ОБЩЕСОЮЗНОЕ ДВИЖЕНИЕ "ЗА РОДИНУ СО СТАЛИНЫМ - ВПЕРЁД!" ("17 МАРТА") > За Родину со Сталиным - вперёд!
«АРТЕК» (Фотоальбом 1940 г.)
Hrizos:
— Глубже вдох! Шире грудь!
Пионеры набирают полные легкие чудесного крымского воздуха... Но вот баянист заиграл марш.
— К водным процедурам! После xopoшей физкультурной зарядки и обтирания водой еще ярче ощущение радости жизни.
В парке на «отрядном месте» вожатый проводит беседу в своем отряде.
А у этого отряда праздник — к ним пришли гости — краснофлотцы.
Ребята в их честь решили организовать состязание моделей планеров
Пионеры нескольких отрядов поехали на экскурсию в Ялту.
Если время зимнее, то прежде всего ребята расходятся по классам — день начинается
школьными занятиями.
Они решили помочь садовнику делать новые клумбы и рассаживать цветы.
Но вот горн созывает обитателей лагеря к обеду. И отовсюду — от моря, с гор, из парка, из игротеки, с технической станции, из библиотеки — спешат пионеры в столовую.
После обеда — сон. Ребята прозвали его «абсолют». Это потому, что вожатые следят, чтобы пионеры не болтали, и то и дело напоминают: «Абсолютная тишина!»
Хорошо выспались. Застелили постели. Чистоту и порядок в спальне нужно поддерживать „на отлично". А то нагрянут ребята из соревнующегося отряда и пойдут отыскивать соринки на полу, морщинки на одеяле и наволочке.
За вечерним чаем.
Наступил вечер. Сейчас „клубное время". И по всему парку, со всех площадок и террас слышится музыка, пение, декламация.
День заканчивается вечерней линейкой, на которой ребята рапортами подводят итог проведенному дню. Флаг спущен. Горн поет прощальную песню: — Спать! Спать! По палаткам!
Ночь спустилась над Артеком.
http://www.artekovetc.ru/1940book/1940_8.html
Hrizos:
Пионерский отряд
В каждом лагере — „Верхнем", „Нижнем", „Суук-Су", на „15-й даче" — самостоятельно проводится пионерская работа: своя линейка, лагерный флаг, свой старший вожатый, открытие и закрытие лагеря.
Каждый лагерь разбит на пионерские отряды. Отряд живет самостоятельной жизнью и ведет работу по плану. Вожатый составляет план совместно с отрядом, учитывая наклонности и желания самих ребят. Чему только не хочется научиться ребятам за время пребывания в Артеке! И грести, и плавать, и фотографировать, кататься на велосипеде, изучить азбуку Морзе, составить гербарий, сделать модель аэроплана, сдать как можно больше норм на оборонные значки. Хочется облазить все горы, вдоволь накататься на лодке, наловить и высушить крабов и многое, многое другое.
Вожатый должен обладать большим опытом, чтобы учесть и сочетать все эти пожелания. Планы отрядной работы многообразны и все они проникнуты высокой культурой, чувством общественности и горячей любви к советской родине, к великому Сталину.
Достаточно времени отведено веселью и развлечениям. Каждый отряд, кроме своей отрядной работы, берет на себя проведение одного из лагерных „мероприятий" — организовать конкурс на лучшую отрядную газету, шахматный турнир, военную игру, провести вечер „Шевели мозгами", организовать спортивное соревнование...
Между звеньями отряда, между отрядами и лагерями заключаются договоры по соцсоревнованию. Соревнование — основной метод в организации всей воспитательной и оздоровительной работы. Вожатые внимательно следят, чтобы каждый пионер в отряде имел бы работу по вкусу и не был бы чрезмерно нагружен, чтобы у каждого было время и на труд, и на веселье.
Жизнь ребят полна разнообразия — один день не похож на другой. Но каждый день приносит с собой что-нибудь новое, радостное, интересное. И ежедневная запись в отрядных дневниках, как правило, заканчивается словами: „Сегодня, как всегда, было весело". Или: „Еще интересней, чем обычно, прошел сегодняшний день".
