Общий форум > ВОЙНА
ЖЕНЩИНЫ НА ВОЙНЕ
Админ:
Немка Софи Шолль, казненная в Германии в 1943 году за распространение антинацистских листовок.
Ее последние слова: «Как может добродетель восторжествовать, когда практически никто не готов пожертвовать собой ради нее? Такой прекрасный солнечный день, а мне нужно уходить».
Админ:
Админ:
MALIK54:
Переживания, понимаешь
Очень сильно переживают немецкие прихвостни о судьбе Зибы Ганиевой. Вай, девушка не актриса. Вай-вай, девушка в армии. До чего Сталин страну довел. Вай-вай.
Руль, №114, 1944
Не получилось у Зибы Ганиевой стать актрисой. После войны она стала историком, доктором востоковедения, профессором, кандидатом филологических наук.
А за время службы в Красной армии Зиба Ганиева подарила пулю 129 немецким солдатам и офицерам. Но это не важно. В главном-то автор прав - до чего Сталин страну довел. Вай-вай.
В 1942 г. после тяжелого ранения Зиба Ганиева была удочерена семьей депутата Верховного Совета СССР Николая Шверника.
Админ:
Журналистка «Комсомолки», погибшая в клетнянских лесах
Журналистка «Комсомолки», погибшая в клетнянских лесах
Великой Победе посвящается
Именем этой девчонки названы улицы в Гомеле и Минске. А в Брянске никто и не вспомнит корреспондентку «Комсомольской правды», ставшей партизанкой в клетнянских лесах.
Ей было 25, когда перед вылетом в тыл врага, на Брянщину, она писала письмо мужу, давно уж не отвечающему с фронта:
«Сашенька, любимый мой! Неужели оно может быть, такое счастье, что ты жив, здоров и читаешь мои каракули, читать которые особенно трудно сейчас потому, что пишу в кожухе. Итак, дружок, я уезжаю в партизанский отряд. С Большой землей покончено и наверное надолго. Писать много не могу – сам знаешь, чем больше и значимее обуревающие чувства, тем труднее писать. А тебе, пошедшему огонь и воду, ясно, что я сидеть не могу, ожидая победы. Я сама, своими руками должна добывать ее.
Пусть то, что у меня бывает в жизни, добывается тяжелым трудом, через горькие ошибки, но, в конце концов, приходит то, что можно назвать счастьем. Так ведь, дружок?
Было ведь у нас с тобой то, о чем мечтают многие всю свою жизнь. И уже осознание этого помогало мне в самые тяжелые дни и поможет тогда, когда я снова получу письмо мое к тебе нераспечатанным. Я к этому готова, как жена солдата. Но, как изумительно было бы снова встретиться с тобой, большая любовь моя! Саша! Саша! Нет, плакать не буду. Не надо мельчать, плачут слабые. Мне нельзя.
Если ты погиб – я знаю, что последние минуты своей жизни ты думал обо мне, о нашем сыне, вспоминал, благодарил и желал, чтобы я помнила, что ты погиб, как наш солдат, советский воин!
Тоже будет и со мной! Тебе будет принадлежать моя последняя мысль, с тобой всю жизнь я свяжу самое красивое, что я вижу на земле. Ты единственная благородная любовь моя!
До встречи – долгой ли, короткой ли, неважно!
До счастливой встречи!
Лилия»
В белом армейском полушубке, который был ей немного великоват, с пистолетом на поясе девушка вызвала иронию у партизан отряда Федорова. Да еще и имя «несерьезное». «Партизанка Лиля? Странно звучит», ? сострил один из бойцов. «Тогда я буду Леной», ? отрезала журналистка «Комсомолки».
А уже скоро боевитая и решительная партизанка Лена стала всеобщей любимицей. «Однажды я возвратился из дальней разведки и застал в нашей землянке такое столпотворение, ? вспоминал один из партизан, ? И тут замечаю на незнакомую девушку, поместившуюся на нарах в центре землянки. Сидит как дома, смеется вместе со всеми, разговаривает, в общем, чувствует себя вполне на месте.
Наши спрашивали, а девушка рассказывала. Она говорила о боях под Сталинградом, о Ледяной дороге через Ладожское озеро, по которой день и ночь идет помощь блокированным ленинградцам, о том, как выглядит и как живет военная Москва.
Она всего лишь отвечала на вопросы, но создавала удивительно стройные картинки. Впечатления было такое, будто все мы поднялись куда-то высоко-высоко и видим не только Москву с эскадрильями боевых самолетов над ней, но и заводы на которых они делаются. Видим Урал, где рабочие собирают станки под открытым небом, видим колхозные поля с трудящимися на них женщинами, детские дома, где заботливо растят осиротевших детей».
Лиля очень просилась в группу подрывников, но командиры ей не разрешали. И она делела иную работу: ездила по деревням со свежими листовками, помогала ухаживать за ранеными, работала на расчистке партизанского аэродрома.
А основная ее деятельность оставалась незаметной. «Мы не видели в Лене корреспондента, ? позже расскажет товарищ по отряду, ? Она не подходила к нам с блокнотом и карандашом, не смущала вопросами. Записывала ночами, а за день успевала сделать столько простого, будничного, партизанского, что стала она всем нам близким товарищем – нашей Леной».
Поздно ночью 15 марта 1943 года в редакцию «Комсомольской правды» в Москве передали: «Радиограмма из партизанского отряда. Лили больше нет».
Вот текст той радиограммы: «В жестоком бою с немцами в деревне Б. геройски погибла верная дочь народа, наш боевой товарищ Лилия Карастоянова». Б. ? это Будище, село почти на стыке трех республик: Белоруссии, Украины, России.
Справка GO32.ru
Лили Карастоянова родилась в 1917 году в болгарском городе Ломе в семье революционеров. Отец, коммунист, Александр Карастоянов, после сентябрьского вооруженного восстания в 1923 году был расстрелян, мать – коммунистка Георгица Карастоянова взята под стражу. В 1927 году девочку удалось с переправить в Советский Союз. В Москве, где Лили воспитывалась в детском доме и в семье старого большевика Емельяна Ярославского. Она стала пионеркой, а затем комсомолкой. В «Комсомольскую правду» Лили Карастоянова пришла в 1938 году.
Навигация
Перейти к полной версии