утвердилась и не достигла своего расцвета. Многие склонны были рассматривать различные гримасы капитализма как его болезни роста, с которыми, дескать, будет покончено, как только буржуазный строй возмужает. Но наиболее прозорливые умы - такие, как основоположники научной коммунистической доктрины Маркс и Энгельс, а вслед за ними В.И.Ленин - уже тогда видели принципиальную неизлечимость пороков этой системы, её имманентную, как говорят в таких случаях, враждебность интересам людей труда, её необратимо хищнический характер. Они предугадали все те опасности и цивилизационные тупики, которые несло с собой ничем не сдерживаемое развитие капитализма.

И они стремились подвигнуть честную и трудолюбивую часть человечества,- которая получила у них название пролетариата,- на решающую битву с капиталом, и в его лице со всем эксплуататорским прошлым, задолго до того, как мир своими глазами убедился в безошибочности их предостережений. Задолго до того, как капитализм предстал людям в его нынешнем облике,- т.е., небывалая военно-техническая мощь в соединении с менталитетом человекообразной обезьяны.

Маркс и Энгельс создали для трудящихся теорию и идеологию революционного перехода к новой, качественно высшей по своим социальным параметрам, коммунистической формации. В.И.Ленин выковал и вложил в руки рабочего класса политическое орудие, политический инструмент этого перехода - пролетарскую партию.

Вот таково общее содержание того исторического момента, который сегодня наверняка ни одна коммунистическая организация, ни одна коммунистическая ячейка в мире не обойдёт своим вниманием.


Второй съезд: "соединение лидера и организации".

ДАВАЙТЕ ещё немного времени уделим общеизвестному и освежим в памяти конкретику II съезда, которую я не уверена, что в условиях практически полного прекращения регулярного марксистского образования в стране все так уж хорошо помнят.

Итак, на I съезде РСДРП в 1898г. в Минске В.И.Ленин не присутствовал, он находился в ссылке в Сибири. С возвращением Владимира Ильича из ссылки сложилась ситуация, когда человек, который по масштабам своего интеллекта и политической воли, по разработанности и глубине своей концепции самой судьбой, так сказать, был предназначен стать лидером российской революции и российской революционной организации,- так вот, этот человек оказался как бы сам по себе, а организация сама по себе. Что, естественно, ни лидеру, ни - самое главное - организации на пользу не шло, почему этот промежуток: между Первым и Вторым съездами партии и остался в истории как период "разброда и шатаний".

Вот эту своеобразную задачу "соединения лидера и организации" В.И.Ленин и решил в 1900-1903гг. через свой знаменитый план создания общерусской политической газеты - "Искры", с выходом затем на II съезд РСДРП. Причём, задача эта должна была быть решена ОБЪЕКТИВНО, а не потому, что В.И.Ленину хотелось стать вождём. Крупный политический деятель должен всегда чётко представлять себе своё ОБЪЕКТИВНОЕ место в историческом процессе, и он должен стремиться его занять, он ОБЯЗАН за это место бороться. К так называемым "амбициям" это никакого отношения не имеет.

"Борьбой за влияние была до сих пор вся деятельность "Искры" как частной группы,- говорил В.И.Ленин на съезде,- а теперь речь идёт уже о большем, об организационном закреплении влияния, а не только о борьбе за него. ... я ставлю себе в заслугу то, что я стремился и стремлюсь закрепить это влияние организационным путём." К чему была бы вся наша работа, все наши усилия, если бы венцом их не было полное приобретение и упрочение влияния? (В.И.Ленин. Шаг вперёд, два шага назад. ПСС, т.8, стр.)

Идейно-концептуальная основа "Искры" была по меньшей мере на порядок выше теоретических установок тогдашней российской "доленинской" социал-демократии, всё ещё в значительной степени находившейся в плену пресловутого "экономизма". Это позволяло "Искре" гораздо более успешно ориентироваться в потоке событий, а соответственно, и давать более толковые рекомендации. С лета 1902г. начался переход явочным порядком местных комитетов РСДРП на искровские позиции. Это сопровождалось принятием резолюций, в которых комитеты, по существу, официально подтверждали свой разрыв с "экономизмом".

Таким образом, В.И.Ленин имел все основания не сомневаться в том, каков будет общий, принципиальный результат предстоящего съезда. (См. там же, стр.) На съезде, который проходил с 17(30) июля по 10(23) августа 1903г. частью в Брюсселе, частью в Лондоне, присутствовало 43 делегата с 51 решающим голосом, 24 голоса принадлежали сподвижникам В.И.Ленина - "твёрдым" искровцам, 9 - "мягким" искровцам, которые шли за Мартовым, 10 голосов было у колеблющегося "болота" и 8 - у откровенных оппортунистов: "экономистов" и бундовцев.

Съезд принял Программу партии, проект которой был написан Г.В.Плехановым и затем существенно доработан В.И.Лениным, а также разработанный В.И.Лениным Устав. Правда, ключевой параграф Устава - о членстве в партии - прошёл на съезде в расплывчатой формулировке Мартова. Этот сбой пришлось исправлять через два года, на III съезде РСДРП. После того, как съезд покинули явные оппортунисты - представители Бунда и "Союза русских социал-демократов за границей",- большинство на съезде прочно перешло к сторонникам В.И.Ленина, и они одержали убедительную победу при обсуждении вопроса о структуре руководящих органов партии, соотношении между ними и их персональном составе. С тех пор марксистов-ленинцев и стали называть большевиками.

Сравнение Манифеста, выпущенного I съездом РСДРП, с Программой II съезда показывает, сколь весомый шаг вперёд был сделан на II съезде российским освободительным движением.

Манифест 1898г. фактически ограничивал задачи партии участием в надвигавшейся буржуазно-демократической революции и завоеванием буржуазно-демократических "политических свобод", которыми к тому времени уже, пользовался рабочий класс Западной Европы. Политическая свобода провозглашалась "основным условием" для успешной борьбы пролетариата "за частичные улучшения и конечное освобождение". (См. КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК, ч.1. Госполитиздат, 1954, стр.13.) Упор на "политические свободы" наводил на мысль, что дальнейшая "борьба за социализм" пойдёт через упорядоченное пользование этими свободами, т.е. реформистским путём. Во всяком случае, о социалистической революции как таковой в Манифесте не говорится.

В отличие от Манифеста I съезда, Программа 1903г. явно трактует "низвержение царского самодержавия и замену его демократической республикой" (Там же, стр.40.) лишь как подчинённый момент общей "социальной революции", суть которой должна составить "замена капиталистических производственных отношений социалистическими". (Там же, стр.39.) Подчёркивается необходимость установления для этого диктатуры пролетариата,- идея которой на рубеже ХIX-XX веков была западными социал-демократами повсеместно снята с повестки дня. Уделено должное внимание интересам и требованиям крестьянства, тогда как в Манифесте о крестьянах попросту нет ни слова. Неизмеримо подробней и обстоятельней сформулированы требования пролетариата к буржуазно-демократическому этапу революции, причём нетрудно заметить, что часть этих запросов, с очевидностью, и не рассчитана на реальное удовлетворение в рамках буржуазного этапа, а носит своеобразный "стимулирующий" характер, подталкивает к этапу собственно социалистическому.

В советской партийной историографии обычно акцентировалось значение принятого на II съезде жёстко централистского Устава партии, с его принципом построения и организации всей деятельности партии "сверху вниз". Думается, однако, что если бы II съезду не был предложен,- как сам В.И.Ленин это определял,- "устойчивый теоретический базис" (См. В.И.Ленин. ПСС, т.8, стр. 218.) дальнейшего функционирования партии, то никакие уставные ухищрения, никакие притязания партийного центра на беспрекословное подчинение ему никого реально подчиняться не заставили бы и не превратили бы партию в тот монолитный организм, посредством которого только и можно было достичь намечаемых грандиозных целей.

И все эти цели,- сколь бы ни казались они в разное время некоторым даже ближайшим соратникам В.И.Ленина фантастическими и чуть ли не сумасбродными,- все они были в исторически кратчайший срок блестяще осуществлены. Буржуазно-демократическая революция в России стремительно переросла в революцию пролетарскую,- а ведь это была совершенно "безумная" ленинская идея, с точки зрения тогдашних догматиков от марксизма. Социалистическая революция победила и сумела защитить себя от беснования всего мирового капитала в одной отдельно взятой стране,- опять чистое "безумие", если видеть в марксистской теории догму, а не руководство к действию. Не успели, что называется, оглянуться в стане империализма, как на огромном евразийском пространстве, которое международный капитал давно уже считал своей скорой добычей,- как на этом пространстве воздвиглась неприступная сверхдержава, построенная на принципах, абсолютно немыслимых для "нормального" буржуазного сознания и им, этим сознанием, попросту невоспринимаемых. И тем не менее, с руководителями этой сверхдержавы надо было обо всём договариваться и вообще вести себя так, как будто тут ничего противоестественного не происходит.

Мы, товарищи, недооцениваем то, каким светопреставлением наяву, каким кошмаром, инфернальным видением был для мировой буржуазии самый факт существования у неё перед глазами этого социалистического колосса - СССР, который по всем канонам эксплуататорской "науки" и морали существовать никак не мог,- и вот, поди ж ты: существует, да мало того, ещё и расползается эта зараза по всему земному шару.

Стоит лишь приглядеться, с каким дьявольским остервенением англо-американский империализм сегодня старается изничтожить, буквально железом калёным выжечь всякие остатки,- как ему кажется,- социализма на планете. Вот и представьте, каково ему было терпеть нас рядом с собой все наши советские семьдесят лет. И только подлинные титаны ума, духа и воли могли замыслить, реально возвести и десятилетиями удерживать посреди бешено враждебного эксплуататорского окружения подобный форпост коммунистического будущего, каким явился Советский Союз.


Революция по-настоящему совершается лишь тогда,
когда революционный класс становится государствообразующим классом.

И ОДНАКО, не этого,- в общем-то,- разговора ждут сегодня от тех, кто в нашей нынешней обстановке объявляет себя последователями большевизма, приверженцами и продолжателями большевистской интеллектуальной и политической традиции. Не рассказа - пусть и самого добросовестного - о перипетиях того, что происходило на II съезде РСДРП, до, вокруг и после него. От нас ждут анализа того, почему 100-летие съезда, приближающуюся 86-ую годовщину Великой Октябрьской социалистической революции и только что минувшую 58-ую годовщину Победы Советского народа в Великой Отечественной войне,- почему всё это мы встречаем опять под триколором и царскими орлами, и с гауляйтером транснационального неофашизма в Кремле. Надолго это или уже навсегда, существует ли выход из создавшегося положения, и видится ли нам что-либо в будущем, или мы умственно и эмоционально застряли в прошлом и попросту уже неспособны ничего впереди себя различить?

Самый простой из этих вопросов - это вопрос о перспективах, в особенности о перспективах стратегических, достаточно отдалённых.

Сейчас уже мало кто из мыслящих левых сомневается в том, что иного будущего, кроме социализма - а значит, и коммунизма - у страны нет. Совершенно ясно уже последнему дураку, что экономика не может не быть под контролем государства,- во всяком случае, её ключевые отрасли,- что социальные гарантии, которыми пользовались люди в СССР, должны быть не только восстановлены, но и приумножены, что государство, невзирая ни на какие вопли о "свободе слова" и т.п., должно декларировать и неуклонно проводить целенаправленную патриотическую политику и в сфере массовых коммуникаций, и в сфере культуры, и уж тем паче в идеологической сфере. Что правительство должно руководить страной в интересах собственного народа и его исторического выбора, а не "мирового сообщества". А для этого иметь мощные, снабжённые новейшей техникой Вооружённые Силы и дипломатию, отстаивающую повсюду на земном шаре не "общечеловеческие ценности", но наши национально-классовые приоритеты. Но всё это вместе взятое вкратце и называется социализм или, если угодно, коммунизм,- будучи рассмотрено в плане своего исторического развития.

Между тем, большевизм ведь и есть не что иное, как российский конкретно-исторический синоним последовательного коммунизма. Не зря И.В.Сталин в 1952г. переименовал "партию большевиков" попросту в Коммунистическую партию.

У нас часто противопоставляют большевизм всяческому небольшевизму как революционное течение политической мысли - приспособленческому, нереволюционному. В общем, это так, но суть дела здесь не в абстрактной революционности. Среди оппонентов В.И.Ленина вряд ли кто отрицал необходимость буржуазно-демократической революции в России. Их оппортунизм заключался не в том, что они были "вообще против революции", а в том, что революционность у них не простиралась до твёрдого и недвусмысленного признания необходимости революции СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ, пролетарской, до признания,- как подчёркивал В.И.Ленин,- главного в учении Маркса, идеи диктатуры пролетариата.

А что такое диктатура пролетариата? Диктатура пролетариата - это "СВОЯ СОБСТВЕННАЯ" ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ людей труда. Своя собственная - значит, не такая, как государственность буржуазно-демократическая.

Вот тут и вырастал незримый социально-психологический барьер. Ведь актив тогдашнего освободительного движения составляла в основном интеллигенция, которая по своему происхождению и социальному положению не могла не быть буржуазной и мелкобуржуазной. Интеллигент-революционер, интеллигент-демократ горячо сочувствовал угнетённым массам, он готов был ради их избавления от гнёта идти в тюрьму, в ссылку и даже на эшафот. Но лозунг диктатуры пролетариата революционная интеллигенция подспудно воспринимала как требование передать всю власть в обществе людям необразованным и малокультурным. Безусловно, жизнь этих людей следовало улучшить, но зачем вручать им полномочия, которыми они при всём желании не сумеют правильно распорядиться?

Тут нужна была ещё огромная идейно-теоретическая работа, которая вскрыла бы во всей полноте сущностный, трансцендентный, как это называется в философии, смысл понятия диктатуры пролетариата, очистила бы это понятие от невольных или злонамеренных вульгаризаций.

Ведь диктатура пролетариата - это не пролетарий с ружьём, или, того чище, с дубинкой на каждом углу и не кухарки в министрах. Это определённый исторический тип государственности, причём вовсе не примитивный, а наоборот, наиболее высокоразвитый из всех когда-либо существовавших, наиболее совершенный по своей внутренней организации, чрезвычайно "хитрый", сложный и тонкий. Эта государственность нацелена на то, чтобы до конца, дотла искоренить все и всяческие формы отчуждения человека от экономической, политической, духовно-культурной жизни общества, чтобы всех ПОГОЛОВНО - одно из излюбленных ленинских словечек!- сделать всецело равноправными, но и всецело ответственными членами такой ассоциации, где бы свободное личностное развитие каждого не противостояло, а было бы действительно тождественно свободному развитию всех.

На такая работа в требуемом её объёме тогда была ещё впереди. Тогда важно было закрепиться на некоем первоисходном рубеже, и этим первоисходным рубежом было предельно ясное осознание того, что революция без захвата власти революционным классом и без создания революционным классом вот именно своей, объективно ему присущей государственности - это не революция, а всего лишь обман масс и неизбежная затем трагедия этих обманутых масс. Без своего государства революционный класс, как без рук, без него он никаких своих чаяний осуществить не сможет, как не сможет и отстоять того, что удалось завоевать непосредственно во время революции. Революция по-настоящему совершается лишь тогда, когда революционный класс становится государствообразуюшим классом, причём становится таковым без всяких оговорок и без всякой половинчатости. Даже если кто-то в ужасе от того, что реально наличествующий революционный контингент кажется для такой роли абсолютно не готовым и непригодным.

Вот эту необходимость СТАНОВЛЕНИЯ ПРОЛЕТАРИАТА ГОСУДАРСТВООБРАЗУЮЩИМ КЛАССОМ В.И.Ленин и ленинцы - т.е., большевики - понимали в исчерпывающей мере. Меньшевики - не понимали. Вот где пролегает водораздел между последовательным, подлинно научным коммунизмом XX века - и коммунизмом непоследовательным, ненаучным, иначе говоря, оппортунизмом. Вот истинная цена присутствия или отсутствия в программных документах революционной партии формулировки о диктатуре пролетариата. Это два качественно несопоставимых уровня политического мышления. Один концептуально остался целиком в XIX веке, другой принадлежит двадцатому и двадцать первому.

Историческую правоту ленинского коммунизма - большевизма - блестяще подтвердили, ещё при жизни В.И.Ленина, Великая Октябрьская социалистическая революция и ближайшие за ней события: триумфальное шествие Советской власти по просторам бывшей Российской империи, поражение белогвардейщины в Гражданской войне и провал империалистической интервенции, начало воссоздания Империи, разрушенной вовсе не большевиками, а тогдашними горе-революционерами.


Социализм - это есть государственная форма
протекания всемирной антиэксплуататорской революции.
Переход революционно-классовой борьбы на межгосударственный уровень.
Причина нашего разгрома на текущем этапе Третьей мировой войны –
- нераспознание советским политическим руководством агрессии нового типа
и непринятие должных мер по отражению агрессии.

И ВОТ ОТСЮДА начинается уже новая глава, целая новая эпоха в развёртывании всего мирового революционно-освободительного процесса. Это эпоха, когда трудящиеся массы во главе с пролетариатом - или пролетариат со своими социальными союзниками, они становятся не просто революционным классом, классом-мятежником, но они становятся КЛАССОМ-ГОСУДАРСТВООБРАЗОВАТЕЛЕМ, они становятся держателем и распорядителем государственной власти.

История практического и теоретического большевизма в XX веке - это история протекания коммунистической революции в государственной форме. Меня на одном из наших троцкистских "семинаров", которых за последние годы развелось превеликое множество, обозвали "идеологом государственного социализма". Да, в каком-то смысле я - идеолог государственного социализма. В том смысле, что социализм - это есть ГОСУДАРСТВЕННАЯ ФОРМА ПРОТЕКАНИЯ ВСЕМИРНОЙ ПРОЛЕТАРСКОЙ, АНТИЭКСПЛУАТАТОРСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ. Говорить о социализме НЕгосударственном могут только люди, не понимающие значения слов, которые они произносят.

С этой "государственнической" точки зрения все проблемы, вставшие перед большевизмом,- т.е., в первую очередь перед советским социализмом,- они как-то естественно систематизируются, "выкладываются" сами собою. Яснее видно, что было решено, что решено только частично или вообще не решено, на чём споткнулись, что предстоит решить и т.д.

Давайте попробуем, хотя бы совсем коротко, конспективно, выполнить вот такой проблемный обзор.

И как ни странно, под избранным нами углом проще всего ответить на самый, казалось бы, муторный вопрос о причинах происшедшей катастрофы, о том, на чём споткнулись.

Причина происшедшего - это стратегическая в плане политики и доктринальная в плане теории недооценка послесталинским руководством страны того факта,- а это, вернее, даже не факт, но вся объективная картина нашего положения в XX столетии: что образование Советского государства и подавление эксплуататорских классов внутри страны, это было не завершение нашей революционной, в широком смысле слова, и уж тем паче классовой борьбы, а это был переход революционно-классовой борьбы в исторически новую, причём гораздо более сложную и опасную фазу. Это был переход революционно-классовой борьбы на государственный, точнее, межгосударственный уровень, что означало, прежде всего, полное смыкание, срастание внешнего, геополитического классового противника с противником внутренним, со всевозможными недобитками и аитисоциалистическими элементами внутри нашего общества. А это,- как нетрудно догадаться,- резко расширяло поле деятельности и для тех, и для других, возводило в квадрат и в дальнейшие степени исходящую от них угрозу.

Во-вторых, поскольку классовая борьба на межгосударственном уровне вкратце называется война, то всё это означаю, что на обозримую перспективу наше сосуществование с империалистическим окружением, несмотря на все внешние атрибуты дипломатической урегулированности, по своей природе будет не чем иным, как перманентной ВОЙНОЙ. Причём, именно вследствие того, что на поверхности будет вынужденно соблюдаться видимость нормальных дипломатических отношений, именно поэтому война эта начнёт изыскивать для себя и принимать самые изощрённые, даже можно сказать - извращенные, немыслимо двуличные, коварные и вероломные формы.

И в этом нам предоставили возможность сполна убедиться на примере "холодной", или информационно-психологической войны, которая,- как мы, Большевистская платформа в КПСС и Движение граждан СССР, буквально без устали повторяем во всех наших материалах,- была, является и ещё какое-то время будет продолжать оставаться Третьей мировой войной, начавшейся сразу по окончании Второй мировой. Наши союзники по антигитлеровской коалиции праздновали Победу, вроде бы, вместе с нами, но если для нас это была именно, только и всецело Победа, то для них - наполовину, если не более чем наполовину поражение. А где констатация поражения, там и установка на реванш. И эту установку на исторический реванш с СССР со всей откровенностью сформулировал уже У.Черчилль в своей достопамятной "фултонской речи" 5 марта 1946г.

Со второй половины 1940-х годов в США вполне официально, а не просто в бреду, вынашивались и запускались в ход - т.е., финансировались, обеспечивались кадрами и т.д.- чудовищные по своему цинизму планы насильственного свержения Советской власти в нашей стране путём массированной многоцелевой, высокоразветвлённой диверсионной деятельности. Ставка делалась на реанимацию в СССР "пятой колонны", в своё время практически полностью ликвидированной И.В.Сталиным, и на захват ею ключевых постов во всех сферах партийно-государственного управления в Советском Союзе. Сейчас нам пока ещё трудно судить с требуемой достоверностью, кто из руководителей СССР после И.В.Сталина являлся затаившимся предателем, уже готовым "пятиколонником", кто был субъективно честен, но не обладал достаточной силой ума и широтой кругозора, чтобы безошибочно сориентироваться во всём происходящем, а кто впал в эйфорию от той геополитической высоты, на которую поднялся СССР к концу сталинского правления. К этому моменту,- как указывается в литературе,- Советский Союз пользовался АБСОЛЮТНОЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТЬЮ, т.е. ни одна потенциальная коалиция империалистических держав не могла нанести ему военного поражения. (См. М.В.Александров. Внешнеполитическая доктрина Сталина. Canberra, Australian national university, 1995, стр.113.)

Как бы там ни было, но общая картина в послесталинскую эру получается прискорбно однозначная: объединённый (внешний и внутренний) классовый враг упорно, методично развёртывал против нас войну нового типа, наша же правящая верхушка или совершенно этого не понимала, или проявляла преступное пренебрежение нарастающей угрозой, или же,- что самое омерзительное,- втайне соучаствовала в агрессии на стороне врага. Причина нашего разгрома на текущем этапе Третьей мировой войны, это,- повторяю,- НЕРАСПОЗНАНИЕ СОВЕТСКИМ ПОЛИТИЧЕСКИМ РУКОВОДСТВОМ АГРЕССИИ НОВОГО ТИПА, А ОТСЮДА И НЕПРИНЯТИЕ ДОЛЖНЫХ МЕР ПО ОТРАЖЕНИЮ АГРЕССИИ. Конечно, нельзя преуменьшать значение того обстоятельства, что в период пребывания у власти Л.И.Брежнева мы достигли военно-стратегического паритета с США и блоком НАТО по ракетно-ядерным вооружениям. Остатки этого паритета ещё и сегодня кое-как держат нас на плаву. Но вся беда в том, что против нас было применено оружие уже нового, более высокого ранга: всепроникающая психополитическая диверсия, нацеленная на то, чтобы спровоцировать,- в итоге,- национальную измену властных структур. Что, собственно, и произошло по результатам всех предпринятых врагом усилий.

Скажу ещё, в заключение этого подраздела, что недооценкой процесса углубления, ужесточения и усложнения классовой борьбы по мере нашего продвижения к коммунизму отнюдь не страдали сами В.И.Ленин и И.В.Сталин.

"А что такое диктатура пролетариата?- говорил В.И.Ленин в 1921г.- Это есть война, и гораздо более жестокая, более продолжительная и упорная, чем любая из бывших когда бы то ни было войн." (В.И.Ленин. ПСС, т.44, стр.210-211.) Если учесть, что В.И.Ленин всецело солидаризовался с Марксом в том, что диктатура пролетариата покрывает собою всё историческое расстояние "между капиталистическим и коммунистическим обществом", весь период "революционного превращения первого во второе" (См. В.И.Ленин. ПСС, т.33, стр.86.), то вот вам и временные рамки этой рисуемой Владимиром Ильичом войны.