На линейку.
На утренней линейке подъем флага лежит на дежурном звене. При открытии лагеря его поднимают наиболее достойные этой чести ребята. Сейчас поднимают флаг Франц Жванский и Витя Яковлев, посланные в Артек за то, что они совершили героические поступки — один помог задержать диверсанта, а другой — передать правосудию бандита.
Здравствуй, шумливое море! Здравствуй, гора Аю-Даг! Мы поднимаем сегодня Первый наш лагерный флаг!
Отрядную газету решили назвать «Дружба»
Беседа в отряде: «Мой самый веселый день».
Читают «Комсомольскую правду».
Костер
Артековские костры стяжали себе заслуженную славу. Когда в летнюю пору лагерь начинает готовиться к большому костру, весть об этом облетает все Южное побережье Крыма и привлекает много желающих присутствовать на пионерском празднике.
Костры в Артеке — это своего рода олимпиада детского творчества. Они показывают обилие детских талантов и умение пионеров быстро организоваться. Собравшиеся со всех концов родины ребята выступают как единый коллектив. Это демонстрация дисциплинированности пионеров, их организованности, готовности к труду и обороне, демонстрация великой дружбы народов.
Костер дает большое зрелищное впечатление. Несмотря на прожекторы, заливающие ярким светом всю костровую площадку, ребят чарует огромное пламя костра, мягко освещающее силуэты кипарисов, кусок плещущего моря, звездное южное небо.
Кроме больших артековских костров, в Артеке зажигаются костры лагерные и отрядные. Ими отмечается то или иное событие в отряде — день рождения кого-либо из пионеров, победа в соревновании, приезд гостей, а то и просто беседа вожатого.
Очень забавляют ребят секретные костры.
Старший вожатый на вечерней линейке объявляет:
— Сегодня у нас костер, где он будет, не скажу, кто его зажжет, не знаю. Знаю только, что зажжет его самый сметливый: к костру надо итти по дорожным знакам. Знаки укажут также, где спрятаны спички. Открывается соревнование на быстроту в передвижении, сметливость и лучшее знание дорожных знаков!
Ребята разбегаются во все стороны: по парку, по берегу моря, по скалам. Они бегут по дорожкам, шныряют между деревьев, ищут опознавательные знаки.
И вдруг из мрака вечерних сумерек вспыхивает яркое пламя костра, освещающее кусочек звездного неба, одинокую лапчатую ветвь кедра и силуэт скалы.
Вокруг огня столпились пионеры. Костер начинается чествованием победителя в соревновании. А он с ликующим видом поднимает над головой драгоценный трофей — найденную им спичечную коробку.
Готовятся к костру.
Отрядный костер.
Карнавальное шествие.
Гори, костер! Пусть праздник юбилея
Умчится вдаль до зарева утра
Пусть жизнь Артека будет тем светлее
Чем ярче пламя нашего костра.
(Из пионерских стихов)
http://www.artekovetc.ru/1940book/1940_9.html
Hrizos:
Готовимся к защите
РОДИНЫ
Пионер любит Красную Армию
и Военно-Морской Флот
и сам готовится защищать
родину от врагов.
Наши дети — горячие патриоты родины. Они усердно готовятся к тому, чтобы быть способными встать на ее защиту с оружием в руках. И нет для пионера ничего более увлекательного, как участвовать в походах, тренироваться в стрельбе, плавании, гребле.
Нет большей гордости, как одержать победу в оборонном соревновании, как украсить свою грудь оборонными значками.
Летом в лагерях среди большого коллектива все это приобретает особый интерес. Особенно в Артеке, где есть все необходимые условия для военной работы — инструкторы, военные кабинеты, тиры, беговые дорожки, лошади для обучения верховой езде. Горы дают возможность совершать военизированные походы, закаляют ребят, а море помогает обучиться правильному плаванию, гребле и стать юным осводовцем.
Метание спасательных шаров.
Сдача норм по стрельбе.
Юные ворошиловские всадники
Инструктор обучает приемам спасения утопающих.
