Деяния Дзержинского в течение долгого времени были оболганы 
«Когда каждый старается урвать кусок пожирнее — страна обречена», — эта фраза принадлежит основателю и руководителю одной из самых эффективных спецслужб мира — Всероссийской чрезвычайной комиссии (ВЧК) Феликсу Эдмундовичу Дзержинскому.
Такие люди, как Дзержинский, есть и сейчас
В те грозные революционные годы, а потом во время Гражданской войны наша страна, по сути, была действительно обречена, однако такие люди, как Дзержинский и его соратники, сумели отстоять рушащееся государство. Одним из самых главных его деяний стало ещё и то, что в тяжёлое для страны время он помнил о детях, то есть будущем новой, нарождающейся страны, и создавал детдома и приюты для тысяч безпризорников.
Профессиональный революционер Феликс Эдмундович Дзержинский родился 11 сентября (по новому стилю) 1877 года в семье мелкопоместного дворянина, преподавателя гимназии в родовом хуторе Дзержиново Виленской губернии (сегодня — территория Белоруссии). По национальности поляк, а по убеждениям патриот, коммунист-интернационалист. Но кем же он был в большей степени — государственным деятелем, партийным функционером, организатором, хозяйственником, воспитателем или прежде всего чекистом?
Свернуть
«Политических деятелей надо судить, исходя из реалий времени, в котором они жили, боролись и осуществляли свою деятельность, — сказал «АН» теле- и радиоведущий Владимир Соловьёв. — Отнюдь неслучайно по меркам того времени Дзержинский получил почётное звание «Железный Феликс». Так его прозвали за принципиальность, неподкупность, за свойственный ему аскетизм и абсолютную верность делу партии. Говорить о нём с позиции современности сложно ещё и потому, что в течение долгого времени его имя и деяния пытались оболгать и замазать всем, чем угодно, лишь бы не видеть правды. А ведь правда такова: Дзержинский создал самую эффективную спецслужбу своего времени, тот самый «Разящий меч революции», то есть структуру, которая справилась со всеми поставленными задачами, в том числе было покончено с детской беспризорностью».
Телеведущий считает, что на протяжении десятилетий Дзержинский был символом верного служения делу партии, а тот памятник, который является одним из самых красивых памятников в мире, должен быть возвращён на своё историческое место.
«Есть ли такие люди сейчас? Да, есть, и во многом они воспитывались на примере Дзержинского. Думаю, что такие люди востребованы всегда, в любую историческую эпоху», — заключил Владимир Соловьёв.
Напомним, снос памятника Дзержинскому на Лубянке (до боли знакомые подобные деяния сейчас происходят на Украине) стал не только апогеем трагических событий августа 1991 года, но, по сути, и неким символом, отражающим крупнейшую геополитическую катастрофу ХХ века — развал великой страны, Советского Союза, у истоков создания которой стоял именно «Железный Феликс».
«Будь моя воля, я бы и памятник вернул на место, и переименовал бы Лубянку в Площадь Дзержинского, ну и станцию метро тоже, — сообщил «АН» первый зампред комитета Госдумы по безопасности и противодействию коррупции, экс-сотрудник Девятого управления КГБ СССР Андрей Луговой. — Прежде всего, Дзержинский — большой политик, большая политическая фигура, но, учитывая моё прошлое (да и настоящее), для меня он прежде всего является именно чекистом. Этот человек сделал очень многое для страны в трудный для неё период, причём независимо от каких-то идеологических установок. Думаю, что нет смысла сравнивать Феликса Эдмундовича с кем-то из современников, но, с другой стороны, в нашей стране, уверен, такие люди есть и сейчас, то есть ответственные политические деятели, которые проявляют настоящую заботу о своём государстве».
Что касается создания Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем, то сам Дзержинский писал, что она «возникла в тот момент, когда не существовало органа, способного взять на себя борьбу с контрреволюцией, саботажем и спекуляцией». И вот постановлением Совета Народных Комиссаров (СНК) РСФСР новая структура была создана 20 декабря 1917 года, и сделано это было на фоне отсутствия напрямую подчиняющегося правительству общероссийского органа, который был бы ориентирован на активное предотвращение угроз и осуществлял эффективную борьбу с контрреволюцией.