В ленинских работах мы неоднократно встречаем характерное указание, что единственная твёрдая гарантия от реставрации капитализма в стране - это "социалистический переворот на Западе". (См., напр., В.И.Ленин. ПСС, т.13, стр.78.) "Переход от капитализма к коммунизму есть целая историческая эпоха. Пока она не закончилась, у эксплуататоров неизбежно остаётся надежда на реставрацию, а эта надежда превращается в попытки реставрации." (В.И.Ленин. ПСС, т.37, стр.264.)

Спрашивается, какие же эксплуататоры питают надежды на буржуазную реставрацию в государстве диктатуры пролетариата и предпринимают попытки такой реставрации? Имея в виду, что это происходит ДО свершения "социалистического переворота на Западе", ибо после его свершения исчезает сама экономическая база реставрации? (См. В.И.Ленин. ПСС, т. 12, стр.362.) Очевидно, что тут не обойтись без теснейшей "кооперации" между иностранным, транснациональным капиталом и потенциально эксплуататорскими элементами внутри рабоче-крестьянского государства. Т.е., догадка о неизбежности того явления, которое впоследствии получило наименование психополитической войны, такая догадка здесь у В.И.Ленина налицо.

Ничуть не менее категоричен в данном отношении и И.В.Сталин.

Вот его выступление 1926г. "О социал-демократическом уклоне в нашей партии", это доклад на XV Всесоюзной конференции ВКП(б).

"... мы можем и должны построить социалистическое общество в нашей стране. Но можно ли назвать эту победу полной, окончательной? Нет, нельзя назвать. Победить наших капиталистов мы можем, строить социализм и построить его мы в состоянии, но это ещё не значит, что мы в состоянии тем самым гарантировать страну диктатуры пролетариата от опасностей извне, от опасностей интервенции и связанной с нею реставрации, восстановления старых порядков. Мы живём не на острове. Мы живём в капиталистическом окружении. ... Думать, что капиталистический мир может равнодушно смотреть на наши успехи на хозяйственном фронте, успехи, революционизирующие рабочий класс всего мира,- это значит впадать в иллюзию. ... чтобы победить окончательно, нужно добиться того, чтобы нынешнее капиталистическое окружение сменилось окружением социалистическим…" (И.Сталин. Соч., т.8, стр.262-263.)

И с годами его рассуждения на эту тему мягче отнюдь не становятся.

"Конечно, нашу политику никак нельзя считать политикой разжигания классовой борьбы. ... коль скоро мы стоим у власти, ... мы не заинтересованы в том, чтобы классовая борьба принимала формы гражданской войны. Но это вовсе не значит, что тем самым отменена классовая борьба или что она ... не будет обостряться." "Наоборот, продвижение к социализму не может не вести к сопротивлению эксплуататорских элементов этому продвижению, а сопротивление эксплуататоров не может не вести к неизбежному обострению классовой борьбы." (И.Сталин. Соч., т.11, стр. 170, 172.)

Вспомним, с какой яростью набрасывались хрущёвцы именно на этот сталинский (но он же равным образом и ленинский) тезис об обострении классовой борьбы по ходу социалистического и коммунистического строительства. Предположим даже на минуту, что среди правителей СССР после И.В.Сталина прямых изменников не было. Но тогда тем более непростительной выглядит проявленная ими политическая слепота и неспособность понять, что классовая борьба, по мере сужения её базы внутри страны, будет тем настойчивей искать смычки с внешним врагом, покуда не породит вот этого монстра диверсионной войны, где почти уже невозможно различить,- то ли это агрессия извне, которая осуществляется руками внутренних классовых отступников и предателей, то ли внутренняя измена, которая свою дьявольскую силу набирает через подпитку от внешнего врага.

В этом месте нашей аргументации обычно раздаются возражения, что-де надо исследовать внутренние противоречия социализма и нельзя всё сваливать на субъективный фактор. Но, товарищи, ведь классовая борьба как раз и есть одно из важнейших ОБЪЕКТИВНЫХ противоречий общественного развития. И её,- как нам в один голос подтвердили и В.И.Ленин, и И.В.Сталин,- никто для социалистического общества не отменял, на весь период до нашего революционного прибытия в полный коммунизм. Так что, если с этим противоречием не справились, с остальными разбирайся, не разбирайся,- результат один будет: тот, который мы на сей день и имеем.

На XVI съезде партии И.В.Сталин говорил о противоречии между капитализмом в целом и страной строящегося социализма, что оно "вскрывает до корней все противоречия капитализма и собирает их в один узел, превращая их в вопрос жизни и смерти самих капиталистических порядков". (И.Сталин. Политический отчёт Центрального Комитета XVI съезду ВКП(б). Госполитиздат, 1952, стр.48-49.) Но отсюда необходимо заключить,- и исторический опыт буквально носом нас в это уткнул,- что и для нас это противоречие, противоречие между нами и миром капитала как целым, это такое же средоточие всех проблем и такой же вопрос жизни и смерти, как и для нашего противника. Вся разница лишь в том, что мировой империализм, находясь на закате своей исторической эпопеи, на все эти вещи смотрел гораздо более трезво, он сумел в них прочесть адресованное ему роковое предупреждение и сделал для себя соответствующие выводы. Мы же этого, увы, не смогли,- оттого, видимо, что исторически шли на подъём и пребывали в упоении от наших успехов.


Современный большевистский ответ на вопрос о путях преодоления катастрофы -
- концепция нынешнего состояния СССР как временно оккупированной страны,
подлежащей освобождению через развёртывание
патриотического Сопротивления Советского народа.

В ДВАДЦАТЫХ ГОДАХ теперь уже минувшего столетия И.В.Сталин с редкостной идейно-теоретической мощью сформулировал положение, в котором мы по сию пору, извините, копаемся и никак разобраться не можем, хотя вам оно сейчас в пять раз нужней, чем было Сталину тогда.

И это есть то положение,- выше уже нами рассмотренное,- что после Великого Октября мировой революционный процесс перешёл в исторически новую стадию: стадию своего протекания В ГОСУДАРСТВЕННОЙ ФОРМЕ, когда трудящиеся становятся государствообразующим классом, а классовая борьба приобретает,- соответственно,- также межгосударственный, глобальный характер, и её нельзя уже разграничить на ту, которая ведётся сугубо внутри социалистической страны, и ту, которая бушует за её пределами. Высшей ценностью всемирного освободительного процесса и концентрированным выражением его энергетики была провозглашена уже не революция в традиционном смысле слова, т.е. переворот с целью захвата власти, а судьба фактически образовавшегося государства диктатуры пролетариата, тогда это был один лишь СССР. Высший классовый долг подлинного революционера-интернационалиста, это бескомпромиссная и беззаветная защита СССР от каких бы то ни было, внешних или внутренних посягательств на него.

В наши дни этот СТАЛИНСКИЙ (но он же и последовательно ЛЕНИНСКИЙ) подход реализован в разработанной Движением граждан СССР и Большевистской платформой в КПСС концепции нынешнего состояния СССР как страны, временно подпавшей под оккупацию глобалистским империализмом и подлежащей освобождению через развёртывание патриотического Сопротивления заново консолидированного Советского народа.

Таков, по нашему глубочайшему убеждению, единственно возможный СОВРЕМЕННЫЙ БОЛЬШЕВИСТСКИЙ ОТВЕТ на вопрос уже не о причинах, но о путях преодоления разверзшейся национальной катастрофы.

Подробнее я здесь обо всём этом говорить не буду, у меня недавно специально по этой теме было выступление - И.В.Сталин и современный классовый подход, оно опубликовано в 5-ом номере газеты "За СССР" за 2003г., и в авторской редакции размещено на нашем сайте в Интернете, куда мы и приглашаем всех интересующихся. Сайт создан во исполнение поручений Съезда граждан СССР второго созыва; сейчас он интенсивно заполняется. В частности, там будет представлен богатейший архивный материал, которым располагают и Съезд граждан СССР как постоянно действующий орган, и Большевистская платформа в КПСС. Адрес сайта и прочие наши контактные реквизиты вы можете узнать вот из этой брошюры, которая здесь сегодня распространяется. (Т.Хабарова. Социализм в СССР мог быть разрушен только как результат поражения в войне. Изд-во "Тематик", М., 2003.)

Не буду я вдаваться и в осточертевшую полемику - новая революция или национально-освободительная война, класс или народ и т.д., поскольку догматизм и безнадёжная устарелость противостоящей нам позиции, в сущности, давно доказаны. Об этом с начала 90-х годов сотни раз говорилось, писалось, многое из написанного опубликовано, а то, что адресаты этих публикаций делают вид, будто ничего такого не существует в природе,- это, согласитесь, проблемы их собственной научной и политической недобросовестности, но уж никак не нашей. Вот теперь ещё и в Интернете всё это появится, и если раньше можно было притворяться, якобы они не знают, что такое "Светоч", "Слово коммуниста" или та же "За СССР", то уж что такое Интернет, тут изображать полное неведение будет куда сложней.


"Вершинный пласт" в творческом наследии наших классиков -
- залог бессмертия большевизма
и его окончательной победы в масштабах всего земного шара.
Сталинская экономическая модель.

ИТАК, сталинская идея об СССР как о вершине и динамической кульминации всего мирового процесса освобождения труда, а это есть идея объективной НЕУНИЧТОЖИМОСТИ СССР,- она, как видите, оказалась по-настоящему востребована, да и то пока ещё далеко не в должной мере, лишь спустя почти 80 лет после того, как была выдвинута. Вот таков "лаг" опережения исторического времени сталинской, по-ленински большевистской мыслью. Да, конечно, в двадцатые годы удалось при помощи этой идеи предотвратить опасное для нас обострение международной обстановки. Но подлинный радиус действия этого сталинского прозрения начинает обнаруживаться только сегодня.

И вот, товарищи, на что я хочу всячески обратить ваше внимание, - это что в совокупном историческом наследии И.В.Сталина, второго величайшего большевика XX века, присутствует целый пласт вот таких высотных озарений дальнего действия. И эти озарения составляют главный, существеннейший вклад И.В.Сталина и всего советского большевизма в сокровищницу коммунистического, марксистско-ленинского учения. И именно эти прорывы ищущего разума, ищущего и одновременно созидающего, в их целостности позволяют утверждать,- даже в нашей нынешней безрадостной ситуации,- позволяют со всей уверенностью утверждать, что дело большевизма, т.е. последовательного коммунизма, бессмертно, и оно одержит безусловную окончательную победу не только у нас в стране, но и в масштабах всей планеты. И даже более того: победы этой не так уж долго придётся дожидаться.

Далее у нас на очереди ответ на заключительный из наших сегодняшних вопросов: что удалось и что не совсем удалось большевикам-сталинцам в ходе построения нового общества в СССР,- и таким образом, что предстоит доделывать уже современному большевизму по возвращении законной, т.е. Советской государственности и власти на территории нашей страны и по ликвидации наиболее катастрофических последствий фактического вражеского вторжения.

И опять-таки, я остановлюсь только на тех узловых - вершинных, как мы их обозначили,- моментах, о которых шла речь выше и которые в сумме являют собою то в коммунизме, что ИСТОРИЧЕСКИ НЕРАЗРУШИМО и бессмертно, в отличие от того, что,- как ни жаль,- но поддаётся временному разрушению.

Индустриализация, коллективизация села, культурно-кадровая революция, ускоренная подготовка к войне, которой суждено было стать Великой Отечественной войной Советского народа.

Эти грандиозные свершения многократно и подчас очень убедительно, впечатляюще описаны и в советской литературе, и в сегодняшней левой прессе, почему я прошу вашего позволения на этом не задерживаться. Другие здесь сказали - и скажут ещё - не хуже меня. Скажу лишь то, чего никто, кроме меня, покуда - насколько мне известно - НЕ говорит.

Ни одно из вышеперечисленных, действительно эпохальных достижений не было бы возможно, если бы параллельно и наряду с ними не развёртывалась напряжённейшая работа по отысканию самой системно-структурной схемы, или МОДЕЛИ социалистического народного хозяйства как такового. И такая МОДЕЛЬ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИКИ КАК ТАКОВОЙ была в 30-х - 50-х годах найдена, лет шесть или семь назад мы, Большевистская платформа в КПСС, предложили называть её СТАЛИНСКОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ МОДЕЛЬЮ. Поскольку возражений не последовало, то,- стало быть,- под таким названием она и вошла на сей день в политэкономическую науку.

В подробности я, опять-таки, не углубляюсь; за истекшие годы столько говорено-переговорено, что всякий, кто вообще способен воспринимать разумную аргументацию, давно должен был бы признать нашу правоту. А тех, кто преднамеренно не хочет слышать, их всё равно ни в чём не убедишь, через них надо просто перешагнуть и предоставить истории, чтобы она воздала им по их действительным, а не виртуальным "заслугам" перед Советским народом в тяжелейший час его жизненного пути.

Ряд ключевых материалов по этой проблематике выведен сейчас на наш Интернет-сайт, и мне остаётся только повторить уже сделанное приглашение.

Итак, была открыта,- вернее, она была "отцежена" из самой новаторской хозяйственной практики Советского государства,- модель экономики

- полностью неэксплуататорской, в которой обобществлена не только собственность на средства производства, но и процесс извлечения и распределения прибавочного продукта;

- экономики выраженно противозатратной, а потому неэкспансионистской, самодостаточной, замкнутой на внутренний рынок;

- экономики, в которой нет места расточительному потребительству, а потому она неэлитаристская, нацелена на активное удовлетворение разумных и нравственных потребностей всех членов общества, без малейшего изъятия;

- экономики, запрограммированной на постепенное самоизживание товарно-денежных отношений, а значит, на полное преодоление феномена "отчуждённого труда" и на всеохватывающий переход в будущем к труду как реализации творческой способности человека.

И если вдуматься, товарищи, то ведь здесь перед нами образ экономики такой, какая вообще единственно и нужна человечеству, когда оно определится, наконец, как состоящее из мыслящих существ, а не из разных человекоподобных. И поэтому над этим открытием советского большевизма уже никакие "мировые правительства", никакие рейганы и буши, никакие МВФ и МБРР, едьцины и путины вкупе с чубайсами, грефами и прочей мразью не властны. Да, можно - к великому нашему сожалению - надругаться над великолепным заводом, который вся страна строила, отдать его в руки грязному проходимцу, разорить, остановить, завести в нём бардак. Но если известны, а самое главное - интеллектуально не утеряны принцип и модель, по которым такие заводы создавались десятками и даже сотнями, то всё ещё поправимо. И не просто поправимо, а с лихвой,- как мы после разгрома гитлеровцев в 1945г. ещё добрую треть Европы им "поправили" так, что на полвека Дяде Сэму за океаном головной боли хватило и на несколько десятков триллионов долларов. Очередная же "поправка",- а она непременно состоится,- может для них кончиться тем, что вообще лапы с когтями поотрубают навсегда, чтобы впредь уже совсем неповадно было.


Социализм как процесс.
Может ли сама система властных институтов быть революционной?
Сталинская демократическая модель.

ИДЁМ ДАЛЬШЕ по нашему "вершинному пласту".

Исключительно продуктивна типично марксистская концепция социализма как ПРОЦЕССА: процесса "революционного превращения капитализма в коммунизм", а не как какого-то завершённого, устабилизовавшегося общественного устройства. Идея эта была российскими большевиками, начиная с В.И.Ленина, органически воспринята.

Содержание этого процесса в области экономики, это - как мы только что лишний раз припомнили - постепенное самоуничтожение товарно-денежных отношений и историческое как бы "перемалывание" труда - рабочей силы в труд-творчество.

Ну, а как выглядит процесс "революционного превращения капитализма в коммунизм" на политическом, надстроечном этаже?

Тут надо сразу подчеркнуть, что говоря о переходе революционного процесса в государственную, институциональную форму, мы ведь само понятие революции отнюдь не сдали в архив. Наоборот, оно соответствующим образом усложнилось, причём усложнилось качественно, и перед нами выросла новая проблема класса "ультра-си", как это называется в спорте. А именно; как представить себе революцию институционализированную, "огосударствлённую"? Или, может ли сама система властных институтов быть революционной?

Казалось бы, уже запредельная головоломка, но для сталинского гения, не зря его сравнивали с горным орлом, ничего неразрешимого не было. И на этот головоломный вопрос, поставленный перед нами историей, он уверенно отвечает: да.

Ведь революция, по В.И.Ленину, это высшее проявление исторического творчества народа. Но отсюда следует, что когда народ сам берёт государственную власть в свои руки, то не только мыслима, а даже необходима такая конструкция власти, при которой вот этот революционный, обновительский потенциал, всё время в народе присутствующий, он во всех сферах общественной жизнедеятельности, по мере его созревания и накопления реализуется упорядоченно, через систему властных учреждений. А не посредством социальных катаклизмов, которые обычно и именуются революциями и которые, безусловно, несут в себе созидательное начало, но при этом у них, к сожалению, и чисто нигилистический заряд тоже весьма внушителен.

И вот, всемирноисторическая миссия диктатуры пролетариата, она,- собственно,- в том и заключается, чтобы создать вот такую "дышащую", внутренне революционную политико-демократическую систему, при которой,- как мы уже несколько раз повторили,- труд для каждого члена общества превращается в труд по призванию, труд-творчество, и всем "поголовно" политически гарантируется право и материальная возможность на любом поприще проявить себя во всём своим личностном богатстве, проявить себя как творческую индивидуальность, как всесторонне развитую личность.

И здесь мы видим то же самое, что в предыдущем случае с экономикой; т.е., что помешать осуществлению вот этого ОБЪЕКТИВНОГО ПРЕДНАЗНАЧЕНИЯ пролетарской государственности, пролетарской демократии никакие США и НАТО, в конечном счёте, также не в силах, настолько оно, это предназначение, всемирноисторично и всечеловечно. И наше поражение на этом пути,- даже такое сокрушительное, как нынешнее,- всё равно по самой логике вещей может быть только временным.

И.В.Сталиным в конце 20-х - начале 30-х годов был набросан эскиз достраивания, что ли, не могу сейчас выразиться точнее, диктатуры пролетариата вот этим решающим механизмом упорядоченной реализации неисчерпаемого творческого потенциала народных масс. Это программа развёртывания самокритики и массовой критики снизу, для которой Большевистская платформа предложила название СТАЛИНСКОЙ ДЕМОКРАТИЧЕСКОЙ МОДЕЛИ.

Но приходится констатировать, что программа эта, блистательная по своему замыслу, поистине безнадёжно опережала своё время и не была воплощена в жизнь, что в дальнейшем послужило источником разных неполадок в нашем демократическом развитии.

Это одна из тех позиций, которые остались на доработку нам. Согласно решениям Съезда граждан СССР первого созыва, был подготовлен проект новой редакции Конституции СССР, сейчас с ним также можно ознакомиться в Интернете, и в этом нашем проекте прописаны оба вышеразобранных гениальных большевистских открытия: и сталинская экономическая модель, которая хотя практически и действовала, но конституционно не была закреплена, и сталинская демократическая модель, или программа институционализации массовой низовой критически-творческой инициативы.


Прорывные моменты в советском конституционно-правовом развитии.
Формула "СССР".
Идеократическая природа государства диктатуры пролетариата.
Принцип всеобщего, равного и прямого избирательного права.

СОВЕТСКОЕ конституционно-правовое развитие также содержит в себе ряд прорывных моментов всемирноисторической значимости, о которых глупо говорить, будто кто-то или что-то, пропойца из Свердловского обкома, гнусный перевёртыш из КГБ или шизоидный американский президент, могут всерьёз воспрепятствовать их грядущему осуществлению в масштабах всего земного шара.

Во-первых, это нахождение самой конституционно-правовой формулы СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК, или то, что называют решением национального вопроса. СССР - это форма объединения народов, подчас резко между собой различающихся в этнокультурном плане, на базе классовой солидарности людей труда. Историческая практика показала, что при таком объединении национальная идентичность любых, даже самых малых и слаборазвитых этнических групп не только не ущемляется, но достигает полной защищённости и подлинного расцвета. Складывается новая историческая общность людей - Советский народ. СССР в принципе открыт для присоединения к нему новых членов, по существу - это вполне внятный прообраз будущей всемирной республики трудящихся, "страны героев", как пелось в популярной советской песне, "страны мечтателей, страны учёных".

Что касается недостатков этой конструкции, которые имели место в Советском Союзе, то где их нет; они носили конкретно-исторический характер, поддавались преодолению, и наши предложения на сей счёт представлены, опять же, в проекте новой редакции Конституции СССР.

Во-вторых.

Во-вторых, это сюжет, связанный с узаконением ИДЕОКРАТИЧЕСКОЙ, или разумно-целеполагающей природы государства диктатуры пролетариата, его способности не просто к планированию, но к долговременному устойчивому стратегическому целеполаганию в интересах народа-труженика, народа-творца. За этим идеократическим началом в нашем социально-политическом устройстве исторически закрепилось название "партии",- не отвечающее, в общем-то, его действительной сути. Так что пока, на данном этапе речь идёт о вмонтировании Коммунистической партии и всего круга замкнутых на неё отношений в Конституцию страны.

Первопроходцем здесь выступил, опять-таки, И.В.Сталин, включив в Конституцию СССР 1936г., заслуженно носящую имя Сталинской, примечательную 126-ую статью. По счастью, это перспективнейшее начинание не было прервано Конституцией СССР 1977г., где соответствующая статья поднялась уже на шестое место. И наконец, в нашем конституционном проекте 1997г. присутствует уже не шестая статья, а шестая глава, посвящённая этой проблематике.

Здесь надо только уточнить, что концепция большевистской партии как "основной руководящей силы в системе диктатуры пролетариата" (См. И.Сталин. Соч., т.8, стр.35.) сложилась у И.В.Сталина задолго до написания Конституции 1936г., и мы можем обнаружить её, в уже законченном виде, хотя бы в датированной 1926г. классической его работе "К вопросам ленинизма".

В-третьих.

В-третьих, это решительное обращение или даже возвращение И.В.Сталина, в Конституции 1936г., к принципу всеобщего, равного и прямого избирательного права. Напомню, что по Программе РСДРП, принятой на II съезде, это одно из главных конституционных требовании к будущей "демократической республике" (См. КПСС в резолюциях …, ч.I, стр.40.), в перечне таких требований оно стоит вторым. Впоследствии у нас по разным причинам, в которых мы сейчас не имеем уже возможности разбираться, этот великий демократический принцип оказался временно подменён архаикой так называемых многостепенных выборов. Многостепенные выборы выдавались - и сегодня, как это ни прискорбно, опять выдаются нашими псевдокомпартиями - за некую подлинно пролетарскую организацию избирательной процедуры. На самом деле этот политический архаизм попросту отсекает основную массу трудящихся от реального участия во власти, и то, что И.В.Сталин с этой путаницей покончил, это также одна из крупнейших его заслуг.

Но тут тоже кое-что и к нам на доработку отошло. А именно, это необходимость устранить пережитки многостепенных выборов там, где они ещё продолжали сохраняться: в судебной системе и - это фундаментальнейший вопрос - в партии.

Что касается системы правосудия, то она только тогда станет действительно народной, а значит - некоррупционной и не бюрократической, когда судьи, вплоть до членов Верховного Суда, начнут избираться непосредственно народом и окажутся, тем самым, рядовому избирателю подотчётны.

В области партийного строительства мы не сдвинемся с места и застарелых этих проблем, которые всем известны, не решим, покуда не введём внутрипартийное всеобщее, равное и прямое избирательное право, т.е. делегирование на все партийные форумы, от районной конференции до съезда, а также выдвижение кандидатур на все руководящие посты в партии непосредственно первичками, низовыми массами коммунистов. Проект такого Устава партии подготовлен Большевистской платформой в КПСС ещё в 1994г., он в нашем информбюллетене тогда же публиковался, но мизерным тиражом; вскоре он будет показан в Интернете.