Кто скорее наденет противогаз?
Поход в противогазах. Вот настоящая тренировка на выносливость. Для всех есть свое дело. Впереди идут разведчики, связисты проводят полевой телефон; топографы следят за правильным маршрутом по разработанному ими плану, разбирают дорожные знаки, читают письма, написанные азбукой Морзе.
Инструктор и вожатый демонстрируют приемы спасения утопающего (искусственное дыхание).
Врачи ведут санитарные кружки. И все ребята уезжают из Артека, обогатившись знаниями в области санитарной обороны и получив значок «БГСО».
ВОЕННАЯ ИГРА
«Сегодня особенно интересно прошел день — в лагере проводилась военная игра, — наша рота двинулась в путь к месту сражения, к Горному озеру. С нами продвигались и наши санитары. Шли по-военному — в шеренгу. Пели песни. Когда прибыли на место сражения, разошлись в разные стороны.
Был дан приказ: „ Быть на военном положении". Расставили часовых. Игра началась. Разведка выслеживала врага и продвигалась вперед. За разведкой выступали бойцы. Мы шли по дорожным знакам. Время от времени знаки указывали, что разведка положила где-нибудь под камень письмо с указанием, какой надо следовать дорогой. Мы нашли письмо: „Место для расположения роты найдено", а затем другое: „Ждем вас в условленном месте". Игра продолжалась 2 часа. Победили синие».
(Из отрядного дневника)
„Мы растем, мы учимся, мы строим,
Родина свободная цветет.
Каждый будет пламенным героем,
Если враг внезапно нападет.
Родина — вот слово всем родное,
Наша юность в нем и наша кровь".
(Из пионерских стихов.)
http://www.artekovetc.ru/1940book/1940_10.html
Hrizos:
Экскурсии
Приезжая в Крым, в Артек, дети попадают в один из интереснейших уголков нашей родины. Здесь есть чем заинтересоваться, есть, что изучить. Природа на каждом шагу раскрывает перед детскими взорами занимательные страницы — историю земли, образования гор и разрушения их, жизнь моря, растительный и животный мир, горные ручьи, водопады. Памятники старины рассказывают им о давнем прошлом — о скифах, византийском и турецком владычестве, о ханстве, о колонизаторской политике царизма, о дворянско-помещичьей России, о российском капитализме.
Крым представляет большой интерес и в историко-революционном отношении — здесь ребятами по-новому перечувствуется героическая эпопея потемкинского восстания и тревожные дни Перекопа. Изучение края — одна из серьезных задач коммунистического воспитания.
В Артеке это достигается прежде всего экскурсиями по побережью Крыма. Все окрестности лагеря тщательно изучаются.
Каждый отряд обязательно побывает на Горном озере, в Мертвой долине, пионеры взберутся к руинам Генуэзской башни, посетят пушкинский домик в Гурзуфе, проедут сквозь Пушкинский грот, поднимутся на вершину Аю-Дага.
Кроме того, на долю каждого отряда выпадает 2 — 5 дальних экскурсий, которые они совершают по морю и автобусами по побережью. Экскурсии по Крыму производят на ребят неизгладимое впечатление.
Достаточно заглянуть в отрядные дневники, чтобы убедиться, какое значение они имеют в развитии детей.
Вот запись, сделанная в отрядном дневнике о посещении крестьянского санатория „Ливадия".
„Мы побывали в бывшем имении последнего русского царя. Осмотрели парк, морскую пристань, дворец. Теперь там отдыхают и лечатся крестьяне. Вот какую жизнь завоевали наши отцы!".
Хорошо забраться на самую вершину Аю-Дага и горнить так громко, чтобы слышал весь лагерь.
Спуск с горы Аю-Даг.
КРЫМСКИЕ ЛЕГЕНДЫ
У крымского народа много прекрасных сказаний и легенд. Это богатое творчество делается достоянием приехавших в Артек пионеров. Ребята очень любят слушать крымские сказки и легенды, которые им рассказывают вожатые, но еще большее впечатление на них производят встречи с местными народными сказителями и певцами. Это впечатление усиливается благодаря тому, что встречи происходят в поэтическом окружении моря, гор, прибрежных скал, часто являющихся объектами слушаемой легенды, как любимая ребятами легенда о происхождении горы Аю-Даг.