Он был солдатом своей страны
«Дзержинский стал заложником огромного количества мифов, сказок и неправды, которые были созданы вокруг него, — заявил «АН» депутат Госдумы Виталий Милонов. — Но я отношусь к нему как к человеку, который взял на себя самую сложную задачу в эпоху, когда во всей стране воцарился хаос, шла гражданская война, а управление страной было весьма затруднительным, поскольку не было центральной власти. Страна не может жить без органов безопасности и правопорядка, а Дзержинский их воссоздал и перезапустил. В том же Петрограде тогда было огромное количество не только криминальных элементов, но и провокаторов, подстрекателей, разного рода диверсантов, и невозможно было спокойно пройти по улицам города, где царил сущий кошмар».
Милонов считает, что не надо приписывать Дзержинскому идеологические решения, потому что он был солдатом своей страны, а его главная задача заключалась в том, чтобы положить конец нестабильности в обществе. В результате деятельности Дзержинского, говорит депутат, не только в Петрограде, но и во всей стране стало гораздо безопаснее, то есть он выполнил свою задачу, создав органы, которые на протяжении всего времени стояли на защите Родины.
«Условно говоря, ему можно было отсидеться на каком-нибудь продуктовом складе, однако Дзержинский взвалил на себя самую неблагодарную, тяжёлую и опасную работу, ношу. Что касается восстановления памятника Дзержинскому в Москве, то мне не очень корректно об этом говорить, поскольку сам я из Петербурга и у нас есть такой памятник у здания Управления ФСБ», — заключил Виталий Милонов в разговоре с «АН».
Далее, уже в то время, когда Дзержинский создал ВЧК, и она функционировала под его руководством, по его же инициативе была начата борьба с детской беспризорностью. Так, 27 января 1921 года Президиум ВЦИК постановил создать Комиссию по улучшению жизни детей, которую возглавил сам Дзержинский.
«Я хочу бросить некоторую часть моих личных сил, а главное, сил ВЧК на борьбу с детской беспризорностью. Забота о детях есть лучшее средство истребления контрреволюции. Этим Советская власть приобретает в каждой рабочей и крестьянской семье своих сторонников и защитников, а вместе с тем и широкую опору в борьбе с контрреволюцией», — писал тогда Дзержинский.
Будучи председателем этой богоугодной организации, он создал систему детских учреждений — приёмников-распределителей временного пребывания, детских домов, «городков» и «коммун», в которых тысячи обездоленных несовершеннолетних граждан новой страны могли получать еду, медпомощь, образование, более того, у них появилась реальная возможность самореализации.
В пылу спора у Дзержинского прихватило сердце
«Дзержинский был кипучим деятелем своей эпохи, которому удавалось сделать если не всё, то почти всё, по крайней мере, очень многое, — заявил «АН» депутат Госдумы и «знаток» Анатолий Вассерман. — Он был очень разносторонним, энергичным и убеждённым человеком. Кстати говоря, в молодости он был настолько верующим и фанатичным католиком, что даже собирался уйти в монастырь, и только потом увлёкся идеей защиты угнетённых, в целом, и пролетариев, в частности. До Гражданской войны каких-то серьёзных ошибок у Дзержинского не было, а после неё все его решения были практически безупречными. Например, он скрупулёзно разобрался в кризисе железных дорог и довольно быстро преодолел его. Это доказывает, что Дзержинский был хорошим и мыслящим аналитиком».
Вассерман напомнил, что «Рыцарь революции» умер на посту председателя Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ), то есть будучи ответственным за всю экономику огромной страны, и это произошло во время очередного заседания Совета. В пылу спора у него прихватило сердце, напомнил депутат и эрудит, правда, у Дзержинского хватило сил выйти с совещания и добраться до своего кабинета, после чего он умер, что показывает, насколько напряжённо он работал на благо своей страны.
«Что касается возвращения памятника Дзержинскому на Лубянку, то его и сносить не следовало бы. А вот площадь пусть остаётся Лубянкой. В конце концов, история площади началась задолго до памятника», — заключил Вассерман.
Мы опять начинаем жить в условиях двойных стандартов
«Дзержинский прежде всего был беззаветным организатором, — заявил «АН» член Совета по внешней и оборонной политике, начальник ЦОС ФСБ России (1993–1996 гг.), генерал-майор ФСБ, генерал-лейтенант МВД Александр Михайлов. — Он абсолютно верил в правоту своего дела, и, надо сказать, ему удавалось его осуществить несмотря на то, что ВЧК в 1917 году насчитывала всего 27 человек, а время было такое, которое невозможно было переломить некими гуманитарными способами, и требовало крайне жёстких и непопулярных мер. По сути, тогда требовались те люди, которые должны были взять на себя огромный груз ответственности за будущее всей страны. Кстати, Дзержинский не хотел быть председателем ВЧК, дважды писал рапорт и пытался уйти с этой должности, но партийная дисциплина заставляла его остаться. Да, как законопослушный «партиец» он принял на себя эту тяжёлую ношу, и такое его решение дало возможность укрепить нашу государственность».