Само собой разумеется, и сам принцип всеобщего, равного и прямого избирательного права, это не какая-то застывшая догма, он также нуждается в дальнейшем развитии, причём весьма основательном. Здесь тоже открывается своя фабула, изобилующая разными увлекательными возможностями, но поскольку мне уже пора закругляться, то придётся ограничиться повторением приглашения на наш сайт, где всё это изложено в моём докладе Страна, которую мы не потеряли, представляющем собой пояснительный материал к нашему проекту новой редакции Конституции СССР.


Кого сегодня считать большевиком-сталинцем?

УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ, формат сегодняшнего нашего мероприятия не позволяет затронуть все вопросы, которые по данному случаю должны были бы быть освещены. Постольку я заранее соглашаюсь с упрёками, что вот об этом ничего не было сказано, и ещё об этом, и ещё о том. Никому из участников политклуба не возбраняется внести свои дополнения.

В мою задачу входило,- конкретно,- продемонстрировать, что большевизм, или последовательный коммунизм, в его наиболее чистом и радикальном, ленинско-сталинском облике, это отнюдь не перевёрнутая страница нашей отечественной и мировой истории. По сумме того гигантского задела, который был им предпринят на всех направлениях общественного развития, это не какой-то отклоняющийся эпизод, но это подлинное начало новой эры, летосчисление которой ведётся уже не от рождества Христова, но от рождества Союза Советских Социалистических Республик. Это великое всемирноисторическое обещание, данное человечеству несколькими поколениями советских людей, и на нас, на нынешних советских патриотах, и на тех, кто несомненно и неизбежно присоединится к нам в недалёком будущем, лежит ОБЪЕКТИВНАЯ обязанность обещание это интеллектуально подтвердить, а затем и практически продолжить его выполнение.

И ещё несколько заключительных замечаний.

Кого сегодня следует считать большевиком-сталинцем?

Сегодняшний большевик-сталинец, это,- как явствует из всего вышеизложенного, -

- человек, исповедующий идеологию СОВЕТСКОГО ПАТРИОТИЗМА, как современную форму марксистско-ленинского учения, адекватную возникшим реалиям;

- признающий, что СССР не уничтожен (и не может быть уничтожен), он продолжает существовать в состоянии временной оккупации силами и структурами транснационального капитала;

- признающий, что Конституция СССР де-юре продолжает действовать в полном своём объёме, и таким образом, нынешняя псевдокоммунистическая многопартийность на территории СССР представляет собой, по советским меркам, явление целиком антиконституционное, оно не может быть оправдано никакими ссылками на сложившиеся обстоятельства;

- и наконец, это человек, видящий выход из трагедии, которую переживает страна, в новой консолидации Советского народа (ядром которого,- напомним,- по Конституции СССР выступает революционный рабочий класс), в организации всенародного Сопротивления оккупантам и их марионеткам, в развёртывании борьбы Советского народа за свободу, независимость, территориальную целостность своего Социалистического Отечества.

Хотя мы, находясь на временно оккупированной территории, вынуждены прибегать к различным тактическим уловкам, но в принципе, в достаточно широком масштабе, в освободительной борьбе Советского народа не могут применяться средства, методы, структуры, идеологические установки, в корне противоречащие советским конституционным нормам.

Например, это положение о допустимости частной собственности; это бесконечное нацеливание народа на то, что судьба страны может быть изменена, якобы, путём участия в выборах, проводимых оккупационными режимами; это вообще политическое и идеологическое признание коллаборационистских режимов хотя бы в малейшей степени легитимными; это также упорная подмена единой Коммунистической партии Советского Союза разными новообразованиями, появившимися в рамках пресловутой многопартийности, которые Советскому народу абсолютно ни для чего не нужны, сплошь и рядом отрицают даже факт его продолжающегося существования, никаких его реальных интересов и целей не выражают и не помогают достичь.

Советскому народу для освобождения страны объективно нужна только заново большевизированная КПСС. Если нам скажут, что-де КПСС была поражена горбачёвщиной и всяческой прочей гнилью, то ведь, простите, и ВКП(б) в 20-х - 30-х годах заполонили троцкизм, бухаринщина и бог знает что ещё. Но не бросился же И.В.Сталин создавать где-то на отшибе новую партию. Тогдашняя ВКП(б) являла собой символ Советской государственности, её так же нельзя было отдавать на съедение врагу, как и сам СССР. К сожалению, столь же чёткое понимание совершенно аналогичной ситуации вокруг КПСС в наших комдвиженческих массах практически отсутствует.

И поэтому уместно будет констатировать, в завершение всего нашего сегодняшнего рассмотрения, что первая организация, ребром поставившая вопрос о том, что партия сбилась со стези большевизма и что необходимо её на эту стезю вернуть, это была Большевистская платформа в КПСС. Большевистская платформа стала и одним из - скажем пока так - одним из инициаторов процесса воссоздания КПСС в 1991-93гг. И хотя наши партнёры по этому начинанию "успешно" завели это дело в очередной тупик, но тупик этот, опять-таки, временный и преодолимый; мы наших усилий не прекращали и не прекратили, просто они меняли свою форму соответственно обстановке.

В 1995г. был проведён Съезд граждан СССР первого созыва, материалы его представлены сейчас в Интернете, как и материалы Съезда второго созыва 2001г.; комментировать их я не буду, они всякому разумному человеку говорят сами за себя. Возник огромный массив идейно-теоретических наработок, без которых,- прошу извинить мне вынужденную нескромность,- но никакое восстановление общенациональной, общесоюзной Коммунистической партии уже совершенно точно не получится.

В.И.Ленин в своей блистательнейшей статье "Победа кадетов и задачи рабочей партии", которая на наших политклубах множество раз цитировалась, писал о "революционной роли реакционных периодов":

"... периоды непосредственного политического творчества масс сменяются в истории периодами, ... когда молчат или спят (по-видимому, спят) забитые и задавленные каторжной работой и нуждой массы ..." И вот тогда-то "мысль передовых представителей человеческого разума подводит итоги прошлому, строит новые системы и новые методы исследования. Вот ведь и в Европе период после подавления революции 1848 года отмечался ... работой мысли, которая создала хотя бы "Капитал" Маркса." (В.И.Ленин. ПСС, т.12, стр.331-332.)

На "Капитал" мы, может быть, и не претендуем, но что история коммунистического возрождения в нашей стране, это будет история возвращения на политическую сцену КПСС, перевооружённой современным большевизмом, это никаким сомнениям не подлежит. Ну, а каковы хотя бы некоторые основополагающие контуры современного большевизма,- по крайней мере, главные из них,- этому, в конечном счёте, и было посвящено сегодняшнее моё выступление.

http://cccp-kpss.narod.ru/bpk/poliklub/z30/O2RSDRP.HTM
ПОЛИТКЛУБЫ
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Секретарь-координатор
Большевистской платформы в КПСС,
канд. филос. наук
Т.ХАБАРОВА

И.В.СТАЛИН
И СОВРЕМЕННЫЙ КЛАССОВЫЙ ПОДХОД

Выступление на научно-практической конференции
"ДЕЛО СТАЛИНА БУДЕТ ЖИТЬ ВЕЧНО"
/к 50-летию со дня кончины И.В.Сталина/
Москва, 2 марта 2003г.


УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

позвольте мне воспользоваться вашим сегодняшним мероприятием,  чтобы постараться в очередной раз растолковать ту позицию, на которую рано или поздно, но необходимо должна встать здоровая, дееспособная часть всего нашего движения в целом. И на которую пока эта здоровая часть не встанет, у нас так и будет продолжаться вот это изнурительное топтание на месте, всеми нами год за годом вокруг себя наблюдаемое.

Слава богу, позиция эта – советская позиция,– как её ни замалчивали и ни третировали, но на сей день она достаточно и даже вполне известна.

Мы находимся на временно оккупированной транснациональным капиталом территории Союза Советских Социалистических Республик. Никакого "капитализма", в собственном смысле этого слова, тут нет, не могло образоваться и не предвидится на будущее. Если на этой территории ещё теплится какая-то жизнь, то только благодаря остаткам оккупационно разрушаемого социалистического народного хозяйства. Последние из этих "реликтов социализма" добиваются у нас на глазах: это система государственно гарантированного землепользования, единая энергетическая система, единая система железнодорожного транспорта и система централизованного коммунального жизнеобеспечения. Та дикость,  которая после этого воцарится, она не то что на капитализм, но разве лишь потянет на первобытно-общинный строй.

СССР де-юре продолжает существовать,  де-юре продолжается действие Советской Конституции 1977 года. Сохраняется правосубъектность СССР на международной арене. Временно оккупированной территорией управляют коллаборационистские режимы, возникшие в результате уголовных преступлений против государственного суверенитета СССР и волеизъявления Советского народа, а потому нелегитимные с момента их возникновения. Мы по отношению к этим режимам должны выступать не как какие-то "оппозиционеры" по отношению к законной власти, а наоборот,– если бы разумно себя вели, то выступали бы как представители и выразители интересов предательски свергнутой законной (т.е. Советской) власти по отношению к марионеткам транснационального империализма, узурпировавшим власть в стране путём информационно-психологического насилия над людьми.

Выход из создавшейся катастрофы – организация и развёртывание национально- освободительной борьбы. Борьбу эту должен вести Советский народ, продолжающий оставаться материальным носителем государственности СССР и единственным законным хозяином всех рукотворных и нерукотворных богатств на территории страны. Складывание Советского народа как новой исторической общности людей зафиксировано в преамбуле Конституции СССР. Этническим ядром Советского народа является великий русский народ, его социальное ядро составляет революционный, т.е. нацеленный на построение коммунистического общества рабочий класс.

Главная задача всех наших левых сил – консолидация Советского народа, приведение его в национально-самосознательное состояние, т.е. в состояние способности и готовности к освободительной борьбе.

И вот, как это ни противоестественно, но распространение советской концепции освобождения нашей Родины тормозится под тем предлогом, что в ней,– дескать,– не соблюдается классовый подход.

Скажу сразу, что советизм – это не умаление и не отрицание марксистского классового подхода, а как раз его наиболее зрелая и развитая современная форма. Вообще-то в наших наработках, в том числе и опубликованных, эта аргументация не однажды излагалась, но коль скоро так упорно не доходит до понимания, давайте всё это просмотрим ещё раз.



ЧТО БОЛЬШЕ ВСЕГО здесь удивляет, так это нежелание открыть глаза на ту простую вещь, что классовая борьба – это явление исторически изменчивое. Она же в разные эпохи выглядит совершенно по-разному. Например, революция; в том её облике, в каком она обычно при произношении этого слова витает у нас перед умственным взором, это же приобретение истори­чески совсем недавнего времени, последних нескольких веков. Где вы видели рабовладельческое государство, посредством политической революции превратившееся в феодальное? Не было такого никогда. Могущественные рабовладельческие государства древности просто рухнули, сошли с исторической сцены в результате столкновений с завоевателями. А феодальный строй образовался в других странах, где ему не обязательно предшествовало развитое рабовладение.

Далее, революция буржуазная и пролетарская. Между ними тоже огромная разница, несмотря на внешнее сходство.

В буржуазной революции, там имеется чёткая грань между классом – претендентом на захват власти и классом – главным элементом производительных сил, классом-производителем, который, собственно, и служит человеческим "мотором" революционных перемен. Но не трудящиеся приходят к власти по итогам буржуазной революции, к власти приходит новая разновидность эксплуататорской элиты.

Что же касается революции пролетариата, то с ней дело иначе обстоит, и у власти утверждается, впервые в истории человечества, именно класс-производитель. Конечно, тут тоже можно много говорить о "бюрократическом извращении" пролетарского государства и пр., но не зря В.И.Ленин подчёркивал, что господство класса, прежде всего,– в конституционно закреплённых отношениях собственности. А в этом плане рабочий класс с его социальными союзниками после Великого Октября стал в нашей стране, однозначно, господствующим, государствообразующим классом.

Но это же гигантский сдвиг во всей логике классовых противоборств, в самой структуре мирового революционно-освободительного процесса.

Если раньше кульминационным пунктом, "точкой роста" этого процесса и концентрированным выражением его энергетики выступала революция, то теперь таким кульминационным пунктом сделался самый факт образования на Земле государства трудящихся – СССР. И концептуальным освоением этого сдвига мы обязаны как раз И.В.Сталину.

Правда, И.В.Сталина натолкнул на это ряд вполне, так сказать, эмпирических обстоятельств, но прогностический потенциал сформулированных им выводов и их концептуальная значимость от этого ничуть не тускнеют.

В 1920-х годах председателем Коминтерна, как известно, был Зиновьев – рьяный сторонник троцкистской теории "мировой революции". В духе "мировой революции" Зиновьев и его коминтерновские единомышленники стремились трактовать едва ли не каждую протестную акцию масс в капиталистических странах, хотя бы никакого собственно революционного содержания в ней и не прослеживалось. Так произошло со всеобщей стачкой в Англии в мае 1926г. Безусловно, это было впечатляющее проявление протестной энергии английского рабочего класса. Но ни рядовые участники стачки, ни её профсоюзное руководство не ставили себе целью ниспровержение существовавшего в Великобритании общественного строя. Тем не менее, зиновьевцы в связи со стачкой погнали волну псевдореволюционной истерии. При этом сочинялись всевозможные небылицы: например, о массовой гибели – якобы – английских горняков от голода и т.п. Немудрено, что под влиянием этих небылиц доверчивые и отзывчивые советские люди бросились собирать средства в помощь мнимым голодающим, хотя и самим в ту пору приходилось несладко. Советские профсоюзы перевели в адрес забастовщиков значительные денежные суммы – в общей сложности, более двух млн. рублей.

Английское правительство,– чего и следовало ожидать,– расценило все эти действия как неприкрытое вмешательство во внутренние дела своей страны. Отношения с англичанами оказались основательно испорчены. Вскоре на эту ситуацию наслоился ещё крайне неблагоприятный для англичан оборот событий в Китае, где развитие национально-освободительной борьбы поставило под прямую угрозу британские экономические интересы, в виде заключённых ранее с Китаем неравноправных договоров. Англичане пытались продлить жизнь этим неравноправным обязательствам, в обмен на дипломатическое признание Национального правительства Китая, сформированного Гоминьданом. Но такой вариант явно не устраивал, прежде всего, сам китайский народ, который ответил на эту возню яростными аитибританскими демонстрациями. [1] Однако, поскольку СССР, в общем-то, и не скрывал, что считает сохранение неравноправных договоров при любом раскладе неприемлемым, то чаша терпения английских консерваторов, как говорится, переполнилась, и они в мае 1927г. расторгли с нами дипломатические отношения, параллельно развернув против нас бешеную пропагандистскую кампанию.

Как мы – т.е. Советский Союз – на всё это реагировали.

Зиновьева летом 1926г. вывели из состава Политбюро ЦК ВКП(б), а в ноябре того же года, по представлению Объединённого пленума ЦК и ЦКК ВКП(б), заявившего, что Зиновьев не выражает позицию советских коммунистов, он вынужден был покинуть и пост председателя Коминтерна.

Английский дипломатический демарш был для нас чреват не только новым, абсолютно ненужным витком международной изоляции, но он вообще мог обернуться войной. В сталинском докладе на ХV съезде ВКП(б) мы находим параграф, который так и называется: "Усиление интервенционистских тенденций в мире империалистов и угроз войны (в отношении СССР) есть один из основных факторов нынешнего положения." [2] А что означала для нас война в конце 1920-х годов, когда индустриализация только-только начиналась и сельское хозяйство не было ещё коллективизировано,– это, думается, не надо длинно объяснять.

И таким образом, перед Сталиным – и как перед теоретиком, и как перед практиком социалистического строительства – во весь рост встала необходимость на том и на другом уровне раз навсегда разобраться с тем, что важнее: революция или её результат; и можно ли в топку революции, пусть даже и мировой, безрассудно бросить государство диктатуры пролетариата, пусть даже и в одной отдельно взятой стране. Выбор был Сталиным сделан решительный, бесповоротный и единственно правильный: после успешного свершения социалистической революции высшей объективной ценностью мирового освободительного процесса, его средоточием и ориентиром для всех его участников становится уже не революция как таковая, а факт начавшегося существования государства рабочих и крестьян.

"Со времён победы Октябрьской революции,– пишет Сталин осенью 1927г.,– марксистами могут быть лишь те, кто поддерживает решительно и беззаветно первую в мире пролетарскую диктатуру." [3]

На Объединённом пленуме ЦК и ЦКК в августе 1927г. он говорит:

"Есть один вопрос, который ставит водораздел между всеми возможными группами, течениями, партиями и проверяет их революционность или контрреволюционность. Этим вопросом является ... вопрос об обороне СССР, вопрос о безусловной, безоговорочной защите СССР от нападений со стороны империализма.

Революционер тот, кто без оговорок, безусловно, открыто и честно ... готов защищать, оборонять СССР, ибо СССР есть первое в мире пролетарское революционное государство, строящее социализм. Интернационалист тот, кто безоговорочно, без колебаний, без условий готов защищать СССР потому, что СССР есть база мирового революционного движения ... Ибо кто думает защищать мировое революционное движение помимо и против СССР, тот идёт против революции, тот обязательно скатывается в лагерь врагов революции." [4]

Вот здесь перед нами, в сущности, по-настоящему современный, хотя и сформулированный более семидесяти лет тому назад, РЕВОЛЮЦИОННЫЙ КЛАССОВЫЙ ПОДХОД. На сегодняшний день выражением этого СТАЛИНСКОГО подхода и является концепция, как мы его коротко называем, советизма, разработанная Большевистской платформой в КПСС и Движением граждан СССР.

С выходом пролетариата на международную арену в качестве государствообразующего субъекта классовая борьба, естественно, в корне меняет свои формы. Главным её проявлением становится противоборство социализма и империализма на межгосударственном уровне, т.е. ВОЙНА. Соответственно, мы и анализируем создавшуюся у нас ситуацию в терминах Третьей мировой, или информационно-психологической войны. Это война нового типа, ибо формы ведения боевых действий также исторически меняются. В информационно-психологической или информационно-интеллектуальной войне огромное, по сути решающее значение приобретает смыкание внешнего геополитического противника с антисоциалистическими элементами внутри страны: это феномен "пятой колонны", многолетнего идеологического, экономического и политического вредительства, и наконец, национальной измены в верхах партийно- государственного руководства.

Соблюдать в этих условиях классовый подход – это значит не допускать даже и мысли о том, будто СССР мог окончательно и всецело прекратить своё существование. Он продолжает существовать, только во временно оккупированном состоянии. Упустить это главное звено    означает упустить всю цепь, и после этого уже ни к чему все эти разговоры, что мы, мол, СССР восстановим, мы совершим вторую социалистическую революцию и т.п. Ничего вы не совершите и ничего вы не восстановите, потому что вы выпустили из рук логику классовой борьбы.

И.В.Сталин всех нас предупреждал, что после Великого Октября для подлинного марксиста, интернационалиста и революционера есть только две позиции: одна – это позиция безоговорочной защиты СССР, другая – позиция фактической борьбы против СССР [5], фактического скатывания в лагерь врагов революции. Той самой революции, о которой у нас нынче столь мно­гие без устали и без всякого смысла, прощу прощения, верещат.

Вот вам Иосиф Виссарионович исчерпывающе разъяснил, куда, в какой разряд вы попадаете, отказываясь признать существование СССР и бросить все силы на его защиту, а в нашей сегодняшней обстановке – на его освобождение.

Освобождать страну от чужеземного вторжения, какую бы форму оно ни приняло, должен, опять-таки, не самодовлеюще взятый "класс", а это должен делать народ. В данном случае это Советский народ. Почему понятие Советского народа "противоречит" классовой точке зрения, тоже уразуметь совершенно невозможно. С 1996г., по меньшей мере, я в своих выступлениях десятки раз, наверное, приводя пачками цитаты из наших основоположников, доказывала, что класс отдельно от народа практически не существует, полностью вычлененный из народа класс – это псевдомарксистская фикция. Когда говорят о передовом, революционном классе как о гегемоне, то где, в какой среде, по отношению к кому эта его гегемония? По отношению к народу, вот к кому. Передовой класс волей или неволей сплачивает вокруг себя народ, структурирует его, отделяет зёрна от плевел, организует на какие-то общенационально значимые дела, потому он и гегемон.

Если в досоциалистических, эксплуататорских формациях это сплочение народа вокруг класса-гегемона достигается во многом, если не в основном вынужденно, то при социализме идеологию революционного рабочего класса, его духовные и нравственные ценности люди в массе принимают сознательно, ибо это, по существу, есть и их собственный взгляд на мир, на жизнь, на порядок вещей. Советский народ, таким образом,– это сугубо классовая категория, это новая историческая ипостась в развитии самого рабочего класса как синонима вообще всех людей труда, объединённых целью построения коммунизма.

Так выглядит сегодня классовый подход, и чем скорее этот его современный, СТАЛИНСКИЙ облик сделается у нас в левом движении общепринятым, тем скорее мы начнём, вот именно, двигаться куда-то,– а не топтаться по замкнутому кругу, как это, к сожалению, имело и имеет место до сих пор.

_______________________________

[1]  См. об этом М.В.Александров. Внешнеполитическая доктрина Сталина. Canberra, Australian national university, 1995.
[2]  И.Сталин. Соч., т. 10, стр. 286-287.
[3] Там же, стр. 171.
[4] Там же, стр. 50-51.
[5] Там же, стр. 51.


http://cccp-kpss.narod.ru/drugie/ivsklas.htm
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Материалы политклуба
Московского центра Большевистской платформы в КПСС
(Заседание тридцать второе)
Москва, 4 мая 2008 г.

Секретарь-координатор
Большевистской платформы в КПСС,
председатель Исполкома
Съезда граждан СССР
Т.ХАБАРОВА

ЛИШЬ ДЕЛО ГЕРОЯ ДА РЕЧЬ МУДРЕЦА
ПРОХОДЯТ СТОЛЕТЬЯ, НЕ ЗНАЯ КОНЦА


Выступление
на XXXII заседании политклуба Московского центра БП в КПСС,
посвящённом 190-летию со дня рождения К.МАРКСА
Москва, 4 мая 2008 г.


УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ,

обе наши  организации – и Съезд граждан СССР как постоянно действующий орган, и тем паче Большевистская платформа – имеют уже достаточно протяжённую историю своего существования; и я, по установившейся у нас традиции, скажу вначале несколько слов о наших наработках предыдущих лет по той тематике, которая нынче выносится на обсуждение. А эта тематика, это вопрос о том, какое место занимают Маркс и Марксово идейно-теоретическое наследие и в нашей сегодняшней борьбе, и вообще в освободительной эпопее человечества, как в данный момент, так и на перспективу.

И вот, прежде чем на этот вопрос в очередной раз отвечать, давайте освежим в памяти наш политклуб десятилетней давности – Потерпел ли марксизм как наука поражение в информационно-интеллектуальной войне? [1] В том материале дан самый решительный отпор всем этим домыслам, что марксизм,– якобы,– либо выдохся и утратил концептуальную силу, либо и вовсе никогда её не имел; что он или не помог предотвратить катастрофу разрушения социалистического строя, либо – того хуже – сам же и явился причиной и первоисточником этого краха.

Но всё, что в действительности произошло с марксизмом, это то, что где-то к концу 1970-х годов, в результате интенсивнейших происков идеологической "пятой колонны", он оказался практически едва ли не полностью изъят, если можно так выразиться, из обращения на уровне партийно-государственного руководства. Сохранялась лишь фразеологическая оболочка, и эта оболочка почти целиком была заполнена реанимированным каутскианством, бухаринщиной и прочими вещами, с марксистской наукой весьма мало совместимыми.

Само собой разумеется, что эта мешанина, она не только никаких катастроф предотвратить не могла, но она активнейшим образом им способствовала и прокладывала им путь; ибо именно для этого и внедрялась агентами влияния информационно-психологической войны.

Однако,– и весь пафос нашего тогдашнего, 23-го политклуба как раз на этом и был сосредоточен,– марксизм как научная теория, как явление интеллектуальной жизни общества, он в этом своём качестве никуда исчезнуть не мог и не исчезал. Он просто,– как я это обычно формулирую,– "ушёл в народ" и стал делом непривилегированных, неэлитарных учёных, не принадлежавших к идеологической верхушке. И не только не принадлежавших, но и весьма рьяно этой верхушкой дискриминировавшихся и преследовавшихся. Поскольку мне всё это довелось сполна испытать на собственной, что называется, шкуре, то – поверьте – я говорю с исчерпывающим знанием предмета.