Порой—угрюмый он и мрачный,
Порой — его прелестен вид,
Когда с закатом дня прозрачной .
Вечерней дымкой он обвит".
(Вяземский)
ГОРА АЮ-ДАГ
(легенда)
„Давно это было. Крым тогда весь был покрыт густыми лесами. А в этих лесах жили огромные, страшные северные медведи. Теперь таких нет. Самый большой медведь был вожак медвежий «Медведь — серая гора».
Боялись люди медведей и потому не селились в Крыму, а жили в степи. Но медведи приходили к людям каждую весну и брали с них дань хлебом и медом. Забудут люди дань принести — медведи сами к ним идут. Как услышат люди, что медведи идут, так со страху бегут, сломя голову. Медведи за ними. Разве от медведей скроешься. Сядут люди в лодку, поплывут по реке, а медведи выпьют всю воду, лодка-то и сядет на мель. А другой медведь лапой по воде ударит, пойдет вода волною, стукнет лодку о берег. Лодка в щепы,— тут и людям конец. Как бились люди с медведями, — вся земля от людской крови красной становилась.
Один раз весной собирали медведи дань с людей. И случилось тут вот какое чудо: попала самому большому медведю «Медведю — серая гора» девушка в лапы. И то ли он очень сыт был, то ли нашла на него доброта (на самого лютого зверя иногда доброта находит) — только не тронул он девушки. Повелел своим медведям ее в лес отнести. Отнести и построить ей избушку возле моря. Так медведи и сделали — схватили девушку в охапку, отнесли к морю и поселили в избушке. Долго плакала девушка... Потом привыкла к зверям, подружилась с ними, и медведи ее полюбили. Полюбили девушку все звери лесные, а больше всех ее любили птицы, потому что девушка как поест, крошки сметет и птицам бросит. А зимой, когда птицы от студеного ветра мерзли, девушка прижимала их к своей груди и отогревала своим дыханием. Птицы стаями жили около ее избушки, вили гнезда, пели песни.
Иногда девушка начинала петь, тогда птицы смолкали, и все звери слушали ее песню, потому что голос у девушки был, как серебряный колокольчик.
Прослышали про ту девушку храбрые кавказские горцы. И сказал один храбрый горец своим товарищам:
— Ходим мы один на один на медведя, ходим, не боимся, так неужели же побоимся мы крымских медведей и не выручим девушку из беды?
Товарищи его сразу согласились и стали снаряжать корабли. Снарядили, взяли оружие и поплыли в Крым.
Увидели медведи корабли, попрятались, а как бросили горцы якоря, да вышли на берег, кинулись на них медведи.
Долго ли, коротко ли бились горцы с медведями, только вечером, когда взошла луна, на берегу лежала груда раздавленных тел. А медведи облизали кровавые лапы и пошли отдыхать в свои берлоги.
Вдруг одна груда тел зашевелилась и из-под нее вылез весь израненный горец, тот самый, что созвал товарищей, чтобы освободить девушку. Подполз он к морю, обмыл свои раны соленой водой, сел на берег и задумался.
— Все равно не уйти мне от медведей, так хоть перед смертью пойду и разыщу ту девушку, из-за которой погибло столько храбрых горцев.
Пошел горец по лесу. Видит стоит избушка. Постучался. Вышла девушка, увидела горца, вскрикнула: давно она людей не видела — испугалась.
Рассказал ей горец, как бились храбрые горцы с медведями, чтобы ее освободить, и что он один только в живых остался. Взяла девушка горца за руку, ввела к себе в избушку, стала за ним ухаживать, раны его залечивать.
Начал горец поправляться. Рассказал он девушке про людей да про жизнь людскую. И захотелось ей уйти от медведей к людям. Только как уйти?