Александр Михайлов напоминает, что это было время, когда ломался государственный строй, менялась прежняя общественная формация, в рамках которой, как следствие, должны были появиться те деятели, которые могли создать другую, новую формацию. Генерал ФСБ уверен, что Дзержинский действительно был беззаветно предан идеалам революции (как бы к ним кто ни относился) и последовательно вместе со своими соратниками пытался отстроить советскую власть.
«Когда сегодня говорят о «красном» терроре, о «белом» терроре, то приводят совершенно необъяснимые цифры, — продолжает генерал. — Некоторые источники указывают, что органами ВЧК были якобы уничтожены 1 млн 700 тыс. человек. Ничего подобного! Это была, так сказать, взаимность и от «белого», и от «красного» терроров. Но, когда мы говорим о «красном» терроре, то очень часто такие жёсткие меры в отношении врагов применялись отнюдь не со стороны ВЧК. Тогда существовали военные трибуналы, не имевшие к этому органу никакого отношения, например, советы солдатских и матросских депутатов. И тем не менее, если рассматривать лица того времени, так сказать, по ранжиру, то есть наиболее эффективных и «правильных», Дзержинский, думаю, вошёл бы в пятёрку людей, которые действительно хотели создать новое государство на принципиально новых морально-нравственных принципах».
К сожалению, в 90-е гг. появилась та самая интерпретация истории, которая привела к её фальсификации, причём не только в отношении Дзержинского, но и других политических руководителей страны того времени...
По словам Александра Михайлова, очень часто все оценки деятельности Феликса Эдмундовича, прежде всего, негативные, базируются на негативном отношении к тому времени, но ведь вычленить его из эпохи, в которой он жил и отдавал всего себя, практически невозможно.
Нельзя вырвать из контекста истории деятельность каких-то людей, политиков, руководителей, нельзя вырвать некие документы на тот период объективные, а на сегодняшнее время кажущиеся вопиющими, замечает генерал ФСБ. Жил бы он в другую эпоху, тогда, возможно, были бы другие оценки его деятельности, уверен ветеран спецслужб, но то, что этот человек был беззаветно предан делу революции — спору нет, и умер-то он... его сердце не выдержало тех процессов, которые происходили в Советском Союзе того периода.
Напомним, 20 июля 1926 года на пленуме ЦК, посвящённом состоянию экономики СССР, Дзержинский произнёс двухчасовой доклад. По свидетельствам очевидцев, тогда он выглядел больным и очень слабым. В этот же день Феликс Эдмундович скончался от сердечного приступа.
«Прежде всего, это был Рыцарь революции, — говорит Александр Михайлов. — Этот человек был в 11 ссылках, откуда всегда бежал, человек, который был предан тем идеалам, которые владели умами огромного количества людей. Но в то время не всегда находился тот самый «буйный», который мог бы что-то поправить. Вот со страной и произошло то, что произошло — при полном бессилии и полной аморфности не только политического, но и военного руководства Российской Империи. И именно в этих условиях появилась новая формация людей с новыми принципами, подходами, оценками, которым приходилось принимать самые жёсткие меры, когда речь шла о том, быть или не быть новому государству».
Что касается возвращения памятника Дзержинскому на Лубянку, то, по словам генерала ФСБ, сегодня мы опять начинаем жить в условиях двойных стандартов: с одной стороны, вроде бы и надо вернуть, с другой, а вдруг что-то опять произойдёт...
«Помню, Макаревич* как-то сказал, что никогда не встанет при исполнении нынешнего гимна России, — продолжает ветеран спецслужб. — И тогда Михалков ему ответил: раз — не встанешь, два — не встанешь, а на третий встанешь как миленький! Так что когда мы говорим о памятнике, то здесь нужна прежде всего нормальная государственная воля».
Этот памятник является великим творением скульптора Вучетича, который действительно создал облик человека революции, поэтому придет время, и он вернётся на своё место, заключил Александр Михайлов в разговоре с «АН».
* - признан инагентом на территории РФ.
https://dzen.ru/a/aMgK-tPKJCJq_M2T