Итак, марксистская мысль в своём развитии,– которого никому не было дано остановить,– она как бы нашла себе новых прилежных и неподкупных служителей и в их лице продолжала делать то, ради чего была произведена на свет и вложена в руки борющемуся пролетариату. Т.е., она продолжала безотказно объяснять происходящее, систематизировать пройденный путь, предупреждать об угрозах и идейно обустраивать дорогу в будущее.

В 1998г. мы только ещё мечтали о публикации архивных, доперестроечных работ, которые этот наш тезис доказывали бы собою и иллюстрировали. Но на сегодняшний день начало таким публикациям,– как представляется,– положено, благодаря нашим соратникам из Ростова–на–Дону и издаваемой ими газете "Советы граждан СССР". В 7-м номере этой газеты, это июль 2007г., помещена датированная 1981-м годом моя статья "Свободные профсоюзы" и иные события в ПНР в свете марксистской концепции двух фаз коммунистического революционного процесса. И пусть мне кто-нибудь, прочитав эту статью, попробует заявить, что ортодоксальный, "кондовый" марксистский анализ в то время, за четыре года до воцарения в Кремле Горбачёва, НЕ справлялся с теми задачами, которые выше были перечислены. Т.е., НЕ объяснял бурлившие вокруг, в частности в Польше, общественно-политические перипетии, НЕ систематизировал накопленный социализмом опыт, НЕ предупреждал об опасности, нависшей в первую голову над нашей страной, и НЕ давал подробнейших рекомендаций, как этой опасности избежать. Да, всё это исходило не от тогдашней идеологической "элиты", не от всех этих Федосеевых – Тимофеевых, Константиновых, Кедровых, Митиных, Егоровых, Румянцевых, Гвишиани, Косолаповых, Семёновых и иже с ними, чьи и фамилии-то сегодня по большей части уже никому ничего не говорят. Да, марксистская постановка животрепещущих проблем не в состоянии была пробиться на страницы, ну, хотя бы того же "Коммуниста",– коему адресована упомянутая выше статья,– там правил бал косолаповский маразм на тему пресловутого "развитого социализма".

Но ведь это же не значит, что марксистского подхода и марксистских проблемных решений не существовало. Они были; другое дело, что они яростно, злостно отторгались и подавлялись официальным идеологическим сообществом,– которое уже на добрую половину состояло из агентуры влияния, а на второй половине толклись конъюнктурщики, кого судьба страны, народа и общественного строя интересовала не больше, чем она сейчас их интересует.

Со временем история,– безусловно,– свой приговор деятелям этого толка вынесет; и я твёрдо надеюсь, что не только история, но и какие-то более прозаические инстанции своё слово здесь также произнесут. Ведь если, к примеру, разрушать у народа его Вооружённые Силы и военно-промышленный комплекс, это преступление, то что же такое – разрушать, в угоду врагу, идеологический арсенал страны, да ещё внушать людям, вопреки самой наглядной очевидности, якобы никакого арсенала у вас,– мол,– никогда в общем-то и не было, и нет, и неизвестно, будет ли впредь. Воистину, это преступление в квадрате, и как таковое, оно не может остаться и не останется неразоблачённым  и безнаказанным.

С нашей же стороны, мы полны решимости продолжить осуществление нашего проекта по обнародованию марксистских наработок 1970–80-х годов. Именно на нас лежит обязанность продемонстрировать, что и тут, на ключевом участке нашего общественного развития, болтовня о каком-то "саморазвале" социализма и всех его структур – это сплошной вздор. Противнику и тут удалось прорвать фронт не потому, что мы "выдохлись" и "саморазвалились", а потому, что он без малого полвека вёл с нами жесточайшую диверсионную войну, и в этой войне ему ревностно "помогали" идеологические коллаборанты изнутри.

В завершение этого вводного раздела процитирую, всё-таки, материал политклуба 1998г. Ибо, хотя он почти десятилетие назад предан гласности, то, о чём там говорилось, до сознания нашей левой общественности так по сию пору и не дошло. Если мы в информационно-интеллектуальной войне будем и дальше прозревать вот такими темпами, то нет никаких сомнений, что очередное крупнейшее поражение в ней (если вообще не окончательное) стране и народу гарантировано.

Итак, вот этот фрагмент:

"Не было такой разновидности диверсионного подкопа под марксизм, которая не могла быть с марксистских позиций разгадана, встречена во всеоружии, всесторонне разоблачена и своевременно, как говорится, купиро­вана.

Всё происходившее со страной поддавалось прогнозированию и реально прогнозировалось. Десятки раз прогноз этот, в сопровождении подробней­шей научной аргументации, направлялся во все относящиеся к делу адреса, в том числе … /тогдашнему председателю КГБ/ Андропову, который при желании вполне мог уяснить для себя, и в каком обществе он живёт, и какое будущее готовится этому обществу его врагами."

5 апреля 1979г. Андропову писали заказным письмом, причём на политклубе были продемонстрированы копия этого письма и квитанция к нему:

"… взамен марксистско-ленинского учения, обра­зующего непререкаемый идейный фундамент Советской государственности, у нас ныне проповедуется, в итоге, некая буржуазно-реставраторская, бухаринская карикатура на марксизм, а тем самым вершится идеологическая и политическая диверсия такого ранга, такой разрушительной силы, что покуда она не пресечена, на прочее, чем Ваша организация занимается, спокойно можно махнуть рукой, ибо одного этого "теоретического" подкопа … более чем достаточно для гибели социалистического строя в СССР."

Повторяю, это апрель 1979г." [2]

И на этом,– по моему твёрдому убеждению,– надо кончать словоблудие относительно того, что как наука марксизм в чём-то "провинился" перед нашей страной, Советским народом и всем прогрессивным человечеством, он кого-то к краху привёл, чего-то не предотвратил, чего-то недопредсказал; что он устарел и в наши дни уже не может служить путеводной звездой, озаряющей дорогу в грядущее. С ним воевали – воевали много десятилетий, подло, исподтишка, и как результат этой грязной войны, соорудили настоящую информационную запруду между ним и народом. Вот и всё; а сама по себе прогностическая, объяснительная, рекомендативная и всякая иная мощь марксистской теории, она была и есть та же, что всегда,– не утрачивалась, да и нынче не утрачена ни на йоту.



ДАВАЙТЕ обратимся теперь непосредственно к Марксу.

С вашего позволения, я опускаю биографические подробности, поскольку в основном они общеизвестны. Хочу только лишний раз напомнить, что жизнь Маркса, с её внешней стороны, это была очень несладкая жизнь фактического изгнанника, так и окончившего свои дни на чужбине; жизнь учёного и политического мыслителя, опередившего свою эпоху, гонимого официальными властями и не признанного современным ему научным сообществом. Ему так и не была дана простейшая, элементарная для образованного человека возможность иметь,– как мы бы сегодня сказали,– работу по специальности и добывать средства к существованию тем трудом, который составлял его призвание и смысл его земного бытия. Ради заработка он вынужден был  тратить время и силы на разного рода литературную подёнщину, и всё равно не мог обойтись без постоянной материальной поддержки хотя и лучшего своего друга, но… Но вы вдумайтесь, насколько это тяжело и внутренне унизительно для мужчины, отца семейства, получать по почте, хотя бы и от лучшего друга, порванный пополам банковский билет. А почему порванный? Да чтобы не вытащили при досмотре корреспонденции. В следующем письме прибывала вторая половина денежной единицы. Их надо было склеить, и вот уже только тогда идти в лавку покупать еду для всей семьи. И так – или что-то наподобие того – много лет подряд.

Неполон будет портрет Маркса, в плане его отношения к материальным благам, и без такого, редко упоминаемого штриха, что доставшееся ему где-то около 1848г. наследство он практически целиком пожертвовал на покупку оружия для тогдашних революционеров.

Но от этой невесёлой, хотя и в высшей степени поучительной обыденности давайте перейдём к тому в облике Маркса, что принадлежит уже вечности.

Место Маркса в мировой истории,– причём, место незыблемое, оно никем и никогда поколеблено не будет,– оно определяется тем, что Маркс для новой, коммунистической общественно-экономической формации выступил, духовно и интеллектуально, как бы её отцом-основателем: её наиболее успешным идеологом и пророком, её безусловно величайшим и поистине блистательным теоретиком.

Рано или поздно канет в Лету всё буржуазное жизнеустройство, со всеми его и преимуществами, и пороками, но имена Мартина Лютера и Томаса Мюнцера, Томаса Гоббса и Джона Локка, Гуго Гроция и Жан-Жака Руссо, и другие, из той же плеяды,– они останутся, и наследие этих "светильников разума" будет передаваться, как факел, идущим на смену поколениям.

И в ряду вот таких факелоносцев человеческого прогресса давно и прочно,– повторяю,– занял своё место Маркс. Оспаривать сегодня  правомерность его нахождения там, в этом ряду,– это только демонстрировать либо собственную глупость, либо платное прислужничество транснациональному капиталу.

Итак, ответ на вопрос, а что такое нынче Маркс для нас и для всей планеты,– ответ на этот вопрос гласит: Маркс, это "главный идеолог и теоретик" той ступени цивилизационого развития человечества, которая на протяжении, вполне возможно, уже нашего, XXI столетия, повсюду на планете возобладает. Эта новая, неэксплуататорская эра в развитии земной цивилизации называется – КОММУНИЗМ, и везде, где будут строить коммунизм, строить его будут в принципе, в каких-то рамочных очертаниях, по Марксу.



СТАЛО БЫТЬ, теперь нам надо хотя бы коротко, в формате нашего политклуба, но всё же посмотреть, а в чём же эти марксовские рамочные условия строительства и построения коммунизма заключаются.

Думаю, не встретит никаких возражений, если мы будем придерживаться классической ленинской схемы "трёх источников и трёх составных частей марксизма"; только порядок их следования поменяем.

И таким образом, часть первая – экономическая.

Маркс не был первооткрывателем трудовой теории стоимости; то, что стоимость создаётся живым трудом, знали его великие предшественники – Смит и Рикардо.

В этом предмете можно застрять очень плотно, поэтому сразу постараемся сформулировать предельно сжато: в чём, всё-таки, состояли новаторство Маркса и его гениальность по сравнению со столпами английской буржуазной политэкономии?

Новаторство Маркса состояло в самом категорическом подчёркивании того, что живым трудом создаётся ВСЯ производимая стоимость, в том числе и прибавочная стоимость, стоимость прибавочного продукта. Прибавочный продукт, или образующийся в производственном процессе ДОХОД,– это проявление особого свойства рабочей силы как товара: её свойства создавать некую ДОПОЛНИТЕЛЬНУЮ стоимость, плюс к той стоимости, которая пошла на её – рабочей силы – собственное воспроизводство.

И вот далее следует тезис принципиальной, ключевой важности: прибавочная стоимость не принадлежит, не относится к ИЗДЕРЖКАМ ПРОИЗВОДСТВА. Она не есть элемент сделанных в производстве затрат, она есть то, что   получено  в результате производства благодаря сделанным там затратам. Затратам чего, в первую голову? В первую голову, затратам труда.

Ну, а разве у английских классиков не так?

Нет, совсем не так.

Хотя мы и обнаруживаем у них прекрасные определения труда,– например,– как "первоначальной цены" всех товаров [3], как "общей меры" установления их – товаров – стоимости [4], но тот же Рикардо многократно и настойчиво нас предупреждает, чтобы мы не забывали включать в издержки производства прибыль на капитал: т.е., одну из частей, на которые в капиталистическом хозяйстве распадается прибавочная стоимость.. [5]

Вы понимаете, где тут собака зарыта?

Вот рабочий затратил свою рабочую силу. Это издержки производства, которые возмещаются заработной платой. Израсходованы материальные оборотные средства – сырьё, энергоносители и пр., это тоже надо возместить из выручки; сюда же амортизационные отчисления. Но если прибыль считать издержками производства, то кто же здесь поиздержался? Очевидно, тот, кто прибыль эту по итогам хозяйствования получает, т.е. капиталист. А что же он вложил в производство? Ну понятно, что – капитал. Чувствуете, как всё обернулось? Капитал оказался, наряду с трудом, полноправным участником образования прибавочной стоимости. А где капитал, там уж как-нибудь подверстаются и банкир с банковским процентом, и земельный собственник с рентой.

Вот она во всей своей красе – "теоретическая" апологетика буржуазного способа производства. Все всё "законно" отхватили – прибыль, процент, ренту. Ни один паразит обделённым не остался. И с рабочим тоже "по справедливости" рассчитались – зарплатой, а она во времена Маркса сплошь и рядом была нищенской. Больше ему – рабочему – тут ничего не полагается. И все прочие прелести капитализма, они также возведены в ранг как бы вечных законов природы: эксплуатация, социальное неравенство, нищета на фоне неправедного богатства, безработица и т.д.

Но взгляните, как разительно меняется вся картина, если мы становимся на Марксову точку зрения.

Если весь прибавочный продукт, всё возникающее в процессе хозяйственной деятельности богатство – это плод труда, то и принадлежать оно должно объединённому труду; иначе говоря, государству трудящихся.

Малозаметный, вроде бы, нюанс,– мимо него обычно проскакивают,– включать или не включать прибыль в издержки производства,– а концептуальный переворот полнейший: всё мировосприятие социально-философское стало в корне другим. Тут и переход власти в руки людей труда, и естественно отсюда вытекающая национализация средств производства.

Но!.. Но тут ведь ещё одна мощнейшая подсказка, причём по сию пору так толком и не расслышанная. Между тем, она, как прожектор, вонзается в будущее, и не надо этой ерунды, якобы Маркс устарел. Подсказка эта адресована уже следующему гению,– и даже не Ленину, которому судьба не отпустила времени для решения этой задачи. Исторический адресат этого марксовского провúдения – Сталин.

Что же "расслышал" у Маркса Сталин,– всю жизнь подчёркнуто (и абсолютно справедливо) характеризовавший себя как последовательного марксиста?

А "расслышал" он вот то самое,– что интегрирующей целью пролетарской революции, пролетарского переустройства мира должно быть обобществление не средств производства как таковых, и не ещё чего-то, но именно ПРИБАВОЧНОГО ПРОДУКТА.

Ведь мы национализировали средства производства в период "военного коммунизма"; национализировали, а система не заработала. Почему? Да потому, что неизвестно было, не только как распределить доход от производственной деятельности на этой первоначальной стадии обобществления, но даже и как его извлечь: как на финише производственного цикла оказаться вообще при доходе, а не на нулях.

Уважаемые товарищи, весь этот сюжет в материалах Большевистской платформы и Движения граждан СССР детальнейшим образом разобран, исследован и изложен; т.е., я имею в виду историю создания у нас в стране, под руководством И.В.Сталина, СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ ЭКОНОМИКИ КАК ТАКОВОЙ, или экономики С ОБОБЩЕСТВЛЁННЫМ ПРИБАВОЧНЫМ ПРОДУКТОМ. Ещё в 1998–99гг. мною было предложено ввести в марксистскую политэкономическую науку понятие и термин СТАЛИНСКАЯ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ МОДЕЛЬ. [6] Какая-то часть этих наработок – правда, некомплектно и в разное время,– но опубликована. Так, в 41-м "Светоче", который здесь уже упоминался и демонстрировался, представлено своего рода программное выступление на эту тему – Социалистическая экономика как система (сталинская модель). В тематическом каталоге нашего сайта, в разделе Марксистская политэкономия весь этот исследовательский массив собран и показан как некое целое, накапливавшееся десятилетиями.

И это снимает с меня обязанность снова и снова повторяться, что-то объяснять и кого-то в чём-то убеждать. Суммарно констатирую, что при Сталине в Советском Союзе была построена экономика, полностью адекватная первой фазе коммунистической формации. Экономика, в которой удалось обобществить не только средства производства, но и совокупный прибавочный продукт; и этот общественный чистый доход поступал трудящимся, делился "на всех" через систему регулярного снижения розничных цен и непрерывного наращивания фондов бесплатного общественного потребления. Этот экономический механизм сконструирован, вот именно, строго по Марксу, и он единственно возможен для нормально функционирующего социалистического общества. И не просто нормально функционирующего, но ещё и перерастающего в коммунизм. Всякие разговоры о социализме, если при этом не ставится задача возвращения к сталинской экономической модели, они в лучшем случае пустопорожние, а в худшем… уж смотря по обстоятельствам.

И поэтому не вызывает ничего, кроме досады, когда выпускается программный документ марксистской, вроде бы, партии, а там мельтешат замшелые советологические по своему происхождению клише насчёт "мобилизационной экономики", излишнего, дескать, огосударствления, планово-рыночных методов и т.п. "Не был своевременно приведён в соответствие с потребностями развивающихся производительных сил хозяйственный механизм." [7] ?.. Послушайте, не существовало в мире более совершенного хозяйственного механизма, чем тот, который сумели задействовать в Советской стране в сталинскую эпоху. Другое дело, что его в середине 1960-х годов разгромили и заменили косыгинско-либермановским уродством, и именно этот урод, насильственно продавленный в социалистическую экономику, а не сталинский механизм, и положил начало перманентному кризису в ней.

И вы заметьте, заметьте, что ведь сами-то диверсанты экономические, они во всех этих подводных течениях, о которых здесь шла речь, разбирались очень и очень неплохо! Не сдуру, нет, не сдуру все эти "реформаторские" выкрутасы вытворялись! Ведь что послужило "научной" основой косыгинской якобы-"реформы"? Основой послужила реабилитация в нашей политэкономии,– в противовес Марксу!– рикардианской догмы касательно того, что прибыль непременно должна включаться в издержки производства. Это так называемая теория "общественно необходимых затрат труда" (ОНЗТ).

Согласно ей, стоимость прибавочного продукта не есть общественное достояние,– как у Сталина,– а она есть элемент локальных производственных затрат, и формироваться должна не на общехозяйственном уровне, как в сталинской модели, а в производственных ячейках. Ну вот и полетело всё под откос: пошла "групповая" рвачка на предприятиях, в унисон к этому – в министерствах и ведомствах, урезание общественных фондов потребления "по остаточному принципу", изготовление не той продукции, которая нужна народному хозяйству, а той, которая данному предприятию приносит сиюминутную, манипулятивную "прибыль".

Обвинили же во всём Сталина; и этой антисталинской – или, что то же, антимарксистской – гнилью по самый по сегодняшний день всё наше "коммунистическое", с позволения сказать, теоретизирование насквозь и глубже пропитано. Чему свидетельство – вот оно, налицо: свежеизданный проект Программы КПРФ.

Да и среди прочих наших,– господь их прости,– "компартий" хоть одна записала чётко у себя в программе, как непреложное условие возвращения в социализм, восстановление сталинских принципов функционирования экономики? Вот то-то и оно.

Но ведь не зря же и говорилось: кадры решают всё. А какие кадры и поныне "решают всё" у нас в комдвижении, с его идейно-теоретической стороны? Имеется такая организация – РУСО; вроде как бы мозговой центр на левом фланге. Я не знаю, как там сейчас обстоят дела, но до времени не столь давнего в РУСО этом верховодили бывшие главные редактора двух весьма влиятельных советских журналов, "Коммуниста" и "Вопросов философии": Косолапов и Семёнов. (Можно ещё упомянуть "заслуженного троцкиста" Пригарина.) Ну, и чем же оба этих журнала занимались в предперестроечные годы – если не десятилетия? Разводили на нашей идеологической ниве всякий вредительский чертополох, типа "развитого социализма", торили дорогу "перестройке" и тщательно замазывали любую щель, куда бы могла просочиться живая, свежая марксистская мысль – "сталинистская", в их тогдашней терминологии.

И чего же вы, граждане, сегодня-то ждёте от этих и им подобных "учёных" – уж не знаю, какой там "ориентации"? Что они на старости лет за ум возьмутся и будут вам марксизм развивать – если чуть не всю сознательную жизнь специализировались на выворачивании его наизнанку, под Каутского, Бухарина и иже с ними?

Но за вас, уважаемые слушатели, а в дальнейшем читатели, мы на этот вопрос ответить не можем. Мы лишь можем по факту, обилием добросовестнейших наших трудов, снять здесь риторический вопросительный знак. Но это нами, в сущности, давным-давно уже сделано.



В НАШЕМ нынешнем рассмотрении экономическая составляющая, конечно же, наиглавнейшая.

И всё же очень жаль, что на две другие фабулы – философскую и политико-правовую – остаётся у нас так мало времени.

Поэтому тут совсем уже конспективно придётся рассуждать.

Итак, теоретико-философское новаторство Маркса (в содружестве, естественно, с Энгельсом); причём, новаторство в классовом, скажем так, ключе,– нацеленное не просто на развитие самой по себе философской науки, но на радикальное обновление общественной практики, на её методологическое перевооружение.

Маркс и Энгельс переместили, если можно так выразиться, всю гигантскую, сложнейшую конструкцию гегелевской диалектики из человеческой головы, а равно из бестелесного пространства Абсолютного Духа в материальную действительность. Они истолковали диалектику как науку о наиболее общих законах движения не одного лишь мыслительного содержания у человека в голове, но всей объективной реальности, как природной, так и социально-исторической.

Ну хорошо, а что это давало пролетариату в его борьбе?

Да то и давало, что в руках у сознательных трудящихся, у их политического авангарда оказался эффективнейший методологический инструментарий; который представлял собой тогда своеобразную "нанотехнологию" мыслительной деятельности, но к нему не знали, с какой стороны подойти, настолько неприступно он был самим Гегелем упакован в идеалистическую оболочку.

Ведь что такое та же гегелевская схема "диалектического противоречия"? Это суперэффективный алгоритм рассмотрения каких угодно природных или общественно-исторических явлений в их динамике, в их развитии, в их переходе из одного состояния в другое, качественно более высокое, от эволюционного приращения к революционному, качественному преобразованию.

А что такое Марксов закон соответствия производственных отношений характеру и уровню развития производительных сил? Это основное, сущностное противоречие любой общественно-экономической формации, т.е. это гегелевский алгоритм, применённый к исследованию социально-исторического процесса в его материалистическом понимании.

Но ведь закон соответствия,– как я неизменно стараюсь подчеркнуть,– это та самая проблемная "отмычка" марксизма, при помощи которой он одержал свои убедительнейшие интеллектуальные и общественно-практические победы: его объяснительно-предсказательная "матрица", вроде закона всемирного тяготения в классической механике.

Вот что значило материалистически истолковать диалектику Гегеля. Это значило получить в своё распоряжение сверхсовременный для той эпохи инструмент обоснования и подготовки революции, а также и проектирования того строя, который революция должна была вызвать к жизни.

Впрочем, схематика "диалектического противоречия", она не только "для той эпохи", но и для нашего столетия, и долго ещё будет служить делу освобождения человечества, освобождения труда. Тем паче, что последним из советских лидеров, кто обращался к её воистину неисчерпаемым возможностям, был преданнейший марксист Сталин, а затем для закона соответствия наступила тяжкая полоса. Уже в хрущёвской Программе КПСС 1961г. он целиком выброшен из употребления. Вскоре нахлынула очередная правотроцкистская дурь – косолаповский "развитой социализм"; косолаповский, или я там не знаю, чей ещё: когда конъюнктура изменилась, никто из сочинителей этих "теорий всемирноисторического значения" в своей причастности к этому антимарксистскому паскудству так и не признался.

А почему паскудству? Да потому, что отрицалась даже самая роль диалектического противоречия как основного закона целостного функционирования социалистического общества и его перерастания во вторую фазу коммунистической формации. Отрицалось даже самое наличие диалектических противоречий при социализме, вот до чего допёрли.

И в наши дни; ещё двадцать лет прошло, но разве все эти РУСО и "марксистские", так называемые, платформы – разве они вернули закон соответствия в регулярный научный обиход? Вы что?.. Пользоваться законом соответствия, у них это именуется "вульгарный сталинизм". Вот так.