Узнают медведи, рассердятся — так несдобровать ей. Думала она, думала и придумала:
— Придет весна, пойдут медведи дань с людей собирать, вот мы и убежим.
Пришла весна. Пошли медведи дань собирать. Девушка вышла на крыльцо и захлопала в ладоши. И тотчас из лесу прибежали олени. Запрягла их девушка в повозку и приехала с горцем к морю. Опять девушка захлопала в ладоши — прибежали лисицы-строители, волки-дровосеки, крысы-плотники. Говорит им девушка:
— Сослужите мне службу: выстройте корабль.
Закипела работа. Вот и корабль готов, только мачту поставить осталось. Вдруг слышит девушка страшный рев по лесу идет. Догадалась — это медведи из похода домой спешат. Знать, проведали, что девушка задумала — раньше срока возвращаются.
Испугалась девушка, торопит лис, крыс да волков:
— Скорей, скорей, не то всем нам лютая смерть.
А те и сами спешат. Вот уже и мачта поставлена, и корабль на волнах. И вот девушка с горцем на корабле, и гонит их попутный ветер к берегам Кавказа. Медведи тоже не мешкают, подбежали к морю и давай пить воду, глотают волну за волной. Стало море от берега отходить, стало сохнуть. Вот-вот выпьют медведи все море и сядет на мель корабль. Что делать? Видит девушка над морем чародей летит. Борода на ветру раздувается, ветер волосами играет.
Увидела его девушка и взмолилась:
— Помоги мне, чародей. Чем хочешь отслужу тебе, всю жизнь не забуду. Усмехнулся чародей и говорит:
— Спой мне песню, только такую, какую никогда никому не пела, тогда помогу тебе.
Запела девушка да так, что никогда потом больше не пела.
Понравилась чародею песня и стал он колдовать. И от этого колдовства вот что произошло: «Медведь — серая гора», который глотал своей огромной пастью самые большие волны, вдруг почувствовал, что задние лапы у него стали тяжелые, претяжелые. Хотел он подползти ближе к воде, да не мог. Хотел выгнуть хребет — не гнется. С трудом уже и пасть открывается, хотел волну глотнуть — не может: волна выливается обратно в море. Другие медведи тоже окаменели и остались лежать на берегу моря.
А девушка и горец благополучно добрались до Кавказа. Там они поженились и счастливо прожили до глубокой старости.
А в Крыму с той поры нет медведей-великанов. Только лежит, уткнувшись в море, огромный каменный медведь — гора Аю-Даг".
Автобус остановился на шоссе, пионеры отправились по горной тропинке к скале.
Выезжают отряды обычно на целый день, с собой берут запасы еды. Разводят костры, варят кашу, кипятят чай. Все так вкусно на прогулке!
Традиционная экскурсия в Ялтинский музей краеведения.
Пионеры перед дворцом в Алупке.
У причала качается катер.
Нам пора отправляться в поход,
Море волны прозрачные катит,
Море с нами сегодня поет.
Мы увидим и горы, и скалы.
В этот славный веселый поход
Мы объедем кругом Одолары,
Мы увидим и Пушкинский грот.
(Из артековской песни.)
У Пушкинского домика в Гурзуфе.
http://www.artekovetc.ru/1940book/1940_11.html
Hrizos:
Пушкин на берегу моря. С картины И. Репина и И. Айвазовского.
По пушкинским тропам
аши ребята знают и любят Пушкина. Их интересует все, что связано с великим поэтом, всякая деталь его жизни. И вот, приезжая в Артек, они узнают, что по этим самым тропинкам, где они бегают, гулял когда-то Пушкин, проезжал через грот, лазил по тем же скалам, так же, как они, любовался морским прибоем. О чем он думал тогда? Какие образы вставали перед его умственным взором? Какие песни слагала здесь его муза?
Из лекции „Пушкин в Крыму" пионеры узнают много интересного о том, как по соседству с тем местом, где теперь раскинулся веселый пионерский лагерь, жил их любимый поэт.
Высланный под предлогом перемены службы из Петербурга Пушкин в 1824 г. оказался на Северном Кавказе; отсюда по приглашению своих друзей Раевских он переезжает в Крым.