Короче говоря, как и в сюжете с обобществлением прибавочного продукта, все злоключения закона соответствия в послесталинский период в наших материалах также многократно описаны, равно как детально показан механизм его срабатывания. Чтобы далеко за примерами не ходить, сошлюсь на тот же 41-й "Светоч", который в данном случае имеется у нас под руками; причём, случай этот я вам настоятельно советую не упускать. На сайте в рубрике Сопротивление Бесстрашных (и в тематическом каталоге) вывешены архивные статьи Сущностное противоречие социализма (1982г.), Вывести трактовку вопроса о противоречиях при социализме на правильный, практически плодотворный путь (1984г.), Сдвинуть с мёртвой отметки обсуждение проблемы объективных общественно-экономических противоречий при социализме (1986г.); там вся эта проблематика пропахана буквально вдоль и поперёк. И к величайшему сожалению,– хотя мне, как автору, торжествовать бы надо, а не сокрушаться,– но наработки эти не то что не устарели, а наоборот, прямо-таки набухли актуальностью.

В общем и целом, по сумме всех этих наших работ мы более чем вправе всех интересующихся отослать к этим источникам. Здесь же я только резюмирую:

Марксова постановка идеалистической диалектики "с головы на ноги", применение её ко всему материальному миру, а не к одному лишь мышлению, показала себя исключительно плодотворной.

Идеология диалектического взаимодействия между базисом и производительными силами общества, их взаимодействия по формуле диалектического противоречия – это ещё одно из завещанных нам Марксом "рамочных условий" социалистического и коммунистического строительства. И оно, это условие, было широко реализовано в СССР, опять же, при Сталине. Тогда не молились богу на завезённую из-за рубежа технику и не ждали,– как впоследствии хрущёвцы в Программе 1961г.,– что к ней сами собой прирастут коммунистические общественные отношения и образуется "человек будущего".

Тогда, наоборот, использовали производственные отношения социализма, социалистический базис как "главный двигатель развития производительных сил", как орудие раскрепощения созидательного потенциала народных масс; а уж к этому всему закономерно "прирастал" – или, вернее, вырастал из этого – технический прогресс и складывалась абсолютная технико-экономическая, оборонная и прочая независимость страны.



И НАКОНЕЦ, товарищи, очень хотелось бы пробежаться, хотя бы скороговоркой, по третьей, завершающей из "составных частей" марксизма – марксизма и жизненного подвига самого Маркса.

Это превращение фантазийного утопического социализма в социализм научно обоснованный.

Было показано, что справедливое социальное устройство нельзя создать где-то в изолированном поселении; для этого надо изменить всю структуру существующего общества – его экономический базис, главенствующую форму собственности. Надо отстранить от власти господствующий класс, а это может сделать только равноценная классовая  сила – новый, революционный класс, исторически призванный покончить с отжившими свой век порядками.

Гвоздь вопроса тут – это даже не сама по себе революция, которая выдвигается напрямую в повестку дня. Это, а как будет организована власть класса–победителя   после  революции; т.е., это проблема ГОСУДАРСТВА и его дальнейшей судьбы.

И этой проблематике мы также уделили предостаточно внимания, начиная,– хотя бы,– с нашего политклуба 1994г. Многомерность понятия о государстве в марксистской теории, затем Власть и знание, 1995г., И.В.Сталин и проблемы развития социалистической демократии, опять 1994г., причём этот последний политклуб опубликован в пятом номере "Советов граждан СССР", который,– если не ошибаюсь,– здесь у нас распространяется. И другие материалы; на сайте все они вывешены.

Не вижу, почему на это не ссылаться,– если организация существует полтора десятка лет, если она работала, в том числе и даже в первую очередь генерировала информацию, и по каждому проблемному направлению имеет хороший научный задел; то почему мы должны стесняться и избегать этих упоминаний? Было бы чего стесняться, если бы столько времени просуществовали, а никакого научного багажа нет. Вот тогда другая картина, но она к нам не относится.

И здесь,– поэтому,– мы опять-таки можем, опираясь уже на наши источники (вот один из них лежит передо мною, и перед вами также давно бы уже мог и должен бы лежать),– мы можем в двух словах резюмировать:

Маркс обрисовал всю перспективу государственно-правового развития нового общества, вплоть до построения коммунизма, как постепенный переход от представительной демократии к демократии НЕПРЕДСТАВИТЕЛЬНОЙ, или к "поголовному" участию граждан в управлении, как это позднее формулировал В.И.Ленин. Вот главное Марксово достижение и новаторское его прозрение в этой сфере.

Не надо вульгаризаторски зацикливаться на так называемом "отмирании государства". Как аппарат классового насилия, государство действительно, в известном смысле, "отомрёт". Но что общество останется без всякой объединяющей, целеполагающей и целенаправляющей структурности – это не "марксизм", а попросту вульгаризаторская глупость. Объединяющая, "государствующая" структурность не только продолжит своё существование, но она перейдёт в новое историческое качество и достигнет такого совершенства, такой утончённости и в то же время мощи, какие нынешнему государству и не снились.

Напомню, что Маркс был горячим сторонником гегелевской идеи человека как "родового существа", т.е. как своеобразной микрокопии Человеческого Рода. Но эта идея подразумевает реальное бытие не только человека как индивида, но и рода "Человек" как некоей объемлющей естественноисторической целостности. Государство,– помимо всех прочих видимых причин его возникновения,– оно представляет собой ещё и постепенную "материализацию" вот этой нашей сущностной целостности. Спрашивается, куда же мы без этой нашей   сущности  денемся? Явлений без сущности не бывает. Просто земное, так сказать, воплощение этого объединяющего родового начала (начала, подчёркиваю, вполне объективного!), оно будет принимать всё более совершенные формы, и всесторонне развитому коммунистическому индивиду будет соответствовать, в масштабах всего общества, такая институциональная структура, которая сможет это всестороннее развитие обеспечить и гарантировать. А как же иначе, простите? Само собою, что ли, всё это произойдёт, от сырости? Пора уже кончать с этим детским садом, что люди будут гармонически развиваться, а откуда условия для этого возьмутся, это неизвестно.

И в заключение обращаемся снова к Сталину – подлинному и однозначно крупнейшему, после Ленина, марксисту XX, а пока что и XXI века.

Со времён "перестройки" и пресловутой "марксистской" платформы в КПСС у нас принялись кликушествовать, что настоящий, аутентичный марксизм наших дней – это, дескать, троцкизм. Но это сущий вздор. Троцкизм – это не марксизм, а каутскианство. Сам Троцкий, кстати, вождём мирового пролетариата считал именно Каутского, но отнюдь не Маркса. А как соотносилось каутскианство с действительными интересами революционного пролетариата на рубеже XIX – XX столетий, об этом можно прочитать у В.И.Ленина.

Мы же должны бескомпромиссно проводить и отстаивать ту нашу позицию, что,– во-первых,– социализм как таковой, это есть социализм по Сталину, и ни по кому другому. Не по Дэн Сяопину и не по Рузвельту с Кейнсом,– как нам нынче твердят со страниц массовотиражных "левопатриотических" газет. И во-вторых,– как вы и сами наверняка уже разобрались,– сюда требуется самое решительное дополнение, и мы его сегодня сделали, что и марксизм современный как таковой, он равно без Сталина немыслим и невозможен, и он также есть добросовестно истолкованный, очищенный от клеветы на него сталинизм.

Ну, а почему,– всё-таки,– мы Сталина вспомнили в связи с государственно-правовой составляющей марксизма,– так это потому, что сталинская программа развёртывания "массовой критики снизу", она как раз и есть проект постепенного изживания ("отмирания", если хотите) представительной демократии и замены её демократией НЕПОСРЕДСТВЕННОЙ, "поголовной". Когда гражданин будет замкнут на управляющие структуры общества не через "представителей" бесчисленных, которые больше о себе радеют, чем о каких-то его интересах,– а он будет замкнут на социальные "верхи" непосредственно как ЛИЧНОСТЬ, как самосознательный и неигнорируемый участник общего дела.

Читайте об этом в материале И.В.Сталин и проблемы развития социалистической демократии.

Вот и осуществится величайшее, коронное пророчество Маркса: возникновение "будущей государственности коммунистического общества", "такого государственного строя, который заключает в себе самом, в качестве определяющего начала и принципа, способность прогрессировать вместе с развитием сознания, прогрессировать вместе с действительным человеком. Но это возможно только при условии, если "человек" стал принципом государственного строя."

"… необходимо, чтобы движение государственного строя, его прогрессивное движение стало принципом государственного строя, следовательно, чтобы принципом государственного строя стал действительный носитель государственного строя – народ. Самый прогресс и есть тогда государственный строй." [8]

__________________________________

[1] См. информбюллетень "Светоч" №41, март 1999г. – октябрь 2000г. http://cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/INF2.htm
[2] "Светоч" №41, стр. 12. http://cccp-kpss.narod.ru/arhiv/soprobes/INF2.htm
[3] А.Смит. Исследование о природе и причинах богатства народов. Соцэкгиз, М., 1962, стр. 38.
[4] Д.Рикардо. Начала политической экономии и налогового обложения. Соч., т. I. Госполитиздат, М., 1955, стр. 234.
[5] Там же, стр. 61, 330, 334, 240.
[6] См. Т.Хабарова. Не вернёмся в экономике к Сталину – не освободимся никогда. "За СССР" №5, 1998г. http://cccp-kpss.narod.ru/tinform/sv17m98.htm
[7] См. Наши главные цели. "Советская Россия" от 5 апреля 2008г., стр. 2.
[8] Соотв.: К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч., т. 19, стр. 27; т. 1, стр. 240, 284.


http://cccp-kpss.narod.ru/bpk/poliklub/z32/z32.html
ПОЛИТКЛУБЫ
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Материалы политклуба
Московского центра Большевистской платформы в КПСС
(Заседание третье)
Москва, 15 июня 1994 г.

МНОГОМЕРНОСТЬ  ПОНЯТИЯ  О  ГОСУДАРСТВЕ
В  МАРКСИСТСКОЙ   ТЕОРИИ


Выступление Т.ХАБАРОВОЙ


МЫ ОТКРЫВАЕМ очередное заседание нашего политклуба. Тема сегодняшнего заседания – "Многомерность понятия о государстве в марксистской теории". У некоторых из присутствующих имеется на руках материал для обсуждения [1], от этих товарищей мы, естественно, в первую очередь ждём выступлений в дискуссии.

Ещё раз повторяю, как и в прошлый раз, что трибуна нашего политклуба в принципе открыта для всех, я не собираюсь её монополизировать. Мы удовлетворим заявку на большой, серьёзный, проблемный доклад практически по любому направлению марксистской теории, или на два – три содоклада, если товарищи пожелают выступить группой. Так что с нашей стороны приглашение сделано и подтверждено, ждём ответных предложений.

Все материалы наших политклубов, во всяком случае, основные доклады, будут по мере наших сил тем или иным образом обнародованы.



ПО ГОСУДАРСТВЕННО-ПРАВОВОЙ ПРОБЛЕМАТИКЕ в марксизме, в основном, наверное, три крупных дискуссионных узла на сегодняшний день. Это:

первое; что произойдёт или должно произойти с государством в будущем, отомрёт оно или укрепится. Ведь учили об отмирании государства, а когда дошло до дела, то создали сверхдержаву и одну из величайших империй в мировой истории. Как с этим быть дальше? Крайне злободневный вопрос: чужда ли коммунизму (а говоря о коммунизме, мы будем иметь в виду, в первую очередь, большевизм), чужда ли коммунизму так называемая "державная" идея, т.е. апологетика мощной государственности?

Второе;  вопрос о диктатуре пролетариата. Принадлежит ли это понятие целиком прошлому, или нам ещё и в самом ближайшем будущем предстоит иметь дело с этим типом государства? Тоже, я думаю, никто не усомнится, что это животрепещущий программный вопрос современного коммунистического движения.

Третье; государство и Коммунистическая партия. Как они связаны между собой,  какова их взаимная дальнейшая судьба?

Четвёртое; всё это вместе взятое должно составлять единую политико-философскую концепцию. А не просто механическую сумму предполагаемых ответов на вопросы,– когда эти предполагаемые ответы между собой ни в какую концептуальную целостность не завязываются.

Итак, по первому пункту.

Из всех марксистских подходов к проблеме государства наиболее широко известен тот, что государство появляется одновременно с возникновением частной собственности и классов, одновременно с разделением общества на эксплуататоров и эксплуатируемых. Государство представляет собой аппарат, посредством которого класс эксплуататоров охраняет своё право собственности и удерживает в повиновении эксплуатируемую массу. Поскольку коммунизм ставит своей задачей ликвидацию частной собственности, всех и всяческих форм эксплуататорства, т.е. отчуждения трудящихся от условий и результатов их труда, построение общества без классов,– то, естественно, государству в этом понимании, как аппарату классового насилия, классового принуждения, в коммунистическом будущем места нет. Конечно, его нельзя отменить декретом на другой день после пролетарской революции. Какое-то время оно будет существовать. Пролетариат в блоке со своими социальными союзниками использует государство для борьбы с остатками прежних эксплуататорских классов, с возможными рецидивами эксплуататорства в рамках уже социалистического строя, и для борьбы с враждебным внешним окружением. По мере решения всех этих задач государство постепенно отомрёт. Его заменит система коммунистического общественного самоуправления.

Всё здесь, в общем и целом, правильно, ничего не надо отвергать и опровергать; единственно только, нужно иметь в виду, что это НЕ ВСЯ политико-философская концепция марксизма, это лишь фрагмент более широкой картины.

Дело в том, что у государства есть ещё одна ипостась,– помимо того, что оно представляет собою, узко, орган экономической, а следовательно, и политической самореализации какого-то определённого класса, оно представляет собой, в принципе, и орган самореализации ВСЕХ. Т.е. всех членов общества без каких-либо исключений. Это мотив, в мировой философско-правовой мысли очень широко разработанный, но и марксизм отнюдь мимо этого мотива не прошёл,– вопреки тому, как пытаются (и пытались) представить дело всевозможные вульгаризаторы.

Маркс много говорит о человеке как о РОДОВОМ СУЩЕСТВЕ. Я советую запомнить этот очень важный термин невульгаризированного марксизма,– а это именно термин,– "родовое существо". В нём заключён ответ на вопрос, чем человек отличается от животного.

Вы все видите собак, кошек и т.п. Несмотря на такой "кошачий" зачин, вроде бы к делу не относящийся, я прошу дальнейшее рассуждение внимательно послушать, так как из него следуют фундаментально важные выводы для теории социалистической демократии. Наверное, никто не сомневается, что все собаки принадлежат к одному и тому же роду. Род возникает, существует и исчезает с лица Земли по определённой объективной закономерности. Если оглянуться назад, в толщу прошедших времён, то там можно видеть множество законченных жизненных циклов вот таких исчезнувших родов, каждый из которых развивался по своей объективной закономерности. Эти закономерности "записаны" где-то в эволюционном пространстве, которое наукой пока толком не исследовано. Вот такие мы видим там "закольцовки".

Понимает ли отдельное животное закономерность возникновения и развития того рода, к которому оно принадлежит? Конечно же, нет. Оно просто пассивно подчиняется этой объективной логике событий как некоей внешней силе.

Часть аудитории уже догадались, видимо, к чему тут клонится разговор. Человек отличается от животного именно тем, что ему открыта, доступна его пониманию логика функционирования и развития человеческого рода, людского сообщества как целого.

Животное многое воспринимает совершенно так же, как и мы,– цвета, звуки, запахи; ему доступно переживание эмоций, очень сложных по своему концептуальному составу: обида, несправедливость, верность хозяину или, наоборот, разочарование в нём, чувство общего дела с человеком и т.п. Значит, в мозгу у него существует механизм, который ему позволяет отражать объективную действительность вот в таких сложных эмоционально-психических категориях. Надо вообще ясно себе представлять, что разумное существо – или существо, находящееся на пути к разумности,– может воспринимать только те ситуации и связи в объективной действительности, для отображения которых в мозгу есть равноценные по сложности структуры. Иными словами, отображается только то, что в мозгу фактически уже структурно промоделировано.

Стало быть, когда мы говорим, что человек, в отличие от животного, способен постичь закономерность развития своего рода, это значит, что родовая, общественно-историческая закономерность объективно, в некоем предварительном виде, промоделирована у него в голове. Т.е., человек объективно,– не в силу того, что он где-то и как-то этому научился, а просто в силу своего объективного, природного устройства,– несёт в себе предварительную сжатую "запись" или модель социально-исторической закономерности развития всего сообщества на данном историческом этапе и для данного региона земного шара. Вот та родовая "закольцовка", о которой выше говорилось, что у животных она "пишется" где-то в эволюционном пространстве, на уровне рода как такового,– у человека она, кроме эволюционного пространства, ещё и вложена в голову каждому индивиду. И вот такое объективное вложение родовой – или, что то же самое, сущностной – закономерности в мозговые структуры индивида и есть то, что называется сознание, мышление, разум. Это и обозначается в марксизме выше упоминавшимся термином "родовое существо".

Далее. Ощущая себя полноправным представителем рода, носителем родовой закономерности, человек, естественно, стремится всё это как-то опредметить, воплотить, материализовать. Вот государство и есть эта самая обратная или вторичная материализация – материализация объективно возникающих представлений людей об их родовой общности, или об их человеческой сущности, о смысле и назначении их появления на Земле. В принципе, посредством государства каждый человек должен получить возможность самореализоваться, выразить себя как родовое существо, осуществить самое главное и наивысшее из всех своих "естественных прав": право на сопричастность к истории, к жизни человеческого рода как целого, и на свою неотторжимость от этого процесса.

Собственно, Маркс,– когда говорит о демократии,– он и имеет в виду только такое состояние государства, что оно стало органом общественной самореализации каждого. Через него,– государство,– через эту структуру каждый смог осуществить своё жизненное призвание, выразить себя как личность. Свободное развитие каждого реально стало условием свободного развития всех. Вот это и есть подлинная демократия, которая наступает,– как нетрудно убедиться,– лишь при коммунизме, а структура, которая обеспечивает такое состояние, есть, как Маркс это формулирует, "будущая государственность коммунистического общества". Это есть государство, достигшее наивысшего расцвета в соответствии со своим объективным предназначением: как всё более и более совершенное воплощение тех закономерностей, по которым должно быть устроено человеческое родовое общежитие, человеческая общность на Земле. Можно называть это "сверхгосударством" или "метагосударством" (что в переводе означает "то, что идёт за государством"). Суть от этого не изменится. При желании можно называть это и "общественным самоуправлением". Но в понятие "общественное самоуправление" обычно вкладывается такое примитивное содержание, что, мол, отомрут политика, право, исчезнет всякая централизация в обществе и т.д. Это в корне неверно. Политика,– или причастность к жизни "полиса", рода,– не только никогда и никуда не исчезнет, но пронижет собою жизнь каждого от начала до конца. Централизованные общественные структуры не отомрут, а беспредельно усовершенствуются. Так что термин "сверхгосударство" здесь предпочтительнее.

Существует ли какое-либо противоречие между концепцией классового государства, которое при коммунизме отомрёт, и концепцией "сверхгосударства", которое, наоборот,– если можно так выразиться,– всё собою заполонит? Нет, ни малейшего противоречия здесь не имеется. Государство исторически развивается. На определённых этапах развития оно служит органом выражения интересов только одной какой-то части общества – т.е.,  господствующего класса,– в противовес другим его частям. По отношению к этим другим частям оно, понятно, выступает как аппарат насилия и подавления. Когда оно сделается органом выражения жизненных интересов и целей КАЖДОГО члена общества, оно,– естественно,– перестанет кого бы то ни было подавлять. Это можно выразить и так, что государство как машина классового подавления отомрёт.



ПО ВТОРОМУ из затронутых нами вопросов – о диктатуре пролетариата.

Диктатура пролетариата – последнее классовое государство в истории. Согласно совершенно чётким указаниям Маркса, она занимает весь период "между капиталистическим и коммунистическим обществом", "период революционного превращения первого во второе". На ближайших подступах к коммунизму её сменит коммунистическое "сверхгосударство".

Поскольку социалистическое общество, в этом плане, движется именно к "сверхгосударству", а не к тому, чтобы остаться без всякого государства вообще,  этим объясняется, почему социализм – например,  в СССР в сталинскую эпоху – оказался так восприимчив к идеям беспредельного наращивания государственной мощи, ко всему тому, что обозначается словами "державность" и т.п., вплоть до "имперского мышления". Нам эту идеологию отдавать на откуп патриотам-"государственникам" нельзя. Она коммунизму органически присуща, и она нам ещё очень хорошо послужит.

В вопросе о диктатуре пролетариата есть два камня преткновения, о которые  все наши теоретики дружно спотыкаются.

Первый – это ленинские определения диктатуры как "власти, опирающейся непосредственно на насилие, не связанной никакими законами". Неужели трудно понять, что это относится только к моменту взятия власти революционным классом? Старый государственный строй свергнут, новый ещё не утвердился, никакие законы не действуют, осуществляется прямой властный диктат народа как суверена, как творца своей истории. Самое интересное, что признанные классики буржуазной демократии описывали этот момент практически в тех же выражениях,  что и В.И.Ленин. Так, Джон Локк очень красочно и эмоционально описывает, что когда народ доведён властями до последней степени притеснения, он "взывает к небесам" и РАСТОРГАЕТ ОБЩЕСТВЕННЫЙ ДОГОВОР. Но это именно и значит, что все законы перестают действовать, полнота власти возвращается к народу как её первоисточнику, и он снова помещает её так, как находит лучше для своей безопасности и благополучия. Вот вам и диктатура революционного класса, "не связанная никакими законами". Ланин говорит здесь совершенно то же самое, что и признанные корифеи западноевропейской политико-философской мысли.

Но диктатурой пролетариата у нас принято называть и самый тип государства, который устанавливается на длительный период после социалистической революции.

Как ни странно, нигде нет структурного определения этого государства, как оно устроено. Если бы было дано такое определение, сразу отпала бы масса споров на ту тему, была ли у нас диктатура пролетариата, когда она прекратилась или вообще не прекращалась, актуален ли разговор о ней сегодня и т.д.

Итак, структурные признаки диктатуры пролетариата:

      а/ государство является собственником ВСЕХ ОСНОВНЫХ СРВДСТВ ПРОИЗВОДСТВА, гарантом права на труд и других важнейших социально-экономических прав, не буду их здесь перечислять;

      б/ государственность представительно-демократическая, т.е. власть формируется выборным путём;

      в/ государство открыто МОНОПАРТИЙНОЕ, с конституционно зафиксированным классовым господством трудящихся, что, собственно, и выражается в руководящей роли рабоче-крестьянской партии;

      г/ государство советского, а не парламентарного типа, исполнительная власть конституционно подчинена законодательной.

Спрашивается, что же такое произошло у нас с диктатурой пролетариата в начале 60-х годов,– что, она вышла из рамок этого определения и дала повод говорить о её "превращении", якобы, во всенародное государство? Да ничего не произошло, ни одна строчка не изменилась ни в Конституции, ни в практической действительности. Всё это её "превращение", это была просто безграмотная болтовня.

А что нас ждёт впереди? Какое государство мы собираемся восстанавливать?

Должно оно будет гарантировать нам все привычные за время Советской власти социально-экономические права? Да, должно. Значит, оно должно стать снова собственником всех основных средств производства. И не надо тут вилять, просовываться между четырёх стульев: многообразие форм собственности, преобладающая роль госсектора, собственность трудовых коллективов и т.п. Или собственность на основные средства производства будет одна и единая – государственная, или мы будем продолжать сидеть при безработице, при платной медицине, инфляции и пр.

Ну, что власть на обозримое будущее будет формироваться выборным путём, это понятно.

Далее; должно ли быть открыто признано классовое господство трудящихся в этом восстанавливаемом нами государстве? Да, должно. Или в Конституции должно быть записано, что общенародная собственность священна и неприкосновенна, или будет священна и неприкосновенна собственность жуликов и воров,– как у нас сейчас. А из конституционного признания классового господства в обществе именно труда, а не капитала, следует и конституционное признание особой роли партии трудящихся. От этого никуда не уйдёшь. Другое дело, что партия сама по себе должна быть в корне реформирована, но это особый разговор.

Далее, советское это будет государство или парламентарное? Кажется, тоже ясно. Насмотрелись на этих "всенародно избранных" чинодралов.

Особо хочу отметить, что главный признак парламентаризма – это не выборы по территориальному принципу вместо производственного, а это разделение властей. Если власти разделены, то и получается по Ленину,– в парламентах только болтают, настоящую государственную работу делают где-то за кулисами. Такая практика выгодна классу, который своё классовое господство маскирует всякой псевдоконституционной шелухой. А если правящий класс открыто в законах констатирует своё господство, ему как раз выгодно, чтобы законы неукоснительно соблюдались, чтобы исполнительная власть была подчинена законодательной. Крупнейший недостаток в развитии советского народовластия был не тот, что перешли к выборам по территориальному принципу, это как раз было правильно; а недостаток был тот, что не подчинили полностью исполнительную власть представительным органам. Наоборот,  повсюду исполкомы взяли верх над Советами как таковыми. Вот и получилось,  что на бумаге, в законодательных актах одно, а в реальной жизни – прямо противоположное. Настоящий лозунг тут должен быть – "Власть Советам, а не исполкомам!"

Но так или иначе, государство должно быть советского типа.

Что же мы видим в результате? В результате видим, что государство, которое нам предстоит восстановить, на сто процентов должно быть государством диктатуры пролетариата. Это если к вопросу подходить научно, а не вульгарно и по-глупому, что диктатура пролетариата – это когда на каждом углу стоит рабочий с дубинкой и лупит ею кого-то по голове. Из этого нам надо исходить и во взаимоотношениях с нашими сегодняшними союзниками и попутчиками. Нельзя допускать туман и всякие недоговорённости в вопросе о том, какое будет государство и чья в нём будет власть.



ПОСЛЕДНЕЕ, что нам осталось рассмотреть,– это соотношение государства и партии. Это огромная проблема, и мы сегодня сможем задеть её только контурно, в главных, принципиальных чертах.

В своё время у нас в ходу была теория, что по мере продвижения к коммунизму роль партии возрастает. Серьёзной аргументации не приводилось, и поэтому многие над этим даже подсмеивались: как это так, государство будет отмирать, а роль партии растёт, по инерции, что ли? Между тем, несмотря на такую внешнюю "дубовость", теория в общем-то была правильная. Возрастание роли партии по мере приближения к коммунизму связано с тем, что коммунистическая "сверхгосударственность" сформируется в основном именно из партии, а не из системы Советов.

Чем это обусловлено?

В "сверхгосударстве" (или, что то же самое, в системе коммунистического самоуправления) практически не будет места отношениям подавления и принуждения,– во всяком случае, как постоянному элементу управленческой структуры. Управление будет, дисциплина определённая общественная будет, но принцип срабатывания всего этого механизма изменится в корне. Механизм будет основан не на принуждении, а на положительном побуждающем примере со стороны управляющей системы по отношению к управляемым. Но ведь принцип собственного примера и есть, в сущности, общепризнанный, во все партийные документы давно забитый принцип организации управляющего воздействия партии. Другое дело, что партия превратилась в бюрократическую структуру, что она если и показывала какой пример, то по большей части всецело негативный. Но идея-то была заложена правильная, и когда партия действовала хотя бы в самом приблизительном соответствии с этой своей первоначальной идеей, то результаты получались феноменальные. Ведь и самое понятие авангарда трудящихся обозначает не что иное, как наиболее сознательную часть народа, которая пролагает путь по всем направлениям и показывает пример остальным. Но разве вообще не так и должно двигаться в будущее разумное человеческое сообщество?

Поэтому идею надо извлечь из-под всякого накопившегося хлама, почистить и подумать над тем, как её законодательно, институционально воплотить в жизнь. Сначала в рамках самой по себе партии, а затем и в "упряжке" партии с реально управляемым обществом.

Принципу партии как авангарда общества (или, что то же самое, принципу управления посредством собственного примера) надо будет посвятить отдельное занятие, но скажу сразу, что это – принцип построения ненасильственной, так сказать, непринудительной демократии. А это, в свою очередь, значит – демократии ПРЯМОЙ, НЕПРЕДСТАВИТЕЛЬНОЙ, так как обычная представительная демократия основывается на принуждении меньшинства большинством. (А отсюда очень недалеко и до принуждения реального большинства – большинством сфабрикованным, т.е. меньшинством,  маскирующимся под большинство.)

Переход к непредставительной демократии будет для человечества таким же прорывом в грядущее, каким тысячелетия назад стало возникновение демократии самой по себе. И на пороге этого прорыва стоял и стоит по сей день вот тот самый наш "тоталитарный", так называемый, социализм, а не капиталистический Запад. В СССР рождалась новая цивилизация, новая во всех отношениях, и несмотря на все огрехи и провалы, это была реальность, а не просто красивые слова. И возродить Союз можно будет только на понимании этой реальности, на понимании всего советского периода истории именно как явственного преддверия рождающейся новой цивилизации. И здесь не место каким-то уступкам, оправданиям и тем паче покаяниям. Каяться придётся тем, кто эту цивилизацию сорок лет ломал изнутри, а теперь буквально топит в людском горе, в голоде и в крови.

Наша главная задача, на сегодняшний день,– чтобы всё это, о чём мы тут говорим, увидел и понял народ, а не только мы с вами. На мой взгляд, это главное, на чём должны сейчас сплотиться коммунисты.
_______________________

[1] См. Приложение.


http://cccp-kpss.narod.ru/bpk/poliklub/z3/z3.HTM
ПОЛИТКЛУБЫ
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Материалы политклуба
Московского центра Большевистской платформы в КПСС
(Заседание третье)
Москва, 15 июня 1994 г.

МНОГОМЕРНОСТЬ ПОНЯТИЯ О ГОСУДАРСТВЕ
В МАРКСИСТСКОЙ ТЕОРИИ

Секретарь-координатор
Большевистской платформы в КПСС,
кандидат философских наук
Т.ХАБАРОВА

МАРКСИСТСКО-ЛЕНИНСКОЕ
УЧЕНИЕ О ГОСУДАРСТВЕ


МАРКСИСТСКИЙ ПОДХОД к вопросу о сущности, роли и будущей судьбе государства на протяжении многих десятилетий, в сознании целого ряда поколений теоретиков-марксистов прочно ассоциировался с идеей "отмирания государства", постепенного его устранения,– как орудия классового господства,– из жизни общества, по мере ликвидации сначала антагонистических, а затем сглаживания неантагонистических классовых различий.

И для такой постановки проблемы труды классиков марксизма, безусловно, дают все основания. Поскольку высказывания этого рода общеизвестны, мы их здесь лишний раз воспроизводить не будем.

Между тем, теория "отмирания государства" – это лишь одна сторона марксистской общей политико-философской концепции, и абсолютизировать эту сторону, выдёргивать её из контекста учения в целом не следует.

Кстати сказать, попытки доведения до абсурда "антигосударственных" тенденций марксистской трактовки имели место в истории, и отнюдь не со стороны одних лишь марксистов. Известно, что гитлеризм – злейший враг реально возникшего в Советском Союзе социалистического общества – также числил в названии своей партии эпитет "социалистическая", и гитлеровцы считали себя не кем иным, как "настоящими социалистами". На чём же сами фашисты основывали противоположение своего "настоящего" социализма "ненастоящему" марксистскому? А вот именно на разном отношении к государству. Марксистский "краснобольшевистский" социализм принципиально,– дескать,– антигосударственен, "настоящий" же германский, в коричневых тонах, зиждется на идее мощного национального государства.

И это была далеко не только демагогия, рассчитанная на обывателя с политически неразвитым сознанием. Хотя история в 1945 году убедительно продемонстрировала, где на самом деле находился настоящий социализм, всё же нельзя не заметить, что СССР достиг победы над смертельно опасным противником на путях никак не "отмирания" и расслабления социалистической государственности, но наоборот, на путях её небывалого возвышения и укрепления.

И в наши дни, когда страна фактически проиграла Третью мировую войну и подпала под власть оккупантов, мотивы воскрешения могучей Российской Державы, которая сплотила бы людей для отпора грабителям–чужеземцам, находят всё больший отклик в народе. Достаточно вспомнить успех на декабрьских выборах В.Жириновского. Но попутно в идею "государственничества", "государственного патриотизма" закладывается (в том числе и некоторыми коммунистами) самое разное содержание, вплоть до архаично реакционного. С уверенностью можно утверждать, что коммунистам-большевикам не удастся направить ход событий в надлежащее русло, если мы не сумеем показать, что государственно-державная идеология – не антипод марксизму и большевизму, но один из органичных аспектов ортодоксальной коммунистической доктрины. Иначе национально-патриотический подъём, который сегодня уже нетрудно предвидеть, может привести к власти силы, чьё воцарение будет неменьшим бедствием для страны, нежели нынешнее иго коллаборационистской "демократии".



ИТАК, необходимо обратить самое пристальное внимание на тот факт, что помимо понятия о государстве как об инструменте классового порабощения, марксизму глубоко присуще и понятие государства как "высшей политической конструкции". [1] И если государство – орган классового господства, конечно же, должно уйти с исторической сцены, то ни о каком отмирании "высшей политической конструкции" никогда разговора в марксизме не было.

Рассмотрим этот последний момент несколько подробнее. Маркс в своих трудах, и не только ранних, не однажды повторяет определение человека как "родового существа". И это отнюдь не просто дань гегельянской терминологии. Человек отличается от животного тем, что у людей КАЖДЫЙ индивид объективно является носителем закономерности развития РОДА,– тогда как у животных родовая или СУЩНОСТНАЯ закономерность их бытия реализуется только В МАССЕ индивидов, только через их множество. Естественно, и человеческая история в конечном итоге осуществляется только через действия людских масс. Но качественное отличие человека от животных всё же в том, что у него, плюс к действиям масс, ещё и каждый индивидуум как таковой несёт в себе, в своеобразно свёрнутом виде, как бы запись закономерности развития человеческого рода В ЦЕЛОМ на данном конкретно-историческом отрезке его эволюции. Поэтому и говорится, что люди САМИ делают свою историю,– хотя история человечества продолжает оставаться, разумеется, сугубо объективным процессом. И поэтому же темп социально-исторических изменений таков, что они вполне укладываются в рамки индивидуальной человеческой жизни.

Социальная революция, ломка общественного строя, возникновение новой общественно-экономической формации – всё это может произойти на протяжении жизни одного поколения. И даже более того, во главе всех этих событий может стоять один и тот же человек. И не потому, что он какой-то супермен, а потому, что ОБЪЕКТИВНО,– повторим,– он несёт в себе сжатую "предварительную" запись родовой закономерности развития человечества для данного исторического периода и данного региона земного шара. В его личностной физико-психической конституции эта закономерность записана более чётко, чем у других, но в принципе она записана практически у всех его современников и соплеменников,– иначе они его просто не понимали бы и не могли следовать за ним.

Однако, все эти "свёрнутые", существующие вначале лишь на личностном уровне записи родовой закономерности должны в ходе исторического процесса "развернуться", раскрыться, получить какое-то зримое, всеобщезначимое существование (перейти, как это формулируется в диалектической философии, "из возможности в действительность"). Вот таким всеобщезначимым закреплением, "материализацией" родовых закономерностей человеческого бытия и является система общественных ИНСТИТУТОВ, а среди них в первую очередь – государство как "высшая политическая конструкция", как естественное средоточие всех институциональных образований.

Смысл истории человеческого рода заключается в том, чтобы в конечном счёте КАЖДЫЙ человек реализовал себя как родовое существо, как носитель того или иного объективно неотторжимого аспекта родовой закономерности. Т.е., каждый индивид должен беспрепятственно осуществить своё объективно предопределённое ЖИЗНЕННОЕ ПРИЗВАНИЕ, а система общественных институтов, система ГОСУДАРСТВА в широком понимании этого слова должна быть построена так, чтобы предоставить каждому такую возможность. Иначе говоря, государству должно быть дело до каждого, и каждому надлежит выступить участником в делах государства.

Вот как Маркс выражает эту мысль в работе "К критике гегелевской философии права":

"Функции и сферы деятельности государства связаны с индивидами (государство является действенным только через посредство индивидов), но с индивидом не в качестве физического, а в качестве государственного индивида, они связаны с государственным качеством индивида. … через существенное качество этой личности. Они – естественное действие её существенного качества. ... государственные функции и сферы деятельности представляют собой человеческие функции; … сущность "особой личности" составляет … не её абстрактная физическая природа, а её социальное качество, и ... государственные функции … – не что иное, как способы существования и действия социальных качеств человека." [2]

И далее Маркс требует: "... показать государство как высшую действительность личности, как высшую социальную действительность человека". [3]

Противоречит ли подобный подход марксистским определениям государства как аппарата организованного насилия одного класса над другим? Нет, не противоречит никоим образом; наоборот, все эти разнонаправленные, на первый взгляд, положения в совокупности прекрасно "монтируются" в единую и стройную, грандиозную по своей масштабности социально-философскую концепцию.

Суть проблемы здесь в том, что ведь государственный строй исторически развивается, и в продолжение всей протекшей истории,– а основоположники марксистского учения характеризовали её, напомним, как ПРЕДЫСТОРИЮ человечества, подлинная история начнётся только с коммунизмом,– в продолжение всей протекшей истории государство вовсе не было "высшей действительностью личности" для КАЖДОГО индивида: оно являлось "высшей социальной действительностью" всегда лишь для ЧАСТИ членов общества. И эта часть общества, которая в неразвитых исторических условиях добивалась для себя социальной самореализации за счёт и в ущерб другой его части,– она и образовывала то, что принято называть господствующим классом. А поскольку объективное, "естественное" право на социальную самореализацию при посредстве системы общественных институтов всегда имели ВСЕ, но не одни лишь избранные,– то и получалось, что самореализация "избранных" могла держаться только на насилии над всеми прочими, аппаратом же такого насилия как раз и оказывалось государство.

Соответственно, и отношение к государству на протяжении веков было двойственным. Как аппарат насилия оно, понятно, вызывало неприятие и ненависть, ибо люди видели в этой его деятельности именно насильственное отторжение, отчуждение их от их собственной объективной сути. Но инстинктивно люди чувствовали и другую сторону вопроса: что в этом отторжении государство так же, если не в большей мере, насилует и свою собственную природу, и задача состоит не в том, чтобы уничтожить государство в принципе, а в том, чтобы отбросить его исторически преходящий облик, проникнуть в него, овладеть им и сделать его тем, чем ему и положено быть,– органом всеобщего сущностного самовыражения.

Маркс пишет:

"... государство существует лишь как политическое государство. Целостность политического государства есть законодательная власть. Принимать участие в законодательной власти значит поэтому принимать участие в политическом государстве, значит выявлять и осуществлять своё бытие как члена политического государства, как члена государства. Следовательно, желание всех в отдельности принимать участие в законодательной власти есть не что иное, как желание всех быть действительными (активными) членами государства, желание достигнуть политического бытия, или выявить и активно утвердить своё бытие как политическое." [4]

Вспомним, что термины "политический", "политика" происходят от древнегреческого слова "полис", как раз и означавшего "государственность", "разумная коллективность",– естественно, в том специфическом и ограниченном облике отдельного города, "полиса", который был тогда доступен человечеству. И здесь Маркс перекликается с другим гением социально-философской мысли – Аристотелем, который классифицировал людей по признаку их участия или неучастия в делах государства, и те, кто участвует в делах своего государства, назывались – "политикос", человек политический, или человек нормальный, как он должен быть по своей природе. Тем же, кто в делах государства не участвует, было дано название – "идиотикос". Т.е., первоначальный смысл слова "идиот" – это человек, не принимающий участия в политике, в государственном деле.

Среди прочего раннебуржуазного "идейного" хлама, который у нас сегодня повытаскивали из сундуков и усиленно навязывают общественному мнению, далеко не последнее место занимает теория разделения общества на, так сказать, политический сектор и обособленный от него гражданский сектор. Из вышеизложенного хорошо видно, что противопоставление "гражданского общества" "государству" – это попросту псевдонаучная фетишизация того НЕНОРМАЛЬНОГО для человека состояния, в котором он пребывал в течение всей своей предыстории, когда основная масса индивидов не могла выразить себя в своей изначальной общественной предназначенности и природе, когда индивиды, чувствуя себя объективно призванными к участию во всей полноте общественной жизни, общественных дел, в то же время неизменно натыкались на глухую перегородку, их от решения общественных дел отторгавшую. Думается, любому грамотному марксисту с первого взгляда ясен буржуазно-апологетический характер подобных "теорий", силящихся доказать, что рядовой член общества должен быть "деполитизирован", ограничен "гражданскими" рамками, занят своими частными делами, политику же за него призваны творить другие. Никаких иных целей, кроме казуистического оправдания и увековечения классового господства буржуазии, все эти мудрствования не преследуют.

Стало быть, всемирноисторическая задача человечества,– в рассматриваемом плане,– это низвергнуть государство как орган подавления одного класса другим, но в невиданной ещё до сих пор мощи вознести и раскрыть его как орган всеобщего, подлинно коллективного САМОУТВЕРЖДЕНИЯ ВСЕХ И КАЖДОГО, самоутверждения каждого индивида, без каких-либо изъятий, в его объективно ему принадлежащем качестве родового, общественного существа.

Вот это последнее состояние Маркс и определяет как ДЕМОКРАТИЮ в собственном смысле этого слова. Т.е., в общей социально-философской концепции марксизма демократия как таковая – это, фактически, атрибут и форма существования лишь КОММУНИСТИЧЕСКОГО общественного устройства.

"Во всех отличных от демократии государственных формах,– пишет Маркс,– государство ... является господствующим моментом без того, чтобы государство действительно господствовало, т.е. без того, чтобы оно материально пронизывало содержание остальных, неполитических сфер." [5]

Такое государство,– господствующее "без того, чтобы оно действительно господствовало, материально пронизывало собою содержание остальных, неполитических сфер",– Маркс называет "абстрактным политическим государством". [6] По сути, это все без исключения классовые государства нашей предыстории,– государства, ещё противопоставляемые "гражданскому обществу".

"В демократии государство, как особый момент, есть только особый момент, как всеобщее же оно есть действительно всеобщее ..."

"В демократии абстрактное государство перестаёт быть господствующим моментом."

"Французы новейшего времени это поняли так, что в истинной демократии политическое государство исчезает." [7]



ТАКИМ ОБРАЗОМ, мы добрались до исторических корней теории, "исчезновения" или "отмирания" государства и можем всесторонне убедиться, что она есть ровно половина – причём, как говорится, "меньшая половина" – того, что вообще должно быть по данному вопросу сказано с марксистской точки зрения.

Второй половиной истины является то, что с упразднением прежнего "абстрактного государства" будет упразднено и прежнее "гражданское общество". Государство материально пронижет собою содержание "гражданских" сфер и станет "действительно всеобщим", а "гражданка" утратит своё отчуждённое, частное бытие и достигнет,– как формулирует Маркс,– политического бытия, или сделает политическое бытие своим действительным бытием. [8]

И Маркс, подытоживая своё решение проблемы, выдвигает "... требование такого государственного строя, который заключает в себе самом, в качестве определяющего начала и принципа, способность прогрессировать вместе с развитием сознания, прогрессировать вместе с действительным человеком. Но это возможно только при условии, если "человек" стал принципом государственного строя."

"... необходимо, чтобы движение государственного строя, его прогрессивное движение стало принципом государственного строя, следовательно, чтобы принципом государственного строя стал действительный носитель государственного строя – народ. Самый прогресс и есть тогда государственный строй." [9]

В советском обществоведении не принято было называть политическую структурность коммунистического общества "государством", для её обозначения применялся термин "коммунистическое общественное самоуправление". [10] Но,– как явствует из всего предыдущего изложения,– "коммунистическое самоуправление", это не прекращение существования государства, а его переход на новую, качественно высшую ступень исторического развития. Коммунистическая управленческая структурность – не отсутствие государства, но скорее некое "сверхгосударство", "метагосударство". "Сверхгосударство" коммунизма вполне может быть охарактеризовано как "всенародное государство", ибо Маркс прямо указывает, что его определяющим началом и принципом должен стать не интерес того или иного класса, а потребности личностной самореализации "действительного человека", каждого индивида просто как частицы народа. Это хорошо перекликается и "стыкуется" с ленинской идеей ПОГОЛОВНОГО УЧАСТИЯ В УПРАВЛЕНИИ при коммунизме.



ОДНАКО, пока до этого коммунистического идеала ещё очень далеко.

"Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата." [11]

Разберёмся теперь с диктатурой пролетариата.

Диктатура пролетариата,– очевидно,– это специфическая переходная форма от "абстрактного политического государства" к "метагосударству" коммунистической эпохи.

Во-первых, надо рассеять застоявшееся недоразумение, связанное с наличием в трудах В.И.Ленина таких "устрашающих" определений диктатуры, как "ничем не ограниченная, никакими законами, никакими абсолютно правилами не стеснённая, непосредственно на насилие опирающаяся власть", "власть, опирающаяся непосредственно на насилие, не связанная никакими законами" [12] и т.п. Как правило, в контексте таких высказываний речь идёт о совершенно конкретном моменте взятия власти революционным пролетариатом. Но в момент взятия власти ЛЮБОЙ революционный класс, а не только пролетариат, "не связан никакими законами" и опирается непосредственно на насилие, ибо в этой точке исторического процесса меняется государственный строй. Т.е., в любой революции имеется критический отрезок, когда старые законы уже не действуют, а новые ещё не успели утвердиться. И класс, взявший (или берущий) власть,– в самом деле,– вынужден на этом отрезке опираться непосредственно на революционный диктат, насилие. Правомерность такой ситуации признавалась и основоположниками буржуазной демократии.

Так, Дж.Локк в трактате "О государственном правлении" разъясняет, что народ "постоянно сохраняет верховную власть для спасения себя от покушений и замыслов кого угодно, даже своих законодателей, в тех случаях, когда они окажутся настолько глупыми или настолько злонамеренными, чтобы создавать и осуществлять заговоры против свободы и собственности подданного". Будучи притесняем сверх всякой меры, народ вправе расторгнуть общественный договор и временно вернуть общество в "естественное состояние", в котором никаких законов нет. В этих условиях "... власть возвращается в руки тех, которые её дали /т.е. народа.– Т.Х./, и они снова могут поместить её так, как они сочтут лучше для их безопасности и благополучия". [13] Момент расторжения народом общественного договора и переделегирования им властных полномочий от одной, устаревшей системы государственного управления – другой, более отвечающей его объективным потребностям в данной исторической обстановке, и есть, как нетрудно убедиться, акт осуществления революционной ДИКТАТУРЫ, или непосредственной власти народа-суверена, который, действительно, в этом своём качестве абсолютно никакими писаными законами не связан. В этом выражается высшее историческое право народа на ИЗМЕНЕНИЕ ГОСУДАРСТВЕННОГО СТРОЯ, на изменение самой системы законодательства.

Если вы признаёте, что народ властен изменить не удовлетворяющий его государственный строй, вы должны признать, как факт, и существование специфических "точек разрыва" в его государственно-правовой истории, где строй законодательства меняется и вместо писаных законов действует "диктатура" – непосредственная властная воля народа как творца своего жизненного процесса. В.И.Ленин следует здесь поистине лучшим традициям западноевропейской философско-правовой мысли, и то, что он в данной связи говорит, не "страшнее" того, что можно прочитать хотя бы у Локка.

Но термин "диктатура пролетариата" в марксистско-ленинской науке употребляется не только для обозначения момента революционной ломки старого, эксплуататорского строя, а и для обозначения того типа государства, которое возникает и достаточно длительное время существует после и в результате пролетарской революции.

Посмотрим, что это за государство.



НЕПОСРЕДСТВЕННЫЙ ПРЕДШЕСТВЕННИК диктатуры пролетариата – это "диктатура буржуазии", т.е. представительно-демократическое государство, где классовая гегемония буржуазии внешне замаскирована политической многопартийностью, провозглашаются разграничение между государством и "гражданским обществом" (что на практике сводится к государственной охране "священного права" частной собственности), а также принцип разделения властей (законодательной, исполнительной и судебной).