В стихах и письмах Пушкина того времени ярко отражается величественная природа Крыма. В первую же ночь в Крыму, в безлунную звездную ночь на Черном море, при переезде из Керчи в Феодосию, Пушкин вспоминает всю горечь своей жизни:
„И все, чем я страдал, и все, что сердцу мило,
Желаний и надежд томительный обман..."
И один настойчивый, как прибой волн, припев ко всем его воспоминаниям прошлого:
„Шуми, шуми, послушное ветрило,
Волнуйся подо мной, угрюмый океан..."
Слова эти перекликаются со словами другого великана человечества — Горького:
„Буря! Пусть сильнее грянет буря!"
Пушкин почти не спал эту первую ночь в Крыму. „ Перед светом я заснул, — пишет он другу своему Дельвигу. — Между тем корабль остановился в виду Юрзуфа. Проснувшись, увидел я картину пленительную: разноцветные горы сияли; плоские кровли хижин татарских издали казались ульями, прилепленными к горам; тополи, как зеленые колонны, стройно возвышались между ними; справа огромный Аю-Даг и кругом это синее, чистое небо и светлое море и бисон и воздух полуденный". Это горячее чувство восхищения Крымом долго жило в сердце Пушкина. Через десять лет в „Странствии Онегина" он восторженно писал о Гурзуфе:
„Прекрасны вы, брега Тавриды,
Когда вас видишь с корабля.
При блеске утренней Киприды,
Как вас впервой увидел я..."
Экскурсанты в Пушкинском музее.
В Гурзуфе в нелепом ришельевском „замке" жила в то время семья Раевского. В нижнем этаже „замка" поселился Пушкин. Крым как бы создан для успокоения и отдыха. Пушкин пишет Дельвигу: „В Юрзуфе жил я сиднем, купался в море, объедался виноградом; я тотчас привык к полуденной природе и наслаждался ею со всем равнодушием и беспечностью неаполитанского lazzaroni. Я любил, проснувшись ночью, слушать шум моря — и заслушивался целые часы. В двух шагах от дома рос молодой кипарис; каждое утро я навещал его и привязался к нему чувством, похожим на чувство дружбы".
Как всегда, Пушкин и здесь не переставал работать. Он писал поэму „Кавказский пленник", вместе с Николаем Раевским учился английскому языку по стихам и поэмам Байрона и часами сидел у скал возле моря, наслаждаясь плеском волн.
Рисунок Тимы Васильева к стихотворению Пушкина „Вновь я посетил".
С тех пор прошло сто с лишним лет. Мечта Пушкина - „Увижу ли народ освобожденный!" — стала действительностью нашей страны. Крым переменился. Он уже не частная собственность потемкинских птенцов, князей, графов, а достояние всего советского народа. Перекоп — место разлуки Пушкина с Раевским — стал историческим памятником героических боев Красной армии с Врангелем, ришельевский „Юрзуф"—местом для отдыха честных тружеников, а у подножья Аю-Дага в Артеке, в прекрасном парке, перекликаясь с морем, шумит новое племя, о котором так мечтал и которое с такой бодростью и уверенностью в мрачные десятилетия приветствовал великий поэт:
„Здравствуй, племя младое, незнакомое!"
Наша жизнерадостная детвора полной грудью вдыхает аромат моря и гор, вместе с Пушкиным по-новому воспевает красу природы, оплодотворенную великим творческим трудом страны социализма.
Здесь, в Крыму, в местах, овеянных воспоминаниями о великом поэте, счастливые ребята сталинской эпохи с особенным чувством повторяют стихи своего любимого поэта. Его глубокие мысля о природе, о жизни, о любви к народу возбуждают в юных сердцах еще большую любовь к нашей социалистической родине и стремление к творческому радостному труду.
Вот почему так дороги артековцам и пушкинский кипарис, и скала, где он сидел над морем, и пушкинская беседка, и тропы, по которым он „бродил уединенный".