Диктатура пролетариата ещё продолжает в значительной мере оставаться "абстрактным политическим государством" – т.е., в ней "огосударствлены" далеко не все сферы общественной жизни. Её сходство с предшествующей буржуазно-демократической государственностью настолько велико, что В.И.Ленин в книге "Государство и революция" характеризует её как "буржуазное государство без буржуазии". [14]

Но какие же черты приближают диктатуру пролетариата (Советскую власть) к "будущей государственности коммунистического общества" (Маркс) [15]

1/ Уже очень многие гражданские сферы мощно пронизаны государственно-правовой упорядоченностью и защитой.

Гарантируется право на труд (что возможно, только когда государство становится распорядителем средств производства), другие важнейшие социально-экономические права: на бесплатное здравоохранение и образование, на отдых, на достойное обеспечение в старости, на жилище и т.д. Возводится в незыблемый закон систематическое ПОВЫШЕНИЕ ЖИЗНЕННОГО УРОВНЯ трудящихся, т.е. право на доход.

2/ Пролетариат – единственный класс, который в исторической перспективе не цепляется за своё господство. Но именно поэтому он и не маскирует свою классовую гегемонию в настоящем,– ибо рассматривает её как орудие достижения своей стратегической цели: построения бесклассового общества. Из открытой институциональной констатации классового характера социалистического строя естественно вытекает признание руководящей роли Коммунистической партии при социализме – как политического авангарда класса, который фактически, объективно в обществе доминирует. Конечно, номинально государство диктатуры пролетариата может быть и многопартийным. Но при этом, так или иначе, ведущую роль Компартии и институциональную невозможность её "ухода от власти" всё равно придётся признать. И это не какой-то "тоталитаризм", а непреложная объективно-историческая закономерность, через которую со временем пройдут все страны и народы на пути к "метадемократическому" обществу будущего.

3/ Из фактически однопартийной природы социалистического общества и отсутствия в нём частной собственности на средства производства следует качественно высшая, чем при буржуазной демократии, степень его внутренней структурной монолитности (то, что у нас раньше называли "морально-политическим единством" нашего общественного устройства). Исчезает почва для противопоставления "гражданского общества" государству, равно как и для противопоставления друг другу различных "ветвей власти".

Диктатура пролетариата основывается не на "разделении властей", а на той аксиоме, что исполнительная власть должна быть безоговорочно подчинена законодательной. Что касается "разделения властей", то несколько лет мы у себя в стране наблюдаем в действии эту атавистическую химеру – независимую от законодательной власти исполнительную власть, и видим, что трудно представить себе более циничную и скудоумную форму самой разрушительной деспотии.

Итак, если буржуазная демократия (она же диктатура буржуазии) есть

      представительно-демократическое государство,
      номинально многопартийное,
      базирующееся на принципе разделения властей и отграничения политической государственности от гражданского общества,

то социалистическая демократия (диктатура пролетариата) есть

      представительно-демократическое государство,
      фактически, а чаще всего и номинально, однопартийное,
      базирующееся на принципе подчинения исполнительной власти – законодательной и на активном последовательном "огосударствлении" всё новых и новых сфер частногражданского бытия.

Если вспомнить ещё, что в "разделении труда законодательного и исполнительного" [16] заключена суть ПАРЛАМЕНТАРИЗМА, то пролетарская демократия отличается от буржуазной и как НЕПАРЛАМЕНТАРНАЯ (СОВЕТСКАЯ) РЕСПУБЛИКА от парламентарной.



ИЗ СКАЗАННОГО можно вывести и пути развития пролетарской, рабоче-крестьянской государственности – Советской власти – в СССР после того, как нынешний натиск контрреволюции и империалистического интервенционизма будет прёодолён и будет временно восстановлен конституционный статус кво на уровне 1985г.

1/ Должна быть незамедлительно и без всякого "возмещения потерь" ренационализирована вся разграбленная (в том числе и с участием иностранцев) общенародная собственность, восстановлены все социально-экономические гарантии трудящимся в объёме, предусмотренном Конституцией СССР 1977 года.

Следует восстановить, всячески укреплять и развивать экономическую систему (а такая система в СССР в период 30-х – 50-х годов была открыта), способную обеспечить каждому честному труженику право на НЕУКЛОННОЕ СУЩЕСТВЕННОЕ ПОВЫШЕНИЕ МАТЕРИАЛЬНОГО И КУЛЬТУРНОГО БЛАГОСОСТОЯНИЯ, через регулярное снижение товарных цен и расширение фондов неоплачиваемого общественного потребления.

2/ Необходимо предложить обществу действенный механизм институциональной защиты не только права гражданина на труд как реализацию его "рабочей силы", но и его права на реализацию своей ТВОРЧЕСКОЙ СПОСОБНОСТИ, или личностной КРИТИЧЕСКИ-ТВОРЧЕСКОЙ ИНИЦИАТИВЫ.

Политико-философская концепция и общая схема движения в этом направлении были сформулированы партией ещё в конце 20-х годов: это программа развёртывания САМОКРИТИКИ И МАССОВОЙ КРИТИКИ СНИЗУ, на много десятилетий опередившая своё время по глубине, мощи и перспективности заложенного в ней демократизирующего потенциала.

3/ Необходимо провести работу по обеспечению подлинного, а не декларативного подчинения и подотчётности исполнительных органов власти законодательным (принципа слияния законодательной и исполнительной властей). Это единственный способ необратимо подрубить корни бюрократизму и его извечным "близнецам" – таким, как коррупция, сращение чиновничьего аппарата с мафиозными элементами, возникновение "теневой экономики" и т.п.

Пути разрешения этой проблемы также намечены в трудах классиков научного коммунизма: это предоставление депутатскому корпусу самых широких оперативно-распорядительных полномочий, наделение депутатов правом и фактической возможностью "самим исполнять свои законы", "самим проверять то, что получается в жизни". [17] Вложение законодателям в руки столь немудрёного, в общем-то, властного рычага, как право мотивированно (например, по жалобе избирателей) приостанавливать исполнение решений административных органов, сделало бы депутатский корпус сущей "грозой" для чиновных любителей нарушать закон и одной из эффективнейших форм антибюрократического контроля.

Следует иметь в виду, что ИНСТИТУЦИОНАЛИЗАЦИЯ МАССОВОЙ НИЗОВОЙ КРИТИЧЕСКИ-ТВОРЧЕСКОЙ ИНИЦИАТИВЫ ("КРИТИКИ СНИЗУ") – это обширнейшая государственная программа глубоких законодательных преобразований практически по всему спектру реальных общественных отношений. Гражданину должна быть гарантирована беспрепятственность, социальная "ненаказуемость" его разумного волеизъявления и на рабочем месте, и в избирательной процедуре, и в контактах со структурами власти, с правоохранительными органами, со средствами массовой информации и т.д. И всюду здесь – непочатый край скрупулёзной институционально-правовой работы, конечным результатом которой должен стать прорыв общества на качественно новый горизонт демократического развития.

Сегодня между советскими коммунистами немало споров о том, будет ли государственность, которую мы восстановим в стране после подавления контрреволюции и изгнания скрытых (а возможно, к тому времени уже и явных) интервентов,– будет ли она диктатурой пролетариата? Конечно! Ведь это будет представительно-демократическое непарламентарное государство с соподчинением (а не разделением) законодательной и исполнительной властей и с открыто признанной общеорганизующей, интегрирующей ролью партийных структур. Если оно не будет диктатурой пролетариата в вышеуказанном смысле, оно очень быстро скатится к диктатуре буржуазии,– как это и произошло в СССР в 1989-93гг. Утверждения в начале 60-х гг. о "превращении" диктатуры пролетариата в Советском Союзе в "общенародное государство" явились, безусловно, преждевременными и ни на каких действительных сдвигах в государственно-правовом развитии не основывались,– хотя, как мы подчёркивали в предшествующем изложении, в самой идее "всенародного государства" присутствует и некое рациональное зерно. На деле же выдвижение этого лозунга послужило хрущёвскому руководству идеологическим "оправданием" демонтажа или расшатывания ряда ответственнейших узлов Советского государственного механизма (достаточно назвать хотя бы попытку ликвидации отраслевой системы управления народным хозяйством).



В ДАЛЬНЕЙШЕМ диктатура пролетариата "отомрёт", уступит место на всемирноисторической сцене системе НЕПРЕДСТАВИТЕЛЬНОЙ, "ПОГОЛОВНОЙ" ДЕМОКРАТИИ (коммунистическому общественному самоуправлению, или "метагосударству").

В формировании коммунистического общественного самоуправления огромная роль будет принадлежать тому институту, который носит, на сегодняшний день, исторически и сейчас уже неадекватное название ПАРТИИ. Это связано с тем, что Коммунистическая партия, по своей идее и принципу, должна оказывать направляющее воздействие посредством СОБСТВЕННОГО ПРИМЕРА. Но метод "собственного примера" и есть управленческий принцип непредставительной, прямой демократии. Как же иначе вы сможете управлять человеком, который конституционно признан таким же субъектом управления, как и вы сами? Очевидно, только показав ему убеждающий позитивный пример, чтобы он последовал за вами добровольно.

"При такой системе больше нет собственно власти. Власть ... становится откровенным выражением свободы каждого, истинным и верным воплощением воли всех. При этом каждый повинуется только потому, что тот, кто руководит им в данный момент, приказывает ему то, чего он и сам хочет.

Вот истинно гуманная дисциплина, необходимая для организации свободы." [18]

Но это уже предмет другого, отдельного разговора.

____________________________

[1] См. К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч., т.1, стр.335.
[2] К.Маркс и Ф.Энгельс, ук. соч., стр. 242.
[3] Там же, стр. 262-263.
[4] К.Маркс и Ф.Энгельс, ук. соч., стр. 357.
[5] К.Маркс и Ф.Энгельс, ук. соч., стр. 253.
[6] К.Маркс и Ф.Энгельс, ук. соч., стр. 324.
[7] Там же, стр. 253.
[8] Там же, стр. 354.
[9] Там же, стр. 240, 284.
[10] См., напр., Программа Коммунистической партии Советского Союза. Госполитиздат, 1962, стр.109.
[11] К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч., т. 19, стр. 27.
[12] См. В.И.Ленин. ПСС, т. 41, стр. 383; т. 37, стр. 345.
[13] Д.Локк. Избранные философские произведения в двух томах, II. Изд-во социально-экономической литературы, М., 1960, стр. 86.
[14] В.И.Ленин. ПСС, т. 33, стр. 99.
[15] К.Маркс и Ф.Энгельс. Соч., т. 19, стр. 27.
[16] См. В.И.Ленин. ПСС, т. 33, стр. 48.
[17] В.И.Ленин. ПСС, т. 33, стр. 48.
[18] М.А.Бакунин. Философия, социология, политика. М., изд-во "Правда", 1989, стр. 194.


http://cccp-kpss.narod.ru/bpk/poliklub/z3/z3.HTM
ПОЛИТКЛУБЫ
http://cccp-kpss.narod.ru/

Оффлайн В. Пырков

  • Участник
  • *
  • Сообщений: 441
Материалы политклуба
Московского центра Большевистской платформы в КПСС
(Заседание семнадцатое)
Москва, 6 сентября 1995 г.

Секретарь-координатор
Большевистской платформы в КПСС,
канд. филос. наук Т.ХАБАРОВА

ВЛАСТЬ  И  ЗНАНИЕ

Выступление на XVII заседании политклуба
Московского центра БП в КПСС
Москва, 6 сентября 1995г.


СЕГОДНЯШНЕЕ наше занятие, в общем, подводит черту под проблемным циклом, который был нами запланирован на минувший учебный год. Это современные проблемы восстановления и развития  ПОЛИТИЧЕСКИХ  отношений социализма: партии, государства, народа как совокупности граждан и как носителя верховной власти в стране; класса, который выступает (или, по крайней мере, должен выступать) консолидирующим ядром народа; личности; демократической системы в целом и т.д. Я не буду давать здесь характеристику - что удалось и что не удалось, потому что для этого нужно, чтобы все материалы были опубликованы и каждый мог их прочесть и сам сделать вывод, но этого пока нет. Думается, всё же удалось многое. И совершенно не случайно, что вот та на вид простая, но внутренне достаточно "хитрая" правовая конструкция Съезда граждан СССР, которую нам предстоит в ближайшие месяцы реализовать,- совершенно не случайно, что она разработана и предложена Большевистской платформой.



ПЕРЕХОЖУ ближе к вопросу, который выносится сегодня на обсуждение.

Не надо долго объяснять, что в стране правящими режимами полностью снят с повестки дня лозунг  ВЛАСТИ  ТРУДЯЩИХСЯ,  к которому мы за годы нашего социалистического бытия так привыкли, что произносили и воспринимали его как аксиому, ни о чём особенно не задумываясь. Между тем, почва для размышлений тут была, и для весьма серьёзных. И не только в том плане, что лозунг этот и в советское время был,- увы,- далёк от его полного и подлинного осуществления, но и в плане того, на чём вообще зиждится его правомерность, и с какой стороны могли бы попытаться его атаковать люди, которые поставили бы себе целью в принципе от него избавиться.

А такие попытки предпринимались, и цели такие ставились; и что цели ставились именно такие, это подтвердил с убийственной силой дальнейший ход событий; хотя поднять об этом разговор где-то в 70-х годах, это значило навлечь на себя опасность, что объявят душевнобольным. Или, того не лучше, могли возбудить уголовное дело по обвинению в клевете.

И под прикрытием вот таких, с позволения сказать, "методов" научной дискуссии на нашем обществоведческом поприще уже как минимум со второй половины 60-х годов буквально буйствовали разные идеологические сорняки, вроде "теории научного управления", которые доказывали, что властно-управленческие отношения - вовсе не общедоступная вещь, а это предмет и область особой науки, и как таковые, они должны быть уделом профессионалов. Так, Г.Х.Шахназаров, небезызвестный, ещё в 1974г. писал в одной из своих книжонок: "... управление уже становится наукой, а в коммунистическом обществе/!/ оно будет только наукой". "... обыкновенной отраслью научного знания со своей прикладной сферой." [1]

Интересно, какая же мыслилась "прикладная сфера" у этой так называемой "обыкновенной отрасли научного знания". Читаем у В.Г.Афанасьева, бывшего главного редактора "Правды" и одного из основных мракобесов на ниве "научного управления", 1972 г.: "... что означает управление людьми? ... во-первых, правильное определение социальной роли каждого человека, его места в производстве, коллективе, семье, его функций, его обязанностей. Во-вторых, усвоение каждым человеком предназначенной ему социальной роли ... В-третьих, обеспечение выполнения каждым человеком своей социальной роли ..." [2]

Т.е., совершенно ясно, что не только ни о какой власти трудящихся речи уже не шло, но наоборот, рядовой гражданин изображался как пассивный объект манипуляций со стороны пресловутых "профессионалов", которые помимо его собственного личностного волеизъявления, практически бесконтрольно решают за него все коренные, наиглавнейшие вопросы его жизнедеятельности.

Подобные "концепции" свыше двадцати лет массированно внедрялись в общественное сознание, а в горбачёвскую эпоху были реализованы на практике, и в результате мы имеем то, что имеем,- власть, которая не стесняется во всеуслышание обзывать народ быдлом, через своих идеологических прилипал, и соответственно с народом обращается.

Таким образом,- вот оно, направление главного удара, которое было избрано идеологическими диверсантами для атаки на принцип социалистического народовластия, власти рабочих и крестьян: это дилемма  ВЛАСТЬ  И  ЗНАНИЕ,  которая и вынесена сегодня в заголовок политклуба. Власть,- говорят нам,- не может принадлежать какому-то простонародью, без разбора, кому попало; она должна принадлежать тем, кто ЗНАЕТ, кто компетентен, и только компетентность даёт человеку основания претендовать на участие во власти, в управлении государством, в руководстве другими людьми.

Что ж,- немало найдётся таких, кто скажет: а разве это, в общем-то, так уж неправильно? Кому же это понравится, если бюджет начнут составлять люди, которые ничего не смыслят в финансах и денежной системе, внешней политикой станут заведовать те, кто понятия не имеет, как строятся отношения на международной арене, и т.д. Дескать,- когда мы говорим, что каждая кухарка в принципе может управлять государством, это означает только одно: что при социализме всякий, вне зависимости от его исходного общественного положения, должен иметь возможность  ВЫУЧИТЬСЯ  на финансиста, дипломата и т.п., и если у него есть способности к этим делам, есть государственное мышление, пусть правит государством, кто же будет возражать.

Но эта точка зрения - существенно упрощённая. Возможность приобрести профессиональную управленческую подготовку, безусловно, должна быть открыта для каждого, у кого есть к тому способности и призвание; это само собой. Однако, в советском конституционном праве, когда наше государство характеризовалось как государство рабочих и крестьян, государство трудящихся, имелись в виду не те, образно говоря, "кухарки", которые сумели окончить институт международных отношений. Имелись в виду трудящиеся, которые пребывают на своих рабочих местах. И мы, когда приступим непосредственно к восстановлению Советской социалистической государственности,- а этого, надо надеяться, недолго ждать,- мы будем ориентироваться, очевидно, опять на них же: на тех, кто никуда не двинулся со своих рабочих мест в материальном и прочем производстве. И эти люди стране опять очень и очень понадобятся,- не меньше, чем в 20-е, 30-е, 40-е годы; потому что, когда народ начнёт приходить в себя от нынешней психополитической контузии, иллюзорное изобилие с прилавков наших магазинов сразу исчезнет, и кроме отечественных кухарок, доярок, ткачих, обувщиков и т.д., снова и уже по-настоящему наполнить эти прилавки будет некому.



ИТАК, проблему нашу мы немного, как говорится, повертели, и она приобрела следующий вид: существует какой-то род вот именно  ГОСУДАРСТВЕННОГО  знания, которым люди - и в первую очередь люди труда - обладают не в силу того, что они где-то этому обучались, а просто в силу того, что они есть то, что они есть. Причём, в данной связи этот род знания является безусловно высшим, приоритетным, и именно он, а не особый управленческий профессионализм, даёт право на власть и на соответствующую статью в Конституции.

Что же это за знание, которым люди, занятые в производстве, обладают как раз потому, что они там заняты, а не потому, что ушли оттуда учиться в институт?

Человек труда - это главный элемент производительных сил; мы к этому мотиву множество раз возвращались на наших предыдущих политклубах. А производительные силы - это наиболее революционная, динамичная сторона материального общественного производства. На производстве же, как на базисе, возвышается,- как известно,- всё прочее здание общественно-экономической формации. Я здесь ни одного слова не говорю, которое бы не было сказано и на разные лады повторено на предыдущих занятиях.

Стало быть, человек как непосредственный участник общественного производства - это не какой-то довесок к объективной социальной действительности, который только и должен, что к ней приспосабливаться; нет, но он сам есть точка роста этой объективной общественной действительности, он есть как бы нервный ствол, ядро, канал, через который проходит энергетический импульс мирового эволюционного процесса. Проходит, чтобы реализоваться на социальном уровне развития материи.

И опять-таки, я ничего нового не говорю. Мы всё это разбирали на политклубе по философии чучхеизма и употребляли там для характеристики этой концептуальной картинки красивую формулировку: субъект есть вершина развития объекта. На этой ступени материального развития,- скажем теперь, для разнообразия, словами замечательного русского мыслителя А.И.Герцена,- на этой ступени "движение становится деянием,- энергия является, как ум; вещество делается  субъектом, живым  носителем  перемены ..." [3] Кстати, книгу Герцена "Письма об изучении природы", откуда взято это высказывание, настоятельно рекомендую прочитать всем, кто интересуется философией.

Следовательно, то высшее знание, которым обладает трудовой народ как главный элемент производительных сил,- это его совокупное, солидарное знание о себе самом как о материальном носителе наиболее важных, решающих перемен в жизни общества, т.е. объективно обусловленных перемен в структуре способа производства. Иными словами, это  КЛАССОВОЕ  САМОСОЗНАНИЕ  ТРУДЯЩИХСЯ, САМОСОЗНАНИЕ  ОСНОВНОГО  ПРОИЗВОДИТЕЛЬНОГО  КЛАССА  ДАННОЙ  ЭПОХИ.

И этих вопросов мы,- опять-таки,- уже касались, и не далее как на предыдущем политклубе по "Анти-Дюрингу" Ф.Энгельса.

Почему это знание - высшее? Потому что сам народ, сами трудящиеся массы представляют собой первичную материальную оболочку, материальное тело объективно-исторической закономерности, которая в жизни общества реализуется. Они ей служат материальным проводником, и вот её, фигурально говоря, прохождение через них они и выражают в формах своего солидарного, т.е. классового самосознания. Знать больше этих людей об этой закономерности нельзя, потому что она, собственно, через них и существует; нельзя знать о ней откуда-то со стороны, потому что она - как божья благодать: если она осенила не вас, а другого человека, то для вас на этом всё и заканчивается. Можно знать о закономерностях изменения способа производства  СТОЛЬКО  ЖЕ, сколько знает класс-производитель (он же, как правило, и класс-революционер); но для этого нужно просто с ним самоотождествиться, стать на его классовую точку зрения. В силу самой по себе объективной конструкции нашего социального бытия, истина о развитии человечества (и вместе с ним и о развитии природы, Космоса) открывается только с точки зрения класса - гегемона той или иной исторической эпохи.

Поэтому несостоятельны все рассуждения о надклассовых, надчеловеческих (или, как в последнее время стали это называть, общечеловеческих) истинах, науках, теориях и пр. Философски это подход позавчерашнего дня. С правильно истолкованной марксистской позиции, концептуальный эфир, в котором формируется всё остальное человеческое знание,- это мировосприятие класса, экономически господствующего, как В.И.Ленин говорил о пролетариате, над центром и нервом хозяйственной системы. [4] Т.е., это класс, который держит хозяйственную систему на своих плечах, в данный исторический момент. Или ещё,- "заведует" данным экономическим порядком; напомню эту прекрасную ленинскую формулу, которая цитировалась на политклубе по "Анти-Дюрингу".



КЛАССОВОМУ САМОСОЗНАНИЮ нельзя научиться в институте, оно приобретается из жизненного опыта, откуда, собственно, приходят и все великие идеи, когда-либо руководившие человечеством.

"Всякий народ, взятый в своей совокупности,- писал М.А.Бакунин,- и всякий чернорабочий человек из народа - социалист по своему положению." "Вечно нищий, обиженный и забитый, он по инстинкту, на факте - естественный представитель всех нищих, обиженных и забитых,- а что такое весь социальный вопрос, если не вопрос об окончательном и всецелом освобождении всех нищих, обиженных и забитых?"

"... к счастью, народы образуются и развиваются ... не столько книжною, сколько исторически опытною наукою, многовековою жизнью и испытаниями жизни." "Этот прогресс совершается, конечно, не путём книжного образования, а путём естественного нарастания опыта и мысли, передаваемого из рода в род и необходимым образом расширяющегося, углубляющегося по содержанию, совершенствующегося и облекающегося в свои формы ..."

"... возьмите человека наименее образованного и самого нелепого, если вы в нём только действительно откроете инстинкты и честные, хотя и тёмные, стремления, соответствующие социально-революционной идее, как бы дики ни были его настоящие представления, вы не пугайтесь, а только займитесь им серьёзно, с любовью, и вы увидите, как широко и как страстно он обнимет, усвоит вашу идею или, вернее, свою собственную идею, потому что она не что иное, как ясное, полное и логическое выражение его собственного инстинкта, так что вы в сущности не дали ему ничего, не принесли ему ничего нового, а только уяснили ему то, что в нём жило гораздо прежде, чем он встретился с вами" "... он вас поймёт непременно, и пожалуй, даже поймёт глубже, живее, цельнее, чем вы понимаете сами. Он вас поймёт потому, что все эти кажущиеся отвлечённости прямо относятся к его страстям, ... находят тысячу подтверждений в его историческом и ежедневном опыте, дают ответ на самые мучительные запросы его ума и его сердца, обещают конец его бедам, его обидам, его страданиям, соответствуют, наконец, образовавшимся в нём представлениям о справедливости и о настоящем порядке. Дайте себе труд поговорить с ним серьёзно, помогите ему, сколько надо и не больше как надо, формулировать его же собственные, глубокие и насущные инстинкты, запросы и требования, и вы увидите, что он серьёзнее и глубже социалист, чем вы сами."

"Нужно быть олухом царя небесного или неизлечимым доктринёром, для того чтобы вообразить себе, что можно что-нибудь дать народу, подарить ему какое бы то ни было ... новое умственное или нравственное содержание, новую истину и произвольно дать его жизни новое направление ..." "Народная жизнь, народное развитие, народный прогресс принадлежат исключительно самому народу." [5]

К творческому наследию М.А.Бакунина, очень яркого и своеобразного представителя и отечественной, и мировой прогрессивной философской традиции, мы не однажды на наших политклубах обращались; приведённые здесь высказывания взяты из его работ "Наука и насущное революционное дело" и "Государственность и анархия".



СОБСТВЕННО, мы уже сказали и затвердили наиболее существенное из того, что нам нужно было сегодня сказать: что высшим родом знания, доступного человечеству, является САМОСОЗНАНИЕ,  МИРОВОСПРИЯТИЕ,  МИРООЩУЩЕНИЕ ОСНОВНОГО  КЛАССА-ПРОИЗВОДИТЕЛЯ  ДАННОЙ  ИСТОРИЧЕСКОЙ  ЭПОХИ,- того класса, который в данном историческом периоде выступает как главный элемент производительных сил,- и что именно на этом, на этой специфической "компетентности" базируется право класса-производителя, право трудового народа на власть.

Конечно, тут возникает множество самых разных проблем, но все они вторичны и производны от правильного ответа на решающий вопрос: присуща ли трудящимся массам как таковым какая-то форма познания социальной действительности, которая по своей высоте и мощи оправдывала бы статью в Конституции социалистического государства - "вся власть в стране принадлежит трудящимся города и деревни"? Мы отвечаем на этот вопрос - да, такая форма познания трудящимся самим по себе присуща, вне зависимости от их обучения в университетах, и это определяется тем, что трудящиеся сами суть элемент объективной социальной действительности, причём элемент наиболее подвижный, динамичный, революционный. И ещё тем это определяется, что трудящиеся являются совокупным носителем объективного социального динамизма не просто как какая-то вещная масса, но как мыслящие, разумные, сознательные существа. В.И.Ленин говорит в "Материализме и эмпириокритицизме": объективная реальность, т.е. классовая природа современного общества и его классовые идейные тенденции. [6] Марксистско-ленинская философия в целом, в своих лучших образцах, всегда видела основу объективной реальности общества не в вещах, не в технике и т.п., а в людях, в их первоисходном разбиении на классы, в их междуклассовых отношениях и в их классовом самосознании.

Два проблемных узла тут просматриваются сразу, причём они тесно связаны, переплетаются между собой. Давайте ими займёмся и этим на сегодня ограничимся, поскольку материал концептуально сложный, и в одно выступление его при всём желании во всём его объёме не втиснешь.

Итак, первая проблема: самосознание класса-гегемона и то, что принято вообще называть наукой, теорией и т.д., в том числе и революционная теория,- каково соотношение между ними?

И вторая проблема; как должно быть реально устроено государство, в котором согласились, что трудящиеся являются не только рабочей силой на производстве, но и носителями какого-то чрезвычайно важного для всей системы знания, откуда и проистекает их право на власть?



ПРОБЛЕМА ПЕРВАЯ решается поначалу достаточно просто.

Наука конкретизирует, детализирует, развивает тот мировоззренческий остов, который задаётся классом-революционером в период его стремления к власти и прихода к власти. Процесс этот скоординирован в основном объективно, а субъективно участвующие в нём учёные могут вообще не знать друг о друге, никак между собой не соприкасаться, жить в разных странах и совершенно не понимать, что их связывает служение одному и тому же классу. Если бы Копернику, Галилею, Ньютону, Лавуазье, Ляйелю и ещё целой плеяде великих естествоиспытателей той поры сказали, что они вырабатывают и оттачивают интеллектуальные инструменты классового господства буржуазии, эти люди вернее всего просто не поняли бы, о чём с ними говорят. Но объективная суть происходившего и объективная внутренняя связь всей этой деятельности, тем не менее, были именно таковы.

Естественно, и самосознание даже наиболее угнетённого класса нельзя себе представлять существующим лишь в виде какого-то коллективного инстинкта. У класса всегда находятся идеологи, которые приводят его мироощущение в систему, последовательно и доказательно излагают его устремления, цели и пр. Но этот процесс взаимонахождения класса и идеолога скоординирован также лишь внутренне, а внешне дело может выглядеть так, что и идеолог не сразу понимает, кому, собственно, он призван служить, да и класс не сразу улавливает, что этот человек совсем из другого социального слоя, на непривычном языке объясняет ему всего лишь его собственную всепоглощающую жизненную обиду и его собственную главную жизненную задачу. Когда мы слышим хорошо нам знакомые рассуждения о внесении революционного сознания в массы, о соединении революционной теории с массовым движением и т.п., то надо иметь в виду, что здесь правильнее было бы говорить именно о процессе внешнего, эмпирического, так сказать, взаимообретения этих факторов, которые внутренне нерасторжимы и попросту не появляются на белый свет один без другого. Если образовался пролетариат, то обязательно будут Маркс и Энгельс, а если появились Маркс и Энгельс, то это означает, что образовался и выходит на историческую авансцену пролетариат. Но на лбу, как говорится, ни у кого не написано, в том числе и у Маркса, что это вождь мирового пролетариата, поэтому внешне тут могут быть достаточно длительные коллизии, притирки, взаимонепонимание и т.д.: всё то, что и подразумевается под процессом внесения в массы определённой суммы идей.

Собственно, это не "внесение", буквально, в массовое сознание чего-то изначально там не присутствовавшего, но это, скорее, прояснение и актуализация, систематизация того, что жило там и до встречи с вами, говоря словами Бакунина. Это важная перестановка акцента, и это непременно надо учитывать.

Сюсюкать и присаживаться на корточки с людьми, по нашему твёрдому убеждению, тоже большая ошибка. При том подходе, который здесь очерчен, не только вы обязаны понять массу, но и масса ОБЯЗАНА понять вас, ибо объективно вы несёте ей не что иное, как её же собственное, лишь прояснённое и упорядоченное, постижение всего совершающегося. Идеолог должен быть в этом своём требовании именно ВЗАИМОпонимания с массой настойчив и неуступчив, и это создаёт между ним и массой силовое поле, которое в конце концов убеждает и увлекает людей.



ВТОРАЯ ПРОБЛЕМА - как должно быть устроено государство, базирующееся вот на такой идеологии: люди труда - это главный элемент материальной общественной действительности и безусловный носитель власти не только потому, что всё в обществе делается их руками, но также и потому, что их совокупная интеллектуально-нравственная оценка этой действительности - это своего рода истина в последней инстанции, и она непременно в конце концов осуществляется и изменяет мир, и противиться этому бесполезно.

Стало быть, через трудящиеся массы как главный элемент производительных сил проходит решающий материальный импульс к изменению, преобразованию способа производства, самых основ общественно-экономической формации.

Ну, а как вообще до сих пор в истории менялся способ производства? Если говорить о коренных, качественных преобразованиях,- то только через социальную революцию. Вот и получается, что огромнейший преобразовательный потенциал народа как творца истории до сих пор реализовался по крайне упрощённой, исторически неразвитой схеме: народ терпит данный способ производства, участвует в нём как рабочая сила, покуда можно терпеть, а когда терпеть дальше уже никак нельзя, сбрасывает и рушит его посредством революции.

Одной из громадных заслуг В.И.Ленина как теоретика мне лично представляется то, что он смог понять революцию как единственно доступную до сих пор народу форму проявления его творчески-преобразовательного потенциала. На предыдущем политклубе цитировалась как раз в этой связи статья В.И.Ленина (1906г.) "Победа кадетов и задачи рабочей партии". Как это нередко бывает, давно уже утратили актуальность и всякий исторический интерес те конкретные события, по поводу которых была написана статья: когда, где и при каких обстоятельствах, и в чём именно победили кадеты, теперь мало кого волнует. Но развитый в этой статье взгляд на революцию как на высший метод исторического творчества народа [7], чем дальше, тем всё больше поражает красотой и мощью философско-политической догадки. Поэтому приведу ещё некоторые фрагменты из этой ленинской работы,- тем более что тут есть весьма знаменательная перекличка и с нашим сегодняшним днём, и с нашими сегодняшними делами.

"... в период "вихря",- работа создавалась по горячим следам революции 1905г.,- применялись некоторые особые методы этого творчества, чуждые иным периодам  человеческой  жизни. Вот  наиболее  существенные  из  этих  методов: 1) "захват" народом политической свободы,- осуществление её без всяких прав и законов и без всяких ограничений ...; 2) создание новых органов революционной власти ... Эти органы создавались исключительно революционными слоями населения, они создавались вне всяких законов и норм всецело революционным путём, как продукт самобытного народного творчества, как проявление самодеятельности народа, избавившегося или избавляющегося от старых полицейских пут." [8]

Здесь, в общем-то, всё про нас и про наш Съезд граждан СССР, с одним лишь уточнением: мы действуем не "без всяких прав и законов", а по тем законам, которые считаем приемлемыми и нужными для нас, т.е. по советским законам. А в смысле безоглядности разрыва с законами ненавистного антинародного режима, действительно,- дело именно так и должно обстоять, что они просто не должны для нас существовать.

Немного продолжу цитирование.

"Ураган разрушал организации!  Какая вопиющая неправда! Назовите такой период в русской или всемирной истории,  найдите такие шесть месяцев или шесть лет,  когда бы для свободных самопроизвольных организаций народных масс было сделано столько, сколько в шесть недель русского революционного вихря ... Знаете ли вы, что рабочий народ, серая масса, никогда не шла так охотно в политические организации, не увеличивала так гигантски состав политических союзов, не создавала самобытных полуполитических организаций вроде Советов рабочих депутатов?" "Резюмируем: организаторское творчество народа ... проявляется в периоды революционных вихрей в миллионы раз сильнее, богаче, продуктивнее,  чем в периоды так называемого спокойного (гужевого) исторического прогресса." "... именно революционные периоды отличаются большей широтой, большим богатством, большей сознательностью, большей планомерностью, большей систематичностью,  большей смелостью и яркостью исторического творчества по сравнению с периодами мещанского, кадетского, реформистского прогресса." [9]

Какой же отсюда вывод? Если революционные периоды блещут широтой, богатством, смелостью и яркостью проявления народных творческих сил, то,- значит,- надо после завоевания власти трудящимися революционный период как бы "растянуть". Надо сделать так, чтобы та характеристика революционного периода, благодаря которой он выступает как период наивысшего творческого подъёма для народа,- чтобы эта характеристика присутствовала в жизни народа постоянно. Иными словами, нужно как бы самоё революцию  ИНСТИТУЦИОНАЛИЗИРОВАТЬ, сделать её постоянно присутствующим в жизни общества, институциональным фактором. Конечно,  это не следует так понимать, что всё время надо что-нибудь ломать и крушить, не заниматься спокойным созидательным трудом. Но та черта непосредственного революционного процесса, которая позволяет о нём говорить как о творческом самовыражении народа, она не должна из жизни именно государства трудящихся уходить уже никогда.

Нетрудно убедиться, что вся, по существу, история практического послеоктябрьского социализма в нашей стране, пока он развивался по восходящей линии, шла под знаком поисков в этом направлении. Хотя, может быть, никто тогда не употреблял предложенную нами формулировку задачи: институционализировать революцию.

Прежде всего, откуда взялось само представление о диктатуре пролетариата как о государственном устройстве, в системе которого основной руководящей силой является пролетарская партия? [10]

Я напомню описание диктатуры пролетариата, данное в работе И.В.Сталина 1926г. "К вопросам ленинизма",- ибо у нас по сию пору, как ни странно, можно услышать, будто партия после Октября чуть ли не узурпировала власть у Советов,  а 6-ая статья появилась в Конституции СССР 1977г.,  в общем и целом, по ошибке.

"Партия осуществляет диктатуру пролетариата." Причём, отмечу, что всё сталинское изложение сопровождается скрупулёзнейшими ссылками на В.И.Ленина.  "Партия осуществляет диктатуру пролетариата. Но она осуществляет её не непосредственно, а при помощи профсоюзов, через Советы и их разветвления." "Её назначение состоит в том, чтобы объединять работу всех без исключения массовых организаций пролетариата и направлять их действия к одной цели, к цели освобождения пролетариата." "Высшим выражением руководящей роли партии ... у нас,  в Советском Союзе, в стране диктатуры пролетариата, следует признать тот факт,  что ни один важный политический или организационный вопрос не решается у нас нашими советскими и другими массовыми организациями без руководящих указаний партии. В этом смысле, можно было бы сказать, что диктатура пролетариата есть, по существу, "диктатура" его авангарда, "диктатура" его партии, как основной руководящей силы пролетариата."

"Но это нельзя понимать так, что партия осуществляет диктатуру пролетариата помимо государственной власти, без государственной власти, что партия правит страной помимо Советов, не через Советы. Это ещё не значит, что партию можно отождествить с Советами, с государственной властью. Партия есть ядро власти. Но она не есть и не может быть отождествлена с государственной властью." [11]

Вот, как говорится, и поди разберись. Ядро власти, но не может быть с ней - с властью - отождествлена. Откуда, почему столь, в общем-то, замысловатая конструкция?

Но вещи становятся на свои места, если держать перед глазами неоднократные ленинские указания на то, что во время революции народ создаёт новые органы власти, "творит новое революционное право" [12] и что вообще революционное творчество народа имеет ярко выраженную "организаторскую", как её Ленин называет, нацеленность. Т.е.,- по сути,- народ в революции непосредственно, без всяких специально созванных Учредительных собраний, выступает как  УЧРЕДИТЕЛЬНАЯ  ВЛАСТЬ, его революционные действия носят  УЧРЕДИТЕЛЬНЫЙ  характер. Поэтому одна из первейших и кардинальнейших задач "институционирования революции" и выглядит как проблема создания  ПОСТОЯННО  ДЕЙСТВУЮЩЕЙ  УЧРЕДИТЕЛЬНОЙ   ВЛАСТИ. Вот эту проблему и пытались разрешить великие наши мыслители и практики, вырабатывая те представления о механизме пролетарской диктатуры, которые были изложены выше. И механизм этот,- прямо скажем,- невозможно ни понять, ни принять, если не видеть в нём того, чем он в конечном итоге являлся и является: а именно, это был и есть поиск решения всемирноисторической по своей значимости задачи построения государственности с постоянно действующей учредительной властью. Функции этой постоянно действующей учредительной власти и должна, собственно, выполнять партия.

Этот принцип, кстати, следовало бы затвердить в нашей политико-философской теории наряду с другим важнейшим принципом Советской государственности: нераздельностью законодательной и исполнительной властей. Если будет определённо и аргументированно указано, что Коммунистическая партия при социализме - это не что иное, как постоянно действующая учредительная власть, этим мы и себе жизнь существенно облегчим, и другим понять специфику и сущностную ориентацию нашего государственно-правового устройства будет куда проще.

Могут задать вопрос: а насколько это, всё-таки, нужно, чтобы учредительная власть в государстве действовала постоянно? Ведь не каждый год и даже не каждое десятилетие приходится менять государственный строй?

Но, во-первых, общественное развитие исторически повсеместно ускоряется. Во-вторых, в стране, где в руках государства находятся экономика и вся социальная сфера, многие решения, формально не затрагивающие Конституцию, на самом деле приобретают учредительное, в юридическом смысле, значение. Меняются имущественные права и социальное положение целых слоёв населения, как это было, например, у нас во время той же коллективизации; принимаются решения, на первый взгляд, сугубо специальные, экономические, но проведение их в жизнь чревато незапланированным (или, хуже того, искусно и коварно запланированным) подрывом существующего общественного строя. Так получилось с "экономической", в кавычках, реформой 1965-67гг., которая, как таран, разбомбила народное хозяйство и проложила путь антисоциалистическому государственному перевороту. И коль скоро такие процессы фактически всё равно совершаются, да подчас ещё и с катастрофическими последствиями, то зачем же это надо, чтобы учредительные властные решения, неопознанно и беспрепятственно, проходили как оперативно-управленческие? Лучше уж пусть та структура в обществе, которая практически присвоила себе прерогативы учредительной власти,- пусть она будет опознана, идентифицирована в качестве таковой, а её действия в этом статусе введены в какие-то рамки и упорядочены. Даже вне всякой зависимости от предыдущих рассуждений о необходимости "институционирования революции".

И ещё один вопрос мне могут здесь подбросить: ну вот, вы сами же себе противоречите. Выходит, у нас все эти десятилетия в лице Центрального Комитета партии заседало некое перманентное Учредительное собрание, а мы даже не понимали, какими полномочиями мы сами, вроде бы, этот орган наделили? Не от этого ли все наши беды и приключились?

Однако, накладки произошли не потому, что принцип постоянно действующей учредительной власти начал воплощаться в жизнь, а потому, во-первых, что этот объективно обусловленный процесс не был должным образом понят и осмыслен. И ещё потому, что узаконить партию как ядро властной системы - этого далеко не достаточно. Всякий новый структурно-политический принцип должен утвердиться как бы в двух уровнях - на уровне государства как целого и на уровне отдельно взятой личности. Так, система представительной демократии достигает полноты и расцвета лишь при введении всеобщего избирательного права. Представительные учреждения были ведь и в добуржуазную эпоху,  но если нет свободы избирать в эти учреждения, если ограничения на каждом шагу, то и представительная власть как таковая, можно считать, не действует.

Точно так же и с принципом постоянно действующей учредительной власти. Он должен быть установлен не только на уровне общего партийно-государственного механизма, но и доведён до личностей, взятых "врассыпную". Не только должна быть в государстве постоянно "учредительствующая", т.е. способная и призванная вносить качественные изменения структура; но и каждый гражданин должен обрести возможность в любое время, а не в одни лишь особые, редкие периоды общественной жизни, выступить творцом, новатором, инициатором на том поприще, где он объективно призван это сделать.

Те, кто регулярно посещает наш политклуб, наверное, уже догадались, - и я очень надеюсь, что догадались,- что сейчас я скажу о сталинской программе развёртывания самокритики и массовой критики снизу. Действительно, эта программа институционирования массовой критически-творческой инициативы объективно должна была достроить, довершить, замкнуть в целостность систему диктатуры пролетариата - государственности, где учредительная власть стала постоянно действующей, т.е.  социальное творчество, социальное новаторство, исходящее из народных низов,  превратилось в институт.

Хотелось бы несколько слов сказать в данной связи о судьбе диктатуры пролетариата вообще. Это государственно-правовая конструкция, прорывная по своему историческому значению, по своей гигантской духовно-нравственной нагрузке; исключительно сложная, открывающая новую страницу в развитии социально-политических структур. Полный её замысел, её объективный план, если можно так выразиться, остаётся по сей день нереализованным. Может быть, из-за её грозного названия, но у нас почему-то решили, что с ней всё уже кончено. Между тем, Маркс совершенно не случайно говорил, что период диктатуры пролетариата простирается вплоть до окончательного построения коммунизма. Так что с этим типом государства нам долго ещё предстоит иметь дело, предстоит в нём жить и работать над его развитием и приведением в завершённый вид.



И ПОСЛЕДНИЙ МОМЕНТ, которого надо всё-таки ещё раз коснуться.

Могут сказать: как вы нас ни убеждайте, но всё же познавательное содержание, заключённое в совокупном мировосприятии даже самого революционного класса, в общем-то, очень примитивное. Ну, сами подумайте, что решает класс во время революции? Ломать или не ломать, продолжать жить при сложившихся условиях - или разнести всё вдребезги и попытаться создать что-то другое; причём, как правило, никто толком себе не представляет, как это другое конкретно должно выглядеть. Конечно, всё это очень важно, но мы же говорим о высшем  ЗНАНИИ, а где  здесь оно?

Думается, на этот вопрос нужно ответить так, что культ науки, в атмосфере которого мы пребывали, как минимум, на протяжении всего XX столетия, породил во многих из нас совершенно ложные представления о самом характере именно  ВЫСШЕГО  человеческого знания. Если нам покажут длинную, в километр, математическую формулу, мы перед ней благоговеем, как перед высшим проявлением разумности,  хотя бы по сути она касалась какой-нибудь ничего не значащей ерунды, скорости роста колонии бактерий, безвредных и равно бесполезных, в искусственном бульоне. А когда человек во время войны пишет в газету, что он ушёл на пенсию и просил товарищей похоронить его с оркестром, но теперь требует у смерти отсрочки,  потому что надо работать для фронта и он возвращается на завод,- тут никто в упор никакого  ПОЗНАВАТЕЛЬНОГО акта не видит. (Кстати, я цитирую подлинный человеческий документ, опубликованный в своё время в печати.)

А может быть, дело обстоит как раз наоборот? И тот, кто в бою закрыл своим телом амбразуру, чтобы потом, на мирной земле, другие могли спокойно изучать бактерии и прочие явления природы,- может быть, он ЗНАЛ, именно знал, о жизни,  о мире, о месте и долге человека в мироздании нечто гораздо большее и более существенное, чем все естествоиспытатели, вместе взятые?

Посмотрите, чего нам сегодня нехватает? Каких только знаний нет, какие пишутся труды, какие интеллектуальные богатства ну прямо-таки фонтанируют. А нехватает одного, но самого главного: чтобы народ решил, наконец, "примитивный"  вопрос - вот именно, ломать или не ломать, продолжать жить при колониальном режиме, или пойти и разнести всё вдребезги. Вот и прикиньте, какая будет цена всем нашим знаниям и какая будет наша с вами судьба, если народ с ответом на этот свой "примитивный" вопрос замешкается. Наверное, главное и высшее знание всё-таки то, от которого зависит всё остальное. А не то, которое само кругом от чего-то зависит.

А народ, между прочим, канителится со своим решением ещё и потому, что слишком долго и старательно его исподволь отучали такие решения принимать. Всё на "профессионалов" перекладывали. Мне много уже приходилось на эту тему говорить, и я ещё раз повторю: спасение страны предопределено тем, как скоро народ вспомнит, что он есть единое разумное существо, причём наиболее разумное из всех имеющихся, и снова станет таким существом, ибо он таким был и мы его таким знали. Мы же должны ему в этом помочь; а значит, подходить к нашим теориям только с этой точки зрения: способствуют они выходу народа из временного интеллектуального оцепенения, или нет. Этими критериями мы руководствовались и намерены впредь руководствоваться в работе нашего политклуба.

______________________________

[1] Г.Х.Шахназаров. Социалистическая демократия. Политиздат, М., 1974, стр. 172-173.
[2] В.Г.Афанасьев. Научно-техническая революция, управление, образование. ИПЛ, М., 1972, стр.180.
[3] А.И.Герцен. Письма об изучении природы. Огиз - Госполитиздат, 1944, стр.86. Курсив мой.- Т.Х.
[4] В.И.Ленин. ПСС, т.40, стр.23.
[5] М.А.Бакунин. Философия, социология, политика. М., "Правда", 1989, стр. соотв. 160, 161, 173, 511, 510, 173-174, 510, 511.
[6] См. В.И.Ленин. ПСС, т.18, стр.375.
[7] См. В.И.Ленин. ПСС, т. 12, стр.316.
[8] Там же, стр.317. Курсив мой.- Т.Х.
[9] Там же, стр.338, 335 /курсив мой.- Т.Х./,  328.
[10] См. И.В.Сталин. Соч., т.8, стр.35.
[11] Там же, стр.36, 34, 37, 41.
[12] См. В.И.Ленин. ПСС, т.12, стр.320.


http://cccp-kpss.narod.ru/bpk/poliklub/z17/z17.HTM
ПОЛИТКЛУБЫ
http://cccp-kpss.narod.ru/