В Гурзуфе Пушкин прожил три недели. Надо было уже возвращаться на „место службы", вернее в ссылку к Инзову, которого в это время из Екатеринослава (нынешнего Днепропетровска) перевели в Бессарабию, в Кишинев.
В сентябре вдвоем с генералом Раевским Пушкин выехал из Гурзуфа в Ялту, в Алупку, Кикенеиз, а из Кикенеиза по „Чортовой лестнице" поднялся на Яйлу.
„По горной лестнице взобрались мы пешком, держа за хвост татарских лошадей наших. Это забавляло меня чрезвычайно и казалось каким-то таинственным, восточным обрядом. Мы переехали горы, и первый предмет, поразивший меня, была береза, северная береза! Сердце мое сжалось. Я начал уже тосковать о милом полудне, хотя все еще находился в Тавриде, все еще видел тополи и виноградные лозы".
По Яйле Пушкин с Раевским проехали к Георгиевскому монастырю, а оттуда в Бахчисарай, куда в это время другой дорогой проехали из Гурзуфа все Раевские.
У Перекопа он простился с Раевскими, и один, грустный, поехал в Бессарабию. 24 сентября он был уже в Кишиневе и писал брату: „Суди, был ли я счастлив: свободная, беспечная жизнь в кругу милого семейства, жизнь, которую я так люблю и которой никогда не наслаждался, счастливое полуденное небо: прелестный край; природа, удовлетворяющая воображение: горы, сады, море; друг мой, любимая моя надежда—-увидеть опять полуденный берег и семейство Раевских... Теперь я один в пустынной для меня Молдавии..."
„Полуденный берег" Пушкину так и не пришлось больше увидеть, но он глубоко вошел в его душу. Пушкин долго вспоминал о нем.
Свой „Бахчисарайский фонтан" он заканчивает все той же тоской по Тавриде, которую высказал впервые в „Желании".
„Поклонник муз, поклонник мира,
Забыв и славу, и любовь,
О, скоро вас увижу вновь,
Брега веселые Салгира!
Приду на склон приморских гор,
Воспоминаний тайных полный,
И вновь таврические волны
Обрадуют мой хладный взор.
Волшебный край, очей отрада!
Все живо там: холмы, леса,
Янтарь и яхонт винограда,
Долин приютная краса,
И струй и тополей прохлада;
Все чувство путника манит,
Когда в час утра безмятежный,
В горах дорогою прибрежной,
Привычный конь его бежит,
И зеленеющая влага
Пред ним и блещет и шумит
Вокруг утесов Аю-Дага..."
Конференция читателей журнала „Дружные ребята". Пионеры обсуждают статьи, рассказы и стихи, помещенные в журнале, с тем, чтобы послать в редакцию свои отзывы и предложения.
РАБОТА С КНИГОЙ
Оживленно и весело проходят дни в лагере, но среди разнообразных игр, походов и веселья ребята не забывают своих лучших друзей — книги. Почитать книгу, поделиться с товарищами, поговорить о судьбе героя в большом дружном коллективе это тоже имеет свою прелесть.
В каждом лагере Артека своя библиотека и читальня. И всегда они полны ребячьего народа. Пионеры приходят сюда не только взять книгу, посмотреть новинки, справиться, получен ли ожидаемый номер журнала, но и для того, чтобы поработать с книгой. Из любителей книги составляется библиотечный актив.
Активисты организуют выставки, проводят конференции, на которых обсуждается та или иная книга.
Иногда разгораются горячие дискуссии, в которые втягиваются все отряды лагеря, очень интересны выставки иллюстраций к любимым книгам, сделанные ребятами. Так, например, была организована большая выставка детских иллюстраций к сказкам Пушкина. В ней приняли участие и октябрята, и все пионеры от мала до велика.
В читальне.
Ваня Патрушов. Иллюстрация к повести Горького "Детство".
Рисунок Шуры Клименко к книге Неверова «Ташкент — город Хлебный».
Рисунок Хайретдинова Гиндуллы к книге Н. Островского «Как закалялась сталь».
http://www.artekovetc.ru/1940book/1940_12.html ,,,
Навигация
Перейти к полной версии